Алексей Александрович Калугин
Игра в реальность


– Разве? – удивленно вскинул брови я.

– И не один раз.

– Ну, в таком случае мне больше нечего добавить.

Я поднял руку и демонстративно посмотрел на часы, давая понять, что время позднее и гостю пора бы уже подумать о доме.

– Послушай, Анатоль, на этот раз я не шучу. – Я заметил, как в глазах Витьки блеснули панические огоньки. Похоже, он действительно был напуган. – Эти ребята на скамейке ждут, когда я вернусь.

– Ты хочешь переночевать у меня?

– Если ты не против…

– Против. У меня завтра важная встреча, и мне нужно как следует выспаться. А тебя я прекрасно знаю – ты не угомонишься до четырех утра.

– Я буду сидеть тихо…

– Нет!

Витька с обреченным видом уронил голову на грудь.

– Что ж, по крайней мере, если со мной что-нибудь случится, ты будешь знать, кто в этом виноват.

– Точно, – кивнул я. – И незамедлительно сообщу о происшествии в полицию времени. Они зашлют своих агентов на несколько дней назад, и те разберутся с твоими убийцами прежде, чем они сделают свое черное дело.

– Ты напрасно смеешься, – мрачно посмотрел на меня из-под насупленных бровей Витька. – Не исключено, что на меня охотятся временные террористы, которые хотят уничтожить будущее, создав мощный хроноклазм.

– Чего? – Я непонимающе сдвинул брови к переносице.

– А ну тебя! – безнадежно махнул рукой Витька. – Фантастику нужно читать.

Поднявшись со стула, он сгорбился, втянул голову в плечи и нехотя потопал в прихожую.

Возле двери он остановился и хлопнул себя по карманам.

– Черт, сигареты кончились. – Обернувшись, Витька посмотрел не на меня, а куда-то поверх моего левого плеча. – Слушай, Анатоль, я деньги дома оставил. Дай десятку, куплю сигарет по дороге.

Я усмехнулся и, вытащив из кармана пятидесятирублевую купюру, молча протянул ее Витьке.

– Да мне только на сигареты, – совсем уж смутился он и, быстро схватив деньги, сунул их в карман.

Видно, увлекшись своими пришельцами из будущего, Витька в очередной раз забросил работу, в результате чего у него и возникли проблемы с наличностью.

Открыв дверь, Витька остановился на пороге.

– Ладно, Анатоль, спасибо хотя бы за то, что выслушал.

– Не за что, – ответил я с улыбкой. – Всегда рад тебя видеть.

– Это ты только так говоришь, – с укоризной покачал головой Витька.

И в этот момент я увидел у него в глазах выражение такой неизбывной тоски, что мне захотелось схватить его за руку, втащить в квартиру и никуда не отпускать. Но, сам не знаю почему, я не сделал этого.

Махнув на прощание рукой, Витька побежал вниз по лестнице.

– Я позвоню тебе завтра утром! – крикнул я ему вслед.

Ответом мне стало только приглушенное шлепанье подошв сношенных Витькиных кроссовок по каменным ступенькам лестницы.

Я стоял в дверях своей квартиры до тех пор, пока внизу не хлопнула дверь парадного. Только после этого вернулся в квартиру, захлопнул дверь и запер ее на замок.

Сунув руку в карман спортивных брюк, которые носил дома, я проверил, на месте ли ключи от квартиры. Два ключа от двери и один от почтового ящика висели на кольце вместе с небольшим брелоком в форме груши, на расширенном конце которого выступала тугая круглая кнопка. Я получил его в тот день, когда мне исполнилось восемнадцать лет. И с тех пор никогда с ним не расстаюсь.

Глава 2

Утро для меня обычно начинается не раньше одиннадцати часов. Поэтому Витьке я позвонил только в начале первого.

Памятуя о том, что у парня кончились деньги, я не очень-то рассчитывал на его присутствие дома. Скорее всего, забыв о своих пришельцах из будущего, он уже сидит с паяльником в руке, регенерируя внутренности какого-нибудь «Самсунга» или «Томпсона». Но, к моему удивлению, сразу же после первого гудка на противоположном конце провода взяли трубку.

– Слушаю, – произнес незнакомый мне мужской голос.

Я бросил взгляд на табло телефонного аппарата, которое с однозначной определенностью утверждало, что номер был набран правильно и при соединении сбоя на линии не произошло.

– Слушаю, – вновь повторил незнакомый голос в трубке.

На этот раз мне показалось, что я уловил в нем командирские интонации. Человек, пытавшийся вызвать меня на разговор, не привык к тому, чтобы ему не отвечали.

После смерти родителей Витька жил в квартире один. Если он и приводил к себе друзей, то среди них не было таких, которые стали бы хватать телефонные трубки, отвечая на чужие звонки.

– Почему вы молчите? – задал вопрос голос из трубки.

У Витьки дома стоял самый простой телефонный аппарат без определителя номера. Поэтому, не опасаясь, что меня могут вычислить, я аккуратно нажал кнопку отбоя и положил трубку.

Чтобы собраться с мыслями, я наклонил голову и на пару секунд прижал пальцы к вискам.

В квартире Витьки находится кто-то чужой. Выходит, вчера он был прав, уверяя, что за ним установлено наблюдение? После всех историй, что я наслушался от него за тридцать лет знакомства, поверить в это было почти невозможно. И все же факт оставался фактом: я позвонил Витьке, чтобы удостовериться, что у него все в порядке, а мне ответил кто-то чужой.

Что было делать? Звонить в милицию? Пересказать им дурацкую историю о террористах из будущего, задумавших сотворить хроноклазм… Или как там его Витька называл?..

Не скажу, что я уж очень обеспокоился. В конце концов, все в жизни когда-нибудь случается в первый раз. Вполне возможно, что именно в тот момент, когда я набрал номер телефона, Витька оставил дома кого-то из своих приятелей, а сам ненадолго вышел на улицу. Скажем, за теми же сигаретами. Почему бы и нет? Вполне возможно, что именно так все и было. Или примерно так. Поэтому, прежде чем обращаться в милицию и поднимать панику, следовало бы убедиться в том, что с Витькой действительно произошло что-то неладное.

Самым простым, конечно же, было бы вновь набрать номер Витькиного телефона и, если опять ответит незнакомец, попросить его позвать Витьку к аппарату. Но самый простой способ далеко не всегда самый верный. В особенности при тех условиях, в которых мне приходилось действовать. Поэтому я решил нанести Витьке визит лично.

Приняв решение, далее я уже не медлил. Сбросив с себя домашнюю одежонку, я надел джинсы, кроссовки, черную майку без рукавов с лаконичной надписью «GO!», зеленую ветровку и кроссовки.

Этот набор отличался от того, в котором вчера заявился ко мне Витька, разве что качеством. Сколько раз я пытался всучить Витьке приличную новую одежду под предлогом того, что мне она не нужна, но он всякий раз отвечал гордым отказом. Быть может, все дело в том, что я размера на три крупнее его, и, когда я утверждал, что при покупке ошибся размером, Витька понимал, что с моей стороны это чистая благотворительность. А в чем он нуждался меньше всего, так это в сочувствии и жалости.

Сунув во внутренний карман ветровки паспорт, а в карман джинсов ключи и бумажник, я вышел на улицу.
<< 1 2 3 4 5 6 7 8 ... 26 >>