Дарья Александровна Калинина
Тигр во фраке

– Ой! – вскрикнула Мариша, отскакивая в сторону.

На пороге стоял сосед Лены – Витя с перекошенной от злости и боли рожей. От боли потому, что позади него стояла щупленькая по сравнению с мужиком Лена и держала его руку и шею в захвате. Выпихнув Витю на лестничную площадку и дав ему пинка под зад, Лена обратила внимание на Маришу.

– Чего жмешься? – спросила она у нее. – Ты ко мне? Заходи! Видишь, с какими типами приходится жить?

Последние слова относились к Витьку, который поспешно отступал вниз по лестнице, сопровождая каждый свой шаг отборной бранью и обещанием вернуться и отомстить.

– Ты, сука, у меня еще попомнишь! – сообщил он Лене.

– Чего?! – с угрозой сделала Лена шаг в его сторону.

И Витька словно ветром сдуло.

– Попомнишь ты у меня! – раздался его голос издалека. – И хахаль твой тоже надолго запомнит, как к тебе таскаться. И кобыла.

Тут Витек прибавил еще парочку смачных проклятий и исчез.

– Заходи! – велела Лена Марише. – Хоть сможем спокойно посидеть и поговорить. А то не поверишь, такой наглый сосед попался. Все, кто тут раньше жил, вроде бы тихие были. Сначала бабушка жила, так с ней вообще ничего не стоило справиться. Я ее разок зимой на лестницу выпихнула в одной ночнушке, так она мигом в дом для престарелых от нас съехала. Не поняла пользы закаливания. А потом какая-то еще тетка жила, так она один раз только сюда сунулась и больше не появлялась. Теперь вот Витек появился. Упрямый черт! Я ему говорю, не суетись, все равно ведь по-моему будет. А он не слушает. Вот и приходится воспитательные меры применять.

– Но ты с ним того… могла бы и помягче, – сказала Мариша.

– Вот еще! – фыркнула Лена. – Он же мужик! Чего с ним цацкаться.

– Но вообще-то он злой ушел, – сказала Мариша. – Как бы гадость тебе какую не устряпал.

– Я все правильно делаю, – уверенно заявила Лена. – С такими людьми только так и можно. Их сразу на место ставить нужно. А то мигом на шею сядут. Надо же, выдумал: нельзя животное в квартире держать. Да я тут сколько раз свою Зорьку оставляла, а она была даже не пони, а полукровка. Рысак с арабом. Да еще с жеребенком. И то ни одна соседка не пикнула. И мама тоже не возражала.

– То-то она теперь в больнице, – пробурчала себе Мариша под нос.

Но Лена ее не слышала.

– А ты молодец, что зашла! – радовалась она. – Я тебя завтра с собой возьму. Посмотришь на моих подопечных.

– Да, я вот зачем к тебе пришла! – вспомнила Мариша. – Мне сегодня звонил Игорь и…

– Когда звонил? – перебила ее Лена, и в голосе у нее прозвучали явственные нотки ревности.

– Буквально минут двадцать назад, – объяснила Мариша. – Я сразу же собралась и к тебе.

– И что он хотел?

– Так вот, я о том и собираюсь рассказать. Он хотел, чтобы я завтра с тобой поехала к вам в Бугры. Он будет меня там ждать, чтобы дальше нам с ним вместе ехать покупать подарок ко дню рождения. Он почему-то настаивал, чтобы я тоже с ним поехала. И деньги с собой взяла.

По мере того как Мариша рассказывала, лицо Лены мрачнело все больше и больше. Когда Мариша закрыла рот, Лена открыла свой и горько зарыдала, закрыв ладонями лицо.

– Что с тобой? – перепугалась Мариша. – Ты заболела?

– Нет, – прорыдала Лена. – Если бы я заболела… Но нет… Просто никто меня не любит. Все мужики меня бросают. Я знаю, это потому, что я нищая.

– И вовсе не поэтому, – торопливо возразила Мариша. – То есть я хотела сказать: кто тебя бросает? Вот меня сто раз бросали, я даже уже внимание обращать перестала. А тебя никто, видно, и не бросал. Раз ты еще так расстраиваться можешь. И перестань реветь, никто тебя не бросает. Вот Игорь у тебя же есть.

– Это он у тебя есть, – прорыдала Лена. – Думаешь, я дура? Не понимаю, чем вы там с ним заниматься завтра собираетесь?

– Чем? – искренне удивилась Мариша. – Разве мы едем не за экзотическим подарком, который он мне обещал?

– Это предлог, – всхлипнула Лена. – Уверена, что это всего лишь предлог, чтобы изменить мне с тобой.

Марише стало не по себе. Лена определенно несла чушь, но с такой уверенностью в своей правоте, какая бывает лишь у душевнобольных людей. Марише захотелось плюнуть на экзотику. Поехать и купить плюшевого мишку. Но, с другой стороны – уйти значило утвердить Лену в ее подозрениях. И Мариша осталась. Она присела рядом с Леной и обняла ее за худенькие плечи.

– Не плачь, – попыталась она ее утешить. – Все не так, как ты себе вообразила. Мне твой Игорь даром не нужен. Если хочешь, мы все втроем поедем покупать подарок. И вспомни, ты же сама мне предложила обратиться к Игорю. Я ведь даже про него и не слышала. И Игорь вовсе не пришел в восторг от твоей просьбы – помочь мне.

– Да, – вспомнила Лена. – Ты права. Ты и в самом деле думаешь, что Игорь вовсе не собирается меня бросить?

– Уверена.

– Ну ладно, – вытерла слезы Лена. – Сейчас будем чай пить.

От чая Мариша отказалась. Девушки условились, когда Мариша заедет за Леной. А затем они расстались до утра. Мариша пришла домой, завела будильник на девять часов утра, потому что выехать они собирались в полдень. И легла спать. Хотелось выспаться получше. В такую рань она уже давно не вставала. Но Маришины планы грубо нарушили. Впрочем, как и ее сон. Где-то без четверти семь или около того, потому что все часы в квартире Маришиной мамы показывали немного разное время, в квартире раздался продолжительный и настойчивый звонок.

Мариша и ее мама выскочили из постелей, словно ошпаренные.

– Не открывай! – прошипела Тамара Ильинична. – Позвонят и уйдут.

Но она ошиблась. Человек, стоящий за дверью, и не думал никуда уходить. Напротив, он прилагал много сил к тому, чтобы его услышали и пустили. Уже через две с половиной минуты у Мариши лопнуло терпение. Она схватила в кухне тесачок, которым ее мама разделывала мясо, и подошла к двери.

– Кто там?

– Это я, Лена! – раздался полный страдания голос. – Мариша, открой.

Так как Мариша уже выдала, что она дома, пришлось открыть. Мариша еще колебалась, поднеся руку к замку.

– У меня беда! – закричала Лена из-за двери.

Все Маришины сомнения улетучились, и она открыла дверь. Что бы там из себя ни представляла Лена с точки зрения общежития и его норм, но она была соученицей Мариши. Когда-то они даже немного дружили. А когда близкие люди попадали в беду, они смело могли рассчитывать на помощь и содействие Мариши. Она не успокаивалась до тех пор, пока беда ее близких не перерастала в настоящую катастрофу.

Но Лена об этой особенности Мариши то ли не помнила, то ли вообще не знала. Мариша распахнула дверь, и заплаканная бледная Лена ворвалась в дом.

– Здравствуйте, Тамара Ильинична! – выдохнула она, падая без сил на стул в прихожей.

– Лена, что случилось? – встревоженно спросила у нее Маришина мама. – На тебе лица нет. Что случилось-то?

– Ой, чувствую я, что с Игорем беда, – простонала Лена. – Вот прямо сердцем и чувствую. А оно меня никогда еще не подводило.

И она в самом деле попыталась схватиться рукой за сердце, но рука сама собой потянулась к желудку. Рука была вся белая, с синими ногтями.

– Лена, а ты ужинала? – сочувственно поинтересовалась Тамара Ильинична. – Губы у тебя какие-то синие.

– Нет, – слабым голосом произнесла Лена. – С прошлого утра во рту маковой росинки не было. Все бегаю и бегаю.

<< 1 2 3 4 5 6 7 8 ... 18 >>