Александр Александрович Бушков
Волк прыгнул

– Ага, и утопил, завидуя его вольной жизни, неподконтрольной веселухе…

– Бросьте, – поморщился Данил. – Это уже полная шиза, никто и не думает вас подозревать ни в чем подобном…

– Но версии-то высказывались?

– Хватит, – жестко сказал Данил. – Эта версия не поднималась вообще. У вас что, нервы разболтались?

– Нет.

– Тогда почему вы такой дерганый?

– Потому что именно мне приходится разговаривать с его женой и отвечать на дурацкие вопросы следователя…

– А что, здешние следователи подозревают подтекст?

– Ничуточки, – огрызнулся Багловский.

«Тогда почему же ты так дергаешься, голуба моя? – мысленно задал Данил вопрос, который не стоило задавать вслух. – Почему ты сам не свой, золото мое?»

А вслух сказал:

– Виктор, в общем-то, это как раз и входит в ваши прямые обязанности – вдова, следствие… В нашей работе всякое может случиться. Вы здесь слишком долго жили в благостном рутенском покое, когда, собственно, ничего и не происходит… И вдруг – такое ЧП. Выбивает из колеи, а?

Багловский моментально ухватился за протянутую соломинку:

– Вот именно.

– Ладно, – сказал Данил. – Но, в конце-то концов, не на Климове, а на вас лежало контрразведывательное обеспечение. В этом плане все было нормально?

– Абсолютно. Никто против нас не работал. Никаких акций, никаких попыток внедрения или скачивания информации. Конечно, местный КГБ рутинно завербовал одного нашего человечка – в рамках глобального осведомления. Эту подставу мы выявили и в полном соответствии с вашими инструкциями кормили информацией. Профильтрованной и дозированной. Впрочем, информации было, сами знаете, маловато. Если подумать, контора прямо-таки прозябает. Минимум операций на здешнем не столь уж и сложном рынке, недвижимость по мелочам, инвестиции по мелочам, три четверти дохода дают автоперевозки. Ну что мне вам объяснять…

– Да, вы правы… – кивнул Данил, вытаскивая сигареты.

Он замолчал, рассеянно глядя в окно на уютные окрестные пейзажи: не по-сибирски чистую, ухоженную деревушку, мимо коей они как раз промчались, на сосновый бор, вроде бы такой же, как в Сибири, но чем-то неуловимо отличавшийся от сибирского, на зеленые поля.

Минимум операций, здесь Багловский полностью прав. По сути, и фирма «Клейнод», и ее филиал «Рутен-Авто», сокращенно «РутА», были карликовыми заведениями, в коих вроде бы и не нуждался такой, без ложной скромности, монстр, как «Интеркрайт». Этакие фирмочки создают главным образом начинающие, хваткая молодежь с мизерным начальным капиталом, приготовишки с абсолютно темным будущим – то ли вылупятся из них с бегом лет русские Эндрю Карнеги, то ли скатятся до «представителей известной канадской фирмы», каковыми и останутся…

Правда, есть нюансы, понятные лишь посвященным. Вроде Данила Черского. Посвященным как раз прекрасно известно, что согласно решениям, принятым большими, очень большими людьми в серьезных, очень серьезных кабинетах, эта самая карликовая фирмочка «Клейнод» как раз и должна стать руслом, по которому хлынет денежный поток, солидный даже по западноевропейским меркам. Без преувеличения, сделка века. Инвестиции в местные заводы тяжелых грузовиков, в здешние предприятия, простаивающие отнюдь не по причине технической отсталости или ненужности. Все останутся довольны – местная промышленность воспрянет и оживет, аки птица Феникс, что, в свою очередь, укрепит позиции президента Лукашевича, ну, а «Интеркрайт», как легко догадаться, тоже не останется в прогаре. Был монстром – станет монстрищем. Перейдет в ту категорию, что на всех широтах почтительно именуется «транснациональными корпорациями».

Если не произойдет ничего непредвиденного. Даже столь грандиозные по масштабам сделки, случается, в последнюю минуту срываются с треском, проваливаются с грохотом. Огромные деньги сами по себе еще не гарантируют удачи. В первую очередь оттого, что каждая подобная сделка обязательно ущемляет чьи-то интересы. Интересы обладателей столь же тугих кошельков. Случается, интересы политиков, частенько не имеющие ничего общего с интересами китов бизнеса. Пока не поставлены последние подписи – а они пока что не поставлены, – сделка века покоится на фундаменте из чистейшего прозрачного воздуха. Любая сделка века. Словом, если кому-то и нервничать, то не Багловскому, а ему, Данилу. Он-то как раз видит руки кукловодов – но далеко не все…

И в тот момент, когда миллионы – в долларовом выражении, господа, – через неделю-другую должны величественно заструиться, что твоя Волга или Миссисипи, вдруг начинаются непонятки… Совпадение? Или как?

– Что, это было настолько демонстративно – рестораны и женский пол? – спросил Данил.

– Ну что вы. Отнюдь не демонстративно, но, я бы выразился, перманентно и массированно. Житие светского льва… Повторяю, я не имел права ни контролировать, ни вмешиваться.

– Зато имели право отслеживать по мере возможности и копить информацию, – сказал Данил. – Человек с вашим опытом просто обязан был это делать. На тот случай, если Климов и в самом деле не играл, а разболтался вдали от боссов, предосудительно тратил казенные деньги на юбки и прочие причиндалы сладкой жизни… А?

– Естественно. По мере возможности… – усмехнулся Багловский. – Я старался отслеживать. Копать я под него не копал, неважно, верите вы или нет…

Данил спокойно сказал:

– Верить вам или не верить – вопрос будущего. Пока что у меня мало информации… А значит, и категорических выводов делать не буду. В общем, это естественное и изначальное стремление – копать под ближнего своего, уже Библия отмечала. Главное, чтобы не в ущерб делу… Итак. Какие формы все это приняло? Я о гульбе светского льва. Гулять-гусарить, знаете ли, можно по-разному. Можно уподобиться бравому солдату Швейку…

– Простите?

– «Мы за ночь побывали в двадцати восьми местах, но нигде больше трех кружек не пили», – по памяти процитировал Данил. – В общем, можно шататься по кабакам, цепляя случайных баб. Можно регулярно навещать определенные заведения. Можно… Ну, вы сами оцените многообразие вариантов. Что имело место в нашем случае?

– Скорее – второе. Ежевечерние посещения не самых дешевых заведений. Обычно – кафе «Охотничье», ресторан «Рутения» или «Король Ян». Физиономией в салате не валялся, но деньги тратил широко и частенько шествовал зигзагообразно. Дама, как правило, была одна и та же, Оксана Башикташ. Длинный, устоявшийся роман. Чуть ли не на правах законного брака.

– Фамилия у дамы странноватая.

– Турецкая. Мать – местная, отец – турок. Насколько мне известно, из политэмигрантов, году в шестьдесят пятом попал в Союз и осел в Менске.

– И откуда дама?

– Из «Клейнода», – сказал Багловский. – Наша «паблик рилейшен». Между прочим, замужем.

– Уже интересно… Муж знал?

– Сомневаюсь. Он у нее из этих… из долбанутых. Народный фронт, «Геть Лукашевича!» и все такое прочее. Интеллигент с нестоячкой. Ну, женщина молодая, красивая, вполне самостоятельная, если быть объективным, вполне под пару Климову, смотрелись они вместе неплохо. Ну, блядь, конечно, однако стиль держит…

– В каком плане блядь? – спросил Данил деловым тоном. – Иногда ведь «блядь» – это та, что нам коварно не дала…

– В данном случае «блядь» как раз и обозначает состояние души, – сухо бросил Багловский. – Я к ней клинья не бил.

– А интересно, почему?

– Пепельниц не люблю, – огрызнулся Багловский.

– Дело вкуса, дело вкуса… – задумчиво покивал Данил. – Блядь, говорите… Сие подразумевает ревнующих соперников, а? Бывает, очаровательных блядей как раз и ревнуют с вулканическим пылом… Импотентные интеллигенты в том числе.

– Что до последнего – исключено. Климов с ним нахально гонял чаи. Тот вроде бы ни о чем таком не подозревал…

– Вроде?

– Точных данных у меня нет. Вообще о ревнивых соперниках Климова я ничего не слышал. Послушайте, почему мы заранее зацикливаемся на убийстве? Окончательного заключения пока нет, сегодня обещали, но и насчет насильственной смерти не заходило речи, иначе следователь со мной держался бы совершенно иначе, другие вопросы задавал бы…

– Помилуйте, а кто зацикливается на убийстве? – с широкой улыбкой спросил Данил. – Я? Ни в коей мере. Вы? Не похоже…

– Но вы так строите беседу…

– Вот не думал, что беседу я строю… – пожал плечами Данил. – Честное слово, не строю. У меня – ни версии, ни даже наметок, я просто зыркаю по всем направлениям… А Верочка Климова про дочку турецко-подданного знала?

– То-то и оно, что знала. Начались скандалы, ну, все это протекало стандартно… Правда, привело лишь к тому, что Климов стал меньше шататься по городским кабакам. Гораздо чаще увозил Оксану в Граков, там же у нас куплен коттедж в бывшем Доме писателя… Это…

– Знаю, бывал, – кратко сказал Данил. – В тот вечер он был с Оксаной?

<< 1 2 3 4 5 6 ... 16 >>