Алексей Александрович Калугин
Снежная слепота


Харп, в свою очередь, повторил движение старика, и теперь их лица разделяли всего несколько сантиметров.

– А кто-нибудь пытался это сделать? – спросил он так же тихо.

Старый Бисаун резко откинулся назад.

– Только сумасшедшему может прийти в голову идея убить снежного червя.

– Более веских аргументов у тебя, естественно, нет, – усмехнулся Харп.

– Я не собираюсь уговаривать тебя не совершать самоубийства, – презрительно поморщился старик.

– Что скажешь, Марсал? – обратился к вновь притихшему собеседнику Харп. – Есть у меня шанс завалить снежного червя и остаться при этом живым?

– Татаун считал, что небольшого снежного червя, длиною около трех метров, убить можно. – Марсал вновь сослался на мнение своего погибшего друга. – Но для этого потребуются как минимум двое человек. – Марсал поднял голову и, пожалуй, впервые прямо посмотрел в глаза Харпу. – Я готов помочь тебе, но только в том случае, если ты возьмешь меня с собой, когда отправишься к западным горам.

– Еще один ненормальный, – презрительно фыркнул старый Бисаун.

– Не обращай внимания на ворчание старика. – Харп заговорщицки подмигнул Марсалу. – Он просто завидует нам.

Глава 7

Поздно вечером, когда мужчины уже садились за стол, чтобы по второму разу отужинать кашей из закваски, домой вернулась Эниса. Ни на кого не глядя, она кинула в угол снегоступы, повесила доху на гвоздь и, ни слова не говоря, прошла за занавес.

Старый Бисаун и Марсал продолжали есть, не обращая никакого внимания на происходящее, как будто Эниса вышла из дома всего полчаса назад по какому-то своему делу.

Харп вначале едва не пришел в бешенство от такого демонстративного равнодушия. Но, как следует все обдумав, решил, что на этот раз старик с Марсалом выбрали верную линию поведения: излишнее внимание могло только больнее ранить Энису.

Закончив есть, Бисаун подошел к «снежному волку», чтобы осмотреть рану и сменить повязку. Халана принялась мыть посуду. Марсал с Харпом начали расстилать на полу матрасы, готовясь лечь спать.

Неожиданно, отдернув пластиковый занавес, в комнату вошла Эниса. Волосы ее были гладко зачесаны назад и завязаны на затылке узлом. На лице застыло выражение полнейшего безразличия ко всему, что уже случилось и что еще может произойти. Когда же Эниса подошла к Харпу и взгляды их пересеклись, он увидел в глазах женщины такую темную бездну, что невольно поежился, почувствовав, как холодный озноб пробежал сверху вниз по позвоночнику.

– Халана сказала, что вы с Марсалом собираетесь убить снежного червя.

Это был не вопрос, поэтому Харп не стал ничего отвечать, ожидая продолжения.

– Я пойду на охоту вместе с вами, – сказала после короткой паузы Эниса.

Харп лишь молча развел руками.

А что, собственно, он мог ответить?

Да Эниса и не ждала никакого ответа. Поставив Харпа в известность о принятом решении, женщина повернулась к нему спиной и снова скрылась на своей половине комнаты за серым пластиковым занавесом.

Харп не помнил, сколько длился день там, где он жил прежде, но сутки, тянувшиеся в мире вечных снегов ровно сто двадцать часов, казались ему непомерно долгими. Должно быть, именно поэтому ему не сразу удалось привыкнуть к странному распорядку дня, установленному в доме старого Бисауна. Первый раз здесь ложились спать незадолго до полудня. Второй раз – на закате. И третий раз – уже на исходе ночи, длившейся сорок восемь часов.

Середину ночи Харп и Марсал посвятили обсуждению деталей предстоящей охоты. Услышав, о чем идет речь, к ним присоединилась Эниса. Женщина не задавала никаких вопросов и не делала никаких замечаний – она просто сидела, подперев щеку кулаком, и внимательно слушала.

Старый Бисаун сидел в стороне от всех, поставив на низенькую тумбочку свою коробку с лекарствами и делая вид, что всецело поглощен их сортировкой. Однако это занятие не мешало ему внимательно прислушиваться ко всему, о чем говорили за столом. Но, как и Эниса, за время разговора старик не проронил ни слова и никаким другим образом не выразил своего отношения к затее, которую называл не иначе как полнейшим безрассудством. Больше всего Бисауну не нравилось то, что Харп увлек своим безумным проектом Марсала с Энисой. У старика не вызывало ни малейшего сомнения, что попытка убить снежного червя не может закончиться успехом. А неудача в подобном предприятии означала только смерть для тех, кто решился в нем поучаствовать. И хорошо, если хоть кто-то из троицы, увлеченно обсуждавшей сейчас детали охоты на обитающего в толще снегов монстра, сам это поймет. В противном случае старый Бисаун может остаться в своей хибаре вдвоем с Халаной. Тогда о том, чтобы полакомиться красницей или как-либо иначе разнообразить скудное меню, придется забыть. Да и повседневная работа по дому будет занимать все свободное время, не оставляя даже минутки для вдумчивого, неспешного размышления о тщете всего сущего.

Раненый «снежный волк», судя по саркастической усмешке, застывшей на его губах, тоже весьма скептически относился к затее Харпа. Однако, помня о взгляде, которым тот не так давно одарил его, он предпочитал до поры до времени держать свое мнение при себе, надеясь, что ему еще представится возможность поквитаться с не в меру самоуверенным новичком. Если, конечно, его до того не сожрет снежный червь.

У Харпа же, похоже, не было никаких сомнений в успехе задуманного. Внимательно слушая все, что говорил Марсал, он то и дело вставлял собственные замечания, задавал уточняющие вопросы или азартно хлопал ладонью по столу, когда сказанное Марсалом представлялось ему особенно важным для предстоящего дела.


Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Полная версия книги
(всего 9 форматов)
<< 1 ... 17 18 19 20 21