Алекс Орлов
Основной рубеж

Тони еще ни разу в жизни никто не бил, поэтому он был скорее удивлен, чем напуган.

Почти наверняка на него напали солдаты из роты сержанта Лизарда. Тони помнил их кривые ухмылочки, когда сержант ставил курсанта им в пример.

«Вот, значит, чему еще необходимо учиться, – подумал Тони, – искусству драки…»

Он поднялся на ноги и пошел дальше, решив не искать своих обидчиков. В конце концов, их можно считать своего рода «инструкторами» и «учителями».

15

На следующее утро Тони Гарднер, как обычно, пришел к воротам учебной панорамы, где его встретил улыбающийся Боби Маршалл:

– Что с твоим лицом? Ты что, упал с забора?

– Да, сэр, что-то вроде этого… – криво улыбнулся Тони.

– Постой, я сейчас угадаю: она оказалась замужем, а тебе об этом не сказала? – И инструктор сам рассмеялся собственной шутке.

Внезапно оборвав смех, Маршалл драматическим голосом произнес:

– Сегодня у нас стрельбы…

– Да, сэр, я помню.

– Помнить-то помнишь, но только не знаешь…

– Чего я не знаю, сэр?

– В качестве кого ты будешь участвовать в стрельбах, – сказал Боби Маршалл и, задрав голову, посмотрел куда-то на крышу панорамы. Не глядя на Тони, он спросил: – Как ты думаешь, что я делаю? – И сам ответил: – Я отвлекаю твое внимание, я его рассеиваю, и у меня это получается. Ты пялишься на крышу вместе со мной, парень. Так не годится. Ты даже не спросил, в качестве кого ты будешь участвовать в сегодняшних стрельбах…

– Вы учили не проявлять праздного любопытства, – ответил Тони.

– А вот это правильно.

– Так в качестве кого я буду участвовать в стрельбах, сэр? В качестве мишени?

– Хороший вопрос, Гарднер. – Маршалл почесал свою лысую голову. – Мишенью ты, конечно же, будешь, но это случится позже, когда тебе придется воевать. А сегодня тебе предстоит ублажать нескольких молодых девушек… – Инструктор посмотрел на Тони, на лице парня не дрогнул ни один мускул. – Будешь изображать инструктора, стрелка-профессионала. – Маршалл вперил в Тони пристальный взгляд, стараясь рассмотреть хоть какой-то признак удивления, но ничего не заметил. Он вздохнул. – Ладно, надевай вот это.

С этими словами Боби Маршалл подал Тони кожаную куртку, какие носили инструкторы.

Тот смело взял из рук инструктора куртку и, не говоря ни слова, надел.

– Отлично выглядишь, – похвалил его Маршалл. – Ну пошли в панораму.

Тони шел вслед за учителем, чувствуя себя не в своей тарелке. В панораме уже собирались курсанты и их наставники. Инструкторы кивали Боби Маршаллу и удивленно смотрели на Тони. Однако никто не задавал никаких вопросов.

Вскоре Маршалл привел Тони в зал, где проводились стрельбы из артиллерийских орудий.

– Вот, Гарднер, смотри. Видишь эти направляющие? По ним двигаются платформы, на которых установлены «Пацифики», правда без ног. Только верхняя и нижняя кабины, ну и, конечно, все вооружение.

– И ракеты, сэр?

– Да, и ракеты… Вон там слева у стены стоит пульт управления. Ты нажимаешь на кнопочку, и из тех ворот, что справа, по рельсам выходит платформа. Ты сажаешь туда курсанта и разрешаешь ему пять раз пальнуть из пушек во-он по тем железякам. Видишь их?

– Честно говоря, сэр, не очень.

– Ничего страшного, через прицел рассмотришь лучше. До мишеней ровно пятьсот метров. После первого выстрела там поднимется пыль и вообще ничего видно не будет, но так даже лучше. При плохой видимости ты сможешь использовать так полюбившийся тебе компьютер… Понятно?

– Да, сэр.

– Ну тогда давай потренируйся, а то через десять минут здесь появятся первые курсанты.

– Десять минут? Вы что, сэр, серьезно? – опешил Тони, от его напускной невозмутимости не осталось и следа.

– Давай быстрее, парень, время идет…

Понимая, что возражать уже поздно, Тони подбежал к пульту и, повернувшись к инструктору, крикнул:

– Какую тут нажимать кнопку, сэр?

Боби Маршалл наморщил лоб и почесал лысину.

– Ты знаешь, по-моему, я забыл… Ну нажми какую-нибудь. Разбирайся скорее, времени почти не остается.

Тони ткнул пальцем в зеленую кнопку, и в стрелковом туннеле зажегся свет.

– Молодец, так намного лучше, – похвалил его Маршалл.

«Издевается…» – подумал Тони и надавил следующую кнопку. Где-то вдалеке заскрежетал механизм, на смену одним мишеням вышли другие.

Наконец Тони удалось отыскать нужное включение. Огромные створки ворот разошлись, и в стрелковый зал выехал установленный на платформе «Пацифик».

Не теряя ни минуты и не дожидаясь, пока платформа остановится, Тони полез в артиллерийскую кабину. По пути он бросил взгляд на Боби Маршалла, который с отстраненным видом прохаживался по смотровой площадке.

Тони забрался в кабину. Она была значительно больше обычной, не с одним, а с двумя креслами. Для ученика-стрелка и инструктора.

Он сел на место курсанта и, надев шлем, включил энергоблок.

Ни о каких поломках машина не сообщала, и Тони включил подачу снарядов. Тихо пощелкивая, заработал транспортер. Метки правого и левого орудий загорелись зеленым светом. Перед глазами Тони появились белые ниточки прицельных визиров. Он навел перекрестье на мишень и плавно надавил кнопку спуска.

Корпус «Пацифика» вздрогнул, и в силуэте танка образовалась пробоина. Внутри у Тони поднялась горячая волна восторга. Он впервые в жизни выстрелил из настоящего орудия!

Тони решил прицелиться получше, чтобы попасть точно в башню танка, но неожиданно кто-то тронул его за плечо.

Думая, что это инструктор, Тони снял шлем и обернулся.

– Курсант Галлауз, сэр! Прибыла для проведения стрелкового тренинга! – звонко прокричала черноглазая девушка с носиком-пуговкой. Она собралась поднять руку, чтобы козырнуть, но в тесноте кабины это было невозможно.

– Э… Да, Галлауз… – Тони все еще не верилось, что Боби Маршалл мог так подставить своего курсанта. Но делать было нечего, и Тони переполз на кресло инструктора. – Занимайте место и… – Тони лихорадочно соображал, что в таких случаях говорят инструкторы, – и ничего не бойтесь, а главное – не закрывайте при выстреле глаза…

– Именно этого я и боюсь, сэр… – призналась курсант Галлауз, надевая шлем.

– Ничего-ничего, успокойтесь и сосредоточьтесь на том, чтобы навести крестик на башню.

– Сколько раз я могу выстрелить, сэр? – спросила девушка.

Тони попытался вспомнить, что по этому поводу говорил Маршалл. «Кажется, он говорил о пяти снарядах…» – вспомнил Тони.

– Пять выстрелов, курсант Галлауз…

– Спасибо, сэр…

Тони смотрел на дублирующий экран, позволявший инструктору видеть то, что видел курсант. Девушка волновалась, прицел прыгал из стороны в сторону. Тони положил свою ладонь поверх ладони девушки и помог остановить дергающийся визир.

– Ой, спасибо, сэр… – милым голоском поблагодарила курсант Галлауз.

Раздался выстрел. Снаряд едва зацепил мишень.

– Ну вот… – разочарованно произнесла девушка.

– Ничего страшного. Из пятидесяти курсантов только один попадает в мишень с первого раза… – успокоил ее Тони.

Это подействовало, оставшиеся четыре выстрела были более удачными. С улыбкой до ушей девушка покинула кабину, а у Тони появилась возможность перевести дух.

Следующими были двое парней, которые действовали достаточно четко и успешно отстрелялись без помощи «инструктора».

Тони уже совсем успокоился и решил, что сумеет выйти из ситуации с честью, когда его сеанс самолюбования был прерван появлением Бренды Сантос.

– Курсант Сантос, сэр!

– Садитесь… – Тони указал на кресло «инструктор» и уставился в дублирующий экран.

Бренда надела шлем и стала наводить визир. Тони отметил про себя, что делает она это умело.

– Можно? – спросила девушка.

– Конечно… – отозвался Тони, и девушка положила все пять снарядов один возле другого.

– Отличная стрельба, курсант Сантос. Такое мастерство сделает честь даже мужчине… – похвалил девушку Тони.

– Я никакому мужчине не дам обойти себя ни на дюйм, сэр, – высокомерно отозвалась Бренда и сняла шлем. Она задержала взгляд на лице Тони и неожиданно спросила: – Сэр, мы раньше никогда не были знакомы?

Тони с трудом выдержал ее взгляд.

– Разве что в прошлой жизни, курсант Сантос, – ответил он.

16

Подходила к концу четвертая неделя занятий. Тони давно уже получил от Боби Маршалла все зачеты, но продолжал ходить в панораму для дополнительных занятий.

Идя на тренировку, он теперь смело шел через городок, не боясь приветствовать офицеров по всем правилам – ночные занятия строевой подготовкой под руководством сержанта Лизарда пошли ему на пользу.

Придя в очередной раз к учебной панораме, Тони застал у входа улыбающегося Боби Маршалла.

Тони невольно подобрался. За четыре недели он усвоил, что если инструктор встречает его возле входа, радостно улыбаясь, значит, следует ожидать непредвиденных заданий, вроде тех, когда Тони пришлось быть инструктором или бригадиром механиков.

Однажды Маршалл, не говоря ни слова, привел Тони в ремонтный цех и сказал группе механиков-новичков, что это их бригадир. «Очень опытный специалист…» – весомо произнес Боби и ушел, невозмутимо поблескивая лысиной.

К счастью, Тони знал материальную часть на «отлично» и довольно толково управился с бригадой из двенадцати человек. К концу рабочего дня он был перемазан с головы до ног, однако гордился тем, что задание по ремонту машин было выполнено…

И вот теперь инструктор Маршалл снова подозрительно улыбался.

– Ты, я вижу, в отличной форме, Гарднер! – поделился он своими наблюдениями.

– Спасибо, сэр… – осторожно ответил Тони.

– И это здорово, потому что я поставил на тебя месячное жалованье.

– Что значит «поставил жалованье», сэр?

– Ну пойдем, я тебе по дороге расскажу…

Они вошли под крышу панорамы. Инструктор повел Тони на самый дальний участок, имитировавший сильно пересеченную местность с оврагами и лесными завалами. На этом трудном участке отрабатывались методы борьбы с партизанскими формированиями.

– В общем так, парень. Сейчас тебе дадут машину, на которой ты будешь воевать против двух других…

– Что значит «воевать», сэр? – Тони показалось, что Боби Маршалл окончательно спятил.

– Да не пугайся ты, – фыркнул инструктор. – Вы будете стрелять друг в друга из реального оружия, но только капсулами с краской. Короче, мы с моими коллегами поспорили, чьи отличники лучше. Я сказал, ставлю месячное жалованье на то, что ты сделаешь сразу двух противников. Ну коллеги мои заспорили: мол, такое мог сделать только Буч, но я заявил, что ты лучше, чем Буч… В общем, погорячился. – Боби Маршалл опустил свою лысую голову, словно искренне сожалея о том, что погорячился. – Надеюсь, старик, ты меня выручишь? – Боби просительно заглянул курсанту в глаза.

– Я… конечно, сэр, приложу все силы.

– Спасибо, Гарднер. Ты настоящий друг. – Инструктор похлопал Тони по плечу. – А вон и твоя машина, – как бы между прочим обронил он.

Тони посмотрел в ту сторону, куда указывал Боби, и его глаза расширились:

– Но ведь это «Сан-по», сэр!

– Да, а разве я тебе не сказал? – скорчил невинную физиономию инструктор Маршалл.

– Я его первый раз живьем вижу, сэр! Как я могу выиграть, если я еще ни разу не был в его кабине?! – негодовал Тони.

– Но у тебя есть время потренироваться.

– Что, опять «десять минут»?

– Нет, – Боби посмотрел на часы, – эти ребята придут через сорок три минуты…

Тони вздохнул и, сокрушенно качая головой, поплелся к машине.

Вблизи робот ему понравился. Это была легкая семитонная машина, вооруженная сорокамиллиметровой автоматической пушкой и спаренным пулеметом. «Сан-по» был очень подвижен, быстро бегал и мог перепрыгивать через преграды высотой до трех метров.

Тони забрался в кабину робота и огляделся, вспоминая все, что узнал об этой машине в Школе. Здесь пахло кожзаменителем и свежей краской. Этот запах вызвал у Тони чувство какой-то неустроенности.

На панели лежал визирный шлем – новейшая модель настоящего боевого устройства. Тони осторожно надел его на голову и включил энергоблок. Машина ожила, однако никаких пощелкиваний и подвываний, характерных для тяжелых машин, слышно не было.

– Ну как тебе? – раздался в наушниках голос Маршалла.

– Мне нравится… – признался Тони.

– В таком случае можешь подвигаться и привыкнуть к машине. Когда придут твои соперники, я объясню тебе задачу…

Тони не заставил себя долго упрашивать и пустил робот по ровному участку, удивляясь тому, что машина почти не запаздывает с выполнением команд. Это было юркое, подвижное и почти живое существо. Не то что неповоротливый «Невис» или капризный «Пацифик».

– Гарднер, они уже идут…

– Вы же сказали через сорок минут! – возмутился Тони, разворачивая «Сан-по» в обратную сторону.

– Значит, я ошибался. Короче, слушай меня внимательно: ты будешь бегать по пересеченной местности. Ты маленький, и это твой плюс. А они наверняка останутся на открытом месте и начнут палить в тебя из пушек… На их корпусах будут нарисованы большие желтые метки. По три на каждом «Пацифике». Как только ты поражаешь все три, робот выходит из игры. Понял?

– Понял, сэр, а почему на моей машине нет никаких меток?

– А зачем тебе метки? Ты маленький, и это твой минус… Они будут стрелять болванками из пористого пластика – это хорошо, но это тебя не спасет. От прямого попадания твою машину отшвырнет на несколько метров…

– Я уже понял… – мрачно произнес Тони, увидев шагающих роботов.

– Да, чуть не забыл, у тебя шестьсот снарядов. Постарайся уложиться.

«Пацифики» приближались, а в стороне, метрах в пятидесяти от них, шла группа инструкторов. Среди них Тони увидел и Боби Маршалла. Все наблюдатели были в шлемах и жестких бронежилетах – так требовали правила безопасности.

Территория предстоящего учебного боя была размером с футбольное поле. Машина Тони стояла на его середине, а «Пацифики» двигались от края.

Понимая, что команды к началу схватки не последует, Тони развернул «Сан-по» и, спустившись в овраг, побежал к роще.

Как только он выбрался из оврага, правый «Пацифик» произвел выстрел, и стоявшее неподалеку дерево переломилось пополам. Мгновенно поняв, что ему грозит, Тони повел машину к завалу из толстых бревен. Пока он двигался, еще два снаряда врезались в кучу мусора и осыпали «Сан-по» землей и гниющими листьями.

«Ничего, – подумал Тони, – так я буду незаметнее…»

Едва «Сан-по» спрятался за поваленные деревья, четыре пластиковые болванки ударили в его убежище, однако толстые стволы деревьев выдержали, и Тони получил небольшую передышку. Он понимал, что времени у него в обрез. Если «Пацифики» разойдутся в стороны и откроют перекрестный огонь, ему долго не продержаться. Что же делать?

Тони снял шлем и оглядел панель. «Сан-по» являлся разведчиком, значит, должен был иметь свои хитрости. «Ага – вот! Выносная камера…» Тони нажал кнопку, и манипулятор с камерой активизировался.

– Вот это уже кое-что… – сказал сам себе Тони, когда на экране появилось изображение пары «Пацификов». Метки на их броне оказались совсем маленькими и не такими яркими, как обещал инструктор. К тому же меток было не три, а четыре.

«Короче, Боби Маршалл снова меня подставил…» – подвел итог Тони Гарднер.

«Пацифики» начали осторожно расходиться. Остававшееся для маневра время истекало.

Еще раз окинув взглядом панель управления, Тони решился включить компьютер наведения.

Тотчас на экране появилась надпись: «Цели захвачены».

Тем временем левый «Пацифик» оказался уже вне поля видимости, а правый все еще совершал свой обход.

Тони увеличил изображение. На экране появились метки «Пацификов» и «Сан-по». Левый «Пацифик» уже явно угрожал Тони, и он, подняв машину с колен, перебрался вправо от завала. Теперь на какое-то время спина была прикрыта, зато спереди его уже ничто не защищало.

В просвете искусственных листьев мелькнул корпус «Пацифика».

Компьютер сделал замечание: «Момент для стрельбы упущен. Открывать огонь автоматически?»

«Да», – согласился Тони.

Прошла еще пара секунд, и «Пацифик» показался вновь. Пушка «Сан-по» выдала короткую очередь, и корпус «Пацифика» отметился ярко-оранжевой краской.

– «Пацифик-два», вы уничтожены. Покиньте поле… – прозвучал в наушниках бесстрастный голос.

– Уау! Я сделал тебя! – крикнул Тони. В этот момент прилетевший сзади снаряд срезал еще одно дерево. Во все стороны полетела кора вперемешку с брызгами расплавленного пластика. Дерево с грохотом ударилось о корпус «Сан-по».

Машина покачнулась и начала падать. Последним отчаянным рывком Тони вывел робот из падения, и «Сан-по» только присел на одно колено.

Ствол дерева соскользнул в сторону, и Тони погнал машину на открытое место. От сильного удара радар отключился, и, где теперь находился второй, более опасный «Пацифик», Тони не знал.

Позади послышались два раскатистых выстрела, снаряды, пролетев выше цели, разбились о стену ангара.

«Интересно, где прячется Боби Маршалл…» – пронеслось в голове Тони. Он развернул машину и увидел макушку пробирающегося через лес «Пацифика».

– Очень хорошо, парень, – сказал Тони. – Теперь мы поменялись местами…

Видя, что «Сан-по» ожидает его на открытом месте, пилот «Пацифика» развернул корпус в сторону противника. Однако Тони не стал облегчать ему жизнь и начал смещаться вправо, прячась за деревьями. Он вынуждал противника выйти на открытое место и принять бой.

Тяжелый робот выбрался из леса и тут же, с ходу, произвел два выстрела. Времени на прицеливание у него не было, и снаряды прошли далеко в стороне.

Понимая, что второй раз противник не промахнется, Тони надел шлем и поймал «Пацифик» в перекрестье прицела. Пушка «Сан-по» дала длинную очередь. Какие-то метки были поражены, но сколько еще оставалось,Тони не видел.

Противник остановился, было ясно, что через мгновение он выстрелит. Тони пустил «Сан-по» на максимальной скорости прямо на «Пацифика». Он надеялся, что нервы у стрелка не выдержат и тот промахнется.

«Сан-по» мчался, как спринтер, стремительно сокращая дистанцию. О какой-либо стрельбе Тони не думал, но был уверен, что его противник не готов к такому повороту событий.

«Пацифик» выстрелил из двух пушек и промазал. Тони видел, как дрогнули его опоры – пилот нервничал. А «Сан-по» продолжал свой стремительный бег. Тони удалось разглядеть, что непораженными остались только две метки. Он резко остановил машину и с каких-нибудь тридцати метров открыл из пушки шквальный огонь.

Даже поразив все метки, он не мог остановиться и расстреливал «Пацифика», пока не вышли все снаряды.

– О’кей, парень, ты победил… – раздался в наушниках голос Боби Маршалла, – только не стоило его так унижать…

– Наверное, не стоило… – согласился Тони и начал выбираться из кабины.

Он встал возле робота, ожидая, когда подойдут инструкторы. Из раскрашенного под апельсин «Пацифика» спускался пилот. Это была девушка. Показав на Тони пальцем, она закричала плачущим голосом:

– Так нечестно! Вы сказали, что это будет курсант, а не инструктор!

– Это и есть курсант, Бренда… – сказал подошедший вместе с инструкторами Филипп Конхейм. Он приблизился к победителю и посмотрел ему в лицо. – Разве ты не узнала его? Это же наш Тони Гарднер…

17

Военный вездеход уже четыре часа утюжил Маранскую пустыню, и курсанты, сидевшие под брезентовым пологом, чувствовали себя не лучшим образом. Стояла несусветная жара, тонкая пыль и мелкий песок проникали под плотный полог, от духоты спирало дыхание. Первоначальное удивление от появления в группе изменившегося Тони Гарднера постепенно прошло. Какое уж тут удивление, когда так трясет и нечем дышать.

Тони сидел на скамье между Лео Берджесом и Джимми Планком и тупо смотрел себе под ноги. Для всех, кроме него, поездка в «поле» оказалась полной неожиданностью, и некоторые курсанты роптали, считая это мероприятие совершенно излишним. Они уже распланировали свой отдых в городе на весь остаток лета, а тут…

Неожиданно тряска прекратилась, машина покатила по ровной дороге. Через полчаса вездеход остановился, и сопровождающий группу лейтенант крикнул:

– Первый взвод! Выгружайся!

Подняв тучи серой пыли, грохнул открытый борт кузова. Курсанты попрыгали на землю и, охая, начали разминать затекшие ноги.

– Стройся! – скомандовал незнакомый загорелый сержант.

Курсанты тотчас выстроились в одну шеренгу, поставив возле ног свои рюкзаки.

– Итак, ребята, добро пожаловать в «поле»… – Сержант оценивающе оглядел прибывших. – Как видите, здесь не так хорошо, как в учебном лагере. Например, отсутствуют фонтаны, зеленые насаждения и газоны. Но это ни к чему, потому что здесь мы учим только воевать. Дисциплина у нас строжайшая, все за вас решает командир. В данном случае – я. Меня зовут сержант Крюков. За нарушение дисциплины я караю очень жестоко. Нет, я, конечно, не буду пристреливать всякого нарушителя, но обещаю вам, что он об этом будет только мечтать… Понятно? Какие будут вопросы и пожелания?

Один из курсантов нерешительно поднял руку.

– Говорите… – кивнул Крюков.

– Как долго мы здесь пробудем, сэр?

– Надо представляться, курсант, или вы считаете, что я должен догадываться, кто задает мне вопрос, бригадный генерал Калагер или какое-то домашнее животное?

– Э… прошу прощения, сэр. Курсант Баттлер!

– То-то же, Баттлер… – Сержант расплылся в улыбке, не предвещавшей ничего хорошего. – Никому из стоящих здесь я не рекомендую допускать такие грубые ошибки в самом начале нашего знакомства… Курсант Баттлер уже попал в мой «черный список», и я надеюсь, что его мучения на протяжении всего пребывания здесь послужат для многих хорошим уроком на будущее… – Сержант поправил панаму. – Баттлер, так что у вас там был за вопрос?

Еле разлепив губы, напуганный курсант проговорил:

– Я… я спросил, сэр, где мы будем жить?

– Жить будете в казарме. Все вместе: мужчины и женщины. Еще вопросы?

Поднялась еще одна рука. Сержант кивнул.

– Курсант Познер, сэр! – стараясь выглядеть мужественной, прокричала Шина Познер. – А нельзя ли поселить девушек отдельно?

– Это ваше пожелание, курсант Познер, или всей женской половины первого взвода?

– Это пожелание всех девушек, сэр…

– О’кей, я уже говорил, но вижу, что нужно повторить еще раз. Ваши пожелания здесь никому не интересны… Ясно? На этом все. Пора идти в казарму… Мешки на левое плечо! Взвод, напра-во! Вон то серое строение и есть ваша казарма. Шагом марш!

Поднимая пыль, взвод затопал по бетонной дорожке. Когда колонна поравнялась с казармой, Крюков скомандовал:

– Стой! – Взвод остановился. – Напра-во!

Курсанты повернулись лицом к казарме и замерли.

– Так, а теперь в порядке очередности заходим в казарму и занимаем места, начиная с правого дальнего угла. Первый номер – бегом марш!

Стоявший впереди Джон Бриндо сорвался с места и побежал по ступенькам. За ним последовал Джимми Планк, потом Тони Гарднер, за ним Филипп Конхейм…

Крюков стоял возле двери и удовлетворенно кивал головой. Когда мимо пробежал последний курсант, сержант вошел в казарму. С отсутствующим выражением лица он прогулялся между двух рядов кроватей, рядом с которыми стояли курсанты.

– Многие из вас, – начал сержант, – считают, что я не слишком гостеприимен и даже груб… – Крюков дошел до стены и развернулся. – Признаю, возможно, я грубоват, но я не полный дурак… Вот вы двое, почему поменялись местами? – Сержант показал пальцем на Бренду Сантос и Марка Ланжера.

– Я… э… курсант Ланжер, сэр… Разрешите, я отвечу?

– Да, парень, отвечать тебе придется. Говори…

– Дело в том, сэр, что, поскольку мы все вместе… Я имею в виду…

– Мальчики и девочки… – подсказал Крюков.

– Ну да, сэр, – начал волноваться и краснеть Марк. – Там Лора и Дениз, а между ними попал я, и… я подумал, что Бренде, то есть курсанту Сантос, там будет удобнее…

– Да ты просто рыцарь, – развел руками сержант Крюков. – Но здесь не школьная дискотека, а военное захолустье. Сердце, можно сказать, Маранской пустыни… Курсант Сантос, как было дело?

– Мне нечего добавить, сэр… – сухо ответила Бренда.

– О’кей, тогда я сам расскажу, как было дело. Курсант Сантос сказала курсанту Ланжеру примерно следующее: «Эй, рыжий, давай иди на мое место! Быстрее, пока сержанта нет». Так было, курсант Ланжер?

– Я не уверен, сэр… – промямлил Марк.

– Сантос и Ланжер, вы вслед за несчастным курсантом Баттлером попадаете в мой «черный список». А теперь вернитесь на свои места.

Курсанты быстро перетащили свои рюкзаки, сержант посмотрел на часы и сказал:

– Сейчас шестнадцать тридцать две. Ровно в семнадцать у нас марш-бросок… Построение возле казармы. Моим заместителем я назначаю курсанта Шайен… Не слышу…

– Есть, сэр! – прокричала удивленная Дениз.

После этого сержант ушел, предоставив курсантов самим себе.

Кто-то обессиленно опустился на кровать, кто-то начал разбирать свои вещи.

– Как ты думаешь, Марк, что он нам сделает? – расстроенно спросил Гэри Баттлер, подойдя к Ланжеру.

– Откуда я знаю, Гэри, – ответил Марк, растянувшийся на кровати. – Может, заставит всю ночь бегать вокруг казармы, а то и посадит в бочку с дерьмом…

– Да ты что, Марк, это же воинское преступление! – воскликнул Гэри, принимая слова Марка за чистую монету.

– Тогда ты подашь на него в суд…

– И подам. Мой отец – военный юрист, и он не допустит, чтобы его сына…

– Гэри… – позвал Баттлера Тони, – приготовься лучше к марш-броску.

– А чего готовиться, кроссовок-то у нас все равно нет…

– Смени носки на сухие и перешнуруй ботинки. Будь уверен, этот Крюков заставит нас побегать, а так ты сохранишь ноги до следующего марш-броска.

– И то верно, Тони, – кивнул Баттлер и вернулся на свое место.

Хорошим советом воспользовался и Марк Ланжер. Сменив носки и завязав шнурки на ботинках, он подошел к Тони.

– Действительно, Тони, значительно лучше… Ты даешь советы как бывалый солдат. Ты изменился, мне кажется, не только внешне, но и внутренне. Это все из-за операции?

– Из-за операции и благодаря обучению в лагере…

– Кто был твоим инструктором?

– Боби Маршалл.

– Это лысый, что ли?

– Да, – улыбнулся Тони, вспоминая сверкающую голову Боби Маршалла.

– А у меня был Сэм Каспар. Знаешь, он все время повторял, как мне здорово повезло, что я не попал к сумасшедшему парню Боби Маршаллу. Говорят, у него нестандартные методы обучения…

– Это точно… – подтвердил Тони.

– Наверное, поэтому ты так разделал Филиппа и Бренду…

– Я не знал, что веду дуэль с ними.

– А Бренда считает, что знал и специально перемазал краской всю ее машину. Да, жаль, что я не видел этой вашей битвы… А Бренда…

– Чего ты все «Бренда, Бренда…»? Она что, тебе так нравится? – спросил Тони.

– А разве она может не нравиться? – вопросом на вопрос ответил Марк. – Посмотри сам…

Оба как по команде повернулись в сторону Бренды Сантос, которая как раз раскладывала свои вещи.

– Да, не нравиться она не может, – согласился Тони. – Но если бы так нагнулись Дениз или Шина, они бы мне тоже понравились…

– Э, парень, да ты не слишком разборчив, – улыбнулся Марк.

– Раньше эта тема была для меня вообще закрыта, – признался Тони.

– Теперь собираешься наверстать упущенное?

– Взвод! Выходи строиться! – раздался крик Дениз Шайен.

– Крошка делает успехи… – заметил Марк, и они с Тони пошли к выходу.

Едва взвод построился, появился сержант Крюков. На нем была белая футболка, просторные маскировочные штаны и солдатские ботинки. Панаму он держал в руке.

– Приятно видеть вас отдохнувшими, господа курсанты… – сказал он и подарил всем ободряющую улыбку. – А теперь за мной бегом марш, и не отставать!

<< 1 2 3 4 5 6 >>