Эрл Стенли Гарднер
Дело дважды неразведенного

Глава 2

В четверть шестого Делла Стрит спросила:

– Ну что, шеф, закрываем офис? Уже пять часов пятнадцать минут.

– Да, – кивнул Мейсон, – я полагаю, Делла, что больше здесь нечего делать.

– Ты собираешь думать об этом деле всю ночь?

– Не знаю, – признался Мейсон. – Оно не выходит у меня из головы, и появляется мысль – а не стоит ли взять самолет и лететь в Лас-Вегас.

– Но ее там нет, – сказала Делла.

– Но там ее квартира, – заметил Мейсон, – а у нас, по всей видимости, имеются ключи.

– Что ты надеешься найти в ее квартире?

– Вполне возможно, – улыбнулся Мейсон, – разгадку всего дела. А возможно, и ничего.

– Ты хочешь войти в ее квартиру? – удивилась Делла.

– Пока не знаю, – сказал ответ. – Я решу это, когда придет время. Хотел бы я знать, когда она будет в Лас-Вегасе?

– Она, скорее всего, на пути туда.

– Если нет, – заметил Мейсон, – то она в большой беде. Она ушла из моего офиса. Ее машина, вероятно, была припаркована где-то поблизости. Она, очевидно, вышла из машины, чтобы взять что-либо, и…

– Из чего ты все это вывел, шеф? – спросила Делла.

– Из ее сумочки.

– Ты хочешь сказать, что пришел к такому выводу на основании вещей, что находились в ее сумочке?

– Нет, – улыбнулся Мейсон. – На основании тех вещей, которых там не было.

Делла вопросительно подняла брови.

– Эта женщина сейчас живет в Лас-Вегасе, – пояснил Мейсон. – У нее водительские права штата Невада, следовательно, она водит автомобиль. Возможно, она приехала сюда из Лас-Вегаса. Это означает, что она подъехала к зданию, где находится наш офис. Она должна была что-то делать со своей автомашиной. Рядом с нами есть стоянка. Вполне возможно, она поставила свою машину там. Ей дали квитанцию за пользование стоянкой. Квитанцию она положила в сумочку. Поднялась в мой офис. Была очень взволнована. Вне зависимости от того, чем это было вызвано, мы знаем, что она, вероятно, дважды стреляла из револьвера тридцать восьмого калибра. Затем она вспомнила, что ей кое-что нужно взять из машины. Очевидно, она взяла из сумочки квитанцию и пошла к машине. На стоянке что-то ее задержало и не позволило возвратиться в мой офис. Возникает вопрос – оставила ли она здесь свою сумочку намеренно или случайно?

– Почему она должна была оставить сумочку намеренно? – спросила Делла.

– Потому, – сказал Мейсон, – что в ней был револьвер. Она не хотела носить с собой сумочку дольше, чем это было необходимо. Она намеревалась сразу же вернуться. Герти она сказала, что вернется через пять минут. Если она хотела что-то взять из своей автомашины, то, вероятно, дала на чай человеку, обслуживающему эту стоянку. Для этого она, наверное, взяла из сумочки квитанцию и пятидесятицентовую монету. Затем что-то случилось, что заставило ее изменить свои планы. – Помолчав немного, Мейсон сказал: – Делла, позвони Полу Дрейку и попроси его зайти сюда.

– А с этим как быть? – спросила Делла Стрит, показав на разбросанные по столу вещи из сумочки.

Мейсон выдвинул ящик стола, взял револьвер с помощью носового платка и положил его внутрь. Остальные вещи адвокат убрал обратно в сумочку.

Делла Стрит позвонила Полу Дрейку, переговорила с ним и повесила трубку.

– Пол как раз уходил из конторы, – сказала секретарша. – Я поймала его буквально у порога. Он сказал, что сейчас придет.

Через минуту послышался один громкий, четыре тихих и вновь два громких удара в дверь кабинета Мейсона.

Делла открыла Дрейку дверь.

– Привет, красотка! – поздоровался он с ней. – Очень неудобно, когда контора детективного агентства расположена на одном этаже с клиентами, – пожаловался он. – Никогда вовремя не уйдешь домой. Послушай, Перри, я надеюсь, что дело не займет слишком много времени. На сегодняшний вечер у меня свои планы.

Дрейк уселся в большое черное кожаное кресло для посетителей, перекинув ноги через один подлокотник и упершись спиной в другой.

– Пол, у меня есть для тебя поручение, которое нужно сделать очень быстро, – сказал Мейсон. – Это следовало бы сделать двумя или тремя часами раньше. Но я надеюсь, что мы еще не слишком опоздали.

Дрейк кивнул и потянулся за сигаретой.

– Я слушаю, – сказал он.

– Тебя хорошо знают на автостоянке, что перед нашим зданием? – спросил Мейсон.

– Наверное, знают, – усмехнулся Дрейк. – Лет семь я оставляю там свою машину.

– Я тоже, – заметил Мейсон. – Именно поэтому я не могу сделать это сам. Как детектив, ты можешь осматривать любые места, и тебе не станут задавать лишних вопросов. А я привлекаю к себе слишком большое внимание.

– И что же мне нужно сделать? – спросил Дрейк.

– Сходи на автостоянку, Пол, и осмотри все автомашины, которые там стоят. Ищи машины с номерами штата Невада и, если найдешь, запиши. Обрати внимание на регистрационную карточку на лобовом стекле и выпиши фамилию владельца машины.

– Это срочно? – спросил Дрейк.

– Конечно. Мне нужно было сообразить это сразу и поручить тебе еще три часа назад.

– Тогда я пошел, – улыбнулся Дрейк, встал и направился к двери.

– Связаться с чартерной службой аэропорта? – спросила Делла.

– Подождем, что обнаружит Дрейк. Если ее машина на стоянке, начнем с этой стороны.

– А если ее там нет?

– Тогда полетим в Лас-Вегас.

– Может быть, сначала поужинаем? – улыбнулась Делла Стрит.

– Успеем, – сказал Мейсон. – А пока можешь заказать гамбургер или сосиску.

Делла Стрит сняла трубку и набрала номер кафе, находившегося на углу стоянки для машин.

– Можете ли вы, – спросила она, – приготовить два больших гамбургера, которые мы заберем минут через двадцать? Говорит Делла Стрит, секретарша Перри Мейсона. Правильно. Мистер Мейсон хочет, чтобы было много лука и приправы. А для меня, пожалуйста, побольше соуса и поменьше лука.

Она повесила трубку.

Мейсон посмотрел на часы и улыбнулся:

– А как насчет гамбургера для Пола, Делла?

– У Пола, – сказала она, – на сегодня есть планы. Возможно, у него на обед сочный бифштекс, жареный картофель, лук по-французски, вкусный салат и бутылка марочного вина. Если ты не станешь возражать, то он захочет перевести расходы на твой счет и предъявить тебе чек для оплаты.

Через четверть часа в дверь вновь раздался условный стук Дрейка. Делла Стрит открыла.

– На стоянке всего две машины с номерами Невады, Перри, – доложил детектив.

– Узнал, кто их владельцы?

– Регистрационных карточек нет. У одной машины номер ATK двести пять. Я спросил, как долго стоит эта машина, и мне ответили, что около шести часов. Номер другой машины SFU восемьсот четыре. Она находится на стоянке восемь часов.

Мейсон кивнул Делле Стрит.

– Хорошо, Пол, – сказал адвокат. – Свяжись с полицией Невады и выясни все сведения об этих машинах. Затем позвони своим представителям в городах штата Невада и выясни все данные об их владельцах. Только общие сведения, пока ничего конкретного. Я собираюсь сделать это сам, поэтому лишние расходы ни к чему.

– Что ты имеешь в виду под «лишними расходами»? – подозрительно спросил Дрейк.

– Хм, – улыбнулся Мейсон, – как говорит Делла, возможно, у тебя сегодня свидание. Ты собираешься заказать бифштекс со всевозможными приправами и салатами, запить это марочным вином и все затраты отнести к расходам по этому делу.

– Этого не случится, поскольку теперь мне придется сидеть у телефонов, – мрачно сказал Дрейк.

– Позвони в полицию Невады, Пол, – кивнул Мейсон, – и выясни фамилии владельцев этих машин и их адреса. Я позвоню тебе через тридцать пять – сорок минут. Постарайся получить информацию к этому времени. Затем отправляй на задания местных агентов и спокойно иди обедать. Когда они добудут необходимые сведения и позвонят, ты уже будешь на месте.

– А как насчет обеда за твой счет?

– Хорошо, – улыбнулся Мейсон, – я согласен.

– Это что-то новенькое, – усмехнулся детектив. – Обычно, когда я работаю на тебя, мне приходится обходиться остывшими гамбургерами вместе обеда, запивая их минералкой. Что ж, с тем большим жаром я берусь за это дело.

Мейсон кивнул Делле Стрит.

Они поспешили на стоянку. Делла забрала в кафе заказанные гамбургеры, и они съели их по пути в аэропорт.

Глава 3

Мейсон из аэропорта позвонил Полу Дрейку.

– Ты что-нибудь узнал о тех машинах с номерами Невады, Пол?

– Только что, – ответил Дрейк. – Машина с номером ATK двести пять зарегистрирована на имя Мелины Финч, проживающей по адресу: Невада, Лас-Вегас, Купресс-авеню, шестьсот двадцать пять. А автомобиль с номером SFU восемьсот четыре – на имя Харли Ц. Дрексела, Карсон-Сити, Центральная улица, двести девяносто один. Записал?

– Повтори еще раз, – сказал Мейсон. – Я хочу быть уверен, что записал правильно.

Дрейк повторил фамилии, адреса и номера машин.

Закрыв записную книжку, Мейсон сказал:

– Все правильно. Теперь, Пол, пусть твои оперативники в этих городах проверят указанных людей.

– В Карсон-Сити у меня никого нет, – ответил Дрейк. – Ближайший город, где есть, – Рино. Это в тридцати милях, и пройдет некоторое время, прежде чем мой оперативник сможет приступить к выполнению задания.

– Попытайся к полуночи все выяснить, – попросил Мейсон и повесил трубку.

– Пилот готов к вылету, – сообщила Делла Стрит.

Они поспешили к двухмоторному чартерному самолету.

– Полетим в Лас-Вегас, – сказал Мейсон пилоту. – Вам придется там немного нас подождать. Сегодня же мы вернемся назад. Договорились?

– Как скажете, – согласился летчик.

Мейсон и Делла Стрит пристегнули ремни. Взревели моторы, и, получив разрешение на взлет, пилот вывел самолет на взлетную полосу и поднял его в воздух. Набрав необходимую высоту, он взял курс на Лас-Вегас.

Солнце ярко освещало вершины гор. Самолет пролетал над городами и поселками. Над горами они попали в сильные воздушные потоки, и их основательно потрясло. Оставив позади поросшие лесом вершины гор, самолет летел над пурпурным загадочным полумраком пустыни. Когда они приземлились в Лас-Вегасе, уже совсем стемнело.

– Подождите нас здесь, – сказал Мейсон пилоту. – К сожалению, я точно не могу сказать, когда мы отправимся обратно. Наши дела, может быть, займут час, а может, больше. Пожалуйста, заправьте самолет и будьте готовы к вылету.

– Будет сделано, – заверил пилот. – Хотелось бы вылететь до полуночи.

– Трудности с ночным полетом?

– Нет, семейные трудности, – усмехнулся пилот. – Моя жена с подозрением относится к этим полетам в Лас-Вегас, особенно если я не возвращаюсь к утру.

– Много приходится летать сюда на ночь? – спросил Мейсон.

– Как посмотреть, – усмехнулся пилот. – С моей точки зрения, немного. С точки зрения моей жены – чересчур.

– Мы сообщим вам, – сказал Мейсон, – как только определимся. Но мне кажется, что мы вылетим до полуночи.

На такси они доехали до дома семьсот двадцать один по Северо-западной Ферстон-авеню.

Как Мейсон и предполагал, это был многоквартирный жилой дом. Он просмотрел указатель жильцов, нашел фамилию Аделлы С. Хастингс и нажал кнопку звонка.

Никто не ответил.

– Что будем делать? – спросила Делла Стрит.

– При данных обстоятельствах, – сказал Мейсон, – мне кажется вполне оправданным попробовать подобрать ключ.

– А мне кажется, – с беспокойством в голосе сказала Делла Стрит, – что нужно иметь какой-то официальный предлог. Почему бы не позвонить в полицию? Попросить их просто присутствовать при этом.

Мейсон покачал головой:

– Нет, Делла. Конечно, она еще не наша клиентка, но мы защищаем ее всеми возможными средствами.

– Защищаем от чего? – спросила Делла Стрит.

– Это как раз мы и пытаемся выяснить, – сказал Мейсон. – Возможно, мы защищаем ее от самой себя.

– Но ты же так не думаешь?

– Я еще не знаю.

Мейсон открыл портфель, вынул из него два футляра для ключей и начал примерять ключи к входной двери. Один за другим ключи не подходили.

– Кажется, мы вытащили пустой лотерейный билет, – сказала Делла Стрит.

– Остался один, последний ключ, – сказал Мейсон.

Он вставил ключ, и замок, щелкнув, открылся.

– Ну, – улыбнулся Мейсон, – получилось.

Делла Стрит колебалась, в то время как Мейсон держал дверь открытой.

– Пойдем, – сказал Мейсон, – квартира двести восемьдесят девять.

– Зачем нам подниматься наверх? – спросила Делла Стрит. – Мы знаем, что ключ подходит. Нам известно, что это ее сумочка. Известно, что ее нет дома и…

– Откуда нам известно, что ее нет дома? – спросил Мейсон.

– Потому, что она не отвечает на звонки.

– Возможно, она не хочет никого видеть либо по каким-то причинам не смогла ответить на звонок.

Подумав немного, Делла Стрит вошла в открытую дверь и направилась к лифту.

Они поднялись на второй этаж, нашли квартиру двести восемьдесят девять, и Мейсон нажал кнопку звонка. Они услышали мелодичный звон, но какого-либо движения в ответ на звонок в квартире не последовало.

Мейсон постучал в дверь кулаком.

– Я понимаю, что это необычно, – после некоторого раздумья сказал адвокат, – но я хочу войти. Тебе, Делла, лучше подождать здесь.

– Почему? – спросила она.

– Я просто хочу убедиться, что в квартире нет трупа.

– Ее трупа?

– Не знаю, – ответил Мейсон. – Две выпущенные из того револьвера пули должны что-то означать.

Подобрав ключ к замку, Мейсон открыл дверь квартиры и вошел внутрь.

Найдя на стене выключатель, Мейсон включил свет.

Это была трехкомнатная квартира. Дверь из гостиной вела в спальню, а другая, которая была открыта, – в маленькую кухню. Обстановка в квартире была гораздо лучше по сравнению с теми, которые сдаются в Неваде для временного проживания в целях получения развода[1]1
  По законам штата Невада человек, проживший на территории штата шесть недель, получает юридическое право на автоматический бракоразводный процесс.


[Закрыть]
. Хотя, несомненно, квартира была меблированной.

– Что ж, – заметил Мейсон, – никаких признаков жизни не видно. Очень мало вещей, которые говорили бы о личности проживающего здесь человека. Только несколько книг и обычный набор журналов на столе, пепельница с двумя сигаретными окурками, стакан… Что это?

– Где? – откликнулась Делла на звук голоса Мейсона.

– Смотри, кубики льда, – указал Мейсон на стол.

– Господи! – воскликнула Делла. – Здесь кто-то есть!

В это время открылась дверь ванной комнаты, и вышла женщина с купальной шапочкой на голове и широким полотенцем, обернутым вокруг тела. Она возмущенно посмотрела на незваных гостей.

– Продолжайте, – сказала она. – Будьте как дома. Не обращайте на меня внимания.

– Прошу прощения, – сказал Мейсон, – но я даже не представлял, что вы дома. Я стучал в дверь и звонил. Я звонил вам сегодня по телефону, но никто не отвечал.

– Весь день я была в Лос-Анджелесе, – ответила она. – Скажите мне, пожалуйста, кто вы такие, как вы попали сюда и что вы хотите. Иначе я буду вынуждена звонить в полицию.

– Меня зовут Перри Мейсон. Я адвокат из Лос-Анджелеса. Почему вы не вернулись в мой офис?

Не вернулась в ваш офис? – удивленно переспросила она.

– Да.

– Я никогда в жизни не была в вашем офисе, – сказала женщина, – и я не знаю, что вы адвокат. Кто с вами?

– Мисс Делла Стрит, моя секретарша, – сказал Мейсон.

– Как вы сюда попали?

– Мы использовали ваш ключ, – сказал Мейсон.

– Что вы имеете в виду под словами мой ключ?

– То, что я сказал. Вы оставили ключ в моем кабинете вместе с некоторыми другими вещами.

– Если вы немедленно не покинете мою квартиру, – заявила женщина, – то я звоню в полицию…

Неожиданно она повернулась и быстро прошла в спальню, оставив дверь открытой. Мейсон видел, как она резко выдвинула ящик тумбочки, просунула внутрь руку, что-то поискала там, затем повернулась к двери с выражением крайнего изумления на лице. В смятении она схватила трубку телефона, стоявшего около постели.

– Думаю, что мне лучше позвонить в полицию, – сказала она.

– Одну минутку, – остановил ее Мейсон. – Вы уверены, что нужно звонить в полицию?

– Почему нет?

– Вы оставили свою сумочку в моем офисе, – сказал Мейсон. – А в сумочке находились некоторые интересные вещи.

Моя сумочка оказалась в вашем офисе?

– Да. Разве вы не потеряли ее?

Она опустила руку и положила трубку телефона на место.

– Хорошо, – сказала она, – в таком случае расскажите мне все.

– Я думаю, – сказал Мейсон, – что лучше будет начать вам, миссис Хастингс. Могу заверить вас, что я нахожусь здесь лишь из желания помочь вам. Я начал испытывать большое беспокойство, когда вы не вернулись в мой офис и была обнаружена ваша сумочка, ваш кошелек, ключи, водительские права… и… и другие вещи.

– Какие другие вещи?

Мейсон показал на выдвинутый ящик тумбочки в спальне:

– То, что вы сейчас искали. Должен сделать вам комплимент по поводу ваших актерских способностей. Надеюсь, что вы сможете держать себя так же и перед судом присяжных.

Она задумчиво посмотрела на Мейсона и спросила:

– Мистер Мейсон, если вы действительно Перри Мейсон, моя сумочка у вас?

Мейсон кивнул.

– Как она у вас оказалась?

– Сегодня во время обеда вы пришли в офис и, оставив ее там, ушли.

– Я никогда не была в вашем офисе. Я слышала имя Перри Мейсона. Некоторое время я с мужем жила в Лос-Анджелесе и иногда видела ваше имя в газетах, но в вашем офисе я никогда не была.

– А ваша сумочка? – спросил Мейсон.

– Ее украли вчера в Лос-Анджелесе из моей машины. Мне понадобились сигареты. Я припарковала автомобиль перед магазином, взяла из кошелька доллар и быстро побежала купить сигареты. Когда я вернулась, сумочки уже не было, хотя я обнаружила это чуть позже.

– Ну, ладно, – сказал Мейсон. – Если бы вы сообщили обо всем полиции, присяжные, возможно, и поверили бы вашему рассказу.

– Почему вы все время говорите о присяжных? Почему они должны поверить моему рассказу? Зачем мне выдумывать все это?

– Я понимаю так, что вы не сообщали в полицию?

– Нет, хотя я не понимаю, почему это должно вас интересовать.

– Почему вы не сообщили в полицию?

– Потому, – сказала она, – что, во-первых, о пропаже сумочки я узнала только тогда, когда пришла в мой дом в Лос-Анджелесе. Я стала искать ключи и поняла, что сумочка исчезла. Я хотела вовремя прийти на встречу со своим мужем. Я боялась, что опоздаю, а он очень пунктуальный человек. Я торопилась, поэтому не положила сигареты в сумочку, а просто бросила их на сиденье. Сумочка, очевидно, исчезла как раз в это время, но я обнаружила это, лишь когда стала искать ключи.

– Почему вы и тогда не сообщили в полицию? – спросил Мейсон.

– Муж сказал, что это будет бесполезной тратой времени. Кроме того, он не хотел, чтобы стало известно, что ту ночь я провела в нашем доме. Мы живем раздельно и…

– Ваше нежелание информировать полицию вызвано еще и тем, – сказал Мейсон, – что в сумочке находилось еще кое-что, что вы как раз и искали в ящике тумбочки.

– Револьвер? – спросила она.

– Да.

– Револьвера не было в сумочке, – уверенно сказала хозяйка квартиры. – Насколько я знаю, он находился вон в том ящике прикроватной тумбочки. Очевидно, кто-то взял его оттуда, наверное, тот же человек, который украл мою сумочку, поскольку ключи от этой квартиры находились в ней. А сейчас с этими ключами появились вы. Может быть, следует проверить ваш рассказ, мистер Мейсон?

– Вы не брали револьвер с собой в Лос-Анджелес?

– Разумеется, нет. В Лос-Анджелес я поехала на встречу с мужем. Вернулась сегодня, примерно двадцать минут назад. Выкурила сигарету, немного выпила и принимала душ, когда услышала голоса. Мистер Мейсон, если моя сумочка у вас, потрудитесь вернуть ее мне.

– У меня есть к вам несколько вопросов, – сказал Мейсон.

– У вас нет права задавать мне вопросы и выслушивать ответы на них, так же как получать ключ от моей квартиры и незаконно врываться в нее.

– Вы выехали в Лос-Анджелес вчера? – спросил Мейсон, не обратив внимания на ее слова.

– Да.

– И встречались там со своим мужем?

– Да, я уже сказала вам.

– Какие вопросы вы хотели обсудить с ним?

– Это не ваше дело.

– Раздел собственности?

– Я уже сказала, что это не ваше дело.

– Вы договорились с ним?

– Повторяю – это не ваше дело, мистер Мейсон.

– Где вы провели ночь?

– Для вашего сведения, я провела ее дома, но это тоже вас не касается.

– Послушайте, миссис Хастингс, – сказал Мейсон. – Если вы говорите неправду, а это, очевидно, так и есть, вам, вероятно, представляется, что вы выдумали что-то совершенно оригинальное. Хочу предупредить вас, что из этого у вас ничего не получится. Полиция умна и действует основательно.

– Я сама позабочусь о своих делах, мистер Мейсон. Вы думайте о своих.

– В сумочке, которую вы сегодня после обеда оставили в моем офисе, – сказал Мейсон, – лежали ваши водительские права, кошелек со значительной суммой денег, ключи и револьвер. К вашему сведению, из него незадолго до этого было сделано два выстрела.

– Что? – воскликнула она с расширившимися от ужаса глазами.

– Вы играете, как очень хорошая актриса, – сказал Мейсон. – Временами я начинаю верить вам, но неизвестно, поверят ли вам присяжные.

Аделла Хастингс подошла к креслу и опустилась в него, словно ноги отказали ей.

– Не хотите ли… не присядете ли вы, – сказала она.

Мейсон кивнул Делле Стрит. Они сели в кресла.

– Мистер Мейсон, – произнесла Аделла Хастингс, – вы незаконно вошли в мою квартиру по непонятным пока для меня причинам. Вы, как опытный адвокат, поставили меня в позицию обороняющегося лица, задавали вопросы и утверждали, что мои ответы не соответствуют истине. Теперь я хотела бы послушать вас.

– То, что я буду говорить, – сказал Мейсон, – могут подтвердить моя секретарша и еще одна моя сотрудница. Последняя сказала, что вы пришли в мой офис примерно в двенадцать часов двадцать минут, когда я и мисс Стрит ушли на обед. Вы сказали, что должны на несколько минут выйти из офиса, однако больше туда не вернулись. Позже мы обнаружили в кресле, в котором вы сидели, вашу сумочку. Естественно, в то время мы не знали, что она ваша. Я взял ее в свой кабинет, и мы с Деллой Стрит просмотрели ее содержимое.

– Открывали ли вы кошелек? – спросила миссис Хастингс.

– Да.

– И что вы нашли в нем?

– Деньги.

– Сколько?

Мейсон кивнул Делле Стрит, она посмотрела в свой блокнот и сказала:

– Три тысячи сто семнадцать долларов и сорок три цента.

– И в сумочке был револьвер?

– Да.

– Вы сказали, что из него дважды стреляли?

– Да.

– Где он сейчас?

– В ящике моего стола.

– А где моя сумочка с деньгами и документами?

– У меня с собой.

– Можете вы как-нибудь доказать, что вы Перри Мейсон?

– Разумеется, – ответил адвокат. Он достал из кармана бумажник, показал водительские права и кредитные карточки.

– Ладно, – решилась она. – Я поверю вашему рассказу. Где моя сумочка?

– В моем портфеле, – ответил Мейсон.

– Могу я наконец получить ее?

– Да, если вы убедите меня, что вы Аделла Хастингс, или миссис Гейрвин С. Хастингс.

– Но как я могу убедить вас, если все доказательства в моей сумочке, а она у вас?

– Но я не могу передать сумочку незнакомому человеку, – сказал Мейсон.

– Если у вас моя сумочка, – после некоторого раздумья сказала Аделла Хастингс, – то там, в бумажнике, есть мои водительские права.

– Да, есть – кивнул Мейсон.

– В калифорнийских водительских правах есть отпечаток моего большого пальца и моя фотография.

– Фотография меня не удовлетворит, – сказал Мейсон.

– Но отпечаток большого пальца должен вас убедить.

Она подошла к письменному столу, достала из ящика пузырек с чернилами, налила немного чернил на промокательную бумагу, прижала большой палец сначала к промокашке, а затем к чистому листу на столе.

– Кажется, отпечаток достаточно четок, – сказала она. – Вы можете сравнить его с тем, что на правах.

– У вас случайно нет увеличительного стекла? – спросил Мейсон.

– Нет. Хотя… подождите минутку.

Она открыла другой ящик письменного стола, поискала там и достала увеличительное стекло.

Мейсон открыл свой портфель, достал бумажник с карточками, вынул калифорнийское водительское удостоверение и внимательно сличил отпечатки пальца на листе бумаги и на правах. Удостоверившись, он достал сумочку из портфеля и передал ее миссис Хастингс.

– Тут все, кроме револьвера, – сказал адвокат. – Он у меня в столе.

– Почему?

– Он может стать уликой.

– Уликой чего?

– Убийства.

Она молча смотрела на Мейсона с ужасом в глазах.

– Откуда у вас револьвер? – спросил Мейсон.

– Его дал мне муж.

– Где он его взял?

– Купил.

– Почему он дал его вам?

– Потому что мне приходится ездить по ночам.

– Что случилось прошлой ночью?

– Мы с мужем достигли договоренности.

– О разделе имущества?

– Да.

– Вы знаете адвоката по фамилии Бэннер? – спросил Мейсон.

– Хантли Л. Бэннера? – спросила она с презрением в голосе.

– Да. Кто он?

– Это адвокат моего мужа. Я думаю, что именно из-за него и распадается наш брак.

– Вы сказали распадается?

– Как, по-вашему, что я здесь делаю? – спросила она, делая жест рукой, показывая на обстановку в квартире. – Подтверждаю свое проживание в этом штате.

– Чтобы получить развод?

– Да.

– По взаимному согласию?

– Разумеется. Все расходы оплачивает мой муж.

– Сегодня днем я разговаривал с мистером Бэннером, – сообщил Мейсон.

– И почему вы решили встретиться с ним?

– Он сам связался со мной, – сказал Мейсон. – Он заявил, что вы позвонили к нему в офис и сообщили, что собираетесь поручить мне вести ваше дело о разделе имущества.

– Но почему он это сказал? – удивилась Аделла Хастингс. – Я не звонила ему, и у меня не было необходимости нанимать адвоката. Мы с мужем без труда достигли соглашения. Мы встречались, чтобы договориться о некоторых вопросах в связи с нефтеносными участками.

– Мистер Бэннер сказал мне, что он уполномочен вести переговоры в связи с разделом имущества.

– Я не понимаю, – пожала плечами Аделла Хастингс.

– Не понимаете чего?

– Почему Гейрвин не позвонил Хантли Бэннеру и не сказал ему, что все улажено. Когда Бэннер звонил вам?

– Примерно около двух часов дня, может быть, чуть позже. Я не обратил внимания на время.

– Но ведь Гейрвин собирался утром позвонить ему…

– Это было сегодня утром?

– Да.

– По всей видимости, – сказал Мейсон, – ваш муж не сделал этого. Почему он не позвонил, как вы думаете?

– Не знаю. Он сказал, что позвонит. И я знаю, что он сдержал бы свое слово.

– Вероятно, – сказал Мейсон, – он все-таки не звонил.

– Я не могу этого понять. Это так не похоже на него. Он…

Мейсон показал на телефон.

– Почему бы вам не позвонить мужу, – посоветовал адвокат, – и не спросить, в чем дело.

– Да, – согласилась Аделла Хастингс, – это хорошая мысль. – Она подошла к телефону, набрала номер междугородной связи и сказала: – Я хочу заказать разговор с Гейрвином С. Хастингсом из Лос-Анджелеса. Он оплатит счет. Это личный разговор. Говорит миссис Хастингс. – Она сообщила оператору номер своего телефона и номер телефона в Лос-Анджелесе и села в кресло, ожидая ответа, не отводя трубку от уха.

– Вы всегда заказываете разговор за счет того, кому вы звоните? – спросил Мейсон.

– Только мужу, – ответила она. – Он сам просил. В этом случае он знает, что звоню я и откуда звоню. Ему не нравится, когда кто-то звонит ему по телефону, и он не знает, кто именно.

– Разве у него нет секретаря для решения подобных вопросов? – удивился Мейсон.

– Разумеется, но не дома и не вечером. Он… – Она не договорила, а сказала в трубку: – Вы уверены? Нет, я думаю, все в порядке. Аннулируйте, пожалуйста, заказ. – Положив трубку на место, она посмотрела на Мейсона и сказала: – Я ничего не понимаю. Оператор междугородной связи утверждает, что там включен автоответчик. Можно передать сообщение, которое будет записано на пленку, и когда придет хозяин, он сможет прослушать запись.

– Я пытался звонить по этому телефону, – сказал Мейсон, – и получил такой же ответ.

– Вы звонили?

– Да.

– Когда?

– Днем, когда мы проверили содержание вашей сумочки.

– Ничего не понимаю, – повторила Аделла Хастингс. – Не понимаю, почему Гейрвин не позвонил Бэннеру и не рассказал ему о нашем соглашении?

– Он должен был сделать это сегодня утром?

– Да.

– Вас утром дома не было?

– Нет. У меня были другие дела.

– Какие?

– Не думаю, что об этом следует рассказывать вам, мистер Мейсон.

– Ладно, – сказал адвокат. – Попробуем с другой стороны. Вы были с мужем прошлую ночь?

– Да.

– Вы достигли с ним соглашения?

– Да.

– Он должен был позвонить своему адвокату Хантли Бэннеру и сказать ему, чтобы он подготовил для подписания некоторые документы. Он должен был сделать это рано утром?

– Да.

– Бэннеру ваш муж не звонил, – сказал Мейсон. – Вчера у вас украли сумочку, которую сегодня днем оставили в приемной моего офиса. В сумочке был револьвер тридцать восьмого калибра. Во время обеда ко мне в офис пришла женщина в больших темных очках, что сделало почти невозможным опознать ее, и сообщила, что ее зовут миссис Хастингс, что она пришла по важному делу, что она в опасности и ищет моей защиты. Через несколько минут она сказала, что должна ненадолго выйти. Обратно она не вернулась. Вашу сумочку она оставила у меня в офисе. В той сумочке был ваш револьвер. Из револьвера было сделано два выстрела. Ваш муж сегодня не сделал того, что должен был сделать. На звонки он не отвечает. Теперь представьте, миссис Хастингс, что какая-то женщина украла вашу сумочку и вскоре после вашего ухода из дома пришла к вашему мужу, дважды выстрелила в него и ваш муж сейчас мертв. Представляете, в каком положении вы оказываетесь?

Она побледнела, затем в ее глазах появилось подозрение.

– Одну минутку, – сказала миссис Хастингс. – Вы ведете со мной игру?

– Какую еще игру? – поморщился Мейсон.

– Вы представляете клиента, который украл мою сумочку, и сейчас вы пытаетесь сделать из меня козла отпущения?

– Мой мистический клиент украл сумочку до того, как вы виделись с мужем? – спросил Мейсон.

– Да, именно тогда он и украл ее.

– Вы сообщили мужу, что сумочку украли?

– Естественно.

– Вы были одни с ним прошлой ночью?

– Да.

– У вас не было денег?

– Когда я приехала к нему, денег у меня не было, – сказала она. – Мой муж дал мне пятьсот долларов на первое время. Я купила новую сумочку и кошелек.

– Вы управляли автомашиной без водительских прав?

– Да.

– Вы не подали заявления о том, что права у вас украли?

– Нет. Я собиралась сделать это завтра утром. Хотела сообщить в полицию, что у меня украли сумочку.

– Собирались ли вы говорить полиции, что в сумочке был револьвер?

– Нет, конечно. Я не имела представления, что револьвер находится в сумочке.

– Я прибыл сюда чартерным рейсом, – сказал Мейсон, – и собираюсь сегодня же вернуться в Лос-Анджелес. Я боялся, что вы находитесь в беде. Сейчас я предлагаю вам лететь вместе со мной, чтобы вы могли пойти в свой дом и все выяснить. Есть ли у вашего мужа секретарь, который приходит в дом в дневное время?

– Нет, если он не вызывает его специально. У мужа свой офис, и большую часть работы он выполняет там.

– Назначены ли у него встречи на сегодня?

– Я не знаю.

– Можете ли вы узнать, принимал ли он сегодня кого-нибудь?

– Я могу позвонить Симли Бейсону, – ответила она.

– Кто это?

– Руководитель аппарата офиса моего мужа. Он очень близок к Гейрвину.

<< 1 2 3 >>