Оценить:
 Рейтинг: 3.5

Холодное сердце

Год написания книги
2014
Теги
<< 1 2 3 4 5 6 ... 9 >>
На страницу:
2 из 9
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
– А я думаю, что это изумительно и восхитительно, любить правильного человека и чувствовать ответную любовь, папа.

– Твоя мать только и делала, что подтверждала эти слова, – предостерег дочь Люк, с дрожью вспоминая бесконечные «влюбленности» своей жены, после того как она в конце концов решила, что ее молодой супруг не является воплощением ее идеала.

Временами отголоски взбалмошных выходок Памелы в поведении дочери пугали его, когда она упрямо надувала губы или очертя голову вылетала из комнаты. Но его Ив была слишком добра, чтобы обращаться с человеком как с бесчувственным деревянным чурбаном, и Люк часто удивлялся тому, что в таком несчастливом браке мог родиться такой любящий ребенок.

– Прошу тебя, Ив, когда соберешься замуж, выбери кого-нибудь достойного тебя, – предупредил он. – Не останавливайся на первом попавшемся кавалере, который скажет, что любит тебя. Да и на втором тоже.

– Я не глупая, папа. Я непременно найду себе хорошего человека, с которым смогу прожить всю жизнь. А ты, если не позаботишься о себе, окончишь свою жизнь старым одиноким циником.

– Прежде чем я найду себе подходящую жену, мне хотелось бы устроить твою жизнь.

Ив сделала круглые глаза и поморщилась.

– Подходящую? – с сомнением повторила она. – Тете Виржинии было бы противно слышать, что ты это говоришь. Звучит так, будто ты собираешься выбирать жену в лавке и ждешь, что тебе доставят ее прямо к алтарю в полном свадебном облачении и с необходимым сопровождением.

– Несмотря на всю вашу дерзость, юная мисс, должен признать, что Виржиния была бы не в восторге от этой идеи, – сказал Люк. Ему слишком живо вспомнился последний разговор с двоюродной бабушкой по поводу его возможной женитьбы.

– Ты женился на этой дуре только потому, что твой отец и мачеха вбили тебе в голову, что это хорошая мысль и как раз ко времени, – негодовала Виржиния, когда он имел неосторожность поделиться с ней своими планами о повторной женитьбе после того, как Ив будет пристроена. – Если ты намерен жениться на «подходящей» молодой леди, то, по крайней мере, будь любезен влюбиться в нее.

Заметив скептическую улыбку, появившуюся у него на лице при мысли, что он должен полюбить женщину, на которой женится, чтобы обзавестись наследником, Виржиния устало вздохнула.

– Нет, – сказала она, будто говорила сама с собой. – Ни одна женщина не заслуживает того, чтобы выйти замуж за холодную рыбу, которую ты из себя изображаешь, а потом смотреть, как ты влюбишься в какую-нибудь развязную девицу. Ты страстный мужчина, хоть и скрываешь это под своими чопорными манерами, черт бы их побрал. Еще один брак вроде предыдущего, и тебе придет конец. И не воображай, что тебе удастся во второй раз получить хорошего ребенка от какой-нибудь дурехи. Такой удачи не заслуживает ни один смертный.

– Я не из тех мужчин, которых любят, – хмуро отозвался Люк. Судя по энтузиазму его супруги, он был достаточно хорошим любовником, но похоть еще не любовь.

– Значит, мы с твоей Ив втайне тебя недолюбливаем, верно? – возразила Виржиния. – А твои прислуга и арендаторы тоже ненавидят тебя, как я полагаю? Очевидно, когда они имеют с тобой дело, ты либо пребываешь в задумчивости, либо рычишь на них, потому что ты достаточно хорошо платишь им, не поджигаешь их дома ради потехи и не охотишься за их женщинами, когда тебе приспичит удовлетворить свои желания. Ты женился на пустоголовой кокетке, посвятившей всю свою жизнь тому, чтобы влюбляться в каждого мошенника, которого ей удавалось увлечь, в то время как у нее был добрый красивый муж. Но это не твоя вина, Люк. Твой отец знал, что умирает, и заставил тебя жениться слишком молодым. И к счастью для этой старой ведьмы, твоей мачехи, Памела родила дочь, прежде чем сбежать с первым попавшимся мерзавцем.

– Это и для меня счастье. Я нежно люблю Ив, – сухо сказал Люк.

– Да, да, я знаю, и случись что, твоим наследником будет Джеймс. Но ему нужно не это, он должен сам встать на ноги. А твой второй брак станет еще большим кошмаром, чем первый, если только ты женишься на «подходящей» женщине, – для большей уверенности предупредила она с нарочитой серьезностью.

– Если бы я знал, что Джеймс будет блюсти интересы Уинтерли с такой же самоотверженностью, с которой он предается пьянству, гонкам на колясках и игре, он получил бы от меня безоговорочное благословение. Если бы я знал, что, когда придет мое время встретиться с Создателем, я оставлю своих арендаторов в надежных руках, мне не было бы нужды снова жениться.

– Возможно, но Джеймс не может всю жизнь ждать, когда придет время занять твое место, он заслуживает лучшего.

– Неужели? – резко возразил Люк, удивившись, неужели даже Виржиния не догадывается, какая глубокая пропасть пролегла между братьями.

– Папа? – снова прервала его раздумья Ив, и он невольно подумал, как Хлоя Уитен одним своим появлением в окне обратила в дым всю его решимость.

– Мне надо было заставить тебя остаться дома, Ив. Виржиния не хотела, чтобы ее кто-нибудь оплакивал, а прислуга слишком любила ее, чтобы вести себя так, будто ничего не случилось.

– Но это ведь жизнь, а не красивая сказка, папа, – пожурила его дочь, словно это она была взрослой, а он шестнадцатилетним юношей.

– Тогда, раз уж ты приехала, нам лучше пойти и посмотреть, как встретит нас этот дом без Виржинии.

– Да, пойдем. Я тоже ее любила.

– А она тебя просто обожала с того самого дня, когда взглянула на крикливого ребенка, каким ты была, моя Ив. В то время никто кроме нее не был на это способен, потому что ты орала, как банши, из-за резавшихся зубов, и все остальные не знали, куда деться. А пока ты не выросла настолько, что мы смогли поехать с ней в Брайтон подышать воздухом и походить по магазинам, Виржиния каждое лето проводила по три месяца в Даркмере. Учитывая, насколько ей не нравилось это место, ты должна понимать, как она тебя любила.

– Я знаю, – сказала Ив с таким потерянным взглядом, что Люку захотелось обнять ее и тут же отправить назад в Даркмер. Но он знал, что она права: его дочь была почти взрослой. Он должен позволить ей самой решать за себя, даже если это идет вразрез с его инстинктивным желанием оберегать ее от всего, что может ее ранить. – Почему мы не приезжали сюда, когда я была маленькой, папа? – спросила она. – Ты никогда не оставался в Фарензе-Лодж дольше, чем на несколько дней, хотя, кажется, любишь его не меньше, чем Даркмер.

– Так было проще, – осторожно ответил Люк.

Проще для него, потому что он мог либо остаться здесь и, подливая масла в разгоравшийся между ними огонь до тех пор, пока Хлоя не сдалась бы, сделать ее своей любовницей, либо старательно тушить его, избегая общения с ней. Тогда, много лет назад у этой дамы нашлось много что сказать, когда он предложил ей это. Осада грозила быть долгой, но что-то подсказывало Люку, что она завершилась бы победой.

Так о какой любви могла идти речь? Да он и не любил эту женщину, а она уж точно не любила его. Он подождет год-другой, а когда Ив определится со своим будущим, найдет себе подходящую жену. Ему прекрасно подойдет какая-нибудь миловидная покладистая молодая вдова или приятная особа, незаслуженно засидевшаяся в старых девах, на которой он сможет жениться, чтобы завести наследника. Но даже теперь, когда здравый смысл укрепил его более чем разумный план, в сознание Люка проник образ миссис Хлои Уитен, совсем непохожий на ту женщину с печальными глазами, которую только что видел, и он с трудом сдержал проклятие.

В тот летний день, когда Хлоя впервые ворвалась в его жизнь, она казалась такой живой, такой открытой, такой до смешного юной и поразительно красивой. Та Хлоя Уитен пробудила в его душе нечто такое, для чего в свои двадцать шесть он считал себя уже слишком усталым и циничным. Люк нахмурился, как и тогда, потому что знал, что люди, ощущавшие в себе эту живость, обречены страдать. Ему не хотелось бы узнать, что пылкое юное существо с золотисто-рыжими локонами, выбивавшимися из-под ленты, которой она пыталась их завязать, стало таким же зажатым и разочарованным, как он сам. И все же в женщине, которую он только что видел, не было ничего похожего на ту неотразимо светлую девочку, которую он встретил в тот далекий день.

Ему каким-то образом удалось тогда заставить себя отойти в сторону, и она, помахивая шляпкой, которую несла за ленты, отправилась к себе домой, унося в сердце самые невероятные мечты, которые ему так хотелось бы сделать реальностью. Но нет, он с сожалением подумал, что слишком ожесточен и испорчен для такой наивной юной леди, даже несмотря на то, что, встретившись взглядом с ее удивительными фиалковыми глазами, он едва удержался, чтобы, забыв обо всем на свете, не утонуть в них, словно знал их всегда. Сесть на лошадь и ускакать от нее показалось Люку самым трудным из всего, что он когда-либо делал. Но в этот раз разочарование наступило даже быстрее, чем когда-то растаяли его иллюзии насчет Памелы.

Уже через пару часов он узнал, что эта девочка – новая компаньонка Виржинии и ее будущая экономка – возвращалась домой от няни, где навещала свою маленькую дочку. Что она вдова, и ей двадцать два года, хотя он не дал бы и восемнадцати. Виржиния рассказала, что ей очень хорошо известна печальная история миссис Хлои Уитен. И все же за последнее время ей никогда не было так весело. Как он мог покуситься на эту девушку, когда Виржиния и в самом деле снова была полна жизни, как и до смерти своего любимого Виржила?

Гневный отказ, последовавший десять лет назад в ответ на его предложение вступить с ним в связь, до сих пор звучал у него в ушах. Хлоя назвала его отвратительным надменным ловеласом. Если она до сих пор испытывала то же дьявольское возбуждение, которое ревущей волной накатывало на Люка каждый раз, когда она попадалась ему на глаза, то очень хорошо научилась его скрывать.

Люк тряхнул головой и возблагодарил небеса, что надел длинное пальто, скрывавшее тот факт, насколько рьяно его тело противилось строгим приказам разума в отношении экономки. Оторвав взгляд от опустевших окон, он молча послал очередное проклятие собственной глупости.

Глава 2

– Кто это был, папа? – спросила Ив.

– Кого ты имеешь в виду? – сдавленным голосом, словно мальчишка-школьник, пойманный на вопиющем вранье, переспросил Люк, подумав о том, в какого еще неизвестного зверя превратит его эта проклятая женщина.

– Та леди в окне.

– Наверное, горничная, взбудораженная прибытием скорбящих родственников.

– Скорее она похожа на экономку, хотя, если так, она выглядит очень молодо для такой ответственной роли.

– Так оно и есть, – хмуро отозвался Люк. – Должно быть, она познакомилась с Уитеном прямо в школьном классе.

– Ради бога, кто такой Уитен? Папа, похоже, январский воздух затуманил тебе голову, вместо того чтобы освежить ее, как ты заявлял, когда просил нас считать церковные шпили и серых кобыл, а сам почти всю дорогу сюда проскакал верхом.

– Я думал, у вас достаточно много вопросов по поводу того, кто, что и когда будет делать здесь в течение недели, и вам нужно время, чтобы их обдумать.

– Клевета! Мы совсем не собираемся здесь командовать, правда, Брэн? – Ив бросила внимательный взгляд на свою миниатюрную бывшую няню, ставшую теперь ее горничной.

– Но даже если мы этим занимались, то уже давно успели наговориться, – отозвалась преданная дуэнья, бросив на Люка острый взгляд, говоривший ему о том, что, в отличие от его невинной дочери, она прекрасно поняла дуэль характеров, только что состоявшуюся между ним и Хлоей Уитен.

– Ладно, раз уж мы здесь, то у вас будет скорее слишком много, чем слишком мало собеседников, с которыми придется общаться, – предупредил он, пока они поднимались по невысоким ступеням.

Висевшая над дверью мемориальная табличка с гербом скорбно напомнила им о цели их приезда, и Люк почувствовал, каким странным и неправильным стал этот дом без той женщины, которая так долго жила и любила в нем, всегда с радостью встречая его здесь. Люк вздохнул и сказал себе, что пройдет несколько дней и безжалостная жизнь пойдет дальше, что бы он об этом ни думал.

– С его высочеством приехала мисс Уинтерли, – заметила Хлоя, отвернувшись от окна и желая лишь одного – как можно дольше избегать встречи с хозяином дома.

– Не сомневаюсь, что она долго упрашивала мистера Люка, чтобы он взял ее с собой. Он очень заботлив. Хороший отец и добрый человек, что бы ни говорила о нем его мачеха.

– Полагаю, он вряд ли обращает внимание на то, что она говорит, – рассеянно пробормотала Хлоя.

<< 1 2 3 4 5 6 ... 9 >>
На страницу:
2 из 9