Александр Зорич
Пути Звезднорожденных

Воин тяжело дышал. По его озабоченному лицу крупными каплями струился пот.

– Подтверждение чего?! – переспросил Герфегест.

– К Наг-Нараону с юга приближаются файеланты. Числом до сорока.

Глава 5

Падение Наг-Нараона

1

Три часа, отведенных им судьбой, не смогли решить ничего. У Гамелинов больше не было флота и они не могли встретить неприятелей на подходах к Наг-Нараону. Вместе с погибшими под каменным градом файелантами погибли люди, метательные машины, основные запасы стрел. Внешние ворота крепости тоже пострадали от обвала и больше не служили препятствием для неприятеля.

Гамелинов оставалось никак не больше тысячи – даже с учетом слуг, способных держать в руках оружие, возниц и привилегированных гребцов, которые отдыхали в казармах перед завтрашними состязаниями скоростных файелантов.

Вместе с кораблями Гамелинов в Миноговой Бухте нашли свою гибель и файеланты других Домов.

Помощи ждать было неоткуда.

У Гамелинов оставалось время лишь для бегства в глубь острова. Впрочем, это же время можно было потратить на то, чтобы достойно подготовиться к смерти. Потому что в любом наставлении по воинскому делу написано, что сорок файелантов способны доставить войско в две с половиной тысячи тяжеловооруженных бойцов. А при желании – и в два раза больше.

Теперь Герфегесту было ясно, почему Пелны с такой легкостью сложили перед ним оружие. Мерзавцы не сомневались в скором освобождении из плена!

2

Хозяин Дома, застигнутый врагами врасплох в своей вотчине, не имеет права уходить.

Уйти – значит не только оставить замок на поругание врагу, но и покрыть себя несмываемым позором. Бежавший Хозяин Дома перестает быть Хозяином и его вправе убить каждый.

Сильнейшие Дома и их дружины тоже не имеют права покинуть своего Хозяина и тот не может приказать им уйти. А если он все-таки прикажет – обязанность Сильнейших низложить своего Хозяина и выбрать нового, твердого душой. Такого, кто примет достойную смерть сам и приведет к ней своих возлюбленных братьев.

И только гости Дома, не связанные с ним клятвами и договорами, вольны поступать так, как им заблагорассудится.

На север, спускаясь со склонов Наг-Нараонской горы, мимо Бегового театра, проходя через укрепления и россыпи поселений, тянется мощенная первосортным камнем Столбовая Дорога. Она уходит в глубь острова и раздваивается в пятидесяти лигах от Наг-Нараона. Ее западный рукав ведет в порт Сивенк, восточный – в порт Авен-Раман.

По этой дороге Хевры, Ганантахониоры, прощенные Герфегестом Орнумхониоры и Эльм-Оры покинули крепость за час до того, как первый корабль Пелнов вошел в гавань вотчины Гамелинов.

По этой же дороге должен был уйти Элай.

По этой дороге имели полное право уйти Лорчи. Однако Лорчи, как один, решили остаться.

3

– За Элая, сына Элиена, вы отвечаете головой. Не смотрите на меня как на предателя. Я не сомневаюсь в вашей мужественной решимости сражаться за Дом Гамелинов. И отсылаю вас не во имя вашего спасения, а ради того, чтобы сохранить жизнь сына своего доброго друга и союзника…

– Да, Хозяин, – угрюмым хором отозвались десять Лорчей.

– Вы сопроводите Элая в Авен-Раман. Вы найдете там коменданта крепости и отдадите ему вот это. – Герфегест вручил старшему из Лорчей, Льяррину, письмо, запечатанное в бронзовом цилиндре.

– После этого вы вольны отправляться домой. И да призреет на вас благословенное око Намарна!

Лорчи молча поклонились – и впрямь говорить было не о чем.

Ни один из них не сомневался, что видит Хозяина Дома Гамелинов в последний раз. Герфегест – тоже не очень-то верил в то, что им когда-либо суждено свидеться снова. И Лорчи, и Герфегест были правы по-своему.

4

Наступал вечер. В недоступных небесах зажигались первые звезды.

В сумерках ветер резко переменился на устойчивый южный. Пелны поставили паруса. Они подходили к Наг-Нараону даже быстрее, чем сулили самые безрадостные прогнозы Герфегеста.

Вход в гавань не запирался ни цепями, ни передвижными подводными рогатинами. Гамелины привыкли полагаться исключительно на силу своего флота и оттого пренебрегали подобными хитростями. И корабли Пелнов прошли через морские ворота Наг-Нараона совершенно беспрепятственно.

Впереди всех шел флагманский файелант «Глорамт Смелый».

Раш и Тарен Меченый, оба в полных доспехах, опустив железные маски, стояли на боевой башенке.

Они с восхищением озирали плоды стараний главы своего Дома. Благодаря этим стараниям вся Миноговая Бухта была превращена теперь в кладбище мощи Гамелинов.

В этом, впрочем, заключалось одно существенное неудобство: файеланты Пелнов не могли подступиться к крепости наикратчайшим путем. Единственной бухтой, уцелевшей в Наг-Нараоне после грозных извержений Лона Игольчатой Башни, была Ледовая. Самая удаленная от крепости, самая глухая и неустроенная.

Где-то высоко, на стенах Наг-Нараона, щелкнула тугая тетива толщиной в человеческую руку и горящая пятнадцатилоктевая стрела, прогудев над головами Раша и Тарена Меченого, пробила парус, на котором распластался в своем вечном полете Альбатрос – Крылатый Корабль Пелнов.

Гамелинам ответили разом восемь стрелометов – с «Глорамта Смелого» и соседних файелантов.

К парусу «Глорамта Смелого», неохотно занимавшемуся едким трескучим пламенем, бросились вышколенные матросы.

– Пронесло, хвала Намарну! – прошептал Раш, даже не пытаясь скрыть дрожь, которая прошибла его от темени до пят в момент пролета стрелы.

– Хвала, – сдержанно кивнул Тарен.

В отблесках огня за их спинами, на отделанных золотом и бивнем морского зверя подмостках боевой башенки Раш и Тарен Меченый казались двумя персонажами исторической драмы – уж очень нарочитыми были их движения и жесты.

Два десятка заряжающих, дружно застонав в лад выгибающейся дуге «Лука Гестры», налегли на вороты. Подающий механизм – чудо из чудес по обе стороны Хелтанских гор – ладно провернулся и новая стрела, пройдя над возжигателем, перекатившись по спрямляющим лоткам, восхищая своих владетелей слаженной ритмикой движений, опустилась на ведущий желоб. Прислуга ввела небольшую поправку и она тотчас же была означена горящей главою стрелы, послушно качнувшейся вниз. Короткое, лающее заклинание-проклятие. И снова щелкнула тетива.

Раш не успел понять, что произошло. Тарен Меченый, вздрогнув, отскочил в сторону, едва удержавшись от падения с башенки.

На месте его соратника торчало гудящее бревно. Лицо Раша было едва различимо в ужасающем месиве железа, древесной щепы и расквашенной плоти.

Теряя остатки самообладания, Тарен спустился с башенки и присел на палубу.

«О, с-сыть Хуммерова…»

Его мутило.

К счастью, кормщики Пелнов не нуждались в дополнительных распоряжениях со стороны старших флотоводцев. Все они знали наг-нараонскую гавань назубок.

Когда «Глорамт Смелый», казалось, вот-вот должен был врезаться в стремительно надвигающийся из сумрака мыс, нос корабля описал плавную четверть дуги и вместе с ним повернули вправо еще четыре файеланта.

<< 1 ... 15 16 17 18 19 20 21 22 23 ... 27 >>