Оценить:
 Рейтинг: 2.67

Путевка в семейное гетто

<< 1 ... 3 4 5 6 7
На страницу:
7 из 7
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля

Одежда играет в жизни женщины особую роль. Ее никогда не бывает много – ее всегда недостаточно. Стоишь порою у битком набитого шкафа и поражаешься, что надеть-то нечего! Вот эта цветастая юбочка подходит к этой неброской блузке, но чтобы выглядеть стильно, не хватает совсем малого – обуви. Нет, ее, конечно, навалом, но ни одна пара не подходит к этой блузке и именно к этой юбке. Если поменять цветастую юбку на черные брючки, то туфли найдутся. Но костюм останется незавершенным – нет достойной сумки. Та, которую купила в прошлом году, безнадежно устарела. С ней можно прийти на работу, закинуть ее подальше в угол и забыть до окончания рабочего дня. Но в приличное место с такой сумкой не пойдешь, засмеет любая студентка. Они нынче такие ушлые, умудряются доставать точные копии дизайнерских сумок и выдавать их за «родные». Можно плюнуть и пойти без сумки. Но тогда придется надеть джинсы, только там есть карманы, в которые поместится всякая необходимая всячина. И Туся решила посмотреть, как оденется Алиса. А потом, в случае чего, сменить наряд.

У той сомнений не было. Она надела вечернее платье, закрыла оголенные плечи тонкой пелериной и кисло посмотрела на подругу. Та развела руками, после чего засунула их в карманы и постаралась изобразить на своем лице независимое выражение.

– Ну, вы готовы? – в комнату к Алисе забежала Аня. Она вообще не переодевалась, а как была в джинсах с майкой, так и осталась.

– И с ними я собираюсь ужинать, – укорила подруг Алиса.

– Ты не с нами собираешься ужинать, – поправила ее Аня, – а с Багровым. Мы с Тусей сядем за соседний столик, чтобы не мешать.

– Еще чего! – возмутилась Алиса. – Ни в коем случае. – Она покопалась в своем шкафу и выудила оттуда пару тряпок. – Сейчас же надевайте, и вперед! Иначе своим видом вы распугаете всю округу.

Аня хмыкнула, но предложенную блузку с совершенно неприличным вырезом надела. Тусе досталась та, у которой не было «спины». Они подумали немного и поменялись. Настроение у Алисы улучшилось. Садясь в машину к Багрову, она уже шутила.

Внутри кафе имитировало деревенскую избу, которую Туся вчера так и не успела разглядеть. Официантки, а они сплошь были представительницами слабого пола в коротюсеньких юбчонках, сновали между столов, готовые принести луну с неба. Одна из них возникла перед столиком, где разместились подруги. Но свое подобострастие она обратила не на них, а на сидевшего с ними Багрова. Хриплым, сексапильным голосом официантка поинтересовалась, что он собирается заказать, как будто тот зашел сюда в обществе трех девиц для того, чтобы нажраться одному. Алиса не стерпела такого обращения, взяла у Багрова меню и принялась внимательно изучать список блюд, консультируясь с подругами.

– Дамы сейчас выберут, – улыбнулся Олег официантке, та ответила ему нежным взглядом и осталась терпеливо дожидаться с видом «ничего хорошего они все равно не выберут».

Алиса заказала сама, сразу всего и побольше, ей не хотелось, чтобы эта профурсетка лишний раз подходила к их столику. Багров, казалось, был настолько доволен вниманием со стороны обслуги, что забыл о своих спутницах. Но на самом деле, пока девушки разглядывали местную публику, а та – их, он, уставившись на бильярдный стол в соседнем зале, думал, как бы туда заманить Алису, которая, как пить дать, станет сопротивляться, если предложение поступит от него. Аня, даже без книги в руках, все равно продолжала оставаться в заторможенно-мечтательном состоянии и в помощницы не годилась. Пришлось сделать ставку на Тусю.

И Багров не прогадал. Как только та перепробовала все блюда, ее потянуло на развлечения. Олег предложил поиграть парами в бильярд. Алиса ответила, что не умеет и не собирается. Но он не зря надеялся на ее подругу. Туся побежала сама и увлекла за собой всех остальных.

Багров, как самый опытный игрок, взялся учить катать шары Алису. Аня с Тусей попали под пристальное внимание к одинокому старичку, вертевшемуся у бильярдного стола. С их приходом у старичка открылось второе дыхание и третья молодость. Он с удовольствием принялся обучать молодежь такой интересной, увлекательной игре. Багров тоже решил показать свое мастерство, он загнал шары в лузы и предложил Алисе сделать то же с его помощью. Та согласилась, не чувствуя подвоха. А что оставалось делать? Раз уж подошла к бильярду, то играй. Багров отдал ей кий и нежно прильнул к девушке, обхватив ее талию одной рукой. Второй он принялся направлять ее руку, указывая, куда нужно бить и с какой силой. Алиса не стала сопротивляться. Было бы глупо и смешно отталкивать его от себя. С виду тот не совершал ничего предосудительного, только часто дышал ей на ухо и украдкой целовал отбившиеся прядки волос. Алиса подумала, что немного потерпит, к тому же ей было приятно и весело.

На другом конце стола тоже веселились. Старичок заказал для девушек пару бутылок шампанского, которые практически выпил сам, и, поглядывая на парочку «Алиса плюс Олег», принялся точно так же показывать Тусе, как следует бить по шарам. Но шампанское, в свою очередь, тоже «дало по шарам», только на этот раз слабой девушке, и Туся не рассчитала удар кия. Он пришелся как раз повыше коленей прижавшегося к ней старичка. Тот взвизгнул и осел.

Когда скорая медицинская помощь покидала стены кафе-избушки, пришедший в себя старичок, лежа на носилках и придерживая стукнутое хозяйство двумя руками, криком требовал, чтобы Туся на нем женилась. Теперь, как кричал пожилой житель Копейки, она была просто обязана это сделать. Оказавшиеся на месте трагедии дамы хором шипели, как повезло вредительнице. Старичок оказался очень состоятельным воротилой строительного бизнеса. Туся, проводившая носилки до дверей автомобиля, искренне клялась в собственной невиновности и обещала все на свете, лишь бы пострадавший выжил после удара.

Багров радовался от всей души, управляя автомобилем на обратном пути. Вывести из строя соперника, а ими ему казались все мужчины на свете, удалось одним ударом руки, и даже не его. Притихшая Алиса не разделяла его радости и готовилась к визиту родственников старичка, которые наверняка устроят скандал из-за того, что ее подруга изувечила их деда, прадеда, пращура. Впрочем, если речь зашла о женитьбе, а вернее – замужестве, то еще неизвестно, о чем запоют родственники. Ведь Наталья фактически принародно получила предложение руки и сердца. Осталось лишь договориться о времени составления брачного контракта, по которому все переходило в руки молодой жены.

– Ты взяла номер его мобильного? – поинтересовалась Алиса, когда девушки остались одни дома.

– Нет, – заныла Туся, – я ничего не взяла и адрес той больницы, куда его отправили, тоже.

– Село, – расстроилась Алиса, – завтра к нему слетится стая голодных ворон с родового древа и начнет подсовывать завещание в свою пользу.

– Мне ничего от него не нужно, – ныла Туська, – только бы он остался жив. А вдруг он умрет?! Меня посадят за убийство?!

– Мы, как свидетели, будем молчать, – Алиса немного подумала, – и Багров тоже. Не переживай, я заставлю его умолкнуть.

– Ты его тоже замочишь? – в ужасе прошептала Туся. – Как кота?!

– Почему как кота? – не поняла Алиса. – Странные сравнения. Я его заставлю замолчать человеческими методами. Скажу больше – чисто женскими. – Она поправила макияж, брызнула на грудь духами и вышла из дома.

– К Багрову пошла, – проследила за ней Туся. – Сейчас будет его мочить, ой, мамочки.

– Соблазнять она его будет, соблазнять, – заявила Аня и встала с кресла. – Придется погулять с собакой на улице. Не мешать же им разговаривать на природе. К тому же сегодня ночью соловьи просто взбесились от счастья, не иначе как у них наступил брачный период.

Алиса, как и предсказывала Аня, позвала Багрова прогуляться по саду. Они, мило хихикая и повизгивая от удовольствия (визжал в основном Багров), направились сначала по участку Олега, потом плавно перешли на участок Шаховых. Аня позвала ротвейлершу, мирно дремавшую после еды, взяла ее на поводок и отправилась гулять по центральной деревенской улице. Если завтра Алиса заявит, что кто-то из них должен подкарауливать одинокого предпринимателя, то она ответит, что вчера уже это делала.

Ротвейлер и хомяк – слишком разные животные, несмотря на одинаковое домашнее воспитание. Аня в этом убедилась вчера, когда прогуливалась с собакой возле кафе. Сегодня она поняла, что вчерашняя прогулка была лишь занимательным приключением. На этот раз собаке на глаза попался тот самый египетский кот, которого она страшно ненавидела всеми фибрами своей собачьей души. И фибры эти рванули вдогонку за котом. Быстроногий, как лань, тот проскакал по заборам и устремился к дороге. Собака кинулась за ним и потянула Аню за собой. Та не смогла сдержать огромного питомца и оказалась посреди проезжей части, по которой несся автомобиль. Аня отпустила поводок и закрыла глаза. Под колесами она окажется одна, собака должна успеть убежать!

Дмитрий Одинцов всегда возвращался поздно, он привык проводить весь день в офисе. Собственно говоря, там и был его настоящий дом. В Копейку, где он на месте бабушкиного дома, доставшегося ему в наследство, построил новый, ехать не хотелось. Здесь грустно и скучно, заняться было нечем, с соседями он поддерживал весьма поверхностные отношения. Был у него пожилой приятель, местный житель Шереметьев, тот также на месте старого построил дом-замок, они изредка встречались, чтобы обсудить новости и попить пива. Но тот уже несколько недель развлекался с молодой женой в свадебном путешествии. Других приятелей у Одинцова в родной деревне не было. Он в который раз намеревался купить в городе квартиру и забросить деревенскую жизнь, но память о бабушке возвращала его сюда. Хотя деревенская жизнь в Копейке мало чем отличалась от городской и нисколько не была похожа на ту, когда он пацаном гонял по только что скошенному полю мяч. Разве что отсутствием на дорогах надоедливых инспекторов Госавтоинспекции, благодаря чему Одинцов носился ночью по дачным дорогам, как по гоночной трассе. С превышением скорости, от которой у гаишников зашкалил бы радар, он ехал и на этот раз. Когда на проезжей части оказалась Аня, он обговаривал по телефону условия очередного контракта и заметил ее в самый последний момент. Нажав изо всех сил на педаль тормоза, Одинцов с ужасом подумал, что убил человека. Увидеть то, что произошло, он не смог. Выскочившая подушка безопасности мало того, что заслонила обзор, так еще и припечатала его руку с телефоном к лицу с такой силой, что он не смог ею пошевелить.

Автомобиль остановился в двух сантиметрах от Анны Свиридовой. Она открыла глаза, попыталась сдвинуться с места, но сразу не смогла. Состояние шока, в котором она находилась, проходило постепенно и достаточно медленно. Противостояние длилось минут пять. Одинцов пытался справиться с подушкой безопасности, а Аня приходила в себя. Она подошла к машине и увидела на месте водителя большое яркое пятно, изредка колыхающееся в разные стороны. Первой мыслью была самая глупая – за рулем сидел призрак. Вторая, более нормальная, – а не потрогать ли его руками, чтобы убедиться в том, что это не призрак. Аня открыла дверцу и увидела затылок водителя.

– Господи, – сказала она, – как я рада, что вы не привидение!

В ответ водитель невнятно пробурчал что-то вроде того, что и он рад, что она не на небесах.

– Ну, так я пошла? – неуверенно поинтересовалась Аня, догадываясь, что с затылком не все в порядке, раз он зафиксирован в неподвижном положении. Человек нехорошо выругался в подушку безопасности и попытался от нее освободиться. – Подумаешь, – обиделась Аня, – сам такой!

Одинцов наконец-то нащупал свободной рукой под сиденьем ножик и проткнул злосчастное средство безопасности. Подушка сдулась и открыла его злое лицо с отпечатанными на нем кнопками телефона. Аня отпрыгнула в сторону от ярко освещающего дорогу фонаря и постаралась остаться неузнанной.

– А! Так вот ты кто?! – взревел выскочивший из машины Одинцов, заметив у ее ног прибежавшую невесть откуда ротвейлершу, так и не догнавшую быстроногого египетского кота.

– А что вы, собственно, себе позволяете?! – решив, что лучшая защита – это нападение, набросилась на него Аня. – Гоняете среди ночи, давите беззащитных людей!

– Вы тоже хороши, – сбавил тон Одинцов, узнавший собаку Шаховых, – шарахаетесь по дороге, не глядя на машины! Пешеход-нарушитель! Мало вас в городе, так еще и в деревне нет проходу!

– Проезда, – поправила его начитанная Аня. – Давайте не будем спорить, проезжайте.

Одинцов сник. Ему действительно не хотелось ругаться с этой странной девицей, чудом оказавшейся в живых. Она взяла в руки поводок и отправилась с собакой на другой конец улицы. Дмитрий постоял немного, ожидая, что она обязательно обернется, но девица вместо этого прибавила шаг и растаяла в темноте. «Хоть какое-то приключение, – подумал он, садясь за руль своего автомобиля, – хоть что-то разнообразит здешнюю жизнь». И понял, что покривил душой. Он представил эту девицу лежащей под колесами машины и ужаснулся. Первый раз в жизни ему стало страшно. Он чуть не задавил человека, пусть даже женщину, бессмысленное существо, созданное для того, чтобы досаждать мужчинам, но все же – человека. Ее собаку тоже было жалко. Оставшееся без хозяйки животное сгинуло бы и пропало в этой жестокой жизни. «Что со мной творится, – недоумевал Одинцов, – я стал сентиментальным?! Или воспринял этот случай как предупреждение свыше о том, что нужно по-человечески относиться к людям?» Он решил, что это предупреждение, и позвонил своему помощнику, чтобы тот срочно подготовил ведомости на премиальные для всех сотрудников центрального офиса. Помощник, не ожидавший ничего подобного, заикнулся об их объеме и, услышав ответ, обомлел от такой щедрости.

Глава 4

Акулы феш-индустрии

Шереметьев-младший стоял посреди ванной комнаты, в которой они с другом возились две недели, и от удивления беззвучно шевелил ртом, как рыба, выброшенная на берег. То, что он увидел сегодня утром, мало походило под описание строительных работ, это было чистейшее издевательство над его дедом. Если тот увидит такой ремонт, то убьет обоих строителей. Не видать ему не только обещанного автомобиля, но и тех небольших денег, которые дед должен был заплатить за работу. Не видать, потому что этой работы не было. Было что угодно, только не уложенная ровными рядами дорогущая итальянская плитка. Ромка протер рукой глаза, подумав, что ему это мерещится. Почесал затылок, прикидывая, сколько придется отковыривать плитку и лепить ее заново. От подсчетов у него закружилась голова и барабанная дробь застучала в висках.

– Венька! Вставай! Убью! – закричал Шереметьев-младший и кинулся в комнату друга. – Что ты наделал?! – Он тормошил безмятежно спящего Веньку за плечо. – Какого черта ты такое сотворил?! Дед подумает, что мы над ним издеваемся, и пустит в расход!

– Родного внука? – Венька протер заспанные глаза и пошарил рукой на рядом стоящем стуле в поисках очков. – Вот сволочь, с родным внуком так поступить.

– У него сталинская закалка, а тот, если ты знаешь, ради дела не пощадил родного сына!

– Да, – Венька надел очки и серьезно посмотрел на друга, – крутой у тебя дед.

– Так что с тобой он тем более расправится без лишних сантиментов.

– Какие ко мне претензии? – Венька встал и принялся искать свои шорты.

– Я тебе покажу, какие! – взревел Ромка и потащил друга к облицованной ванной комнате. – Это что такое?! – Он раскинул руки в стороны, указывая тем самым на ее стены, облепленные итальянской плиткой по технологии «как левая пятка захотела».

– Это? – не растерялся Венька. – Современный дизайн. Ванная для молодой жены? Для нее. Так вот она должна быть гламурной.

– Она и так гламурная, а вот дед – нет!


<< 1 ... 3 4 5 6 7
На страницу:
7 из 7