Алекс Орлов
Ловушка для змей

– Чего?

– Я говорю, боксы – здесь стальные чушки по температуре выдерживали.

– А зачем? – спросил Блингштофф, поводя стволом автомата из стороны в сторону.

– Кто его знает… Это по технологии положено, чтобы какое-то в них зерно росло, цементитовое.

– Ладно брехать, пролетарий, – прошептал Блинг– штофф и остановился.

– Ты чего?

– А ты не слышишь? – Блингштофф встал на колено и прицелился куда-то в молочную пелену тумана.

Гао прислушался. Ему показалось, что он различает какой-то скрип. Звук становился все отчетливее, а затем в каких-то сорока метрах впереди открылась одна из бесчисленных дверей.

Гао тоже поднял винтовку и привычно задержал дыхание. Теперь он не собирался давать мишеням ни одного шанса.

31

В туго облегающем костюме Лу чувствовал себя весьма скованно. Под мышками давило, в паху стесняло, и даже чтобы вздохнуть, требовалось приложить дополнительные усилия.

– Послушай, в них же неудобно, – наконец выразил свое отношение Эрвиль.

– Это ходить неудобно, а сидеть на айрбайке очень удобно. Надень шлем, его нужно подогнать по голове.

– Пожалуйста.

Лу с трудом просунул голову в пластиковую скорлупу и почувствовал себя еще отвратительнее. К тому же тот, кто носил этот шлем прежде, обожал коричную жвачку. А Лу запах корицы совершенно не переносил.

– Ой, Джим! – пожаловался он. – Меня сейчас стошнит.

– Даже и не думай, – серьезно ответил Кэш. – Моментально захлебнешься.

– Но что же мне делать?! – запаниковал Лу.

Его голос, искаженный акустической мембраной, звучал как из испорченного динамика.

– Заткнись. Сейчас я подгоню тебе шлем, а то он на голове болтается.

– Какое там болтается, Джим! Он мне мал!

– Нет, Лу. Его нужно подтянуть сильнее. Если будет хоть небольшая щелочка, тебе потоком воздуха может запросто башку оторвать.

– Ты это серьезно?

Лу осторожно ощупал шлем и подумал, что, пожалуй, Джим прав и крепления следует подтянуть.

После всех необходимых подгонок, которые Кэш производил со всей ответственностью, у Эрвиля появилось такое ощущение, что циркуляция крови в его теле прекратилась. Однако на этом неудобства не закончились. Джим достал банку с ламизитом – густой жидкостью отвратительного непрозрачно-серого цвета – и, приказав Лу стоять смирно, начал мазать его с помощью большой кисти.

Через несколько минут обмазано было все, кроме перчаток, обуви и седалищной части, поскольку там требовалось как раз наилучшее сцепление.

После этого Джим намазал себя, и только спину ему кое-как размалевал Лу, вспотев при этом так, будто отработал в одиночку смену на заводе.

– Ну и что теперь, Джим? – спросил он.

– Теперь пора в путь. Вещи мы сложили, аппарат я проверил. Если все будет хорошо, через час будем в Ималте. А через полтора – в Дро.

Сквозь толстое стекло шлема Кэш подмигнул Лу и, указав на рычаги платформы, на которой стоял лонгсфейр, сказал:

– Впрягайся.

А сам подошел к дверям и, открыв все запоры, смело распахнул створки. В бокс тут же хлынул стылый утренний воздух и, встретившись с теплом, заклубился по полу серым туманом.

– Навалились! – прогудел из шлема Джим и, встав рядом с Лу, надавил на рычаг.

Платформа тронулась с места и покатилась к выходу, а стоявший на ней лонгсфейр поплыл, словно морской корабль.

Лу тяжело сопел и с непривычки плохо ориентировался. Он только реагировал на команды Джима и разворачивал платформу то влево, то вправо.

– Ну что, садимся? – нетерпеливо спросил Лу.

Покинув надежные стены бокса, он стал испытывать непонятное беспокойство.

Пока Кэш совершал последние приготовления, Эрвиль оглянулся и не сразу понял, что видит двух людей, наставивших на него автоматы.

– Джи-и-им!!! – что есть силы завопил он, и в это время прозвучал залп.

32

Наверное, Блингштоффу следовало выстрелить сразу, но его разобрало любопытство – уж очень необычно выглядел выплывающий из бокса аппарат. А злоумышленники, наряженные в какую-то блестящую резину, напоминали ему лысых морских свинок.

«Козлы, – про себя выругался Блингштофф, успев подумать и о том, что Гао не стреляет, потому что, облажавшись в прошлый раз, ждет команды от своего товарища. – То-то же, осторожный сучонок».

Блинги уже готов был нажать на курок, когда Гао вдруг резко дернулся и повалился на своего напарника, паля на лету в небо и издавая какое-то странное шипение.

Он весил довольно прилично и почти размазал Блингштоффа по земле.

– Своло-о-очь! – завыл от злости и боли Блинги, отчаянно суча ногами и пытаясь подняться.

Наконец он выбрался из-под тела Гао и увидел, что глаза напарника неподвижно смотрят вверх, а из шеи, с левой стороны, торчит какая-то стальная штука, вошедшая по самый стабилизатор.

Между тем «лысые морские свинки» уже забрались на свою штуковину, завели ее и вот-вот собирались удрать. Блинги вскинул автомат в надежде пристрелить мерзавцев, однако получил в плечо дротик. Из упрямства он все же нажал на курок, но его пули только вонзились в стены, выбив никому не нужные искры, а на крыше ближайшего бокса снова появился враг – страшный и непонятный. В руке врага блеснуло еще одно жало, и Блингштофф повалился на спину.

Тем временем турбины лонгсфейра стремительно набирали обороты, и вскоре их жуткий рев начал заглушать выстрелы, которые раздавались отовсюду.

Словно подвешенный на веревочке, аппарат покачнулся и стал отрываться от платформы, колотя по земле струями спрессованного воздуха.

Выстрелы Блинги и шум взлетавшего лонгсфейра повергли в панику всех, кто провел эту ночь в засаде. Измотанные холодом и вынужденным пьянством, бандиты дремали кто где, и теперь, застигнутые врасплох, они вопили что есть мочи и на всякий случай стреляли в воздух.

<< 1 ... 21 22 23 24 25 26 27 >>