Джордж Р. Р. Мартин
Умирающий свет


Он поднес руку ко лбу и ощутил капельки пота под спутанными волосами. Руарк замер, на его лице появилось выражение тревоги.

– Ох! – воскликнул кимдиссец. – Вам стало плохо от вина! Крайне глупо с моей стороны! Я виноват. Внешнепланетное вино и авалонский желудок, да. Еда поможет. Вы знаете, еда.

Он поспешил из комнаты, зацепив по дороге цветок в горшке. Черные стреловидные листья еще долго покачивались.

Дерк сидел очень спокойно. Где-то далеко он слышал звяканье тарелок и кастрюль, но не обращал на это внимания. В задумчивости он сморщил усеянный капельками пота лоб, пытаясь сосредоточиться, но это оказалось на удивление трудно. Смысл ускользал от него, и даже то, что казалось понятным, расплывалось в затуманенном сознании. Мечты пробуждались к жизни по мере того, как в его воображении гибли деревья-душители. Он может осуществить это, пробудить день, положить конец долгому бесконечному закату и получить обратно свою Джинни, свою Гвиневеру, и она всегда будет рядом с ним. Да, да!

Когда Руарк вернулся с мягким сыром, красными клубнями и горячим мясом, Дерк выглядел уже спокойнее и увереннее. Он взял тарелку и начал медленно жевать, почти не слушая болтовню своего хозяина. Он встретится с кавалаанцами за завтраком, поговорит с ними. Постарается выяснить, что сможет. Затем он будет действовать. Завтра.

– …я не хотел вас обидеть, – говорил Викари. – Вы неглупый человек, Лоримаар, но в данном случае мне ваше поведение кажется неразумным.

Дерк замер на пороге, тяжелая деревянная дверь, которую он толкнул не задумываясь, широко распахнулась. Они повернули головы в его сторону и смотрели на него четырьмя парами глаз. Последним повернулся Викари, после того как закончил фразу. Гвен пригласила Дерка на завтрак накануне вечером (его одного, так как Руарк и кавалаанцы старались избегать встреч, когда это было возможно), и время было вполне подходящим – недавно взошло солнце. Но он увидел в комнате совсем не то, что ожидал.

Их было четверо в огромной гулкой гостиной. Гвен, непричесанная, с заспанными глазами, сидела на покрытой кожей деревянной кушетке перед камином, который по-прежнему охраняли фантастические чудовища. Гарс Джанасек возвышался за ее спиной, скрестив на груди руки, а Викари и незнакомец стояли друг против друга у камина. Все трое мужчин имели при себе оружие. На Джанасеке были брюки с крагами и рубашка из мягкой темно-серой ткани с высоким воротником и двумя рядами черных железных пуговиц. Более короткий правый рукав его рубашки открывал взору массивный железный браслет, на котором слабо светились камни. Одежда Викари тоже была серого цвета, но глубокий вырез рубашки без пуговиц доходил почти до пояса, и на его темной волосатой груди виднелся жадеитовый медальон на железной цепочке.

Незнакомец первым заговорил с Дерком. Он стоял спиной к двери, но обернулся вслед за остальными и нахмурился. Будучи на целую голову выше и Викари, и Джанасека, он казался гигантом по сравнению с Дерком даже на расстоянии нескольких метров. Темноту его загара подчеркивала молочная белизна костюма, видневшегося из-под короткого фиолетового плаща. Серые волосы с белыми прядями спускались до плеч, обсидианово-черные глаза на загорелом лице, изборожденном морщинами, смотрели враждебно. Так же прозвучал его голос, когда он, окинув Дерка взглядом, сказал лишь одно слово:

– Вон!

– Что? – переспросил Дерк, отдавая себе отчет, что более глупую реплику и нарочно не придумаешь.

– Я сказал, уходи, – повторил гигант в белом. Как и у Викари, засученные рукава открывали для обозрения два почти одинаковых по форме браслета: серебряный с жадеитами на левой руке и железный с глоустоунами на правой. Но пистолет на боку был словно близнецом оружия двух других кавалаанцев.

Викари сложил руки на груди так же, как Джанасек.

– Это мой дом, Лоримаар Высокородный Брейт. Вы не имеете права так разговаривать с человеком, пришедшим по моему приглашению.

– По приглашению, которого сами вы не получали, – добавил Джанасек с ядовитой усмешкой.

Викари повернулся к своему тейну и резко покачал головой. Дерк понял, что этот жест означал запрет, но что он запрещал?

– Я пришел к вам с серьезным поводом для недовольства, Джаантони Высокородный Айронджейд, я пришел для важного разговора, – пророкотал кавалаанец в белой одежде. – Разве должны мы выяснять наши отношения перед чужаком? – Он снова хмуро посмотрел на Дерка. – Да еще, как я вижу, оборотнем.

Ответ Викари прозвучал спокойно, но строго:

– Мы уже обо всем договорились, друг. Вы слышали мой ответ. Моя бетейн находится под моей защитой, а также и кимдиссец, и этот человек. – Он махнул рукой в сторону Дерка, затем снова сложил руки на груди. – И если вам нужен один из них, будьте готовы взять и меня.

– К тому же он не оборотень, – с улыбкой вмешался худощавый рыжебородый Джанасек. – Это Дерк т’Лариен, корариел Сообщества Айронджейд, нравится вам это или нет. – Джанасек повернулся к Дерку и указал на незнакомца в белом:

– Т’Лариен, это – Лоримаар Рельн Винтерфокс Высокородный Брейт Аркеллор.

– Наш сосед, – впервые за все время разговора произнесла Гвен. – Он тоже живет в Лартейне.

– Далеко от вас, айронджейды, – отозвался пришелец недовольным голосом. Глубокие складки залегли на его лице между нахмуренными бровями, черные глаза смотрели с холодной злобой на всех по очереди, пока не остановились на Викари.

– Вы моложе меня, Джаантони Высокородный Айронджейд, а ваш тейн еще моложе, и я не хотел бы встретиться с вами на дуэли. Но существуют правила, вы их знаете не хуже меня, и никто из нас не должен заходить слишком далеко. Высокородная молодежь часто приближается к черте риска слишком близко. Как я замечаю, особенно часто это делают высокородные айронджейды, и…

– И я чаще всех других высокородных айронджейдов, – закончил за него Викари.

Аркеллор покачал головой:

– Однажды, когда я был еще несмышленым младенцем рода Брейт, у нас произошла дуэль из-за того, что один прервал речь другого, как вы только что поступили со мной. Действительно, все меняется. Мужчины Верхнего Кавалаана размягчаются на моих глазах.

– Вы считаете меня мягким? – спокойно спросил Викари.

– И да, и нет, Высокородный Айронджейд. Вы – странный. В вас есть крепость, никто не отрицает, и это хорошо, но на Авалоне вы пропитались духом оборотней, что делает вас временами слабее и глупее. Мне не нравится ваша шлюха-бетейн, и мне не нравятся ваши «друзья». Будь я помоложе, я пришел бы к вам в гневе и заставил бы вас вспомнить мудрость рода, которую вы с такой легкостью позабыли.

– Значит ли это, что вы вызываете нас на дуэль? – спросил Джанасек. – Вы говорите слишком резко.

Викари развел сложенные на груди руки и жестом остановил его:

– Нет, Гарс. Лоримаар Высокородный Брейт не вызывает нас на дуэль, не правда ли, высокородный друг?

Аркеллор молчал на несколько секунд дольше, чем требовалось.

– Нет, – сказал он. – Нет, Джаантони Высокородный Айронджейд. Оскорбление не подразумевалось.

– Оскорбление не имело места, – ответил Викари, улыбаясь.

Высокородный Брейт не улыбался.

– Очень хорошо, – сказал он с сожалением в голосе.

Широко шагая, он направился к двери, лишь на секунду остановившись перед Дерком, чтобы дать тому возможность поспешно отступить, и, миновав дверь, направился к лестнице. Дверь закрылась за ним.

Дерк прошел в комнату. Джанасек, нахмурив брови и качая головой, вышел. Гвен поднялась, бледная и взволнованная. Викари шагнул навстречу Дерку.

– Жаль, что вы оказались свидетелем этой сцены, – сказал кавалаанец. – Но, может быть, она что-то прояснит для вас. Хотя, повторяю, мне очень жаль. Я не хочу, чтобы вы думали о Верхнем Кавалаане, как кимдиссец.

– Я ничего не понял, – сказал Дерк в то время, как Викари, положив руку ему на плечо, повел его в столовую, и Гвен последовала за ними. – О чем он говорил?

– Ах, о многом. Я вам все объясню, но прежде должен перед вами извиниться еще и за то, что обещанный завтрак до сих пор не готов и стол не накрыт. – Викари улыбнулся.

– Я могу подождать, – ответил Дерк, когда они вошли в столовую и сели. Гвен расстроенно молчала.

– Как Гарс назвал меня? – спросил Дерк. – Кора… не помню, как дальше. Что означает это слово?

Викари замялся, потом ответил:

– Он сказал «корариел». Это старокавалаанское слово. Его значения менялись на протяжении столетий. Теперь здесь, когда его произносим мы с Гарсом, оно означает «охраняемый». Охраняемый нами, охраняемый Сообществом Айронджейд.

– Это тебе хотелось бы, чтобы оно имело такое значение, Джаан, – сердито перебила его Гвен. – Объясни ему настоящий смысл слова.

Дерк ждал. Викари, скрестив руки, переводил взгляд с одного на другого.

– Хорошо, Гвен, как ты хочешь. – Он повернулся к Дерку. – Полное старое значение слова – «охраняемая собственность». Я хотел бы надеяться, что вас это не обидит. В нем нет ничего оскорбительного. «Корариел» обозначает человека, не являющегося членом рода, но охраняемого и ценимого.

Дерк вспомнил все то, что говорил ему Руарк накануне вечером. Каждое слово кимдиссца запечатлелось в его затуманенном зеленым вином сознании. Он почувствовал, как гнев закипает в его душе, и постарался успокоить себя.
<< 1 ... 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 >>