Дарья Александровна Калинина
Перчик на десерт

– Так-то оно так, но больно уж все просто, – усомнился Плюшкин. – Слушай, там эксперты не подъехали?

– А кому подъезжать-то? Дмитрич в отпуске, а Валера на даче крышу теще кроет.

– Крышу он кроет! – взвился Плюшкин. – У нас тут труп, а он – крышу! Вызови его, плевать мне на его тещу. Вызови хоть кого-нибудь.

– Ладно, не кипятись, – примирительно сказал Степан. – Кого-нибудь всяко пришлют. А место происшествия я и сам могу осмотреть.

– Ты вот что, – оживился Плюшкин, – ты хоть и темно, но обойди забор по периметру. Посмотри, не похоже ли, что где-то через него с улицы перелезали. А я пока с оставшимися свидетелями поговорю.

– Лады, – согласился Степан и исчез.

Следующим в комнату вошел Коля. Парень Плюшкину не понравился. Какой-то рыхлый, подбородок безвольный, а взгляд нахальный. К тому же рожа смазливая. Уселся Коля, небрежно вытянув ноги перед собой. Нет, не нравился этот тип Плюшкину – и все тут. Но нравится, не нравится, а к делу своих чувств не подошьешь, и Плюшкин приступил к работе.

– Вы с убитым были друзьями? – спросил он.

– Можно назвать это и так, – после некоторого раздумья сказал Коля. – Но неужели вы верите в дружбу?

– Верю, конечно, – искренне возмутился Плюшкин.

– А я нет, – со вздохом сказал Коля. – Но тем не менее с Серегой мы часто общались, так что спрашивайте.

– У него были враги?

– Куча, и все сплошь рогатые мужья. У Сереги был пунктик по части баб. Я и сам ему порой сплавлял девушек, которые мне надоедали. Серега был всеядным.

– Это что касается личной жизни, а что у него было на службе? Он где-то работал?

– У Сереги был небольшой торговый центр в аренде. Ну, всякие там магазинчики, палатки, лоточки. Особенно на этом не разбогатеешь, но и разориться трудно, особенно при Серегиной пронырливости. Так что там у него все шло как по маслу. Серега порядки знал, бандиты на него поэтому не наезжали, все свою долю имели.

– Скажите, а его жену не раздражало, что у ее мужа постоянно меняются любовницы?

– Галина умная женщина, она говорила, что опасность представляет не количество, а качество. Бог ее знает, что у нее на душе делалось. Но думаю: вот если бы у Сереги осталась одна-единственная любовница, тогда бы Галина заволновалась. А так у них с Серегой был очень практичный брак. Серега женился на ней, потому что ему надоели постоянно меняющиеся домработницы, каждой все заново объясняй, где пылесос, что подавать ему на завтрак, как работает кухонный комбайн. А Галке была нужна питерская прописка, и она честно выполняла свою часть соглашения. В общем, они были нормальной парой и по-своему привязаны друг к другу. Во всяком случае, никаких скандалов у них в доме отродясь не бывало.

– Сергей собирался одолжить вам деньги?

– Откуда вам известно? – Коля так поразился, что даже приподнялся в кресле, потом он надолго задумался. – Впрочем, я догадываюсь откуда, – сказал он наконец, – Серега был болтлив. Должно быть, кому-то из девчонок и растрепал про деньги, чтобы показать, какой он благородный. Да, он собирался одолжить мне необходимую сумму.

– Но не одолжил?

– На загородные пикники обычно таких сумм не возят.

– И как же вы теперь выкрутитесь?

– Не знаю, – беззаботно пожал плечами Коля. – Придумаю что-нибудь. Пусть вас это не тревожит.

– Вы не помните, кто из гостей оставался сидеть за столом после того, как Юля удалилась в дом?

– Все остались, не такое уж это событие – уход хозяйки. Особенно после того, как все гости дошли до такой кондиции. Но если вы имеете в виду, уходил ли кто-нибудь из нас от остальных, пока Юльки не было, то я скажу – да. Все уходили. Я ушел первый.

– Сразу же?

– Нет, прошло какое-то время. Сами понимаете, я не следил.

– А Сергей был в это время за столом?

– Кажется, да, точно был. Он обнимал Шуру. Да что я говорю, он просто на нее залез и вещал что-то про золотые горы и брильянтовые реки, если она согласится уединиться сейчас с ним. Учтите, делалось это все прямо перед носом невозмутимого Никиты.

– Итак, куда вы пошли?

– За соком. Мы держали сок в холодильнике, на улице он быстро становился теплым. Я взял сок и сразу же вернулся. На всю операцию у меня ушло не больше трех минут.

– А больше вы никуда не уходили?

– Я – нет. А вот остальные уходили. После того, как я вернулся с соком, Шура наконец спихнула с себя Серегу. Боюсь, что она не была с ним слишком вежлива, он отлетел на землю и обиженно разнюнился. После этого он ушел. Я подумал, что он пошел немного отлить. Да, тогда я и видел его живым в последний раз.

– А потом кто-нибудь уходил?

– Шура с Никитой ушли в сад, полюбоваться грядками с клубникой. Шура любит такие вещи.

– Они ведь могли пройти из сада в дом так, чтобы остаться незамеченными?

– Вообще-то теоретически могли, но на самом деле это у них вряд ли получилось бы. Юлина мама так плотно засадила каждый клочок земли, что ходить можно только по дорожкам, иначе рискуешь что-нибудь помять или вовсе сломать. А единственная дорожка, которая идет из сада к дому, проходит по лужайке, где сидели мы. Можно было бы, конечно, дойти до забора, перебраться через него, обогнуть участок, а потом снова перелезть через забор и оказаться возле дома. Но ведь нужно было бы еще вернуться обратно. А Шура с Никитой вернулись именно по той самой тропинке из сада. И они выглядели совершенно нормально. То есть нельзя было по ним определить, что они только что трижды перепрыгнули через двухметровый забор.

– А другие?

– После ухода Никиты с Шурой и Сереги Маша заскучала и, хотя я ее развлекал, все равно ушла. Инна пошла с ней. А мы остались с Артемом. Выпили по одной, вернулись девчонки, а следом за ними и Шура с Никитой. Тут Тема заволновался, что Юльки давно не видно, а также и Сереги нет, и пошел их искать.

– Дальше я знаю, – торопливо перебил его Плюшкин. – А что вы можете сказать про остальных гостей? Способен кто-нибудь из них на убийство?

– Ну и вопросики вы задаете! – недовольно буркнул Коля, достав из кармана портсигар, а из него – сигарету.

Закурив, он еще немного помолчал.

– Думаю, что любой человек способен убить, если у него есть для этого достаточно веский повод. Мне лично ничего про такой повод ни у кого из нашей компании не известно. Я свободен?

– Да, и пригласите своего приятеля, – распорядился Плюшкин.

Но и беседа с Артемом не пролила света на то, кто же мог стать убийцей. Оставалась надежда, что двое последних подозреваемых смогут сказать что-нибудь существенное о том, где они были, оставив остальных. Ревность! Чем не повод для столкновения, особенно если оба соперника подогреты вином. Один неосторожный, но сильный толчок, и противник уже нанизан на железо. Однако Плюшкину не удалось переговорить с Никитой. В открытую дверь ворвался Степан. Одним махом опрокинув в себя стакан воды, он выдохнул:

– Нашел!

– Что нашел?

– След возле забора. Кто-то перелез с улицы в сад.

– Где? Где это место? – заволновался Плюшкин.

– Там, возле цветника, – махнул рукой опер, выпивая залпом следующую порцию воды.

– Пошли посмотрим, – сказал Плюшкин. – Если мы не ошиблись, то я уже к утру смогу точно указать тебе убийцу.

Вся компания подозреваемых продолжала сидеть в саду. Дома было слишком душно. Скучать им не приходилось, время от времени кого-нибудь вызывали для допроса. Потом несчастный возвращался и начинал делиться информацией с жадно слушавшими его товарищами по несчастью.

– Я так понимаю, что они продержат нас тут до утра, – сказал Никита.

– Скажи спасибо, если не до поимки убийцы, – сказала Инна. – Я где-то читала про такое. Там тоже компания отправилась за город, только не на машинах, а на яхте. Капитана убили, а всех пассажиров, превратившихся в один миг в подозреваемых, инспектор вынудил оставаться в одном загородном доме. Ситуация прямо как наша.

– И долго они там сидели?

– Не помню. Но могли бы и до скончания века просидеть, если бы не один проницательный сыщик, которого они вызвали на помощь. Он-то и нашел им убийцу. Тот застрелился, а остальные смогли разъехаться по домам и заняться своими делами.

– Милиции известно еще меньше, чем нам, – сказал Тема. – Так что они могут долго провозиться с этим делом.

– Что ты имеешь в виду, говоря, что им известно меньше? – спросила его Инна.

– Ну как же, все мы помним, какие ужасные вещи кричала Юля в адрес Сереги, – невозмутимо сказал Артем.

Наступило продолжительное молчание.

– Ты что, спятил? – наконец спросила у него Шура. – Мало ли что она там сказала, это ведь было не всерьез.

– Я тогда тоже так подумал, но ведь Серега убит, а Юля грозилась его убить, если он не переставит свою тачку. Машину он не переставил, а сам убит. Выводы, как говорится, напрашиваются.

– Юля, ты оформила на Тему доверенность на свою машину? – неожиданно спросила Инна.

– Да, – с растерянным видом кивнула Юля. – А что?

– Ничего, просто если ты угодишь за решетку, то твой дорогой сможет пользоваться машиной сколько ему заблагорассудится и пускать пыль в глаза, – спокойно заявила Инна.

– Что за чушь! – возмутился Артем, но по тому, как он предательски покраснел, стало ясно, что догадка Инны близка к правде. – Просто я хочу, чтобы восторжествовала справедливость. Я вовсе не обвиняю Юлю. Это могла сделать и Маша.

– Что? – вдруг прорезавшимся басом удивилась Маша. – Зачем это? Мы только собирались познакомиться с ним поближе, зачем мне терять любовника?

– Но он не особенно тобой интересовался, предпочитая кого угодно, но только не тебя, – сказал Тема. – Ты могла обидеться за такое невнимание.

– Нужно больно, – отозвалась Маша. – Не трогала я его. Если уж на то пошло, так он ко всем клеился. Никого особенно не выделяя, он всегда так себя вел. Такой уж он есть. Если уж на то пошло, так он и к твоей Юльке клеился. Вдруг ты и приревновал и Серегу убил, а на меня теперь бочку катишь?

– Вот дура! – с чувством заметил Тема. – Тогда уж скорей Никита его пришил. Серега ведь от Шуры прямо не отлипал! А он ей муж как-никак.

– Никого Никита не убивал! – не выдержала Шура. – Ты думай, о чем говоришь! Кто в наше время убивает из ревности. Да еще мой тюфяк! Вот деньги – это другое дело. А я своими ушами слышала, как Серега с Колькой что-то про деньги шушукались. Может быть, Коля, ты ему должен был? Так чтобы долг не отдавать…

– Он собирался мне их одолжить. Слышишь, только собирался, – брызгая слюной, вскочил со своего места Коля. – Только собирался!

– Собирался, да не собрался, – ехидным тоненьким голосом пропела Шура. – Обманул он тебя, а ты его в порыве гнева и того… К тому же, как ни крути, а ворота купил именно ты.

– Да тебе вовсе и не нужно было ждать, чтобы за тебя кто-то заступился! – не остался в долгу Коля. – Ты, Шура, и сама отлично могла справиться с пьяным Серегой. Кто угодно подтвердит, что сил бы у тебя на это хватило.

– Выходит, что у всех, кроме Инны, был повод убить Серегу? – растерянно спросила Юля.

– Похоже на то, – согласилась Шура. – И смерть такая странная, легко можно списать на несчастный случай. То есть я хочу сказать, если бы Серегу застрелили или сломали ему шею, а тут, может быть, убийца вовсе и не собирался его убивать. Ну, повздорили под пьяную лавочку, с кем не бывает. Тот человек просто толкнул Серегу, не вспомнив, что там опасные штыри. Понимаете, он не хотел его убивать, просто толкнул не в том месте.

– Однако в распоряжении этого горячего человека был весь дом, двор и сад, то есть без малого двадцать с лишним соток, – сказала Юля. – Но он выбрал именно тот клочок земли, где стояла «девятка» и лежали эти злосчастные ворота.

– Роковая случайность, – сказал Никита. – Закон подлости.

– А что там этот мент в саду бродит уже второй час? – спросила Юля. – Может быть, ему показать что-нибудь?

– Не надо, – остановил ее Артем. – По-моему, он пытается выяснить, не перелезал ли кто посторонний к нам на участок через забор. Во всяком случае, он уже второй раз обходит участок.

Инна при этих словах подпрыгнула на месте.

– Почему второй? – спросила она.

– Первый раз он ходил просто так, а теперь вооружился фонариком.

– Соображает, – одобрил Никита.

– А потом они стали ходить вдвоем.

– И нашли что-нибудь?

– Судя по тому…

Но Артему не удалось закончить свою мысль, потому что оба мента подошли к собравшимся на лужайке подозреваемым.

– Могу вас поздравить, – сказал Плюшкин. – Нами обнаружены следы недавнего проникновения на участок постороннего лица. А значит, вы теперь не единственные подозреваемые. Есть еще кто-то, кто перебрался через забор с улицы.

Все медленно переваривали услышанное.

– Именно с улицы? – наконец спросила Юля. – То есть, ведь могло же быть, что родители именно в том месте что-то делали, вот следы и остались.

– Не нужно нас принимать совсем за идиотов, – раздраженно огрызнулся Плюшкин.

Юля смешалась и умолкла, пробормотав, что она вовсе и не думала никого обижать.

– Этот человек спрыгнул в сад с улицы, – продолжил Плюшкин. – Причем сделал он это сравнительно недавно. Уже после того, как выпала вечерняя роса. В связи с этим я хотел бы спросить у всех вас, не видели ли вы на участке кого-нибудь чужого?

– Конечно, нет! – воскликнул Артем. – Неужели вы думаете, что мы бы вам об этом не сказали?

– Я ничего не думаю, я просто спрашиваю.

– Нет, никого чужого мы не видели.

Все подтвердили слова Артема.

– Ну, это ничего не значит, – ничуть не расстроился Плюшкин. – Если преступник шел на злодеяние, то он приложил бы все усилия к тому, чтобы остаться незамеченным.

– А где вы нашли следы приземления этого человека? – спросила Юля.

– Вон там, у цветника, – сказал Степан, показывая на большую цветочную грядку, которая вплотную примыкала к Серегиной «Мазде».

– Картина становится более или менее ясной, – задумчиво сказал Плюшкин. – Этот кто-то спрыгнул в сад, подкараулил Сергея, который зачем-то пошел к своей машине. Между ними завязался спор, в результате которого один из них был убит. Эх, жаль, что площадка такая твердая и сухая. Следов на ней не видно.

– А чьи следы вы нашли у забора? – спросил Артем. – То есть я хочу спросить – мужские или женские?

– Если это и был мужчина, то с очень маленькими ногами, – сказал Степан. – Обут этот тип был в мягкие кроссовки.

Все с облегчением посмотрели на свои ноги. Ни одной пары кроссовок на лужайке не оказалось. За исключением тех, в которые был обут Степан. Но их размер явно был не женский. Даже для мужчин найти обувь на такую ногу – задача не из простых.

– Итак, мы все больше не под подозрением? – спросила Юля. – Мы можем ехать по домам?

– Ехать можете, – задумчиво сказал Плюшкин. – А вот подозрения с вас окончательно снять до тех пор, пока не найду таинственного ночного визитера, я не могу. Адреса ваши мне известны, так что…

И он многозначительно замолчал. После его ухода страсти на лужайке накалились.

– Какого черта! – возмущенно шипела Шура. – Он же сам сказал, что сюда через забор забрался какой-то чужак. Ясное дело, что он и прикончил Серегу. Что же этому менту от нас-то нужно? Почему он никак не отцепится?

– Видишь ли, солнышко, он не уверен, что Серегу убил именно тот чужак, – попытался успокоить ее муж. – Конечно, он не может объявить нам, что все позади.

– И долго он будет искать преступника? – раздраженно спросила Юля. – Что мне сказать родителям?

– Трудно сказать, – пожал плечами Коля. – К тому же дело осложняется еще и тем, что никто из нас не видел на участке посторонних. А значит, у нашего следователя даже описания примет преступника нету. Ему приходится копать на пустом месте. Не уверен, что он вообще найдет этого преступника. Или хотя бы определит, кто мог им быть.

– Да, бедняге следователю придется попотеть, чтобы напасть на след этого прыгуна через забор. Тем более что никакого чужого преступника тут и не было, – тихо сказала Инна.

– Что ты имеешь в виду?

– Это я примяла траву и наследила возле забора, чтобы выглядело так, словно кто-то спрыгнул сверху на участок.

– Ты?! – вытаращил глаза Коля, остальные просто онемели от неожиданности. – Но как ты могла?

– Что тебя интересует, техника или моральный аспект? – с раздражением спросила Инна. – Технически это было сделать нетрудно.

– Ты врешь, преступник был в кроссовках, – возмутился Никита. – Я сам слышал, как менты говорили о том, что обнаружили следы человека, обутого в кроссовки.

– Кроссовки я захватила с собой из города. Ничего сложного в том, чтобы надеть их и немного походить возле ограды там, где земля мягче, не было.

– Но как же это? Менты ведь неизбежно заметили бы, что следы ведут не от забора, а к нему, – растерянно спросила Маша. – Или ты успела перелезть через забор, а потом спрыгнуть в сад? Но у тебя на это просто не хватило бы времени.

– А мне и не нужно было так напрягаться. Все очень просто. Я подошла по дорожке, которые у твоего папы, Юля, выше всяких похвал, отменно твердые и сухие, к облюбованному месту. Там переодела кроссовки задом наперед и направилась к ограде. Конечно было не слишком удобно, но ведь мне в них не марафон предстояло одолеть, а всего лишь сделать пару шагов. В общем, как видите, мой обман вполне удался.

– Но зачем ты это сделала? – спросил Никита.

– А что, вам хотелось бы сидеть на этой даче, тихо сходя с ума и подозревая друг друга? Так у нас по крайней мере есть шанс успокоиться и подумать на досуге, кто же из нас прикончил Серегу.

– Но ты ввела в заблуждение милицию, – растерянно сказала Юля. – Нет, я не могу понять, зачем ты это сделала! Так они, глядишь, и нашли бы преступника, а теперь я даже не знаю, кого они найдут, если примутся искать несуществующего убийцу.

– Почему же несуществующего, – еще тише, чем в первый раз, сказала Инна. – Он существует, только он не где-то далеко, а среди нас.

– О, господи! – простонала Юля. – Я с ума сойду. Просто не могу поверить, что это случилось именно со мной! Убийца у меня в гостях, в страшном сне такое не могло присниться!

– Видишь! – обрадовалась Шура. – Инна была права. Ты уже сейчас психуешь, а что бы было, если бы мы провели на этой даче пару дней в обществе друг друга. Тут одним трупом дело бы уже не обошлось.

– Ну, спасибо, – поблагодарила ее Юля. – Скажите лучше, что делать с «Маздой» Сереги? Кому-то придется отогнать ее в город.

– Думаю, что этим займутся менты, – сказал Артем.

– С какой стати? – удивилась Юля. – А если даже и займутся, то не хватало Галине еще и машину потом у них со стоянки выцарапывать. У нее и без того дел с похоронами будет невпроворот. Ты как хочешь, а я считаю, что мы должны перегнать машину в город. Поскольку Сережа был твоим другом, то ты этим и займешься.

Артем не стал спорить и ушел обговаривать детали дела с Плюшкиным. В город возвращались порознь. В атмосфере возросшей подозрительности это было оптимальным вариантом. Коля согласился подвезти Машу, а также к нему в машину напросились и Шура с Никитой. Им было по пути. Артем был занят машиной Сереги. Таким образом Юля осталась с Инной наедине.

– Может быть, теперь ты скажешь, зачем ты запутала следствие? – спросила у подруги Юля. – Это же просто сумасшествие!

– Я сама найду убийцу! – сказала Инна. – А потом решу, что с ним делать. Не забывай, что там на даче были не только мои знакомые, но еще и моя подруга, которую, несмотря на ее непроходимую глупость, я очень люблю.

– Так ты это затеяла ради меня! – ахнула Юля. – Ты подумала, что это я убила Серегу, и решила защитить меня от ментов?

– Ну, скажем так, у меня мелькнула мысль, что ты способна прикончить Серегу. И я тебя не осуждаю, он был на редкость неприятным типом.

– Ну и ну, – только и смогла выдавить из себя Юля. – Ты что, и в самом деле считаешь, будто я способна убить человека только из-за того, что он отказался переставить свою машину?

– Ты была в таком состоянии… – замялась Инна. – Конечно, будь ты трезвая, я бы никогда не подумала, что ты способна убить. Но тут ведь и убийство было такое смазанное. То ли убийство, то ли несчастный случай в пылу ссоры. А в том, что такая ссора могла быть, я ничуть не сомневалась. Вспомни, и Артем в первую очередь заподозрил именно тебя. Да и все мы, когда увидели тебя возле трупа Сереги, подумали об одном и том же. Это сейчас я понимаю, что убить его мог кто угодно, но тогда я видела лишь тебя, стоящую у тела мертвеца. Поэтому, пока ты вызывала ментов, я потихоньку переобулась в кроссовки и помчалась в сад.

– Инна, я очень тронута, что ты пыталась меня защитить от правосудия, но я не убивала, – сказала Юля, пристально глядя перед собой на дорогу. – И я была бы тебе очень благодарна, если бы ты оставила свои попытки поссорить нас с Артемом.

– И не думаю я вас ссорить, – возмутилась Инна. – Живи с кем хочешь. Хоть с папуасом, я тебе и слова не скажу.

– Значит, нам самим предстоит найти убийцу, – сказала Юля. – Ты ведь согласна, что мы должны это сделать? Это наш долг по отношению к Сереге. Видишь ли, я говорю это тебе, потому что ты единственная, в ком я уверена почти так же, как в самой себе. Ты единственная из нашей компании раньше не встречалась с ним, и поссориться ты тоже с ним не успела, поэтому у тебя не было повода убивать его. Правильно?

– Да, – согласилась Инна. – Очень верно подмечено.

– С чего бы ты начала расследование?

– С визита к его родным, – сказала Инна. – Нужно посмотреть, как он жил. Послушать, что скажет его жена. Посмотреть на родителей. Но главное, конечно, жена. Хочу посмотреть на эту героическую женщину.

– Тебе это удастся сделать уже сегодня, – сказала Юля, резко поворачивая машину. – Только ничего героического в Галине нет. Холодная, расчетливая стерва, которая умела создать видимость счастливой семейной жизни.

– Куда это ты повернула?

– Поедем к Галине. Хочу посмотреть ей в глаза, когда Артем сообщит ей о смерти Сереги.

Но девушки опоздали. Когда они вошли, Галина уже рыдала, сидя на диване и прижав к глазам накрахмаленный платочек ослепительной белизны.

– Этого не может быть, – твердила женщина. – Не может быть. Я не верю.

По комнате всюду были разбросаны вещи и стояли чемоданы. Галина явно только что вернулась из поездки. Так оно и оказалось, она ездила к маме. Вернулась, а тут такое горе. Артем сидел возле нее на диване и, пытаясь успокоить, поглаживал ее по плечу. Вся гамма недовольства отразилась у него на лице, когда он увидел входящую Юлю.

– Как ты тут оказалась? – спросил он.

– Дверь была не заперта.

– Нет, я имею в виду, зачем ты сюда приехала? Мы же договорились, что я сам сообщу Галине о смерти ее мужа.

– Господи, Юля, – подняла заплаканное лицо Галина. – Неужели про Сережу… правда?

Юля кивнула, изумленно рассматривая Галину. Похоже, что та не притворялась. Во всяком случае, глаза у свежеиспеченной вдовы опухли вполне натурально, тушь потекла, да и вообще вся косметика размазалась. Такой видеть ее Юле еще не приходилось. Ухоженная до чопорности Галина казалась теперь совершенно другой женщиной.

Впрочем, следила она не только за своей внешностью, но и за чистотой в квартире. Найти здесь соринку было бы редким ЧП. Зато домработницы менялись одна за другой, не выдерживая непомерных требований, которые предъявляла им Галина. Молодая вдова горько рыдала в комнате, явно служившей для приема гостей.

Пол из вишневого паркета имел замысловатый узор. Мебель была явно итальянского производства. Почетное место на самой большой стене гостиной занимала коллекция холодного оружия – начиная от простенького военного кортика и кончая булатным мечом, который мог украсить любую коллекцию. В углах поблескивали стеклом высокие витрины, за которыми хранились предметы древнего быта – греческие миски и горшки, испещренные черными фигурками по терракоте либо красными фигурками по черному лаку, китайские фарфоровые вазы и чаши, шкатулки, колокольчики, коробочки, вырезанные из кости. И среди этого великолепия рыдала молодая женщина.

– Но кому? Кому понадобилось его убивать? – твердила Галина.

– Ты хотя бы догадываешься, кто это мог быть? – спросила Инна.

Галина с недоумением посмотрела на нее.

– Познакомьтесь, это моя подруга Инна, – поспешно представила девушек друг другу Юля. – Инна работает в частном детективном агентстве. Так что она поможет нам найти преступника.

– Я заплачу любые деньги! – воскликнула Галина. – Найдите убийцу. Я не кровожадна, но я должна понять – почему, кто?

И она снова зарыдала.

– Если ты будешь реветь, то мы никогда убийцу не найдем, – сказала Инна.

– Но чем я могу помочь? – удивилась Галина. – Я не представляю, кто мог его убить.

– Это понятно, но хоть что-то ты должна знать про своего мужа, – сказала Юля. – Постарайся вспомнить – это важно. Какие-нибудь подробности из его жизни.

Галина задумалась.

– Он был страшный бабник, – наконец сказала она. – Просто ни одной юбки не мог пропустить. Ну, честное слово, ни одной. На молодых и старых лез. К новой жене своего отца – Веронике тоже приставал. Я даже одно время думала, что он и сестру свою обрюхатил. Поэтому она так внезапно и исчезла.

– Сестру?! – удивленно воскликнул Тема. – Галя, ты что-то путаешь. У Сереги не было никакой сестры. Он единственный сын своего отца.

– Ты просто не знаешь, – всхлипнула Галя. – Я и сама узнала совершенно случайно. Сестра была, только придурковатая, и ее старались не показывать. Держали у какой-то бабки в деревне.

– Ты ее видела?

– Всего один раз. Когда ее привезли в город. Мне она не показалась сумасшедшей. Обычная девочка-подросток, лет четырнадцати. Длинноногая, нечесаная и грязноватая то ли от слез, то ли с дороги. Но глаза у нее были умные, а взгляд живой. Всякие ущербные и убогие вызывают у меня особое чувство, его не спутаешь ни с каким другим. Ползет озноб по хребту и хочется бежать прочь. А тут я смотрела на нее и ничего такого не чувствовала. Она мне даже понравилась. Если бы ее помыть и приодеть, то была бы даже очень славной девочкой.

– И куда она делась?

– Сережа сказал, что отправил ее в очень хорошую частную клинику, где за ней будет отличный уход. Но ты знаешь, он так на нее смотрел… Вроде бы не как на сестру, а как на женщину, к которой что-то имел. Мы тогда еще не были женаты, и я здесь не жила. Так что несколько ночей они оставались одни. Вот и все, гадкая такая история, как ни крути. Может быть, ничего он с ней и не сделал, но мне очень не понравилось, как он стал отводить глаза, когда я спросила потом о сестре. Ее звали Наташа. В конце концов он рассказал про клинику и запретил мне под угрозой разрыва даже упоминать про сестру и про то, что она находится в лечебнице. Он сказал, что отец сильно переживает болезнь Наташи и не в состоянии говорить о ней. Действительно, помешанная в семье – что тут хорошего! Лучше и в самом деле скрыть.

– А ты знаешь, в какой клинике содержится сестра Сергея? – спросила Инна.

– Зачем это тебе? – прошипела ей на ухо Юля.

– Все-таки хоть какой-то след, – пояснила ей Инна. – Может быть, девочка не так уж и больна, как хотелось представить Сереге. Недаром же он удалил Галину из дома на все время, пока его сестра оставалась здесь.

– Адреса я точно не знаю, – проговорила вдова. – Сами понимаете, никто мне его не потрудился сообщить. Так что я могу только догадываться. Видела тут кое-что.

Она встала и прошла к висящей на стене акварели, на которой был изображен закат солнца над сплошь заросшим камышом озером. Женщина отодвинула картину в сторону. Под ней в обоях оказалась небольшая дверца. Галина повернула ручку влево, и она открылась.

– Сейф! – удивилась Юля.

– Да, сделан еще при царе Горохе. Кодовый замок совсем сломан, так что от сейфа в нем одно название. Мы пользовались им лишь в качестве шкафчика для всяких нужных бумаг. Где-то тут они и лежали. А, вот, нашла!

Она вернулась к дивану, неся в руках тоненькую стопку каких-то квитанций.

– Не знаю, помогут ли они вам найти Наташу или нет, но больше я ничего не знаю. Это счета.

И она протянула стопку Инне.

– А почему ты уверена, что они как-то связаны с Наташей? Тут нет ничего, что наводило бы на эту мысль.

– Дата, – сказала Галина, устало закрывая глаза. – Дата первого платежа примерно совпадает по времени с появлением в городе Наташи. Пять лет назад.

– Пять лет, значит, теперь ей уже около девятнадцати? – спросила Юля.

– Похоже, – кивнула Инна. – Спасибо, Галя. Ты уже сообщила отцу и матери Сережи, что он погиб?

– Они уехали, – равнодушно сказала Галина. – Отец с Вероникой, с молодой женой, уехали отдыхать. Куда-то в Грецию, кажется. Отдыхают на каких-то островах. Я даже не знаю их адреса. Но не думаю, чтобы их сильно опечалила эта новость. А мать Сережа потерял несколько лет назад. Мачеха появилась всего год назад. Молодая, красивая и очень хваткая девица. Она только обрадуется, что Сережа погиб.

– Обрадуется?

– Ну да. Если еще устранить меня, то Сергей Николаевич, Сережин папа, станет вдвое богаче, чем сейчас.

– Однако сильное заявление! – прокомментировала Инна.

– Но это правда. Я и сама из породы хищников, но мне до Вероники далеко. Она настоящая акула.

– А что еще ты можешь рассказать про жизнь своего мужа?

– Слушайте, вы тут сидите уже битый час, выспросили у меня все, что можно и чего нельзя, а пока что еще ни словом не обмолвились о том, как погиб Сергей. Я больше ни слова не скажу, пока все не узнаю.

Инна с Юлей переглянулись, потом перевели взгляд на Артема. Но тот только руками развел. Дескать, выпутывайтесь сами. Инна тяжело вздохнула и начала рассказ.

– Минуточку, я что-то не пойму, – сказала Галина, когда она закончила. – Так это кто-то из вашей компании постарался? Может быть, даже кто-то из вас или вы все сообща? И вы имеете наглость прийти в его дом и насмехаться надо мной?

– Да что ты говоришь, – попыталась урезонить ее Юля, но женщина не желала ничего слушать.

– Вон! – заверещала Галина неожиданно тонким голосом. – Вон, или я вызову милицию! Убирайтесь, грязные твари! И не вздумайте еще раз сунуться сюда или к отцу Сережи, не то плохо будет. Уносите ноги поживее, пока я вас не поубивала на месте.

Она не шутила. С Галиной и в самом деле творилось что-то неладное. По лицу пошли отвратительные красные пятна, зрачки сузились, а тело сотрясала крупная дрожь. Видя, что гости застыли от изумления и не торопятся выполнить ее приказ, Галина метнулась к витрине и схватила большую китайскую вазу. Недолго думая, она метнула ее вперед. Ваза угодила как раз в то место, где секундой раньше сидела Инна. Теперь там было пустое кресло, Инна первой покинула опасную комнату. Следом за ней выскочила Юля. Тема хотел было задержаться, но тоже был вынужден ретироваться, так как Галина потянулась за кривым ятаганом из коллекции оружия, висящей на стене.

– Слушай, она же психопатка, ей самой место в психушке! – возмущенно сказала Инна, когда они оказались в безопасности на улице. – И главное, мы же ей хотели помочь, а она нас даже слушать не захотела.

<< 1 2 3 4 5 >>