Андрей Олегович Белянин
Век святого Скиминока

Андрей Белянин
Век святого Скиминока

Глава 1
Лорд Скиминок-младший

Один за другим поднимались они на помост и дерзали коснуться рукояти Меча Без Имени.

Но никто не мог взять меч, никто не мог вытащить его из камня.

И плакали рыцари, и смеялся народ…

А потом пришел Он и сказал:

«Мой меч! Меч Без Имени…»

Хроники Локхайма

– Я – лорд Скиминок!

– А я – коварный Ризенкампф!

– Не-е-ет, папочка… Так нечестно, Ризенкампфа забрала Смерть, ты же сам рассказывал!

– Да? Ну, тогда я – принц Раюмсдаль. Идет?

– Ладно, все равно я – Скиминок. Защищайся, склочный принц!

Деревянные мечи с глухим стуком ударились друг о друга. Атака – отбито! Атака – отбито! Атака – ой! Больно… Теряю форму, обструганный клинок моего пятилетнего сына крепко саданул меня по большому пальцу правой руки.

– Падай – ты убит!

– Вот еще! Я только ранен и то не серьезно, от пореза пальца еще никто не умирал.

– А у меня меч заколдованный!

– Глупости! В Срединном королевстве ни у кого не было заколдованных мечей. Я буду драться с тобой левой рукой. Защищайся, свирепый ландграф!

Мы вновь закружили по комнате, яростно размахивая деревянными клинками. Это была наша любимая молодецкая забава – я воспитывал из сына рыцаря. В полных традициях кодекса дворян Ристайла с поправкой на реальные условия жизни. Владения семью обычными искусствами в этом мире явно недостаточно. Мой Иван рос вполне развитым современным мальчиком, умел читать, играть на компьютере, обращаться с видеомагнитофоном и разбираться в марках проезжающих под окном машин. С другой стороны, «Курочке Рябе» он предпочитал «Приключения короля Артура и рыцарей Круглого стола», «Усатому-Полосатому» – «Кота в сапогах», а прошлой зимой в детском саду, прежде чем дать обидчику в нос, – швырнул ему к ногам варежку. Конечно, это моя вина. По-видимому, в своих долгих путешествиях по сказочному средневековью я чем-то заразился и заболел. Навсегда… Меня сжигала тупая тоска по Соединенному королевству. Часто снилась Луна – кареглазая наемница, пытавшаяся меня убить, а потом… Наверно, она все-таки влюбилась… Ну, уж я-то влюбился точно. Мы даже поцеловались пару раз, а потом меня быстренько вернули домой, как нашкодившего щенка. Приключения – великое дело, но когда они обрываются не по вашей воле… Печально. Еще ужасно скучаю по Лие и Бульдозеру. Таких друзей у меня никогда не было. Сейчас они, наверно, живут счастливой семьей, отец Жана наконец-то гордится сыном и нянчит внуков. Надеюсь, что Лия не часто пускает в ход достопамятную сковородку, хотя у Бульдозера все равно голова крепче моей. Принцесса Лиона уже должна была кем-нибудь разродиться. Хорошо бы поздравить крестного брата Злобыню Никитича с отцовством, да телеграммы в параллельные миры пока не доходят. Плимутрок I, как помнится, выздоровел, Горгулия Таймс по-прежнему верховодит Тихим Пристанищем, Танитриэль ищет мужа и властителя для Локхайма. Без надежной мужской руки Тающий Город все же не имеет должного политического веса. Вот что сейчас с Вероникой? После неудачного замужества юная ведьма несколько поникла носом. На какое-то время мне удалось отвлечь ее на боевые действия. И она спасла меня от кастратки! До сих пор вздрагиваю, как представлю, что могло произойти… Ох, мужики – будьте бдительны! К Матвеичу я так и не попал. Свинство… Столько шляться по Срединному королевству и окраинным княжествам – и не найти времени для визита к соотечественнику. Мне сейчас страсть как стыдно. Буду еще раз в тех краях, брошу все и первым делом в гости к магу-ветеринару. Виктор Михайлович – мужчина образованный, рассудительный, общаться с ним легко и приятно, а когда трезв – вдвойне. Вот что меня всерьез беспокоило – так это отсутствие тел. Я хотел сказать, что после уничтожения Зубов мы не обнаружили трупов Раюмсдаля и Зингельгофера. Возможно, когда развалины родового гнезда Ризенкампфа были разобраны, ратники князя все же нашли останки наших врагов. Очень на это надеюсь…

Скучно мне! Невесело! Тоскую я здесь… Жизнь кипит, бьет ключом. Вокруг куча возможностей, в России эпоха перемен, а я не нахожу себе применения. Ни в милицию, ни в армию, ни в спецчасти меня не тянет. Да зачем им безработный ландграф? Борьба за мир тоже не прельщает. Сходил в родную секцию каратэ, после езды верхом и боев с настоящим оружием это уже казалось балетом. Побывал и в открывшемся в Астрахани клубе поклонников средневековья. Что сказать? На Темной Стороне они едва ли продержались бы хоть пару дней. Слишком много игры и мало настоящего понимания крови, боя и смерти. Хотя… Много ли я сам видел? Память хранит только хорошее, плохое быстро забывается.

– Пап, я похож на лорда Скиминока?

– Плащ великоват. Но в остальном – вылитый ландграф!

Мой сын подбоченился в ярко-зеленой рубашке, свободных шортах и кроссовках, – волочащийся плащ королевы Танитриэль был закреплен той самой знаменитой пряжкой с изображением взрыва, осьминога или вывернутых корней дерева. В руках мальчишка сжимал деревянный меч. Меня захлестнуло отцовское умиление…

– В путь, герой! Раз ты назвался Скиминоком, то пора совершать подвиги. Только не забудь прибрать комнату до того, как явится мама. О! Кажется, она и звонит.

Иван опрометью бросился убирать игрушки, сваленные подушки, стулья и покрывала, из которых он строил великанов и гоблинов. Я же неторопливо прошел в прихожую, открыл дверь… Никого! Глупая шутка. Наверняка соседские дети балуются. Из глубины квартиры раздались чужие скрипучие голоса.

– Ты – Скиминок?

– Да! – гордо прозвучал ответ моего ребенка.

– Тебя-то нам и надо!

– Иван! Что происходит?! – Я рванулся в детскую комнату. Запах серы ударил в ноздри. На полу валялся деревянный меч. На мягком ворсе ковра четко отпечатался глубокий след раздвоенного копыта. Казалось, сердце перестало биться и воздух больше не поступал в легкие. Я тупо застыл на пороге комнаты. Не стало ничего… Моего сына похитили.

Мысли проносились с курьерской скоростью. Кто бы ни были похитители – они не люди! След раздвоенного копыта явно указывал на Темную Сторону. Они спрашивали Скиминока?! Они искали меня. О, Санта Мария! Кому взбрело в голову послать тупорылых дебилов похищать ландграфа, которого они явно и в глаза не видели?! Ну, если там кто-нибудь тронет моего сына хоть пальцем!.. Это была уже не свирепость, а плохо управляемая ярость. Вот-вот вернется от родителей жена – что я ей скажу?! Что Иван отправился с друзьями погулять в Срединное королевство? А может, прямо в Ад? Или в пустынные земли на северо-западе? Она же мне не поверит! И так отношения хуже некуда. Это, наверно, все же я виноват. После того как мы познакомились с Луной, моя семейная жизнь уже не смогла вернуться в прежнее русло. Но, с другой стороны, именно благодаря этому мы стали так близки с Иваном. Куда они его дели?! Нет, нет, нет! Тихо! Надо взять себя в руки и рассуждать логически. Так… полное спокойствие! Во-первых, как они, в смысле – похитители, сюда попали? Хороший вопрос… Сколько помнится, прямых врат из Ристайла в Астрахань еще никто торжественно не открывал. Ни оркестра, ни перерезания красной ленточки, ни шумного рапорта о беспересадочном перелете под бурные аплодисменты. Во-вторых, может, они вообще из другого измерения? Вряд ли… Раз уж они пришли именно за Скиминоком, то наверняка достаточно обо мне наслышаны. В-третьих, кто же это там обладает такой всесокрушающей мощью, что может рушить границы между мирами? Предположим, Раюмсдаль выжил… Ну, тогда и Зингельгофер, и кришнаиты, и даже госпожа Гнойленберг тоже в добром здравии, предположим… Кто-то из них? Нет – куда им! Тогда кто? Боги? Вполне возможно… Богиня красоты Катариада Базиливмейская в свое время просто взяла меня под ручку и отвела домой. Прямо из Темной Стороны, не затрудняясь переходом и объяснениями. Хотя, с другой стороны, с чего бы это небожителям подсылать нечисть, чтобы еще раз попортить мне жизнь? Я, конечно, понимаю, у них свои взгляды, какие-то соревнования, ставки, проигрыши, выигрыши… Стоп! Вот оно! Если боги – светлая часть мира, то кто управляет Тьмой?! В комнате словно дохнуло морозом. Точно! Постоянная победа Добра всколыхнула извечное Зло, а поскольку к этому делу я приложил обе руки, то неудивительно, что снизу решили восстановить равновесие. Мне надо спешить. Я переоделся, натянув новые джинсы, на ходу надел рубашку, сунул ноги в разбитые кроссовки и вышел на улицу. Вопреки моим ожиданиям, белого коня у подъезда не оказалось. Время – пять часов вечера, полно прохожих, соседи сидят на лавочке, я занервничал… Впору топать ногами и орать, что мне срочно нужно в Соединенное королевство! Мимо процокала каблучками красивая молодая женщина. Я не сразу понял, что заставило меня проводить ее взглядом…

– Не может быть… Кэт! – Я рванулся за ней, не утруждая себя мыслями о причине появления в моем микрорайоне настоящей богини в длинном джинсовом платье с открытыми плечами.

– Кэт, постойте же!

– Вы… мне?

– Кому же еще?!

Она удивленно обернулась, в ее глазах не было ни страха, ни раздражения.

– Вы меня с кем-то спутали… Мы не знакомы.

– Опомнитесь, Кэт! Это же я – Скиминок!

– Кто?!

– Скиминок! Ревнитель и Хранитель, Шагающий во Тьму, тринадцатый ландграф Меча Без Имени! – торопливо выдал я. Взгляд женщины из удивленно-насмешливого сразу стал жалостливо-сочувствующим. Она быстро коснулась прохладными пальцами моего лба.

– У вас температура…

– Да! – взорвался я. – У меня белая горячка на почве беспробудного пьянства и вялотекущая шизофрения с осложнениями на мозжечок, вследствие чего нарушена координация движений и нервные судороги. А если вы сию минуту меня не вспомните – я вас укушу!

– Не надо! – шарахнулась она, потом одумалась и мягко взяла меня под локоток. – Не волнуйтесь, пожалуйста… Проводите меня до троллейбуса и расскажите все по порядку.

– Чего же тут рассказывать? Дело ясное – без нечистой силы они бы его ни за что не похитили! Вот я и думаю…

Слово за слово, плавно и незаметно я выболтал все о своем первом посещении параллельного мира, о Соединенном, или Срединном, королевстве, о борьбе с коварным Ризенкампфом, о моих друзьях, о Смерти, о небесном городе Локхайме. Она не перебивала, только глаза ее широко распахивались, когда речь шла о чем-то страшном, и легкая улыбка касалась губ, когда звучало что-то веселое. Потом я начал вторую повесть о Зубах, о бабушке Раюмсдаля, о злобных кришнаитах и разнообразных обитателях Темной Стороны, о моих похоронах, о гробе на колесиках, о нелепой путанице с неподписанными письмами. Она хохотала. Мы пропустили уже третий троллейбус, время летело незаметно.

– Скиминок… Очень смешное и героическое прозвище. Давайте хоть познакомимся. Меня зовут Катя. Катя Васильева.

– А не Катариада Базиливмейская? – недоверчиво переспросил я. Она таинственно улыбнулась:

– Удачи вам, ландграф!

Красавица легко впорхнула в двери подкатившего общественного транспорта и помахала мне рукой. Я вздохнул, прикрыл глаза и помассировал виски. В ноздри ударил свежий лесной воздух. Волшебный аромат вековых сосен… Как же я отвык от… От чего?! Где я?!

Города не было. Я стоял один-одинешенек на зеленой поляне, в цветистом разнотравье, на том самом месте, куда меня впервые выбросило из шкафа королевы Танитриэль. Шумел лес, по камушкам бежала речка, а на горизонте голубели высокие стены Ристайла.

– Кэт… – с тихим благоговением пробормотал я.

– Открывайте, негодяи!

– Что тебе нужно, путник? – Ворота приоткрылись, и в узкой щели показалась прыщавая рожа незнакомого стражника. – Праздник уже начался, площадь полна народу, приходи завтра.

– Ну уж нет! – Я вовремя успел втиснуть между створками каблук. – Мне нужно пройти сегодня и сейчас.

– Убери ногу, болван! Сказано завтра – значит, завтра. Не мешай добрым горожанам повеселиться. А не то я кликну капитана, и ты проведешь недельку-другую в гарнизонной тюрьме…

Вечно забываю, как надо себя вести в подобных случаях… Не хватало еще, чтоб подвиги заставили совершать прямо под дверями. Все! Я вспомнил… Бац! Свалив стражника прямым ударом в нос, я скользнул внутрь и оттащил парня в сторону. Из караульной, подозрительно прищурясь, вышли еще двое стражей во главе с бородатым начальником.

– Кого я вижу – свирепый ландграф!

– Он самый! Приятно, что на этот раз вы меня сразу узнали. А помните, как тогда мне пришлось биться сразу с двумя рыцарями?

– О, это был великий подвиг. Эй, разгильдяи! Приветствовать всем высокородного лорда Скиминока!

Стражники помоложе удивленно вытаращились и перекрестились.

– Но… он ведь… умер…

– Кто умер? – не понял я.

– Да вы умерли, – так же широко улыбаясь, пояснил начальник стражи. – Госпожа Лия и господин ле Буль де Зир своими глазами видели, как вы ушли под ручку с богиней. Постепенно вы поднимались все выше и выше, шагали по облакам, пока не растаяли в золотом мареве. Все поняли, что за великие подвиги и разрушение Зубов вас живым вознесли на небо! Подобные чудеса происходят не часто. Кардинал Калл лично послал буллу Папе, и вас причислили к лику святых.

– Офигеть… – Я в изумлении присел на бревнышко у входа.

– А сегодня у нас праздник – День святого Скиминока! Сотни рыцарей со всего мира будут вновь пытаться вытащить из камня Меч Без Имени.

– Зачем?

– Как зачем?! Чтобы узнать, кто будет новым ландграфом.

– А почему таким неоригинальным способом? Это же плагиат! Нельзя так явно воровать идею определения претендента у Мэлори из легенд о короле Артуре. Стыд-то какой…

– Разве? – удивился бородач. – А вот уважаемая госпожа Горгулия Таймс уверяла, что это ваша последняя воля!

– Ну… а… э… у… ы… м… – Я действительно припоминал вольную трепотню насчет чего-то подобного. Боже мой, они же все принимают за чистую монету! Чувство юмора или отсутствует напрочь, или настолько специфичное, что лучше его бы и не было. Вот, например, дать негодяю в лоб булавой – это вызывает уважение. Дать так, чтобы он перевернулся вверх тормашками, – взрыв искреннего смеха! Дать по той же башке палкой – уже разочарование, а то и недовольство, ибо это не по-рыцарски. Где логика? – Ладно… Приведите в чувство вашего парня, он там у сторожки. Пусть не держит обид – я торопился… Мне пора на площадь, хочу лично полюбоваться на героев, посягнувших на мой меч.

– Если позволите, я провожу вас, ландграф, – поклонился начальник. – Здесь справятся и без меня.

– Не возражаю, пошли…

До центральной площади мы добрались уже минут через десять. Народу на улицах не было, все на празднике, глазеют на представление. Посреди площади возвышался новенький деревянный помост, на нем – огромный камень, из которого торчала знакомая рукоять Меча Без Имени.

– Наковальню забыли… – автоматически отметил я.

– Чего-чего?

– Так, мелочи…

На каменном балконе дворца разместились король Плимутрок, кардинал Калл и русский князь Злобыня Никитич. Обаятельная Горгулия Таймс, восседая в кресле у помоста, внимательно вглядывалась в глаза каждому претенденту, прежде чем допустить его до основного экзамена. Сословные законы имели решающий вес – крестьянин, ремесленник или даже простой солдат к испытанию не допускались. Только рыцари, высокородные дворяне, а также заморские королевичи, подтвердившие свой титул. Демократия здесь не в моде, но лично я допустил бы воинов или наемников, из них порой получались не худшие короли. Господи! Что на меня накатило? Я ведь тут по делу, у меня сын пропал! А ну, верните мой меч, я спешу…

– Благородный сэр Гейкельхард, магистр ордена Храма, дерзает претендовать на Меч Без Имени! – пропел герольд. Высокий, стройный рыцарь с холодными голубыми глазами взялся за рукоять. Мускулы буграми вздулись на плечах. Да он с дури мне весь эфес покорежит! Меч не поддался ни на дюйм…

– Вы не ландграф! – заключила верховная ведьма.

Магистр отер выступивший пот, поклонился королю и сошел в народ. На помосте появился дородный пузан и с медвежьей легкостью поднял даже сам камень!

– Благородный сэр Юлий, сионский шляхтич, дерзает… – Сила нового претендента ошарашивала – он держал мой меч за рукоять, нахально пытаясь стряхнуть с серебристого клинка серый камень. Бесполезно! Тогда он уперся коленом и начал выворачивать Меч Без Имени, как шуруп.

– Что ты делаешь, идиот?!

Все обернулись ко мне. Это что, я кричал? По-видимому, да…

– Святой Скиминок! – еле слышным шепотом пронеслось по площади. Здоровяк мрачно отступил от камня. Горгулия Таймс в изумлении встала с кресла и протянула в мою сторону руку:

– Свирепый ландграф, заклинаю тебя! Если ты дух, то дай нам знак и укажи нового героя. Если ты пришел во плоти и крови – коснись Меча Без Имени. Если небеса отпустили тебя лишь на миг, то произнеси свое пророчество. Если…

– Да успокойтесь вы… Живой я, живой. Пришел по делу. У меня, конечно, есть проблемы… Когда их не было? Но для начала я заберу свой меч.

Толпа расступилась. Интересно, а почему на этот раз никто не упал в обморок от счастья? В прошлый раз это делали все, как по команде. Рыцарство не скрывало недоверия, простой люд едва дышал от немого восторга, король жал руку зятю, а кардинал, похоже, намеревался-таки облить меня святой водой. Для профилактики и дезинфекции. Я шагнул на помост, протянул руку, и тут…

– Ты не получишь его, самозванец! – Красный от ярости сэр Юлий встал у меня на пути. – Этот волшебный меч будет принадлежать мне, и только мне!

Из рядов зрителей быстро вышли пятеро рыцарей с гербами сионской шляхты и, выхватив боевые топоры, встали рядом со своим господином. Мисс Горгулия повернулась к ним грудью, но вмешался король:

– Не надо, прошу вас! Если это действительно живой Скиминок, то пять вооруженных дураков ему не помеха. Мы хотим поразвлечься…

Верховная ведьма пожала плечами и села в кресло. Эй, ребята, вы чего? Пану Юлию протянули огромный мясницкий топор.

– Прочь с дороги, мальчишка! Меч Без Имени должен служить мне и делу возрождения нравственности. Мир погряз во грехе! Я омою его кровью. И если клинок не хочет выходить из камня, то я по кусочкам расколю сам камень!

…Пять топоров взметнулись в воздух. Я ухитрился уйти от первых выпадов, но долго бегать по помосту весьма проблематично, здесь не слишком много места. Зато мне удалось ударить одного ногой и, рванувшись в образовавшуюся брешь, встать у самого камня, но… Враги успели взять меня в кольцо.

– Попробуй только дотронуться до рукояти – и твоя голова слетит с плеч! – захохотал противный толстопуз.

Черная ярость захлестнула мою бедную голову. Я потерял сына! А мне здесь препятствия чинят, рэкетиров из себя изображают. Видит Бог – я изо всех сил пытался быть мирным и человеколюбивым. Не хотите – не надо! Получите так же, тем же концом и по тому же месту. Я медленно поднял руку…

– Мой меч! Меч Без Имени!

Серый камень словно взорвало изнутри. Горячая рукоять влетела в мою ладонь, и серебряная молния клинка очертила круг над головой. Народ ахнул! Верховная ведьма удовлетворенно хмыкнула. Король хлопнул кардинала по плечу. Злобыня радостно бил в ладоши. Из толпы претендентов гордо вышел сэр Гейкельхард и заявил на всю площадь:

– Мы с вами, лорд Скиминок!

– Убейте его! – завизжал покрасневший от обиды шляхтич.

Пять топоров пошли в дело… Двое первых негодяев так и не поняли, почему у них в руках вдруг оказались жалкие обрубки топорищ. Потом Меч Без Имени распахал локоть третьему, и он с воем уронил секиру на ногу четвертому, мгновенно выведя его из строя. Пятый промахнулся и, получив дополнительный пинок, вылетел с помоста на мостовую. Мы с паном вышли один на один. Вежливость надолго оставила меня, благородство, такт и совесть мудро отошли в сторонку. В четыре скользящих взмаха мой меч обезоружил здоровяка, нарисовал ему букву «С» на лбу и распорол ремень, удерживающий штаны. Сэр Юлий позорно бежал под улюлюканье и хохот толпы. Я вдохнул полной грудью. Поклонился народу. Помахал рукой королевской ложе. Подмигнул Горгулии Таймс. Отсалютовал честному рыцарству. Потом погладил рукоять Меча Без Имени, прижался щекой к прохладному клинку и вновь едва не заплакал от невозможного счастья обладания этим дивным оружием. Как мне повезло, что мы с ним нашли друг друга! Мой меч… Только мой! Пока я жив, никто другой не возьмет его в руки.

– Да здравствует лорд Скиминок, Ревнитель и Хранитель, Шагающий во Тьму, тринадцатый ландграф Меча Без Имени!

Под приветственные крики меня подняли на руки и понесли во дворец. Ну все, наконец-то я дома…

Короткое время первых объятий, первых восторгов, первых вопросов. Король приказал выкатить на площадь бочки с вином, и народ шумно праздновал возвращение «святого Скиминока». Пока лихорадочно готовился праздничный ужин, мы с их величеством, князем и его супругой сидели за дружеским столом, уединившись в отдельном кабинете.

– Долго же тебя не было, брат. Уж, почитай, годика два с лишним.

– Да? В моем мире прошло целых пять лет.

– То-то, гляжу, седина у тебя на висках посверкивает, – качнул головой князь. – Раненько, раненько… Ты ведь не старше меня будешь?

– Не сравнивай, у меня знаешь какие стрессы? Все на нервах. То с работы уволили, то в суд подали, то дома личные проблемы заели, то финансы, то здоровье…

– Переселяйся к нам! – широким жестом предложил король. – Титулы и поместья мы тебе вернули, врагов пока не видно, жизнь мирная да веселая. Помнишь, ты обещал мне казино построить?

– Ладно, вы лучше расскажите, с кем вас поздравить, с внуком или внучкой?

– Дочь у нас! – гордо откликнулась Лиона, маслено поглядывая на смутившегося князя. – Любит ее без памяти. В зубах готов таскать. Балуе-е-т…

– Как назвали?

– Ольгой. В честь матери моей великой княгини. Да ты не смейся, девчушка и впрямь хороша, вся в меня. Два годка уже есть… Лопочет помаленьку, только я один ее речь и разумею. А уж как пляшет – любо-дорого посмотреть! Я ей куклу из соломки сплел, так рада была…

– Все, понесло! – хихикнуло их величество. – Нашему зятю иной темы для разговора и не надо. Спроси его про дочку, а сам спать ложись – он до утра рассказывать будет.

– Ну вот, заклевали парня! – вступился я, сразу вспомнив о своих собственных проблемах. – У меня тоже сын растет. Назвали Иваном, ему уже пять лет, развитой мальчик, мечом машет, читает по слогам. Из-за него я и приехал.

– Что ж сразу сыночка не взял? – удивилась Лиона. – Мы бы их с Оленькой подружили.

– Дело серьезное. Там, в моем мире, у меня его похитили!

– Что?! – дружно привстали все.

– Я сам был в прихожей. Слышу голоса из детской: ты, мол, Скиминок? Иван отвечает: да! Он думал, с ним играют. Они говорят: тебя-то нам и надо. Я вбегаю – никого! А на ковре след от раздвоенного копыта…

– Вот нечисть! – стукнул по столу король. – До чего же они там у вас дошли – невинных детей красть…

– Не у нас, а у вас! – поправил я. – В моем мире черти не водятся. Раздвоенное копыто – верная улика, указующая на Тьму. Раз они искали Скиминока, значит, все следы ведут сюда.

– Ты прав. Завтра же объявлю розыск по всей стране.

– Мы поможем, друже… – кивнули супруги.

– Только на это и надеюсь. Вот почему я здесь. Вы уж возьмитесь за поиски по своим каналам, а я через Горгулию Таймс наведу справки в Темной Стороне.

– Решено!

Дверь в кабинет едва не сорвало с петель. На пороге, едва дыша от сумасшедшего бега, стояли раскрасневшиеся Лия и Бульдозер:

– Вы вернулись, милорд!

Королевский пир был шумным и долгим. Меня представили маленькой принцессе. Ольга оказалась обаятельной крепышкой с волной бледно-золотистых волос, серьезными голубыми глазами и хитрющей улыбкой. Хорошая девчонка. Интересно, понравилась бы она моему Ивану? Придет время, обязательно познакомлю.

К вечеру на меня навалилась усталость. Продолжать пьянку и дальше не было ни малейшего желания. Я хотел отдохнуть. Князь одолжил мне короткий теплый плащ, чтобы я не замерз, добираясь до замка Буль де Зиров. На дворе стояла ранняя осень. Раньше мне больше везло с погодой, все приключения проходили в летнее время года. Во дворце праздник грозил затянуться до утра, поэтому, с нетрезвого согласия Плимутрока I, мы втроем тихонечко отвалили. Поместье находилось не более чем в получасе хорошей езды верхом, так что короткое время для болтовни у нас было.

– Значит, мы опять на войне, – задумчиво подвел резюме моему рассказу трусливый рыцарь.

– Не факт. Это мое личное дело, я сам найду своего сына. Не думаю, что похитители сделают ему что-нибудь плохое. Если им так нужен ландграф, они сами дадут о себе знать…

– Король обещал помочь? – напряженно встряла Лия. Моя белобрысая подружка выглядела настоящей дамой высшего света: в длинном парчовом платье, меховом плаще, с эффектной прической под сеткой с жемчугами. Она и верхом-то сидела по-дамски, боком, великолепно управляясь с лошадью.

– Да, завтра они оповестят всю страну и будут платить золотом за любое известие об Иване.

– Конечно, конечно… Тогда никаких сложностей. У нас в государстве сейчас все тихо и мирно. Мальчика быстро найдут, не сомневайтесь, милорд… – Почему-то в разговоре появилась нотка непонятной напряженности. Мы все испытывали смутное неудобство, хотя я еще не вполне понимал его причины.

– Лорд Скиминок, а вы помните Луну?

– Да, конечно. Что с ней?

– Она так и не появлялась за все это время, – счастливо вздохнула Лия, явно радуясь перемене темы. – Когда вас взяла на небеса богиня, в народе разнесся слух о вашей святости. Мы надеялись, что она вернется и спросит нас как прямых свидетелей чуда, но наемница исчезла навсегда.

Я загрустил. Кареглазая девушка с темными волосами, пытавшаяся меня убить и ставшая мне… всем! По ней я действительно тосковал все эти годы. Пытался ее забыть, но… Какая разница?! Возможно, она давно замужем, растит детей и, согласно законам своего клана, готовит будущих наемных убийц.

Мы приехали далеко за полночь. Отец Бульдозера уже спал, он был пожилым человеком и нуждался в покое. Мне выделили роскошную комнату, я принял ванну и, развалившись на кровати, попытался уснуть. Ничего не вышло. Я думал о сыне. Скорее всего, ему действительно не причинят вреда, но ведь могут и просто напугать. Детская психика такая ранимая… Потом вновь вспоминал Луну. У нее удивительные глаза и губы ласковые, как лепестки. В дверь поскреблись.

– Войдите.

– Это я, милорд. – На пороге в длинной ночной рубашке, тапочках и колпаке стоял смущенный Бульдозер. – Мне надо… Нам надо… поговорить.

– Заходи, садись, говори.

– Лорд Скиминок, поймите меня правильно… Вы ушли так неожиданно! Мы оказались одни, а король… Ну, ведь надо было хоть кого-то награждать за победу над Зубами?! Все почести достались нам двоим. Я был прощен, обласкан, вновь допущен ко двору. Отцу понравилась Лия. Их величество отдельным указом сделал ее баронессой, и наш брак обрел полную гармонию. Мы уже столько времени счастливо живем в папином замке. Я, возможно, даже прибавил в весе. Но дело не в этом… Как ваш верный оруженосец, я по-прежнему готов следовать за вами куда прикажете. Просто… не подумайте обо мне ничего плохого, милорд, но…

– Довольно! – Я потрепал парня по плечу. – Не хватало еще, чтобы ты упал на колени и разревелся.

– Но, мой лорд…

– Я не твой лорд! Слушай внимательно… Жан-Батист-Клод-Шарден ле Буль де Зир, я освобождаю тебя от обязанностей оруженосца! Отныне ты вольный человек и распоряжаешься своей жизнью так, как тебе заблагорассудится. Не перебивай! Сегодня я хочу выспаться, а завтра ты проводишь меня до дворца. На этом мы в расчете!

– Я… мне можно идти? – выдавил он, глядя в пол.

– Иди. Не загружай себя морально-этическими глупостями. Это слишком личная война, я разберусь сам.

– Но… потом вы зайдете к нам в гости?

– Обязательно.

Жан еще раз кивнул и вышел. Я попытался ни о чем не думать. Беготня и мордобои рано или поздно надоедают всем. Нельзя осуждать моего друга за то, что на этот раз он хочет подождать в стороне. В конце концов, речь действительно идет не о спасении целого королевства, а всего лишь об одном украденном ребенке… Моем сыне!!!

Вновь скрипнула дверь. На пороге стояла сумрачная Лия.

– Вы позволите, лорд Скиминок?

– Валяй. Если сможешь забыть, что ты теперь знатная дама, то садись на кровать и говори.

– О чем? – грустно улыбнулась она.

– О Бульдозере. Ты ведь за этим шла? Не возмущайся, вижу, что за этим. Сделай милость, будь со мной откровенна. Если не хочешь, можешь ни о чем не спрашивать, я сам все скажу.

– Милорд, вы же понимаете…

– Да. Жан уже был у меня. Валялся в ногах, причитал, плакал, слезно молил разрешить ему принять участие в новом приключении.

– А вы?

– А я отказал. Дело не стоит выеденного яйца, мне и одному – раз плюнуть! Мобилизация помощников не требуется. Договорились, что мы с Иваном заедем к вам в гости на обратном пути.

– Спасибо… спасибо, милорд… – Лия быстро наклонилась и поцеловала мою руку. – Простите нас… Все меняется. Поверьте, мы искренне рады вас видеть, все, что есть в замке, к вашим услугам.

– Я знаю. Не переживай. Иди к себе, а то муж забеспокоится, ревновать начнет…

– Пусть только попробует! – улыбнулась моя бывшая спутница. – Так я пойду? Спокойной ночи, лорд Скиминок.

Провалявшись чуть не час после ее ухода, я понял, что уснуть уже не смогу. За окном едва-едва пробивался рассвет. Разлеживаться дальше не имело смысла. Я оделся и тихо спустился вниз. Растолкал слугу и потребовал, чтобы мне оседлали лошадь. Будить хозяев не хотелось. Все правильно… Мне пора. Я выехал из замка в утренний туман, пустил коня неторопливым шагом и попытался представить себе примерный план действий. Во-первых, надо подключить к делу верховную ведьму. Во-вторых, поинтересоваться у Бесса на Темной Стороне насчет новоприбывших светловолосых мальчиков, а еще… О, Вероника! Как же я про нее забыл?! В деле поиска чего-нибудь где-нибудь она первый человек. Если вновь не забивает себе голову очередным замужеством, то на нее смело можно положиться. Король, конечно, поднимет всех на ноги, поставит на уши и перевернет вверх дном все Соединенное королевство. Еще бы не грех найти Матвеича и посоветоваться с ним… Сзади раздалась мерная дробь копыт. Меня нагонял тяжеловооруженный рыцарь. Массивную фигуру Бульдозера нельзя было спутать ни с кем другим…

– Я с вами, милорд!

– Не выдумывай глупостей! Поворачивай коня и дуй домой. Если Лия узнает, куда ты удрал, представляешь, что будет?

– Лорд Скиминок, – взмолился трусливый рыцарь, – ради всего святого – простите меня! Я не знаю, что на меня нашло. Вы ведь никогда, никогда не просили меня о помощи. Даже сейчас. Просто приехали, рассказали и уехали вновь. Вы слишком тактичны и благородны, чтобы напоминать мне о долге рыцаря и дворянина. Я недостоин быть вашим оруженосцем… Этой ночью, в родовом замке отца, я… просто предал вас! Я предал все, что нас связывало. Нашу дружбу, наши подвиги, наши раны и наши победы. Я хуже, чем мог себе вообразить. Смилуйтесь, убейте меня своей рукой, ибо я больше не смогу смотреть в глаза людям!

1 2 3 4 5 6 >>