Чингиз Акифович Абдуллаев
Последний синклит

– Не только, – громко сказал Анджей Важевский.

– Он звонил и мне, – признался Хеккет. – Я думал, что меня просто проверяют.

– И мне, – вставил Дронго. – Я тоже успел записать разговор.

– Кому еще? – спросил Стивен, нахмурившись.

Ихсан Абд аль-Хашаб поднял руку, презрительно скривив губы, и отпустил ее.

– Мне тоже звонили, – вздохнул Квернер, – но звонивший не нашел меня дома. Теперь я понимаю, почему меня так настойчиво искали перед поездкой сюда.

– А вам? – спросил Стивен у мистера Доула.

Тот покачал головой.

– Мне тоже никто не звонил, – сообщил комиссар Брюлей. – Я думаю, что из-за моего адреса. После выхода на пенсию я сменил квартиру. Кстати, приглашение пришло на мой прежний адрес.

– Странно, – произнес сэр Энтони, взглянув на Стивена, – очень странно. Мистер Симура, вы сказали, что сможете узнать человека, который не советовал вам приезжать в Англию. Это был мужчина?

– Да, безусловно.

– Это был мой голос?

– Нет, – усмехнулся Симура, – не ваш.

– Голос моего сына вы уже слышали. Надеюсь, он тоже вне подозрений, – нетерпеливо сказал старик. – Полынов, – обратился он к начальнику охраны, – скажите какую-нибудь фразу.

Полынов поднялся. Он был высокого роста, широкоплечий. Угрюмым взглядом он посмотрел на всех сидящих в зале.

– Вы мне не доверяете? – спросил он.

– Если бы я вам не доверял, вы бы сейчас здесь не сидели, – мрачно заметил сэр Энтони. – Скажите фразу «Я не советую вам приезжать в Англию».

– Не нужно, – сказал Симура, – это не он. Мне достаточно было услышать его голос. Это был не он. И не ваш помощник Тиллих. Его голос я тоже слышал. Сейчас я включу магнитофон.

Симура достал небольшой магнитофон, положил его на стол и включил. Раздалось характерное шипение.

– Мистер Симура? – спросил чей-то мужской голос.

– Я вас слушаю, – ответил японец.

– Вы получили приглашение приехать в Англию? – уточнил незнакомец.

– Получил.

– В таком случае я советую вам не приезжать. Это очень опасно, мистер Симура. Поверьте, что я ваш друг и хотел вас предупредить. До свидания…

Стивен растерянно взглянул на отца.

– Это не Арчибальд, – сказал он, имея в виду повара, – и не Алан.

– Да, – задумчиво подтвердил старик, – это не они.

– Я думаю, один результат у нас уже есть, – сказал мистер Доул.

– Что вы имеете в виду? – спросил Стивен.

– Во-первых, кто-то из ваших людей узнал о том, кому именно отправлены приглашения, а это значит, что среди них наверняка есть человек, либо помогавший убийце, либо сам устранивший Роберта.

Сэр Энтони сжал кулаки, глядя на говорившего. Стивен побагровел.

– И во-вторых, – продолжал мистер Доул, – этот неизвестный почему-то не позвонил мне и мистеру Брюлею. И я могу сказать, почему он не позвонил. Я живу в Лондоне, и меня не нужно уговаривать не приезжать в Дартфорд, но мистеру Брюлею он также не позвонил. А ведь мистер Дезире Брюлей – единственный полицейский среди нас. Значит, он знал этот факт и либо испугался, что его могут вычислить, либо перепутал адреса, что тоже возможно.

– Либо Брюлей все организовал сам, – вставил улыбающийся Хеккет.

Комиссар ошпарил его презрительным взглядом и, набив свою трубку табаком, щелкнул зажигалкой, уже не спрашивая разрешения.

– Хватит! – прервал Хеккета мистер Доул. – Скорее я поверю в то, что сам консультировал убийцу, чем в виновность комиссара полиции с сорокалетним стажем. У вас извращенная фантазия, мистер Хеккет.

– Тогда почему Роберт выписал наши фамилии? – спросил Важевский.

– Этого мы пока не знаем, – ответил Доул.

– У вас три дня, господа, – напомнил им сэр Энтони. – Я попрошу раздать вам схему отеля, где отмечены номера, в которых живут все гости, приехавшие сюда вместе с нами. Обращаю ваше внимание, что прислуга предупреждена. Все телефоны отключены, и никаких писем и сообщений персонал не имеет права передавать. Прошу вас сдать господину Тиллиху ваши мобильные телефоны. Если у вас есть оружие, вы можете оставить его у себя. Я буду жить в отеле вместе с вами, а Стивен уедет сегодня в Лондон. И хочу предупредить возможного убийцу, что дверь моей комнаты не будет закрыта. У меня только одна просьба: если убийца захочет меня убрать, пусть он предварительно меня разбудит. Я хочу посмотреть в глаза человеку, который решил убить моего внука. Вот, собственно, и все. Спокойной ночи, господа. Отель в вашем распоряжении. Здесь прекрасный бассейн, джакузи, сауна. Арчибальд, конечно, будет сидеть без работы, но остальные повара – настоящие мастера своего дела. В холле есть даже игральный автомат. Я надеюсь, что вам будет здесь интересно.

Он закашлял, поднося руку ко рту. Очевидно, ему было сложно произнести такой длинный монолог. Но он откашлялся, собрался с силами и выдавил последние фразы:

– Пожалуйста, не забудьте сдать свои телефоны. Я думаю, вам не нужно напоминать, что оставленный телефон будет рассматриваться как акция, направленная против нашей семьи. До свидания, господа.

Он кивнул головой и посмотрел на своего сына. Стивен развернул его кресло, и они вышли вместе. Сэр Энтони мог управлять своей коляской самостоятельно, но он предпочитал, чтобы за его спиной был сын. Резко поднявшийся с места Полынов вышел следом за ними.

Когда они втроем удалились, в конференц-зале снова установилась тишина. И вдруг раздался скрипучий голос Ихсана Хашаба:

– Это самая глупая ситуация, в которую я когда-либо попадал.

Со своего места поднялся рыжеволосый Тиллих и кивнул сидевшей рядом с ним блондинке. Он был помощником Стивена, а молодая женщина – его секретарем, вспомнил Дронго. Брюнетка осталась сидеть на месте, рассматривая экспертов. Тиллих взял поднос, лежавший на столе, и передал его Сюзан Бердсли, следовавшей за ним.

Он подошел к сидевшему с краю Мишелю Доулу. Тот улыбнулся, покачав головой, и тихо сказал:

– Я не ношу мобильных телефонов. Можно сказать, что я старомоден.

Расположившийся рядом с ним Уорд Хеккет презрительно поморщился и, достав сразу два мобильных телефона, положил их на поднос. Важевский достал свой телефон, проверил, как он работает, отключил его и передал аппарат Тиллиху. Четвертым сидел Людвиг Квернер. Он отдал телефон, не сказав ни слова. Ихсан Абд аль-Хашаб неприятно усмехнулся и вытащил из кармана один телефон. Затем второй. Посмотрев на миссис Бердсли, он облизнул губы. Очевидно, арабу нравились блондинки. Молодая женщина чуть покраснела. Хашаб вздохнул и сказал:

– У меня есть еще один. – С этими словами он достал третий телефон – необычайно миниатюрный аппарат, очевидно, сделанный по заказу, и положил его на поднос. Тиллих изумленно взглянул на араба, но ничего не сказал.

Кодзи Симура, извинившись, пробормотал, что его телефон находится в номере.

– Я не ношу с собой мобильные телефоны на заседания, – вежливо заметил японский эксперт.

– Хорошо, – согласился Тиллих, – мы поднимемся к вам в номер, и вы отдадите мне ваш телефон.

Дронго не любил мобильных телефонов и, посмотрев на стоявшего перед ним Тиллиха, развел руками:

– У меня нет телефона.

Тиллих подозрительно посмотрел на него, но, ничего не сказав, прошел к комиссару Брюлею.

– У вас тоже нет телефона? – спросил он у комиссара.

– Увы, – ответил комиссар, – я их терпеть не могу. В эти игрушки я никогда не играл.

Тиллих кивнул молодой женщине, стоявшей рядом с ним, и посмотрел на другую. Секретарь сэра Энтони, Элиза Холдер, поднялась и вышла вместе с ними. Она была моложе секретарши Стивена Чапмена, первая казалась чуть старше. Обе женщины были достаточно высокого роста. У Элизы Холдер было скуластое лицо, а у Сюзан – красивые голубые глаза.

Восемь экспертов остались одни. Хеккет поднялся со своего места, оглядывая присутствовавших.

– Прекрасная компания, – сказал он негромко. – И как мы будем работать?

– Сначала нам нужно подумать, – вежливо заметил Симура.

– Мне кажется, что следует допросить каждого из свидетелей, – вставил Важевский, – и сделать это всем вместе.

– Как вы себе это представляете? – спросил Доул. – Мы будем сидеть за столом, а несчастные свидетели стоять перед нами и отвечать на наши вопросы?

– У вас есть другое предложение? – разозлился Хеккет.

– Есть. – Мистер Доул был явной противоположностью Хеккету. Он оставался спокойным при любых обстоятельствах, как настоящий английский джентльмен. – Мне кажется, нужно согласиться с мнением мистера Симуры и подумать о том, как мы будем работать.

– Прошу прощения, – усмехнулся Хеккет, – я попал в группу высоколобых интеллектуалов. Если вы хотите работать в одиночку, можете делать как считаете нужным.

Все начали подниматься. Брюлей курил свою трубку. Взглянув на Дронго, он пошел к выходу. Дронго догнал его уже в холле.

– Что вы обо всем этом думаете? – спросил он.

– Не знаю, – признался комиссар, – слишком много специалистов. Мне кажется, сэр Энтони все-таки ошибся. Столько хищников загнали в одну клетку. Из этого ничего хорошего не выйдет.

Глава четвертая

Всех восьмерых экспертов разместили на третьем и четвертом этажах. Триста пятый номер, где находился Дронго, был соединен с триста седьмым общей дверью, которая была закрыта. В смежном номере проживал Квернер. Он лег спать, как только пришел после конференции. Очевидно, немец лучше соображал на свежую голову, в отличие от Дронго, который был ярко выраженной «совой» и любил засиживаться до утра. На столике лежали материалы о судебном процессе трехлетней давности. В отдельной папке находились материалы о попытке покушения на маленького Тони Чапмена. Экспертиза обнаружила в молоке яд и дала категорическое заключение, что он не мог появиться в продукте самостоятельно, в результате процессов брожения. Конкретный умысел убийцы не оставлял никаких сомнений.

Дронго засиделся над материалами до трех часов ночи и только потом позволил себе отложить обе папки и наконец выключить свет.

Кровать была удобная, однако Дронго, который привык практически мгновенно проваливаться в сон, еще долго не мог заснуть. Может, потому, что в другом номере долго не ложился спать комиссар Брюлей. Несмотря на плотно закрытые двери, сладкий запах табака проникал в комнату Дронго. На третьем этаже, кроме самого Дронго, расположились комиссар Брюлей, немецкий эксперт Людвиг Квернер и Уорд Хеккет, присутствие которого действовало на нервы не только Дронго. На четвертом этаже разместились арабский эксперт Ихсан Хашаб, японский специалист Кодзи Симура, а также Анджей Важевский и Мишель Доул.

На пятом этаже находились номера, в которых проживали повар Арчибальд, две горничные и приехавший поздно ночью врач Алан Эндерс. На втором этаже проживали Эдуард Тиллих, Никита Полынов, Сюзан Бердсли, Элиза Холдер. И наконец, на первом этаже размещались сэр Энтони и Стивен Чапмен. В английских домах, как, впрочем, и в большинстве европейских, первым этажом считался фактически второй этаж, а первый соответственно назывался нулевым уровнем.

Столь своеобразное размещение было не случайным: все номера, в которых проживали приехавшие, выходили окнами во двор отеля. На всякий случай все помещения, обращенные окнами к Дартфордскому мосту и к проходящей дороге, были опечатаны. Сэр Энтони хотел исключить даже теоретическую возможность общения кого-либо из прибывших людей с проезжавшими неподалеку машинами. Этот человек продумал свой план мести во всех деталях и твердо намеревался довести задуманное до конца, вызвав лучших в мире экспертов для решения этой задачи.

Разместив всех в номерах, окна которых выходили на вход в отель, сэр Энтони одновременно поставил под конкретный контроль любого, кто попытается незаметно проникнуть в «Стакис» или выйти из него. Изо всех окон можно было увидеть не только парадный вход, но и выход из бассейна, откуда можно было бы незаметно уйти. Даже выход из ресторана также просматривался довольно хорошо, а автомобильная стоянка вообще размещалась перед самим зданием, рядом с двумя теннисными кортами, находившимися в пятидесяти метрах от входа.

Дронго слышал, как ночью приехал Алан Эндерс. Он подошел к окну и увидел, как из машины вышел высокий молодой человек в светлой куртке. Подняв голову, он взглянул на здание отеля. Очевидно, кроме Дронго, к окнам подошли еще несколько человек, чтобы посмотреть, кто именно приехал так поздно ночью. У врача было красивое, несколько вытянутое лицо. Эндерс улыбнулся всем наблюдавшим за ним из окна и, поправив воротник, махнул рукой водителю.

Он вошел в отель, а автомобиль, в котором он приехал, вырулил на стоянку. У стоянки постоянно дежурили двое охранников, а вокруг здания их находились не менее десяти человек. Им было запрещено входить в отель, в котором должны были находиться только эксперты и сотрудники семьи Чапменов.

Утром Дронго поднялся довольно рано – сказывалась разница во времени. Побрившись, он принял душ и оделся, намереваясь спуститься к завтраку, когда к нему постучали. Удивившись, он подошел к входной двери. В коридоре стоял Хеккет. Дронго чуть поморщился, но открыл дверь.

– Доброе утро, – неприятно усмехнулся Хеккет.

– Вы напрасно думаете, что мне так приятно вас видеть, – заметил Дронго, – или вы собираетесь надоедать мне все три дня, пока мы здесь будем?

– Я хотел с вами поговорить, – сказал Хеккет. – Я считаю вас самым разумным среди наших придурков.

– Буду считать, что это комплимент. Заходите. Только учтите, что я собирался идти на завтрак.

– Всего пять минут. – Хеккет вошел в номер, огляделся. – Думаете, семейка Чапменов не установила здесь своих микрофонов?

– Даже если установили, мне нечего бояться, – ответил Дронго. – Зачем вы пришли?

– Не спешите, Дронго, не торопитесь. – Хеккет прошел в номер и сел на диван. – Я хочу предложить вам сделку.

– С таким типом, как вы, у меня не может быть никаких сделок! – отрезал Дронго.

– А я считал вас гораздо умнее! – разозлился Хеккет. – Послушайте, что я вам хочу сказать. Все прекрасно знают, что мы с вами в натянутых отношениях. Всем известно о нашем прошлогоднем конфликте. Такие вещи скрыть невозможно. Никто не поверит, что мы с вами можем договориться. Судя по всему, старый придурок сэр Энтони готов выплатить огромный гонорар за успешный розыск. И никто, кроме нас двоих, с этим не справится.

– Вы о себе слишком высокого мнения, – усмехнулся Дронго.

– И о вас тоже, – огрызнулся Хеккет. – Посмотрите на наших экспертов. От Людвига Квернера веет скукой. Он привык иметь дело со шпионами, а не с убийцами. Там все немного иначе. Про стариков Мишеля Доула и комиссара Брюлея я вообще не говорю. Им давно пора в дом престарелых. Самоуверенный Анджей не в счет, он просто пустое место. Меня немного смущают Хашаб и Симура, но их тоже нельзя принимать за серьезных экспертов. Один – араб, другой – японец. Что они понимают в наших делах? Другая ментальность, другой образ жизни. Значит, остаемся мы двое.

Дронго молча смотрел на своего гостя. Хеккет, воодушевленный его молчанием, продолжал:

– Мы могли бы помочь друг другу, объединив наши усилия. Вы меня понимаете, Дронго? Два таких выдающихся человека, как мы, могли бы провести это дурацкое расследование. Я не сомневаюсь, что кто-то из наших «специалистов» помог убийце убрать Роберта Чапмена. Трюк с собаками, который придумал Доул, меня, конечно, не убедил. Возможно, что убийцей была все-таки эта молодая женщина. Она ведь ждала ребенка, а он, судя по всему, и не собирался на ней жениться. Согласитесь, что если женщина на седьмом месяце беременности является без приглашения в дом отца своего ребенка, то она вряд ли делает это для того, чтобы рассказать о своей любви. Как вы считаете?

– Вы не доверяете Доулу?

– Я никому не доверяю, – улыбнулся Хеккет. Его мохнатые брови выразительно приподнялись. – И вы прекрасно знаете, что я прав. Если я начну доверять всем направо и налево, то у меня ничего не получится.

– Боюсь, что вы недооцениваете остальных экспертов, – заметил Дронго, – особенно стариков. Мистер Доул уже доказал, что он выдающийся специалист, сумев установить невиновность несчастной молодой женщины спустя несколько лет после совершенного убийства. А комиссар Брюлей не нуждается в рекомендациях. Это лучший профессионал среди нас. Он все-таки полицейский, а у них всегда особый взгляд на любое преступление.

– Мне кажется, вы не хотите меня понимать, – вздохнул Хеккет.

– Не хочу, – признался Дронго. – У меня нет твердой уверенности, что вы не принимали участия в организации этого убийства. Зная вашу специфику…

– Вы с ума сошли! – вскочил Хеккет. – Вы ненормальный! Неужели вы действительно полагаете, что я мог так глупо подставить женщину. А потом так проколоться с собаками…

– Но вы уже однажды прокололись с пленкой, – напомнил Дронго.

Оба знали, о чем именно говорил Дронго. В прошлом году Хеккет попытался подставить известного российского бизнесмена, якобы сняв на пленку в отеле «Метрополь» сцену убийства им женщины. Он все рассчитал в деталях, но не учел восхода солнца, которое не могло появиться в комнате после полудня. Именно об этом досадном сбое в операции Хеккета напоминал Дронго. Хеккет намек понял. Он вскочил и с громкими проклятиями выбежал из комнаты.

Дронго уже в более хорошем настроении вышел следом. Он спустился вниз и прошел в зал ресторана. Многие уже сидели за столиками. Он обратил внимание, что все эксперты предпочитали сидеть в гордом одиночестве. В левой части зала, ближе к кухне, расположился тучный господин лет пятидесяти. Судя по мясистым щекам, это был повар Арчибальд. Рядом с ним сидели две женщины. Одна лет пятидесяти, другая была значительно моложе. Они молча завтракали, явно напуганные столь солидной компанией. Никита Полынов сидел за столом с Элизой Холдер. Они о чем-то говорили. За соседним столиком находились Тиллих и Сюзан Бердсли. Никого из семейства Чапменов в ресторане не было видно.

– Идите ко мне, – позвал Дронго комиссар Брюлей, уже дымивший своей трубкой.

Дронго подошел к нему и сел за его столик.

– Кажется, еще не все проснулись, – сказал он, оглядывая ресторан.

– Да, – кивнул комиссар, – я уже полчаса как спустился, но троих наших экспертов все еще нет. Раньше меня здесь были Симура и Квернер. Бармен говорит, что немецкий эксперт сидел в баре уже с шести часов утра. Вы не знаете, когда он вчера лег спать?

– Знаю! – засмеялся Дронго. – Как только мы вернулись в свои номера. Он, очевидно, любит все делать по строгому плану. Мне в Германии всегда было интересно, почему они так рано ложатся спать и так рано встают? Может, поэтому они самая динамичная страна Европы.

– Вы могли бы не говорить этого французу, – пробормотал, пыхнув трубкой, Брюлей.

– Я надеюсь, что вы не обиделись, – улыбнулся Дронго. – Чай, пожалуйста, – попросил он подошедшую официантку.

В ресторан вошел мистер Доул. Он был одет в темный костюм. Пройдя к столику, стоявшему у окна, он чуть поколебался и двинулся в глубь зала. Следом за ним в зале появился Анджей Важевский. Он сразу прошел к столику у окна. И наконец, последним вошел Хашаб. Он, не колеблясь, прошел к столу, где сидели Тиллих и Сюзан Бердсли. Ему явно нравилась молодая женщина. Он попросил разрешения сесть рядом с ними, и Сюзан благосклонно кивнула головой, явно опередив Тиллиха, который хотел возразить.

– Вот и все в сборе, – прокомментировал комиссар, – за исключением Чапменов, которые должны, очевидно, появиться позже.

– Врач, – напомнил Дронго. – Он вчера поздно приехал из города. Позже всех.

Комиссар достал трубку. Взглянул на Дронго, нахмурился:

– Вы думаете, что он замешан в этой истории?

– Ничего не думаю, но угрожали некоторым из нас. А он – единственный, кто приехал позже всех остальных.

– Я тоже об этом подумал, – сказал комиссар, – но он не сам поехал в Лондон. Его послал туда сэр Энтони.

– Вызов можно было предугадать.

– Возможно, – согласился комиссар. – Нам нужно будет поговорить с мистером Эндерсом.

В ресторан въехала инвалидная коляска сэра Энтони. За его спиной стоял Стивен.

– Доброе утро, господа! – громко сказал сэр Энтони.

– Мне кажется, что его жизнь держится только на мысли о мести, – пробормотал комиссар, закуривая остывшую трубку. В другом конце зала достал свою трубку мистер Доул.

И в этот момент из холла донесся страшный крик.

– Убили! – кричала горничная, обращаясь к менеджеру. – Его убили!

Хашаб, любезничавший с миссис Бердсли, вздрогнул и непроизвольно дернул рукой, опрокинув чашку, стоявшую на столе. Хеккет вскочил со своего места. Важевский – следом за ним. Он растерянно смотрел на остальных экспертов. Медленно поднялся Квернер.

– Не успели, – горько сказал он. Очевидно, все эксперты думали об одном и том же.

– Кого убили? – раздался резкий голос сэра Энтони. – Что происходит?

В зал ресторана ворвался менеджер. У него был испуганный взгляд, растерянное лицо.

– Убили, – почему-то прошептал он, обращаясь к сэру Энтони, – его убили.

– В чем дело? – раздался гневный голос Стивена Чапмена. – Вы можете объяснить, что происходит?

– Убили вашего врача, мистера Алана Эндерса, – сказал испуганный менеджер. – Может быть, мне вызвать полицию, мистер Чапмен?

– Почему вы решили, что его убили? – спросил сэр Энтони. – Может быть, это несчастный случай? А полицию вызывать не нужно. У нас есть комиссар Дезире Брюлей. И столько экспертов, – сказал он, с неожиданной ненавистью глядя на всех остальных.

Они поспешили в холл. Две кабины лифта не вместили всех желающих. На пятом этаже все направились к комнате врача. В пятьсот седьмом номере двери были открыты настежь. Несчастный лежал на кровати, неловко вывернув правую руку. Его поза не вызывала никаких сомнений. Он был мертв.

Хеккет подошел к нему, повернул на спину. Хашаб помог ему.

– В чем дело? – раздалось за спиной экспертов. Это был поднявшийся позже других сэр Энтони. Все расступились, и он въехал на своей коляске в комнату, посмотрел на убитого.

Дронго, повернувшись, увидел, что в дальнем конце коридора стоит мистер Доул. Он курил трубку, мрачно глядя перед собой.

– Итак, господа, – сказал в звенящей тишине сэр Энтони, улыбаясь половиной лица, словно у него случился удар, – вы видите, к чему привело ваше самомнение. Наше самомнение, – поправился он. – Мы считали, что у нас есть в запасе одна ночь. Оказалось, что убийца гораздо умнее, чем мы предполагали.

Все молчали. Симура почему-то поклонился убитому. Важевский потрогал свои усы и покачал головой.

– Его отравили, – сказал он, показывая на мертвого. На полу лежал упавший и не разбившийся стакан. Хашаб наклонился и понюхал стакан, не прикасаясь к нему.

– Вас восемь человек, господа, – прохрипел сэр Энтони. – Надеюсь, вы понимаете, что никто посторонний не мог здесь появиться. И я хочу знать, кто и почему это сделал.

Сэр Энтони медленно выехал в коридор.

– Мы должны позвонить в полицию, – напомнил Стивен.

– Да, – согласился отец. – Позвони в полицию.

Дронго увидел лица остальных экспертов и понял, что они не уедут отсюда, пока не найдут убийцу.

<< 1 2 3 4 >>