Эрл Стенли Гарднер
Дело о позолоченной лилии

Глава 3

Стюарт Бедфорд испытывал чувство ярости, пересчитывая двести чеков по сто долларов каждый. Банкир пытался поддержать разговор, но у него ничего не вышло.

– Собираетесь совершить приятное путешествие, мистер Бедфорд?

– Нет.

– Нет?

– Нет. – Бедфорд в суровом молчании подписывал чеки, потом, понимая, что его поведение вызывает любопытство, добавил: – Я хочу взять резервную сумму, чтобы иметь возможность расплатиться в любую минуту.

– О, я понимаю, – отозвался банкир и больше ничего не спрашивал.

Бедфорд взял чеки и покинул банк. Черт возьми, почему они не могут взять наличными, десятками и двадцатками, как это случается в кино, когда платят выкуп? Ну и шантажисты пошли!

Он прошел в свой личный кабинет и застал там Эльзу Гриффин, ожидавшую его.

Такой поступок секретаря удивил хозяина кабинета, и он вопросительно поднял брови.

– Вас ждут мистер Денхем и девушка, – сказала Эльза.

– Девушка?

Она подтвердила.

– Что за девушка?

– Почти ребенок.

– Маленькая?

– Трудно сказать.

– Опишите ее.

– Блондинка, прекрасная фигура, красивые ноги, отличные формы, большие прозрачные глаза, бессмысленный взгляд, пахнет духами, и все.

– Что – все?

– Такая она есть.

– Впусти их, – распорядился Бедфорд. – Внутреннюю связь я оставил включенной, можешь слушать.

– Вы хотите… чтобы я сделала что-нибудь?

– Мы не можем ничего сделать, остается лишь отдать им деньги.

Было хорошо слышно, как Эльза пригласила посетителей пройти в кабинет, и сразу же вошел Бинни Денхем с блондинкой.

– Доброе утро, мистер Бедфорд, доброе утро. Я хочу представить вам Геральдину Коринг.

Блондинка посмотрела на него своими большими глазами и сказала гортанным завораживающим голосом:

– Для краткости – Гарри.

– Дело в том, – сказал Денхем, – что вы выйдете с Гарри.

– Что вы имеете в виду?

– Вы поедете с нами, – вежливо ответил Денхем.

– Послушайте, – сердито заговорил Бедфорд. – Я готов… – Странный взгляд Денхема заставил его замолчать.

– Так приказал Дельберт, – сказал Денхем. – Он все обдумал, мистер Бедфорд. У меня было много неприятностей с Дельбертом… очень много. Не думаю, что я сумею все объяснить ему…

– Хорошо, – сердито прервал Бедфорд. – Давайте перейдем к делу.

– Чеки у вас?

– Чеки в моем портфеле.

– Это прекрасно! Это просто великолепно! Я сказал Дельберту, что мы можем рассчитывать на вас. Но он испугался, а когда мужчина боится, он поступает неблагоразумно. Вам не кажется, что это так, мистер Бедфорд?

– Я не знаю, – мрачно отозвался Бедфорд.

– Хорошо. Вы не знаете. Простите, что задал вам этот вопрос. Я говорил с Дельбертом. Он странное создание, и вы тоже убедитесь в этом.

Гарри улыбнулась Бедфорду, он сказал:

– Я готов, мы можем начать. – А затем спросил: – Куда мы пойдем?

– Гарри скажет вам. Я спущусь вместе с вами в лифте, мистер Бедфорд, если вы не возражаете, а потом я оставлю вас вдвоем. Я уверен, что так будет лучше. – Заметив нерешительность Бедфорда, Денхем извиняющимся тоном продолжал: – Конечно, мне очень жаль, что приходится действовать таким образом. Я знаю, для вас это затруднительно, но имейте в виду, я был против этого, мистер Бедфорд. Я уверен в вашем твердом слове, на вас можно положиться, но Дельберт другой человек, и вам этого не понять, поскольку не приходилось иметь с ним дело.

Он ужасно подозрителен. Боится. Он знает, что вы умный бизнесмен и связаны с людьми, которые могут доставить ему неприятности. Дельберт хотел продать все в журнал. Он говорит, это вполне законно и никто не сможет…

– О, ради бога! – взорвался Бедфорд. – Прекратите эту комедию. Я готов платить. У меня есть деньги. Вам нужны деньги? Действуйте!

Гарри подошла к нему, фамильярно взяла его за руку и, обращаясь к Денхему, сказала:

– Ты слышал, что он сказал? Он готов идти!

Бедфорд направился к двери, ведущей в контору.

– Не спеши, – с извиняющейся улыбкой подсказал Денхем. – Мы бы хотели выйти отсюда прямо к лифту.

– Мне надо сообщить секретарю о своем уходе, – сказал Бедфорд.

Издав какой-то неопределенный звук, Денхем заглянул в глаза Бедфорду.

– Извините, сэр. Дельберт очень настаивал…

– Но послушайте… – начал Бедфорд и остановился.

– Лучше всего выполнять то, чего хочет Дельберт.

Бедфорд пропустил вперед Геральдину Коринг и пошел за ней, последним вышел Денхем. Они втроем дошли до лифта и спустились вниз.

– Сюда, – показал рукой Бинни, направляясь к новой желтой машине, стоявшей у тротуара перед зданием.

– Как вы относитесь к шоферам-женщинам? – спросила Геральдина.

– А вы хорошо водите машину?

– Неплохо.

– Я сам поведу.

– О’кей.

– А Денхем?

– О, Бинни не поедет. У него своя дорога.

Усаживаясь за руль, Бедфорд отметил про себя, что блондинка очень мила: красивые глаза, ноги, одежда. И в то же время его не покидало чувство опасности, исходящее от девушки.

– Пока, Бинни, – помахала она рукой.

– Желаю приятного путешествия. – Человечек наклонился к окошку машины и делано улыбнулся.

– Куда ехать? – спросил Бедфорд.

– Пока прямо, – ответила блондинка.

В это мгновение Бедфорд увидел на улице знакомую фигуру Эльзы Гриффин. Прослушав благодаря внутренней связи весь разговор, она заранее вышла на улицу. Он успел заметить у нее в руках блокнот и карандаш: понятно, она записала номер машины. Бедфорд долго молчал, избегая смотреть в сторону Гарри.

– Послушайте, – обратился наконец к своей попутчице Бедфорд, – я хочу знать, куда мы едем.

– Уж не боитесь ли вы меня?

– Я хочу знать, куда мы едем.

– Вам же сказали, что ничего страшного с вами не случится.

– Я не привык действовать вслепую.

– Тогда возвращайтесь в контору и забудьте обо всем.

Эти слова заставили Бедфорда задуматься, между тем он гнал машину вперед. Гарри свободно откинулась на спинку сиденья и вытянула ноги, обнажив колени.

– Стюарт, – обратилась она ласково, – мы можем с вами неплохо провести время.

Не услышав ответа, она усмехнулась:

– Мне нравятся общительные люди.

Бедфорд упорно молчал.

– О’кей, хотите быть мрачным – пожалуйста. На следующем перекрестке сверните налево.

Словно заведенная игрушка, он свернул налево.

– Здесь направо, и поезжайте к северу.

Бедфорд, послушно выполняя ее указания, взглянул на указатель горючего. Бак полон. Машина явно подготовлена к длительной поездке.

– Снова направо.

Выполняя поворот, он заметил, что она осторожно оглядывается. Он посмотрел в зеркало: за ними следовала единственная машина.

– Направо, – сказала Гарри.

Только теперь Бедфорд разглядел шофера другой машины: это был Бинни Денхем. По указаниям Гарри он выполнил еще несколько разных поворотов, понимая, что она пытается запутать его. Сзади по-прежнему следовала единственная машина, но наконец, убедившись в отсутствии слежки, она исчезла.

– Теперь прямо вперед, – отреагировала на это Гарри. – Я скажу, когда надо будет остановиться.

Они ехали по дороге на Уилшир. Наконец, следуя указаниям, он снова повернул на север.

– Сбавьте скорость, – попросила Гарри.

Когда машина покатила на малой скорости, она тем же тоном уточнила:

– Теперь до ближайшего мотеля. Это недалеко.

В этот момент они проехали мотель, но он был такой невзрачный, что Бедфорд даже не заметил его и продолжал ехать дальше. Примерно через полмили снова показался мотель. Он назывался «Стейлонгер».

– Здесь? – спросил Бедфорд.

– Я полагаю, да. Сверните сюда. Мы заедем в мотель и подождем.

– Как мне зарегистрироваться? – поинтересовался Бедфорд.

Всем своим видом Гарри показала, что исполняет исключительно свою роль, а больше ничего не знает.

– Подождем немного. Бинни думает, что в компании со мной вы будете меньше нервничать…

– Послушайте… – Бедфорд в упор посмотрел на нее. – Я женатый человек. И этим все сказано.

– Не бойтесь. Мы здесь просто подождем. Нет никаких ловушек.

Бедфорд вошел в мотель. Управляющий улыбнулся ему, показывая золотые зубы. Бедфорд написал имя: «С.Д. Уилфред» – и назвал адрес в Сан-Диего. Хотя вопросов ему не задавали, сам не зная зачем, Бедфорд стал торопливо рассказывать только что придуманную версию.

– Мы собираемся встретиться с друзьями, которые едут из Сан-Диего. Мы приехали сюда раньше всех. У вас есть двойной номер?

– Конечно, – ответил управляющий. – Фактически у нас есть все, что вы захотите.

– Мне нужен двойной номер.

– Если вы запишете на себя двойной номер сейчас, вам придется заплатить за оба номера. Если возьмете одиночный, я зарезервирую второй номер до шести часов, пока приедут ваши друзья и сами заплатят.

– Нет, я заплачу за все, – ответил Бедфорд.

– Двадцать восемь долларов.

Бедфорд начал было протестовать из-за цены, но, взглянув на блондинку в машине, решил смириться. Он выложил двадцать восемь долларов и получил два ключа.

– Ваши номера, пятнадцатый и шестнадцатый, находятся в конце, они с двойным гаражом между ними, – разъяснил управляющий.

Бедфорд поблагодарил его и вернулся к машине. Подъехав к гаражу, он спросил:

– Что теперь?

– Полагаю, надо ждать.

Тогда Бедфорд отпер один из номеров и распахнул дверь, приглашая Гарри войти. Внутри было прекрасно – двойная постель, маленькая кухня, холодильник. Во второй половине номера за дверью – туалеты и душ.

– Ждем компанию? – весело спросила Гарри.

– Это ваша комната, а эта моя, – не принял ее настроения Бедфорд.

Недовольная сухостью Бедфорда, девушка укоризненно посмотрела на него и приступила к делу:

– Получили чеки для путешествий?

После утвердительного ответа она указала на стол:

– Лучше начните подписывать их.

Бедфорд открыл портфель и потянулся рукой за чеками, но тут же увидел пистолет, о котором совсем забыл. Торопливо переместив портфель, чтобы Гарри не могла что-либо увидеть, достал пачку счетов и начал подписывать их.

Гарри, ничуть не стесняясь его, сняла жакет, оценивающе взглянула на себя в зеркало, поправила чулки.

– Я немного освежусь, – сказала она Бедфорду и ушла в соседний номер.

Послышался звук льющейся воды, потом хлопнула дверь… С нарастающим подозрением Бедфорд отложил ручку, подошел к двери и после некоторого раздумья вошел в другую комнату.

Гарри стояла в лифчике и трусиках, со спущенными чулками перед открытым чемоданом. Она мгновенно обернулась и удивленно посмотрела на него.

– Вы так быстро все подписали? – спросила она.

– Нет, – сердито ответил Бедфорд. – Я слышал, как… Подумал, что вы смылись.

– Я взяла свой чемодан из багажника, – не без иронии сказала она. – Я вас не брошу. Лучше идите и подписывайте. Им нужны чеки.

Ее поведение в такой необычной ситуации было настолько естественным, что Бедфорд, не отрывая взгляда от прекрасной фигуры, только вздохнул. Одумавшись, он вернулся в соседний номер к нудной работе. Второй раз за день ему предстояло двести раз написать свою фамилию. Закончив, он подошел к двери в соседний номер.

– Можно войти? – спросил он.

– О, не скромничайте, входите, – кокетничала Гарри.

Он вошел в комнату и увидел совершенно другую девушку. На ней была узкая габардиновая юбка, подчеркивающая линию бедер, мягкий розовый свитер, обтягивающий грудь, и широкий пояс, стягивающий тонкую талию.

– Готово? – спросила она.

Бедфорд, не отрывая от нее взгляда, протянул чеки. Она взяла их, внимательно осмотрела каждый чек и взглянула на часы.

– Я выйду на минуту к машине, – сказала она. – Вы оставайтесь здесь.

Не успела она закрыть за собой дверь, как Бедфорд достал записную книжку, нацарапал номер телефона Эльзы Гриффин и сделал приписку:

«Позвоните по этому номеру и скажите, что я в отеле „Стейлонгер“».

Не суетясь, деловито достал из бумажника двадцатидолларовую бумажку, вырвал листок с записью и, свернув его вместе с двадцатидолларовой купюрой, сунул в жилетный карман. Затем подошел к чемодану и стал разглядывать содержимое, стараясь запомнить все до мелочей.

Безусловно, чемодан и сумка совершенно новые. На коже он заметил тиснение золотыми буквами: «Г.К.». Других меток не было. Услышав ее шаги, он отошел в сторону.

– Я принесла бутылку, – объявила девушка. – Как насчет стаканчика виски?

– Для меня слишком рано.

Его слова ничуть не смутили ее, она с явным удовольствием закурила сигарету и села на постель.

– Нам придется подождать, – сказала она, не дожидаясь его вопроса.

– Чего?

– Чтобы убедиться, что все о’кей. Вам некуда идти, и мы останемся здесь.

– Когда я могу заняться своими делами?

– Когда выяснится, что все действительно чисто. Не будьте таким нетерпеливым.

От безысходности и полной неизвестности Бедфорд вернулся в соседнюю комнату и устроился в кресле. Минута тянулась за минутой, и казалось, время остановилось. Наконец он встал и вернулся к Гарри, которая, отдыхая, развалилась в кресле, закинув ноги на стул. У нее были очень привлекательные ножки.

– Я не могу сидеть здесь весь день и ничего не делать, – сердито запротестовал он.

– Вы хотите работать?

– Конечно, я хочу работать. Иначе я не добился бы успеха. Но, помимо всего, есть вещи, о которых я не могу вам сказать.

– Отчего же? Почему бы не проявить гуманизм? Мы пробудем здесь долго. Вы играете в карты?

– Немного.

– Как насчет выпивки?

– О’кей. А во что будем играть?

– Во что хотите.

– А ставки?

– Любые.

В столь необычной ситуации Бедфорд поколебался и предложил цент за ставку. И ровно через час он проиграл двадцать семь долларов.

– Черт возьми, мне надоело быть болваном! Когда я уйду отсюда?

– Днем. После закрытия банков.

– Это слишком долго.

– Бросьте, – отмахнулась Гарри. – Не надо волноваться. Вы должны быть терпеливы, как и я. Я ведь скучаю не меньше вашего. Конечно, вы расстались с кучей денег. Вам лучше расслабиться: снимите пиджак, ботинки. Хотите выпить? – Она подошла к холодильнику и достала из морозильника кубики льда.

– О’кей, что у вас есть?

– Шотландское виски и вода.

– Виски, – сказал он.

– Так-то лучше. – В ее голосе появились нежные нотки. – Вы можете мне понравиться, если улыбнетесь. Многие мужчины были бы рады провести со мной время. Вы знаете забавные истории?

– Сейчас они не кажутся мне забавными.

Она откупорила бутылку виски. Они выпили, и неожиданно для себя Бедфорд решился поиграть с ней.

– Вы знаете, – сказал он, – у вас красивая фигура.

– Я заметила, вы любовались мной.

– Я вижу, вы не очень… заботитесь… о своем костюме.

– Я не понимаю.

– Чем вы занимаетесь? – спросил Бедфорд. – Я имею в виду, на что живете?

– В основном, – она улыбнулась, – я следую инструкциям.

– Кто дает эти инструкции?

– Это зависит от обстоятельств.

– Вы знаете человека по имени Дельберт?

– Только по имени.

– Что он за человек?

– Я знаю о нем только то, что говорит Бинни. Полагаю, он сумасброд… но хитрый. Он нервный, знаете ли, раздражительный какой-то.

– А Бинни вы знаете?

– О да.

– А что он?

– Он прекрасный парень, но слишком мягкий.

– А чем вы занимались раньше?

– Была соответчицей.

– Профессиональной?

– Да. Ходила с мужчиной в отель, раздевалась и ждала, когда нас накроют…

– Не знал, что такое бывает и в наши дни.

– Это в другом штате.

– А где?

– Там… – Она неопределенно махнула рукой.

– Вы не очень разговорчивы.

– А почему бы не поговорить о вас? – Геральдина явно хотела перевести разговор на него. – Расскажите мне о своем бизнесе.

– Это довольно смешно, – объяснил он.

Она подтянула под себя ноги и сладко зевнула.

– А вы нерешительны.

– Я женат.

– Тогда давайте снова сыграем в карты.

Какое-то время они играли в карты, а потом Гарри решила, что ей хочется спать. Она стала раздеваться, а Бедфорд направился к себе.

– Это не очень здорово, – возразила Гарри. – Я должна убедиться, что вы не сбежите.

– Вы собираетесь запереть дверь?

– Она заперта.

– Заперта?

– Конечно, – равнодушно сказала она. – У меня есть ключи. Я заперла ее, когда ходила к машине. Уж не думаете ли вы, что я дура?

– Я не уверен.

– А вы вздремните!

– Не сейчас.

– О’кей, придется забавлять вас. Карты или виски?

– У вас есть журнал?

– У вас есть я. Они не думали, что вам понадобится еще что-то. Не рассчитывали на это, – засмеялась она.

Бедфорд ушел в свою комнату и сел. Сказывалось напряжение последних часов, его стало клонить в сон, и он лег на постель. Проснулся от запаха духов. Полуодетая девушка стояла рядом и держала в руке листок бумаги.

– Что это? – спросил он.

– Записка, – ответила она. – Нам придется здесь задержаться.

– Надолго?

– Они не пишут.

– Нам надо поесть, – сказал Бедфорд.

– Мы можем выйти и поесть. Я знаю одно место. Если вы начнете шутить, потеряете деньги, а Дельберт пойдет в журнал. Я предупреждаю вас: вы должны слушаться. Они хотят, чтобы вы были довольны и не волновались. Можете развлекаться со мной.

– Как вы связались с ними? – спросил он.

Она соблазнительно улыбнулась.

– Почтовый голубь. В моем лифчике. Вы не заметили?

– Хорошо. Я вам подчиняюсь. Давайте поедим.

Он удивился, почувствовав легкое волнение, когда она села рядом с ним в машину. Ее полуобнаженные ноги, рука, закинутая ему на плечо, приводили его в смятение.

– Привет, симпатяга! – И она на мгновение прижалась к нему.

– Привет, блондинка! – принимая игру, отозвался он.

– Вот так-то лучше. – Она улыбнулась.

Бедфорд осторожно вел машину в сторону побережья, придерживаясь обочины.

– Я полагаю, ты дьявольски голодна, – сказал он, не замечая, что перешел на «ты».

– Спасибо.

Взгляд сидевшего рядом мужчины заставил ее задуматься, наконец она поняла, о чем он спросил.

– Ты плохо обо мне думаешь, – обиделась Гарри.

– Как ты взялась за эту работу? – резко спросил Бедфорд.

– Это зависит от того, что называть «работой».

Некоторое время они ехали молча. Бедфорд обдумывал возможные объяснения, но они ему не нравились.

– Я полагаю, тебе везет в жизни, – прервала она его мысли. – Раз начав действовать, ты идешь до конца. Ты, наверное, не ожидал, что я стану говорить…

– Я ничего и не ждал от тебя.

– А мог бы, – не отступала от своего Гарри. – За ожидание тебя не арестуют.

В полной задумчивости Бедфорд вел машину вперед, ему явно хотелось узнать о девушке больше.

– Почему ты участвуешь в этом деле? – спросил он.

– Ты и не представляешь себе, как бывает в жизни. А, ерунда, я не хочу рассуждать на пустой желудок.

– Скоро будет местечко, где мы получим чудесную еду, – сказал Бедфорд. Он посмотрел на нее.

– Ты знаешь где? – спросила она.

– Я бывал там.

– Один взгляд на меня, и твоя репутация погибла, да?

– Нет, не это, – неопределенно ответил он. – И ты знаешь, что это не так. Но при данных обстоятельствах и я не хочу оставлять следа. Я не знаю, с кем играю и во что.

– Со мной ты не играешь, – сказала она. – И помни, что я хочу есть. Платишь ты.

В молчании они проехали еще пару миль.

– Попробуй здесь, – подсказала она, указывая на таверну.

Они нашли место в большом зале, который воздушным замком нависал над водой. Воздух был свежим, солнце – теплым, океан – спокойным, и они с удовольствием ели мясо по-французски. После десерта, бренди и бенедиктина Бедфорд расплатился.

– А это вам, – сказал он, всовывая в руку официанта двадцатку с запиской.

Вставая из-за стола, он помог Гарри и торопливо направился к выходу, пока официант не успел развернуть бумажку. Он понимал, что опять рискует с этой купюрой, поскольку уже отдал шантажистам двадцать тысяч, но чувство неясного превосходства над противником успокаивало.

Только позже, на обратном пути, он пожалел о своем поступке: он мог ведь и навредить себе. И чем больше думал о деле, тем больше убеждался, что Дельберт – это плод воображения. Бинни Денхем и эта девушка были «бандой». Возможно ли, что эта соблазнительно-доступная девушка является главарем? Однако он предпочел бы видеть в ней скорее неустроенного человека, оказавшегося под властью Бинни, зловещего типа, который скрывался под маской робкого человечка.

Казалось, долгое молчание объединяло их, было приятным, каким-то теплым.

– Ты оказался хорошим парнем, – неожиданно призналась девушка. – Ведешь себя необычно. В таких случаях другие женатики забывают про семейное положение.

– Спасибо. Когда тебя узнаешь ближе, тоже меняешь мнение к лучшему.

– Ты давно женат?

– Почти два года.

– Счастлив?

– Угу.

– Это дело связано с ней, правда?

– Если тебе все равно, то я бы не хотел говорить о ней.

– О’кей.

– Они дадут тебе знать, что все в порядке?

– Конечно. Обмен двухсот чеков требует времени.

– И ты собираешься держать меня при себе, пока они не обменяют все чеки?

Она задумчиво посмотрела на него.

– Что-то в этом роде.

– Почему не Бинни выполняет эту работу?

– Они думают, что ты плохо относишься к нему.

– Они?

– Я и мой язык. Давай лучше поговорим о политике или сексе, чтобы я могла согласиться с тобой.

– Ты думаешь, что могла бы согласиться со мной в политике?

– Конечно. Я умею широко мыслить. Знаешь что?

– Что?

– Я хочу выпить.

– Мы можем остановиться по дороге, – сказал он.

Она покачала головой.

– Им это может не понравиться. Давай вернемся в мотель. Я не выпущу тебя из виду и сумею попудрить нос. Как ты впутался в это дело?

– Давай не будем говорить об этом, – попросил он.

– О’кей. В это дело мы оба влезли по уши. Они поставили тебе условия, а ты попался. Первый раз трудно сопротивляться. Я знаю, так же было и со мной. Надо было плыть против течения. Лучше всего, когда сразу плывешь против течения. Ждать, пока тебя занесет на скалы…

– Я понимаю тебя. Я бы не смог. Это не дело.

– Неужели ты настолько…

– Возможно, но я выбираю легкий путь.

Они долго молчали.

– Есть один выход, – наконец сказала она.

– Для кого?

– Для нас обоих. Если помнить, каким дьявольски честным может быть порядочный парень.

– Какой выход? – Бедфорд явно заинтересовался.

Она покачала головой и помолчала, нежно прижавшись к нему. Бедфорд словно очнулся. Каким же он был дураком, поверив в силу Денхема и в существование таинственной личности, имя которой Дельберт. Его деньги у них. Теперь они не захотят гласности. Возможно, они играют с ним, чтобы потом снова и снова требовать денег.

Бедфорд понимал, что надо действовать. У него есть револьвер, и он должен придумать план нападения.

За поворотом появился мотель. Навстречу вышел управляющий, видимо, посмотреть, кто приехал, но узнал их и, помахав рукой, ушел.

Бедфорд поставил машину в гараж. А Гарри, у которой были ключи, пошла в номер. Она достала бутылку виски, бросила на стол колоду карт, потом засмеялась и швырнула карты в корзину.

– Попробуем обойтись без них, – объявила она. – Никогда в жизни еще так не скучала. Какой черт придумал эти деньги.

Она подошла к холодильнику, достала кубики льда, бросила их в стакан и, долив виски, стала пить. Затем она прошла на кухню, добавила в стакан немного воды, взяла ложку и стала помешивать лед.

Какое-то время они сидели молча и пили. Первой не выдержала Гарри, она сбросила туфли, оглядела свои красивые ноги, словно видела их впервые, зевнула и сказала:

– Я хочу спать, – и медленно стянула с себя чулки, бросив их на стул. – Ты знаешь, – сказала она, – в жизни девушки бывают моменты, когда она выходит на дорогу и все происходит так легко и естественно, что она не понимает, как прошла через это.

– Что ты имеешь в виду?

– Как тебя зовут… твои друзья? – спросила она.

– Мое имя Стюарт.

– Дурацкое имя. Они зовут тебя Стю?

– Угу.

– Хорошо, я буду звать тебя Стю. Послушай, Стю, ты покажешь мне кое-что?

– Что?

– Докажи мне, что ты не хочешь дрейфовать, можешь плыть против течения, и я или вернусь обратно, или брошусь в воду. Я устала, и мне надоела вся эта жизнь. Расскажи мне о твоей жене.

Бедфорд сел на постель.

– Давай не будем говорить о ней.

– Ты не хочешь разговаривать о ней со мной?

– Не совсем так.

– Я хочу знать, какой должна быть женщина, чтобы ее любили так, как ты.

– Она удивительная женщина, – сказал Бедфорд.

– Черт! Не трать зря времени, это понятно. Я хочу знать, как она относится к жизни… и что Бинни имеет против нее.

– Зачем?

– Если бы я знала, то, возможно, сумела бы ей помочь. – Она непроизвольно зевнула.

Некоторое время они молчали. Бедфорд, уже лежа в постели, думал об Анне Роан. Он чувствовал, что мог бы рассказать о ней девушке, о ее живости, о манерах, разговоре. Но услышал мягкий вздох и, обернувшись, увидел, что девушка спит. Он продолжал искать выход, который оказался бы самым разумным в случившихся обстоятельствах. Однако нервное напряжение настолько истощило его, что глаза закрывались. Он с усилием открыл их. И вдруг с ужасом понял: в питье было примешано снотворное. Надо что-нибудь делать. Он пытался встать с постели, но не хватало сил. Теплое чувство дремоты охватило его.

Кажется, он слышал шум мотора, чьи-то неясные голоса. Сквозь сон угадывался шепот, шелест бумаги. Эти звуки накатывались на него мягкими волнами, но не достигали сознания. Он пытался очнуться, преодолеть силу снотворного, и в этот момент темнота снова поглотила его.

Опять он слышал шум мотора, потом наступила тишина, и он, в который уже раз, пробовал очнуться от летаргии. Казалось, прошла вечность, прежде чем к Бедфорду вернулось сознание. Теперь он понимал, что лежит на чужой постели, судя по всему, в номере. Ага, была еще девушка. Надо открыть глаза. Хватит спать. В его питье подсыпали снотворное. В питье девушки тоже. Видимо, это сделали они. Может быть, она сама? Бутылка виски… Нет! Она прекрасная девушка. Правда, сперва он ненавидел ее. Но после – понравилась. Она не стала бы возражать, если бы он… Напротив, ее тщеславие задето. Потом его мысли перенеслись к жене. Девушка хотела знать о его жене.

Мысль об Анне заставила его открыть глаза. В комнате было сумрачно, лишь через смежную дверь падала неширокая полоска света. Снаружи сплошная темнота. Он начал торопливо подниматься и тут заметил, что к рукаву его пиджака приколота бумажка. Повернув ее к свету, прочел:

«Все в порядке. Можете ехать. С любовью.

Гарри».

Еще плохо соображая, Бедфорд встал и пошел в сторону соседнего номера. Он хотел разбудить Гарри, но передумал: она ведь оставила записку, значит, ее нет. Однако теплая мысль о ее существовании жила в нем, он вспомнил, что видел ее обнаженной, ее необычайно красивая фигура волновала.

Перешагнув порог комнаты, он сразу увидел тело человека, лежавшего на полу, красную лужу на ковре и свет лампы, падающий на пол. Это оказался Бинни Денхем, и он был мертв. Казалось, даже в смерти своей он извинялся, протестовал и просил прощения за то, что испачкал ковер кровью, которая вытекала из его груди.

<< 1 2 3 >>