Алекс Орлов
Застывший огонь

Алекс Орлов
Застывший огонь

Глава 1

Ночные бабочки веселым хороводом вились вокруг светящейся вывески, и самые смелые из них безрассудно бились о защитный колпак. Шелест крыльев и звонкие удары насекомых о металл отвлекали Ленни Фрозена от работы и напоминали о том, что уже очень поздно и пора идти домой.

Крупный мотылек отделился от своей компании и неожиданно атаковал оконное стекло.

– Эй, парень, ты смотри не очень-то, а то окно расшибешь, – заговорил с ним Ленни.

Мотылек как будто понял и вернулся к своим товарищам, а Ленни посмотрел на часы и начал собирать бумаги. Сегодня он снова работал сверхурочно, за жалкую прибавку к месячному окладу.

– Ребята, кто-то должен поработать с документами «Блэк Пламб», иначе мы не успеем, – сказал перед обедом начальник отдела Генри Петровски. И все, как обычно, начали придумывать разные отговорки.

– Я не могу, мне нужно к врачу, – заявила Нэнси Крайчек.

– Я бы рад, сэр, но у меня сегодня важный семинар, – отмазался Фил Баттлер, посещавший курсы повышения квалификации.

– А у меня сегодня тренировка, – пожал плечами здоровяк Тэдди Лифшиц.

– Я могу остаться, шеф, – поднял руку Элрой Ривас, но мистер Петровски замахал руками:

– Нет-нет, Элрой, мы еще не расхлебали последствия твоей работы с фруктовой компанией Бисмарка. Я знаю, на кого можно положиться. – Мистер Петровски посмотрел на Ленни Фрозена.

И Ленни опять остался на сверхурочную работу.

Но не это его угнетало. Идти домой особо и не хотелось. Что его там ждало? Холостяцкая квартирка: ободранные обои, совмещенный санузел, паутина в углах и забытые под диваном грязные носки, лежавшие с прошлого года.

Иногда, возвращаясь со службы, Ленни Фрозен часами гулял по улицам города, заходил в район Риц, где было полным-полно антикварных магазинчиков. Там он подолгу простаивал возле витрин, созерцая то, на что у него не хватало денег, – коллекционные шахматы. Ленни был заядлым коллекционером. Его собрание состояло из более чем сорока комплектов шахмат: от потрескавшихся фигурок из примитивной пластмассы до истинных произведений искусства – прекрасных копий с шахмат императора Финх-Недд.

Ленни не особенно нуждался в модной одежде, вкусной еде или дорогой мебели – все свои деньги, включая премии за сверхурочную работу, он тратил на приобретение шахмат. Живший напротив Ленни отставной полицейский Шао Браун часто подтрунивал над ним, потому что тот, несмотря на свою страсть к коллекционированию шахмат, так и не научился в них играть.

– Извини, Ленни, но у нас в сорок четвертом участке таких, как ты, называли шакалятами, – говорил, бывало, Шао.

– Это почему?

– А потому, что ты закапываешь в землю косточку, которую все равно есть не станешь.

– Нет, Шао, это другое, – возражал Ленни.

– Один хрен, ты бы хоть выучил Е2—Е4.

– Мне это ни к чему, Шао, – обычно заканчивал разговор Ленни и уходил. Он не говорил Брауну, что специально не учится играть в шахматы. Ленни боялся разрушить некую тайну, которой, как ему казалось, была окутана эта древняя игра. Он считал, что увлеченный игрой человек уже не различает, что перед ним – штампованные углепластиковые фигурки или произведения великого Ронсана. Гроссмейстер видит только задачи и комбинации, но не сами фигурки.

Когда Ленни покидал вестибюль, часы показывали половину двенадцатого. Он сдал ключи, махнул рукой знакомому охраннику и вышел на улицу.

Дневной смог уже поднялся к верхним этажам небоскребов, и внизу дышалось довольно сносно. Шахты-озонаторы жужжали на полную катушку, чтобы к утру очистить все улицы.

Ленни направился в сторону центра, спустя пять минут возле него притормозило такси. Ленни отрицательно покачал головой, и машина помчалась дальше, мигнув на прощание зеленым огоньком.

Следом за такси проехал инкассаторский грузовик. Его бойницы смотрелись очень грозно, Ленни невольно поежился, словно его в чем-то подозревали.

Возле светофора стояла шумная компания девушек-подростков. Они громко смеялись. Когда Ленни проходил мимо, одна из них попросила у него закурить.

– Извините, я не курю, – ответил Ленни.

– Ну тогда дай два кредита на сигареты, – сказала перемазанная губной помадой девчонка, и ее подруги засмеялись.

Ленни достал деньги и протянул девушке. Та взяла, пожала плечами и сказала спасибо. Подружки опять засмеялись, а Ленни улыбнулся им в ответ и пошел своей дорогой. Ему было приятно, что девушки обратили на него внимание, пусть даже со скуки. Ленни знал, что он не слишком привлекателен.

Да и кому понравится лысеющий сутулый человек, имеющий излишек веса и толстые ляжки? Что бы там ни говорил сосед Шао Браун насчет того, что, дескать, мужику внешность ни к чему, Ленни хотелось быть похожим на своего сослуживца – Тэдди Лифшица, спортсмена и покорителя дамских сердец.

Возле линии муниципального трамвайчика Ленни пришлось пробежаться. Едва он запрыгнул на подножку, двери захлопнулись, и трамвайчик покатил в сторону Старого города, туда, где жил Ленни.

Вагон был почти пуст, если не считать лениво целовавшейся парочки да пьяного кондуктора. Он остановился возле Ленни и долго высчитывал причитающуюся тому сдачу, дыша на него винными парами.

Трамвай постукивал колесами на стыках рельсов, эти звуки убаюкивали. За стуком колес уходили тревоги и постоянное ощущение неустроенности. Ленни слышал, что через год трамвай уберут и пустят метро, и это ему совсем не нравилось.

«Ну что хорошего в подземных поездах? – думал он. – В окно смотреть неинтересно. Остается наблюдать за пассажирами или спать».

Трамвай остановился на нужной остановке, и Ленни лихо спрыгнул на платформу, едва не подвернув ногу.

«Полегче надо, – поморщился он. – Я же не Тэдди Лифшиц».

Слегка прихрамывая, он направился к своему дому.

Ленни только-только начал переходить улицу, когда из-за угла показался большущий муниципальный грузовик. Машина мигала разноцветными маяками и двигалась прямо на Ленни, который от неожиданности даже остановился. Остановился и грузовик. Дверца открылась, с подножки на асфальт спрыгнул рабочий в оранжевом комбинезоне.

– Ты чего встал как вкопанный? – неожиданно высоким голосом спросил водитель грузовика. – Жить надоело?

Не дожидаясь ответа, он надел желтые рукавицы и достал из кабины большой дистанционный пульт.

Ленни отошел в сторону и стал с интересом наблюдать, как выезжала длинная стрела с длинным, как хобот, рукавом. Рабочий стащил крышку люка железным крюком и стал нажимать кнопки на пульте. Рукав опустился до упора в шахту, включилась помпа, в колодце мощно зашумела вода.

Видимо, эта операция должна была длиться долго, потому что водитель вернулся к кабине и, сбросив перчатки, достал бутылку с водой. Затем обернулся к Ленни Фрозену и поманил его пальцем.

– Здравствуйте, – сказал Ленни, подойдя ближе.

– Привет, парень, – ответил водитель. – Первый раз вижу, чтобы кого-то заинтересовала моя работа.

– А мне интересно. Так необычно…

– Чего же тут необычного? Промывка дерьма, только и всего. – Девушка, теперь Ленни в этом не сомневался, сделала глоток и протянула бутылку ему.

– Вообще-то меня заинтересовал ваш голос, мисс, – признался Ленни.

– Ну да, все считают, что женщина с дерьмом возиться не должна. А по мне, так все равно. Работа, она работа и есть, – сказала девушка.

Вода в колодце продолжала шуметь.

– Тебя как зовут?

– Ленни Фрозен.

– А я Франка Роншар, – Франка протянула руку и крепко пожала холодную ладонь Ленни.

Вода перестала шуметь, Франка надела перчатки и начала манипулировать кнопками дистанционного пульта. Машина подтянула «хобот», и девушка тем же металлическим крюком вернула тяжелую крышку на место. Затем легко запрыгнула на подножку грузовика и, обернувшись, сказала:

– Ну бывай, Ленни Фрозен. Может, еще свидимся.

– Постойте, Франка, – неожиданно остановил девушку Ленни.

– Чего тебе?

– Франка, а можно я вам позвоню? – спросил Ленни и покраснел, однако в мигающем свете маяков это было незаметно.

– Да ты хват, Ленни Фрозен! – засмеялась девушка. – Ну хорошо, звони. – Она достала из кармана служебную карточку и показала Ленни.

Тот посмотрел сначала на фотографию, где Франка улыбалась и у нее была красивая прическа, потом глянул на телефонный номер.

– Все, – кивнул Ленни, возвращая карточку.

– Что, неужели запомнил?

– Да.

– Звони. Всего хорошего, – улыбнулась Франка и, забравшись в грузовик, тронула его с места.

Тяжелая машина рыкнула мощным двигателем и покатилась по улице. А Ленни стоял и смотрел вслед, пока грузовик, мигнув поворотами, не скрылся за углом.

Глава 2

Чтобы закончить отчет по «Блэк Пламб», Ленни пришел в контору пораньше, однако ключа на вахте уже не было.

– Его взял мистер Лифшиц, – сообщил охранник, и Ленни, кивнув, пошел к лифту.

Тэдди Лифшиц довольно часто приходил на работу раньше всех. Это происходило в те дни, когда он не ночевал дома.

«А вчера сослался на тренировку, – вспомнил Ленни. – Хотя, конечно, каждый тренируется, как может. К тому же если бы я вчера не остался на сверхурочную работу, то не познакомился бы с Франкой. Так что спасибо Тэдди Лифшицу и вообще всем лентяям нашего отдела».

Створки лифта разошлись, и Ленни вышел на своем этаже. Испытывая необыкновенный подъем, он открыл дверь в отдел и позвал:

– Тэдди! Самый лучший работник, ты где?

Тэдди не отозвался. Ленни заглянул за перегородку и увидел модный пиджак Лифшица, который был наброшен на спинку стула.

«Но где же Тэдди?» – с недоумением подумал Ленни, вышел в небольшой тамбур и толкнул дверь туалета. Она не поддалась.

«Бедняга, – усмехнулся Ленни, – муж пришел так быстро, что на туалет времени уже не оставалось».

Он вернулся к своему столу и достал из портфеля бумаги, которые брал на дом.

– Так-так-так, – сказал Ленни, доставая папку «Блэк Пламб». Едва он открыл ее, потянувший из окна сквозняк выхватил несколько листов. – Стоять, ребята, – скомандовал Ленни и, вскочив со стула, подхватил улетевшие листы. Он вернул листы в папку и, подойдя к окну, прикрыл створку.

«Странно, зачем ему понадобилось открывать окно?» – подумал Ленни, имея в виду Тэдди Лифшица. Из-за плохо отрегулированного кондиционера по утрам в отделе было довольно прохладно.

«Чего он там засел?» – Ленни снова подошел к туалету и постучал в дверь.

– Эй, Тэд, ты там не уснул?

Лифшиц не отозвался. Тогда Ленни решил побаловаться выключателем – верный способ вывести из себя занимающего туалет человека. Однако, странное дело, свет в туалете был выключен.

«Там никого нет, а я как дурак разговариваю с пустым сортиром», – улыбнулся Ленни.

Решив, что дверь просто заклинило, он толкнул ее сильнее, но она не поддавалась. Заинтригованный таким положением дел, Ленни сходил к своему столу и нашел отвертку, затем вернулся к туалету и начал раскручивать замок.

Через пять минут ручка вывалилась наружу. Ленни щелкнул выключателем и толкнул дверь.

То, что он увидел в туалете, заставило его на долю секунды усомниться в реальности происходящего. Одна из стен и весь пол туалета были залиты кровью, а рядом с унитазом лежало обезглавленное тело Тэда Лифшица.

Выронив дверную ручку и отвертку, Ленни зажал ладонью рот и попятился назад, а рвотные позывы уже скручивали и трясли его тело.

Наконец его вырвало, и в голове немного прояснилось.

«Полиция! Нужно вызвать полицию!»

Перешагнув через извергнутую им лужу, Ленни на трясущихся ногах подошел к своему столу и, сняв трубку, набрал номер ближайшего отделения.

Глава 3

Появление суровых решительных людей в штатском вывело Ленни из оцепенения.

Один из полицейских сел напротив Ленни, а остальные пошли к туалету.

– Это вы вызвали полицию?

– Да, – кивнул Ленни.

– Вот дерьмо! – выругался криминалист, наступив на изгаженный Ленни пол.

– Извините, это меня вырвало, – признался Ленни.

– Понимаю вас, мистер…

– Фрозен, сэр. Ленни Фрозен.

– Очень приятно, мистер Фрозен. А я лейтенант Стакпол. – Лейтенант снял шляпу и положил на стол Ленни. Затем пригладил седоватые волосы и посмотрел ему в глаза. – Итак, кто убитый?

– Это Тэд Лифшиц, мой сослуживец. Вот, кстати, его пиджак. – Ленни показал на место Лифшица.

– Пиджак, это хорошо, – кивнул лейтенант.

Из туалета вышел полицейский. Подойдя к лейтенанту, он показал два прозрачных мешочка. В них лежали перемазанные кровью дверная ручка и отвертка.

– Тут все ясно, босс. Парень заперся в туалете, а убийца вскрыл замок и заколол его отверткой.

– Спасибо, сержант. Это очень кстати, – сказал лейтенант и, указывая на отвертку, спросил: – Мистер Фрозен, вам знакома эта отвертка?

– Да, сэр. Это моя отвертка.

Полицейские переглянулись, сержант еле заметно усмехнулся.

– А как ваша отвертка могла попасть в туалет, мистер Фрозен?

– Вот дерьмо-то, а? – послышался голос медэксперта. – Где же его голова?

– Что такое, Стю? – бросил через плечо лейтенант Стакпол.

– Мы не можем найти голову, сэр! – отозвался медэксперт.

– Вот такие дела, мистер Фрозен, – соболезнующим тоном произнес лейтенант Стакпол, а сержант плотоядно улыбнулся.

Ленни сидел белый как мел. Известие о том, что кто-то отрезал Тэду Лифшицу голову и спрятал ее, вызвало у него новый приступ тошноты.

Вошел полицейский в форме.

– Чего тебе, Брайт? – спросил сержант.

– Там пришел охранник, сэр.

– Охранник? – обернулся лейтенант. – Запускай его.

Полицейский исчез за дверью, а ему на смену появился немного испуганный охранник.

– Санчо Солана, сэр, – представился он, глядя то на сержанта, то на лейтенанта Стакпола.

– О’кей, Солана, – кивнул Стакпол. – Кто этот человек?

– Леннард Фрозен, сэр. Сотрудник аудиторского отдела.

– Во сколько он сегодня пришел на службу?

– В восемь тридцать, сэр.

– Откуда такая точность?

– Я посмотрел на часы, сэр. Потому что мистер Фрозен попросил ключ, а при выдаче ключа я делаю в журнале запись с указанием времени.

Открылась дверь, и появились два санитара.

– Можно забирать? – спросил один из них.

– Стю! Поллард! – крикнул лейтенант.

– Пусть идут, мы уже закончили! – отозвались спецы, и санитары пошли к туалету.

– А во сколько пришел мистер Лифшиц? – спросил у Соланы лейтенант.

– Он пришел в восемь часов десять минут, сэр. Я выдал ему ключ и сделал запись в журнале.

– Спасибо, Солана. Вы можете идти, – сказал лейтенант, и охранник, неловко повернувшись, вышел в коридор.

– Итак, мистер Фрозен, теперь вернемся к вам. А ты присядь, Браннер, а то мистер Фрозен только на тебя и смотрит.

Сержант опять усмехнулся и, отойдя в сторону, сел за стол Нэнси Крайчек.

– Как ваша отвертка попала в туалет, мистер Фрозен?

– Я ее выронил, сэр.

– А зачем вам понадобилось идти в туалет с отверткой?

– Дело в том, что замок был заперт изнутри, а я раскрутил его снаружи и таким образом открыл дверь.

Под сержантом Браннером скрипнул стул.

– И что же вы сделали потом? – продолжал допрос лейтенант.

– Я? Я испугался, и меня вырвало, – сказал Ленни и почувствовал, что тошнота опять накатывает на него.

– То есть вы разбирали замок только из любопытства, мистер Фрозен? Правильно я вас понял?

– Выходит, так, – немного подумав, ответил Ленни.

– А вам не кажется странным, мистер Фрозен, что человек, придя на службу, хватает отвертку и начинает разбирать замки на дверях? Вы же не монтер, мистер Фрозен. Вы – аудитор, и вам платят не за ремонт дверей.

Под мускулистым телом сержанта Браннера снова заскрипел стул, лейтенант Стакпол поднялся.

– Пойду прогуляюсь, а вы, мистер Фрозен, посидите подумайте, – может, еще что-нибудь вспомните.

Лейтенант направился к двери, потом вернулся и, взяв со стола шляпу, вышел.

Как только за ним закрылась дверь, сержант Браннер поднялся со стула и, вздохнув, начал буднично снимать помятую шляпу и пиджак. Затем, закатав рукава и выйдя на середину комнаты, сказал:

– Иди сюда, родной, я помогу тебе вспомнить все.

– Что, простите? – растерянно спросил Ленни, медленно поднимаясь.

– Сюда иди, – приказал Браннер.

Ленни подошел к сержанту ближе, тот схватил его за шиворот и ударил в солнечное сплетение.

От неожиданности Ленни едва не потерял сознание. Из-за сильной боли заломило в затылке, а в глазах поплыли красные круги. Откуда-то издалека прилетел образ – незнакомое злое лицо и беззвучно шевелящиеся губы. Наконец появились звуки. Кто-то спрашивал Ленни, но смысл слов терялся, и оставалось только бессвязное сотрясение воздуха.

Наконец спазм отпустил Ленни, и ему удалось сделать вдох.

– Куда дел голову? – явственно расслышал Ленни, а через пару секунд до него дошел смысл вопроса. Какой ужас! Его, Ленни Фрозена, подозревали в чудовищном убийстве!

– Я… я никого не убивал, мистер Браннер. Я же говорил лейтенанту…

– Ответ неправильный, – гаркнул сержант и ткнул Ленни в ребра острым, как гвоздь, пальцем.

– А-а-а! – закричал тот от боли и тотчас получил по лицу.

Ленни отлетел к стене, по пути задев стол Фила Баттлера, и шлепнулся на пол, прямо перед его лицом запрыгала упавшая авторучка Фила.

«Фил будет ругаться», – промелькнуло в голове Ленни.

Крепкая рука сержанта Браннера подняла его с пола, и он снова услышал:

– Зачем ты убил Лифшица, сучонок? Говори! – Не дожидаясь ответа, сержант еще раз ударил Ленни.

На этот раз он впечатался в противоположную стену. И, хотя в ушах здорово звенело, ему удалось устоять на ногах.

В этот момент санитары стали выносить тело Лифшица. Носилки прогибались под тяжестью укороченного тела, прикрытого непромокаемым саваном. За санитарами проследовали криминалист и медэксперт. Они лениво взглянули на Ленни и вышли в коридор, а Браннер снова подошел к нему и, вытащив на середину комнаты, начал бить по лицу, приговаривая:

– За-чем у-бил? За-чем у-бил? Го-во-ри! Го-во-ри!

Голова Ленни безвольно болталась от хлестких ударов, а во рту уже чувствовался привкус крови. Видя, что допрашиваемый вот-вот потеряет сознание, Браннер прекратил избиение и отпустил Ленни, который тут же упал. Однако спустя секунду, к удивлению сержанта, он резко вскочил на ноги и стал в стойку.

– Эй, мешок с дерьмом! Ты что это задумал?

Вид лысоватого сутулого толстяка, приготовившегося к схватке с ним, плечистым здоровяком, показался сержанту забавным. Он шагнул к Ленни, тот, приняв вызов, сделал подшаг, чтобы нанести удар.

Сержант попятился. Уверенное поведение Фрозена говорило о том, что Браннера не ждет ничего хорошего.

В этот момент открылась дверь и на пороге появился лейтенант Стакпол.

– Прекратите немедленно, сержант! – с деланой строгостью приказал он и шагнул вперед, но, увидев застывшего в оборонительной стойке Фрозена, озадаченно остановился. – Что здесь происходит, сержант?

– Кажется, он собрался со мной драться, сэр.

– Мистер Фрозен, очнитесь! С вас сняты все подозрения! С вас сняты все подозрения, мистер Фрозен!

Смысл сказанного лейтенантом наконец дошел до Ленни, и его глаза приняли прежнее неуверенное выражение, а руки безвольно опустились.

– Сэр, сержант избил меня, – пожаловался Ленни.

– Что такое? Сержант, немедленно покиньте помещение! С вами мы еще разберемся!

Браннер схватил шляпу, пиджак и исчез за дверью.

– Не беспокойтесь, мистер Фрозен, мы проведем служебное расследование, и, уверяю вас, сержант Браннер потеряет полицейский значок. Таким людям не место в полиции.

– Спасибо, сэр, – пробормотал Ленни, еле шевеля разбитыми губами.

– Присядьте, мистер Фрозен. – Лейтенант поднял с пола упавший стул.

Ленни сел.

– Теперь все в порядке, мистер Фрозен, – повторил лейтенант, садясь рядом. – Сотрудники со второго этажа видели, как спускалась строительная люлька, в которой находился человек, совершенно непохожий на строителя. И у него был сверток.

Ленни понимающе кивнул.

– Когда вы пришли сюда, мистер Фрозен, не заметили ли вы чего-нибудь необычного?

– Да, – разлепил губы Ленни, – окно было открыто. Я его закрыл.

– Вы точно это помните?

– Сквозняк рассыпал мои бумаги, и я встал, чтобы закрыть окно.

– Это очень важная деталь, мистер Фрозен. Спасибо вам большое и примите мои извинения за действия сержанта. Он будет очень строго наказан. – Лейтенант поднялся. – Вы верите мне?

– Верю, – ответил Ленни.

«Ну и болван», – сказал про себя лейтенант.

– Всего хорошего. Спокойно работайте, а ваш туалет мы пока закроем. Придется попользоваться другим.

Лейтенант ушел. Дверь за ним закрылась. Ленни какое-то время сидел в тишине, потом в коридоре послышались шаги, и в отдел несмело вошли Нэнси Крайчек, Фил Баттлер и Элрой Ривас.

– Ленни! Ты живой?! – удивилась Нэнси.

– Ты ничего не поняла, Нэнси, – разъяснил Фил, – убили не Ленни, а Тэдди.

– Ну да, теперь я поняла, – сказала Нэнси и стала осматривать рабочую комнату, словно видела ее впервые. – Надо же, такое событие… убийство…

– Что это тебе, праздник, что ли? – сурово заметил Элрой Ривас и прошел на свое место.

– Кто сбросил мою авторучку? – воскликнул Фил.

– Это полиция, – объяснил Ленни.

– А может, потребовать у босса выходной? – предложила Нэнси.

Внезапно дверь открылась, и вошел Генри Петровски.

– Это кому тут выходной потребовался? – строго спросил он.

Его взгляд упал на Ленни.

– Фрозен, как там «Блэк Пламб»?

– Все готово, сэр.

– Молодец, Ленни. Вот с кого нужно брать пример – с Ленни Фрозена. Он и работу сделал, и с убийцей дрался.

– Ленни, ты дрался с убийцей?! – удивился Элрой Ривас.

– А ты не видишь, что у него лицо разбито? Я, как увидела, сразу поняла – Ленни дрался с убийцей, – заявила Нэнси. – Как хотите, мистер Петровски, а Ленни нужно отпустить домой.

– Э-э, конечно, Ленни, если ты не в состоянии работать, – замялся Петровски. – Но понимаешь, мы зашиваемся с «Лукас эппл». Если через день не сдадим отчет, то не они нам, а уже мы им будем платить.

– Я понимаю, сэр, – кивнул Ленни. – Несите документы, я поработаю.

– Ты снова меня выручаешь, Ленни, – растроганно проговорил шеф. – Считай, что прибавка к жалованью у тебя в кармане. Ну, по крайней мере, премия к Новому году – точно. Да, кстати о туалете, – перешел он на другую тему.

– А что с туалетом? – спросил Фил Баттлер.

– Им нельзя пользоваться.

– А что делать, если захочется пи-пи? – вступила в разговор Нэнси.

– Да, или помыть руки? – поддержал ее Элрой Ривас.

– Пойдете в общий туалет, на этаже.

Больше вопросов не последовало, и начальник ушел.

– А пиджак Тэда так и висит на стуле, – заметил Фил Баттлер.

– Да? Вот и чудесно, – оживился Элрой и, подбежав к столу Тэда, начал примерять пиджак. – О, как раз на меня.

– Тэд тебя не любил, Элрой, – заметил Баттлер. – Он чаще беседовал со мной и, следовательно, пиджак завещал бы мне, а не тебе.

– Тут я с тобой не соглашусь. Мы с Тэдом часто говорили о женщинах, – отозвался Элрой Ривас, застегивая пуговицы. – И потом, – он смахнул с плеча невидимую пылинку, – этот пиджак мне впору, а тебе будет маловат.

Ривас проверил карманы и вытащил зажигалку.

– Вот, можешь взять ее себе, – предложил он, протягивая находку Баттлеру.

Тот взял, повертел ее в руках и проворчал:

– Неравноценное распределение. Тебе модный пиджак за пятьсот кредитов, а мне – маленькую зажигалку.

– Разуй глаза, Фил, на ней позолота, к тому же это «Дриппо», малая серия. Она потянет кредитов на семьсот.

Фил посмотрел на Элроя с недоверием, потом все-таки положил зажигалку в карман.

– Противно на вас смотреть. Как грифы, слетевшиеся на мертвечину, – заметила Нэнси.

– Не злись, Нэн, мы же не виноваты, что Тэдди был мужчиной и его вещи годятся только нам.

– А мне от него ничего и не надо, – гордо ответила Нэнси.

– Теперь да, – согласился Баттлер. – А в прошлом году вы с ним две недели подряд оставались на сверхурочную работу.

– Вот-вот, а ты даже и слезинки не уронила, – поддержал Баттлера Элрой Ривас. Он принюхался к пиджаку. – Пахнет «Звездным лесом». Не переношу его. Придется отдавать в чистку.

Дверь в отдел открылась, вошел Генри Петровски, а с ним полицейский в мундире. Последний важно проследовал к двери туалета и налепил на нее какую-то бумажку. Затем повернулся к сотрудникам отдела.

– За срыв печати последует жестокая уголовная ответственность, так что в ваших же интересах следить за ее сохранностью. – Для усиления эффекта полицейский поднял вверх указательный палец. Поняв его жест по-своему, Генри Петровски посмотрел на потолок.

В этот момент печать отклеилась и шлепнулась на пол возле начищенных ботинок полицейского чина. Тот недоуменно посмотрел на произошедшее безобразие и, нагнувшись, попытался оторвать печать от пола. Однако бумага приклеилась прочно, полицейскому удалось оторвать только небольшой клочок.

– Гм-гм, – произнес блюститель порядка и уже не так строго добавил: – Я схожу за другой печатью, а вы пока не нарушайте.

Когда полицейский вышел, Петровски сказал:

– Работы у нас скопилось много, поэтому придется поднавалиться. К Ленни это, конечно, не относится. Он и так тянет за семерых.

– Теперь будет тянуть за восьмерых, – сказал Элрой.

– Почему? – не понял шеф.

– Так Тэда же нет с нами.

– А-а, ну да. Только я не это имел в виду. Кстати, со следующей недели Ленни начнет получать надбавку к жалованью в размере пятидесяти процентов. Сам мистер Резник отметил добросовестность Ленни Фрозена и лично подписал распоряжение, вот. Ну я пошел, а вы работайте.

Когда за Петровски закрылась дверь, Нэнси, Фил и Элрой дружно уставились на Ленни.

– Куда будешь теперь деньги девать, приятель? Шутка ли – двадцать одна сотня кредитов в месяц! – спросил Элрой.

– На шахматы, ясное дело, – ответил за Ленни Фил Баттлер.

– Завел бы лучше девушку, Ленни, – предложила Нэнси.

Ленни оторвался от бумаг и посмотрел на Нэнси.

– Я подумаю, – сказал он.

1 2 3 4 5 ... 7 >>