Дарья Александровна Калинина
Перчик на десерт

– Так ты замаринуешь мясо? – услышала она голос Темы. – К вечеру как раз будет в самый раз. А я пока пойду обзванивать наших друзей. Ты Инку пригласишь?

– Вот еще, – фыркнула Юля. – Она мне всякие гадости говорит про тебя, а я ее должна в гости приглашать?

– А ты пригласи, – заметил Артем. – А то она так и останется при своем мнении, что я тебя не стою. А так она увидит, как я тебя люблю, и поймет, что была не права.

– И в самом деле, пусть увидит, – сказала Юля. – Только ты ей сам позвони.

– Нет, так не пойдет, она твоя подруга, ты ее и приглашай. К тому же мне она наверняка откажет.

Юля сочла этот довод убедительным и отправилась к Инне. Да и чего проще! Инна жила в соседней квартире, в которую к тому же вела потайная дверь, спрятанная под ковром. Но с самого начала эры Артема эта дверь оказалась заставлена чем-то тяжелым, Инна постаралась. Так что общение пришлось вести традиционным способом – по телефону или через входную дверь.

Инна открыла подруге после десятого звонка. Весь ее вид говорил о том, что она только что встала и еще толком не проснулась. Пушистые волосы были всклокочены, короткая рубашка съехала с одного плеча, а взгляд блуждал по сторонам, ни на чем не фокусируясь.

– Мы хотим пригласить тебя на пикник, – сказала Юля. – Пойдешь?

Инна закрыла глаза и кивнула. Впрочем, оказалось, что это она просто уронила голову на грудь. Юля встряхнула подругу и повторила вопрос. Инна повернулась и поплелась в комнату, сделав знак Юле следовать за ней.

– Мы – это кто? – наконец решила выяснить Инна. Доплетясь до кровати, она повалилась на нее словно подкошенная.

– Я и Артем.

– Так ты все еще с ним? – удивилась Инна. – А я уж надеялась, что эта блажь у тебя прошла или ему надоело следить за собой, чтобы как-нибудь не открыться перед тобой во всей своей красе.

– Ты же совсем не знаешь Тему! – возмутилась Юля. – Зачем ты вечно про него гадости говоришь?

– А что мне делать, если ничего хорошего я про него сказать не могу? – стряхивая дрему, пробормотала Инна.

– Он вовсе не такой. И ты сама сможешь в этом убедиться, если познакомишься с ним поближе. Ну, пожалуйста, ради меня сделай хотя бы попытку.

– Ради тебя? – На Юлю смотрел зоркий внимательный глаз, в котором ни осталось ни капельки сна. – Ради тебя я на все согласна, не век же нам дуться друг на друга. И, потом, очень неудобно за каждой щепоткой соли и коробком спичек бегать в магазин. Гораздо удобней, как бывало, юркнуть в нашу дверь. – И на Юлю уставился еще один блестящий глаз.

Юля молчала, не зная, смеяться ей или сердиться.

– Ладно, – вздохнула Инна. – Шутка не удалась, но на пикник я приду. Во сколько мне нужно быть готовой?

– Думаю, что к шести будет в самый раз, – прикинула Юля.

– Я буду готова, – заверила ее Инна, снова опускаясь в подушки. – Захлопни за собой дверь, а то вставать лень, – догнал Юлю уже у дверей голос подруги.

Юля шваркнула дверью и пошла жаловаться Артему, но того уже не было дома, зато возле зеркала лежала записка: «Улетел за мясом, целую мою птичку. Темчик. Кстати, позвони заодно и Никите с Шурой». Юля послушно набрала номер еще одной своей подруги.

– Ты чего такая мрачная? – спросила Шура. – Случилось чего?

– Нет, все нормально, – ответила Юля. – Хочу пригласить тебя с мужем на пикник.

– И по этому случаю траур? – удивилась Шура.

– Нет, просто на душе как-то скверно. Вот я и подумала, а вдруг в хорошей компании мне удастся развеселиться?

– Ты только не кисни! – закричала в трубку Шура. – Мы твой кисляк мигом разгоним. Уж я придумаю, как тебя расшевелить.

– Давай! – обрадовалась Юля. – Придумывай.

– А кто еще будет?

– Ну, я с Темой, потом Инна, потом вы с Никитой и Колька с Серегой – это друзья Артема. Может быть, Серега придет со своей девушкой.

– Хорошо, а где собираемся?

– Заезжайте к нам часикам к пяти, – сказала Юля. – Отсюда и поедем. Вы ведь дорогу ко мне на дачу, конечно, уже не помните?

– Ну ты даешь! Мы же там сто лет назад были. Конечно, не помним.

– Не сто лет, а всего год назад.

– Не зуди, – сказала Шура. – Там у вас какие-то немыслимые перекрестки и повороты, как в лабиринте. Мы лучше и в самом деле заедем. А эти друзья Артема будут на машинах?

– Да, думаю, что да, – сказала Юля.

– Тогда мы свою тачку гонять не будем.

– Конечно, совсем не для чего, – согласилась Юля. – Обратно вас кто-нибудь подкинет, а туда вы можете поехать вместе с нами. Я купила новую машину.

– Ну! – обрадовалась Шура. – И какую же?

Но на эту тему подруги побеседовать не успели, так как вернулся Тема с мясом и потребовал, чтобы Юля немедленно им занялась. То есть вообще-то он мог и сам, но тогда за результат не ручался. Отправив Артема затариваться спиртным, Юля занялась мясом. К пяти часам вечера все было готово. Свиная шейка, порезанная ровными кубиками и залитая кефиром, смешанным с пряностями, изнывала от желания попасть на угли.

Вдобавок Юля успела приготовить еще несколько легких закусок под мясо. Тут были аджика, баклажаны с орехами и чесноком, а свежие овощи и зелень она решила из города не тащить. На даче их было в изобилии. Но никакой картошки! Ни в каком виде. У Юли была на нее аллергия, и всякий раз после чистки картошки, даже в перчатках, руки у нее краснели и начинали зверски чесаться, глаза слезились, а лицо стремительно опухало.

– Все готовы? – с этим вопросом в дверь Юлиной квартиры ввалились Шура с Никитой, торжественно выставив перед собой бутылку красного вина «Слезы мадонны». – И это еще не все, – пообещали они.

Но тут же Шура осеклась, так как увидела в прихожей ящичек точно таких же бутылок.

– А, вы уже закупили, – смущенно пробормотала она. – Ну, не знаю…

– Лишнего не будет, – поспешила ей на выручку Юля. – Проходите, подождем остальных и поедем. Хотите чего-нибудь выпить? Есть отличное мартини. Вы же не за рулем, можете себе позволить расслабиться.

– Давай, – согласилась Шура и тут же плюхнулась на мягкий диван.

Шура не отличалась красотой, тусклые волосы неопределенного цвета, воспетого всеми возможными русскими поэтами, который принято так красиво именовать – русый. Но то ли время изменилось, то ли экология была не та, но длинные Шурины волосы вряд ли могли вдохновить поэта выдавить из себя хоть одну лирическую строчку. Нос у нее был маленький и острый. Глазки серенькие. Облик ее явно не красил тяжелый подбородок и редкие белесые ресницы.

Но непривлекательная внешность Шуры никак не сказывалась на ее общительности. Более энергичного человека трудно было себе представить. Миниатюрная Шура была неутомима и отличалась выносливостью, своими маленькими руками она поднимала тяжести, с которыми едва бы справился крепкий мужик. И при этом она оставалась весела, полна юмора и никогда не жаловалась. Должно быть, этим ей и удавалось удерживать возле себя своего красавца супруга.

Никита был полной противоположностью Шуры во всем. Этот гигант был бы даже хорош собой, не будь он таким редкостным тюфяком. Единственное, в чем супруги были похожи, – в своих увлечениях рыбалкой и волейболом. Шура играла и удила рыбу, Никита смотрел. Любили они также выезды на дачу и вообще за город. Здесь повторялась та же картина – Шура действовала, а Никита лежал в гамаке, собственно, удержаться в этой позиции ему долго не удавалось, так как неугомонная супруга, не желая слушать его жалобы на головную боль, давление, колики в желудке, находила для него десяток неотложных дел.

Но сейчас Никите удалось пристроиться рядом с женой со стаканом в руке, и он, чувствуя себя счастливейшим человеком, тут же принялся описывать прелести последней рыбалки. Этой темы хватило до половины шестого и хватило бы и дальше, если бы Шура не перебила не в меру разговорившегося супруга:

– Кстати, Юлька, ты вот давеча говорила, что поменяла машину, а мы у вас во дворе видели роскошнейшую тачку, светло-серый металлик. Сколько же должны зарабатывать люди, чтобы позволить себе такую машину? Хоть бы разок на такой прокатиться! Как думаешь, сколько хозяин сдерет за час катания на такой?

<< 1 2 3 4 5 6 ... 16 >>