Эрл Стенли Гарднер
Можно помереть со смеху

Я сказал:

– Я хочу сделать вам комплимент – вы очень наблюдательны. Позвольте сказать вам, что вы могли бы стать первоклассным сыщиком.

– В самом деле? – спросила она, просияв. – Вот это действительно комплимент. Я бы хотела, чтобы его слышал мой муж. Держу пари, что у вас есть огромный опыт в детективном деле, – завистливо сказала она. – Сидя взаперти в своем доме, очень трудно следить за тем, что происходит по соседству.

– Я очень вам сочувствую, – сказал я и пожал ей руку.

Вернувшись к дому Друрри Велса, я позвонил в парадную дверь и тут же услышал:

– Кто это?

– Лэм, – ответил я через закрытую дверь.

– Что надо?

– Фотографию вашей жены. Есть она у вас?

– Нет.

– Ни единой?

– Ни единой.

Я подергал дверь. Она была заперта. Я отошел от двери и отправился в обход вокруг дома. Заглянул в гараж. Машина была сильно потрепана. Я записывал ее номер, когда за моей спиной неожиданно возникла тень. Я оглянулся. В дверях стоял Велс.

– Мне не нравится, когда чужие парни крутятся возле моего дома, – сказал он.

– Вы будете возражать, если я захочу осмотреть ваш автомобиль? – спросил я.

– Буду.

– И будете возражать, если я захочу осмотреть гараж?

– Да.

– Так, – сказал я, положил в карман записную книжку и улыбнулся ему. – И вы, скорее всего, будете возражать, если я захочу еще побыть на ранчо?

– Разумеется, буду.

Я вышел из гаража.

– Вам незачем больше сюда являться, – пригрозил он мне. – И можете сказать этой старой сплетнице в соседнем доме, что, если она не заткнется, я обращусь к адвокату.

– Это обойдется вам недешево, – сказал я ему. – Вы можете попросить полицию, чтобы они поговорили с ней.

– Идите к черту! – отрезал он и выпроводил меня за ограду.

Он смотрел мне вслед, когда я направлялся к соседям с другой стороны. Я позвонил к этим соседям и поговорил с толстухой, которая сказала, что она ничего не видела и не слышала и вообще никогда не ходила к своим новым соседям. Так я от нее ничего и не добился. Велс стал у своей ограды и следил за мной до тех пор, пока я не уехал.

Глава 4

День я провел в беготне. Изучил расписание движения автобусов по интересующему меня маршруту, узнал фамилии водителей автобусов, нашел и расспросил их о молодой женщине лет двадцати трех – двадцати шести, с рыжими волосами, голубыми глазами, ростом примерно сто пятьдесят – сто шестьдесят сантиметров, весом сто десять – сто двадцать фунтов, с чемоданом в руках, которая ехала последним ночным автобусом в пятницу или первым утренним автобусом в субботу. Я знал, что чемодан был весомой уликой, которую я должен найти. Расспросы не дали ни одной зацепки.

Тогда я начал знакомиться с архивными документами, но мне не удалось найти свидетельства о браке между Ивонной и Друрри Велсом, зато посчастливилось найти другой документ: восемь лет назад был заключен брак между Друрри Велсом и Эстел Амблер.

Я позвонил в агентство и попросил соединить меня с Бертой Кул.

– Это Дональд, Берта, – сказал я, когда она взяла трубку.

– Привет, неудачник! Что еще случилось?

– Разговаривал с миссис Рейли, – сказал я. – Она считает, что Ивонна Велс была убита в прошлую пятницу. Поговорил и с другими соседями, но они ничего не знают, кроме того, они вообще не хотят, чтобы их впутывали в это дело. Я проверил маршруты автобусов, чтобы установить путь, которым она ушла из дому со своим чемоданом. Пустой номер. Я проверил архивы, документа об их браке нет.

– Боже мой! – воскликнула она. – Какой же ты молодчага! И это ты называешь работой профессионала?

– Это результат работы профессионала как раз на сто пятьдесят долларов. Мы должны иметь навар с любой работы. Или вы хотите, чтобы я делал работу, которая стоит пятьсот долларов, за сто пятьдесят?

– Даже за сто пятьдесят долларов не очень-то щедрый результат, – сказала она.

– Но ведь и клиент у нас скряга, – ответил я ей.

– Он не был скрягой, когда пришел к нам в первый раз, он пенился от энтузиазма, он готов был платить нам любой гонорар. Держу пари, что за обнаружение Ивонны Велс он был готов предложить нам даже долю в нефтяном бизнесе.

Я сказал:

– Я могу судить только о том, что видел собственными глазами, когда он пришел к нам во второй раз. Он хотел прокатиться на дармовщинку, и ровно на столько я ему и наработал…

– Не будь таким дьявольски мелочным. Ты мог проверить номер автомобиля и что-нибудь разнюхать о его нефтяных делах.

– Не думаю, что это принесло бы нам какую-нибудь пользу.

– А я не думаю, что это могло бы нам навредить! – огрызнулась Берта. – Я чувствую, что, если мы покажем высокий класс работы, этот клиент еще вернется.

– Ладно, – сказал я. – Я потрачу на это дело еще немного времени.

– Но, пожалуйста, будь поаккуратнее в расходах, – предупредила Берта. – Нам не следует тратить много денег сверх того, что он дал нам.

– Я буду аккуратен, – успокоил я ее.

Остаток этого и весь следующий день прошли в беспрерывной беготне. Я потратил немало денег на междугородные телефонные разговоры и тайно навел справки об автомобиле Велса. Он купил подержанную машину, которая до него сменила четырех владельцев. Я выяснил также, как он арендовал ранчо.

Велс въехал в полностью меблированный дом, внеся задаток за два месяца. Если бы он хотел остаться в доме, ему бы пришлось заключить контракт. Если бы дом ему не подошел, он бы мог отказаться от него. Агент по найму недвижимости, который совершал эту сделку, почувствовав, что у них туго с деньгами, посоветовал Велсу пока что не подписывать контракт и спросил, кто может их рекомендовать. Велс назвал две фамилии.

Агент написал им, но ответа пока еще не получил.

На следующий день, во вторник, в пять тридцать вечера, так нигде ничего не обнаружив, я расквитался с этим делом. Правда, я нигде ничего и не ожидал найти. Вернувшись в агентство, я наговорил все на диктофон и закончил тем, что искать миссис Велс все равно что искать иголку в стоге сена. По моему мнению, мы ее никогда нигде не отыщем, пока не подключим к этому делу полицию. Полиция сможет обследовать автомобиль Велса в поисках следов крови, разыскать место, где женился Велс, узнать, когда он женился, установить девичье имя его жены, ее родственников и по возможности, чтобы выяснить, чего не хватает, составить полную опись ее вещей.

Короче говоря, без полиции это расследование не будет эффективным. Другими словами, в любом случае большой гонорар нам пока что не светит.

Я оставил диктофон Элси Бранд с просьбой напечатать мой отчет на машинке и положить один экземпляр на стол Берты Кул. После этого я с чистой совестью отправился обедать и спать.

Глава 5

Когда в среду утром я пришел на работу, Элси Бранд уже отпечатала мой отчет.

– Берта уже выступала сегодня по поводу того, что я в девять утра еще не был на работе?

Она покачала головой:

– Сегодня Берта тиха, как ягненок.

– Ты положила мой отчет ей на стол?

– Да.

– Порядок, – сказал я. – Подождем дальнейших событий. Долго ждать не придется…

Я еще не успел закончить фразу, как на моем столе зазвонил телефон. Я поднял трубку и услышал голос Берты:

– Дональд, можешь заглянуть ко мне? У меня мистер Корнинг.

– Иду, – пообещал я. – Вы прочитали мой отчет?

– Я нашла его на своем столе, но не стала читать, а сразу дала ознакомиться с ним мистеру Корнингу.

– Он сейчас читает?

– Да.

– Я зайду, когда он закончит, – сказал я.

Элси Бранд задумчиво посмотрела на меня и пошла к своему столу.

– Боюсь, ты не пылаешь любовью к нашему новому клиенту, мистеру Корнингу, – сказала она.

– Я не люблю, когда на меня давят, – ответил я ей.

– Я давно за тобой это замечаю.

Я положил ладонь на ручку двери.

– Как он пытался давить на тебя, Дональд?

– Я предложил выписать мне чек на тысячу долларов, чтобы мы провели заказанное им расследование. Он вроде бы согласно кивнул, выписал чек и вручил его нам. Но бумажка оказалась на сто пятьдесят долларов.

– Большая шишка, видать? – спросила она.

– Большая шишка, – согласился я.

– Кажется, Берта говорила, что он не хочет вмешивать в это дело полицию?

– Правильно.

– Наверное, туда он обратится только в крайнем случае.

– И я так полагаю.

– Он подпрыгнет до потолка, когда прочитает твой отчет.

– Ничего, потолок застрахован.

Она засмеялась. Я открыл дверь, пересек приемную и вошел в кабинет Берты.

Лоутон Корнинг только что кончил читать. Когда я вошел, он вскочил со стула. Испепеляя меня взглядом, он с силой бросил мой отчет на пол.

– Проклятье! – закричал он. – Я же сказал вам, что не желаю иметь дела с полицией!

Я твердо посмотрел ему в глаза.

– Ну и что? – спросил я.

– А то, что вам начхать на мои слова, – сказал он. – Вы сделали всего-навсего первые очевидные ходы в игре и уже предлагаете мне обратиться в полицию.

– Я предупреждал вас: для того чтобы найти миссис Велс, нужно иметь тысячу долларов на расходы, – сказал я. – Вы не посчитались с моим предложением.

– Но на это есть свои причины.

– Ваше право, – сказал я. – Вы хотели найти миссис Велс. На это требуется много времени и много денег, но даже при соблюдении этих условий нет уверенности, что частное детективное агентство сможет выполнить такую задачу. Полиция имеет больше шансов добиться успеха.

– Конечно, – сказал он с сарказмом. – Если заболел палец на ноге, надо отрезать ногу до колена.

– Другого способа нет, – сказал я.

– Вы считаете, она мертва? – спросил Корнинг.

– Не знаю.

– Сколько времени потребуется вам на поиски? Вы уже потратили два дня.

– У меня нет власти, чтобы заставить каждого человека отвечать мне. У полиции достаточно власти, чтобы получать ответы на свои вопросы и быстро добиваться успеха в расследовании.

Он взял со стула свою шляпу:

– Могу я использовать сведения, оплаченные ста пятьюдесятью долларами?

– Можете, – ответил я. – На самом деле расчет показывает, что мы израсходовали на тринадцать центов больше, чем сто пятьдесят долларов. Мы рассчитывали, что вы покроете все расходы. Советую вам обратиться в полицию, если вы не хотите неприятностей.

– Я не собираюсь иметь неприятности и не собираюсь звать на помощь полицию.

– Бывают моменты, когда обращение в полицию становится гражданским долгом.

– Перед полицией штата Калифорния у меня нет гражданских обязанностей.

Он опустил руку в карман брюк, вытащил несколько монет, отсчитал тринадцать центов, презрительным жестом кинул их Берте на стол и сказал:

– В другой раз за такую крупную сумму я потребую от вас расписку и включу ее в свою налоговую декларацию. – После этого он повернулся ко мне: – Я сам позабочусь о своих делах, а вы беспокойтесь о своих.

– Точно, – сказал я. – Именно так я и собираюсь поступить. Я понимаю вас так, что вы нас увольняете?

– Вы чертовски правы.

– Значит, мы на вас больше не работаем?

– Категорически нет!

Я поднял телефонную трубку, попросил телефонистку соединить меня с городом и набрал номер.

Корнинг уже взялся за ручку двери, когда я сказал в трубку:

– Дайте, пожалуйста, полицейское управление.

Он резко повернулся на каблуках и уставился на меня.

– Фрэнк Селлерс на месте? – спросил я.

– Одну секунду, – ответил голос в трубке.

Селлерс тут же подошел к телефону:

– Алло, кто это?

– Дональд Лэм, – ответил я.

– А, это ты? Привет, Шустрик! Какого черта я понадобился тебе на этот раз? Ты уже так давно не надоедал мне, что я…

– Хочу сообщить тебе о подозрении на убийство.

– Ну ты даешь!

– Ничего не поделаешь.

– Кто подозревается в убийстве?

Корнинг отпустил ручку двери и с угрожающим видом двинулся на меня.

– Не бросай трубку, Селлерс, – сказал я. – Боюсь, сейчас я схлопочу по морде: тогда ты услышишь звук удара.

Корнинг остановился.

– Интересно, кто собирается тебя бить? – спросил Селлерс.

– Я думаю, сейчас он изменил свои намерения. Он не хочет, чтобы наше агентство сообщило полиции то, что нам известно.

– Как это он не хочет! Скажи мне, кто этот парень, и я научу его хорошим манерам, – сказал Селлерс.

– Это было бы не очень хорошо с моей стороны.

– Тогда мне самому придется приехать к вам.

– Ну что ж, приезжай.

– Я выхожу. Ждите. Если этот парень не хочет иметь неприятностей, пусть остается на месте.

– Как я могу удержать его здесь?

– Будь ему боксерской грушей для битья, – посоветовал Селлерс. – Это лучший способ из всех мне известных. Это упражнение принесет ему не меньше удовольствия, чем драка с тобой.

– Лучше возьми ручку, – сказал я. – У тебя нет необходимости приезжать сюда.

– Беру ручку и бумагу, – сообщил он. – Давай.

Я начал диктовать:

– Друрри Беле, Фрост-Моур-роуд, номер 1638, въехал туда примерно неделю назад с женой Ивонной: женщина с рыжими волосами, лет двадцати трех – двадцати шести, вес – сорок девять килограммов, рост – сто пятьдесят четыре сантиметра. Согласно сведениям, полученным от соседки, миссис Фрэнсис Рейли, у этой супружеской пары в пятницу ночью произошла шумная ссора. Соседка уверяет, что слышала звук, похожий на удар палкой. После этого Друрри вышел из дома, неся – что бы ты думал? – тело, завернутое в ковер или в одеяло. Он положил тело в автомобиль и…

– Я выезжаю туда, – прервал меня Селлерс.

Корнинг кинулся на меня. Я попытался увернуться.

Он согнутой рукой зажал мою шею, хватаясь одновременно за телефонный аппарат.

– Началось! – закричал я в трубку.

Корнинг выдернул телефонный шнур из розетки и отбросил аппарат в дальний угол комнаты. При этом у него был вид убийцы.

Берта сидела тихо и безмолвно, ее маленькие глазки перебегали с Корнинга на меня и обратно.

Корнинг что-то крикнул, толкнул меня к Берте, кинулся к двери и был таков.

– Сукин сын, – сказала Берта.

– Это вы про меня? – спросил я.

– Про него, – сказала Берта.

Я улыбнулся ей:

– Наше взаимопонимание растет.

– Иди к черту! – прикрикнула она на меня. – Канай отсюда!

Я вышел из ее кабинета. Как только я появился в своем кабинете, Элси Бранд перестала печатать на машинке.

– Нефть? – спросила она.

– Касторка, – пробурчал я.

Глава 6

Берта уже ждала меня, когда на следующий день я вошел в ее кабинет. Она была так холодна, что масло не растаяло бы у нее во рту.

– Дональд, ты не будешь возражать, если мы, прежде чем ты начнешь работать, проведем совещание? – спросила она официальным тоном.

В этот день Берта извлекла на свет свои самые дорогие кольца и свои самые изысканные манеры. Она села за свой стол, вставила в длинный мундштук сигарету, зажгла ее и сказала:

– Слушай, Дональд, мы не можем допустить, чтобы нас дурачил всякий проходимец.

Я сел в ожидании того, что она скажет дальше.

– Справочный отдел газеты, – сказала Берта.

– Ну и что дальше? – спросил я.

– Вчера я обдумала ситуацию.

– Насчет чего?

– Насчет этого сукиного сына из Техаса, Дональд. В первый свой приход он кое-что рассказал мне об округе Сан-Бернардино. Я навела справки, и в архиве местной газеты нашлись документы с упоминанием имени миссис Друрри Велс… И знаешь, что я обнаружила?

– Конечно, знаю, – сказал я.

– Что? – воскликнула она с удивлением.

– Вы нашли кое-что такое, что можно легко превратить в деньги. Вы сидите здесь, как кошка, которая мурлычет при виде тарелки со сливками.

Берта многозначительно взглянула на меня.

– Так вот, – сказала она. – Миссис Друрри Велс получила в наследство участок земли примерно в десяти милях западнее крохотного городка в Калифорнии, который называется Юкка. Она получила его от дяди из Техаса. Его звали Аарон Бедфорд.

– Когда это случилось?

– Десять дней назад. Бедфорд умер и оставил завещание, по которому все его акции (участок земли, вклады) оставались его вдове. За исключением пятнадцати тысяч долларов и участка земли в Калифорнии, которые переходили к его племяннице Ивонне Клаймер, если она окажется живой. В том случае, если она умрет раньше его, калифорнийская недвижимость должна перейти к другой племяннице, Люсиль Пэттон, проживающей в Сакраменто. Ивонна Клаймер – это и есть миссис Друрри Велс. Репортеры из газеты Сан-Бернардино начали охоту за ней. Это было нелегким делом. Наконец они отыскали в городе Бэннинг Друрри Велса. Но его жена отсутствовала – уехала к друзьям в Сакраменто. Когда репортеры рассказали Велсу о наследстве, он немедленно позвонил жене и потребовал, чтобы она срочно прилетела домой. Газеты напечатали подробную статью о ней и дали фотографию, на которой она выглядела весьма привлекательно.

– Насколько я понимаю ситуацию, Друрри Велсу не понадобилось много времени, чтобы истратить полученные женой пятнадцать тысяч долларов. Он немедленно бросил городишко Бэннинг и перебрался к нам в Сан-Франциско, арендовав ранчо на Фрост-Моур-роуд.

– Ага, – хмыкнула Берта, – это и послужило причиной ссоры.

– Вы раздобыли эту статью из газеты? – спросил я.

Берта выдвинула ящик стола, вытащила газетную вырезку и протянула ее мне. Ивонна Клаймер Велс была сфотографирована в юбке и свитере. Она продемонстрировала фотографам свои прелести – чуть ли не всю фотографию заполняли ее ножки.

– Лакомый кусочек, – оценил я.

Берта раздраженно оборвала меня:

– Тьфу ты, пропасть! Хватит разглядывать ножки, быстрее читай статью! Мы, между прочим, заняты бизнесом!

В этой статье я не нашел для себя ничего нового. Берта, по существу, уже изложила ее содержание.

– Хотелось бы знать, имеется ли нефть на интересующем нас участке? – задумчиво произнесла Берта.

Я отрицательно покачал головой.

– Ишь какой умник, почему ты в этом так уверен?

– У меня есть знакомый геолог.

– Ну и что?

– Я расспросил его обо всей долине, на которой находится этот участок, с точки зрения перспективности нефтяного бизнеса.

– И что же он сообщил?

– Он сказал, что если там бурят землю, то натыкаются на гранит.

– Не в том смысле, наивняк. Я бы хотела знать, что находится под гранитом.

– Я тоже спросил его об этом.

– И что он ответил? – с надеждой встрепенулась Берта.

– Снова гранит!

Берта откинулась на стуле, и ее глаза заблестели.

– Для такого башковитого малого, как ты, Дональд Лэм, ты поразительно глуп.

– Ну, пусть так, – сказал я ей, – а что предлагают умные?

– Этот самый Корнинг собирается вложить деньги в некий участок земли, чтобы грести нефтяные доллары. Мы можем перехватить эти деньги. Мы отыщем ту девчушку, которая получит права на этот земельный участок вместе со всеми его полезными ископаемыми, и приобретем эти права для себя. Тогда Корнинг будет иметь дело с Бертой Кул. И я покажу ему, что женщина может быть такой же жесткой, как и мужчина.

– Это не очень-то этично, – усомнился я.

– Почему?

– Он обратился к нам как клиент, он доверил нам конфиденциальные сведения.

– Ничуть не бывало. Он при тебе клялся, что ничего не говорил мне про нефть, клялся, что ни словом не обмолвился про бурение и права на земельный участок. Ты что, забыл об этом? Чего же больше! Мы сможем влезть в этот бизнес как участники и…

Я отрицательно покачал головой.

– Почему нет? – спросила Берта.

– Этика.

– Этика! – завопила Берта. – Ты и твоя проклятая этика! Ты…

В этот момент дверь распахнулась и на пороге появился Фрэнк Селлерс.

– Так, так, так, – сказал он. – Партнеры проводят очередную конференцию. Расслабьтесь, Берта. Если цвет лица о чем-нибудь говорит, то ваше давление, наверное, подскочило до двухсот тридцати.

Селлерс ногой захлопнул дверь, сдвинул шляпу на затылок и ловко перебросил языком незажженную сигару из одного угла рта в другой. На его лице играла широкая ухмылка.

– Однажды, в один прекрасный день, – сказала Берта, – кто-нибудь научит вас, как врываться в частные учреждения без предупреждения и без…

– Знаю, знаю, – засмеялся Селлерс, – но я представляю здесь закон во всем его величии. Закон не может ждать. Убийца скроется. Когда я получаю от вас сигнал о возможном убийстве, я хочу знать, где находится огонь, из которого таскают каштаны, и я хочу знать, насколько там пахнет жареным.

– Смотрите, как бы вам не обжечь пальцы, – огрызнулась Берта с некоторой долей сарказма.

– Не так воспитаны, – усмехнулся Селлерс.

Он прислонился к стене с добродушием сильного мужчины, который держит на руках все козыри и знает об этом. Его густые волнистые волосы кучерявились из-под полей шляпы, сидевшей у него на затылке.

Он сказал:

– Ну, кто из вас, воркующие голубки, намерен рассказать мне о миссис Велс?

– Мы уже рассказали вам о миссис Велс, – сказала Берта. – И какого вам еще черта надо? Боже мой, мы даем вам острый сигнал, и что вы делаете? В сладких снах проходит целая ночь, и только после этого вы снова являетесь к нам за информацией.

– Та-та-та, Берта, – сказал Селлерс. – Вы очень несправедливы ко мне. Через полчаса после вашего сигнала мы были на месте происшествия, но было уже поздно.

– Что значит «было поздно»? – спросил я.

Он объяснил:

– Друрри Велс вскочил в свой старый драндулет и исчез в облаке пыли сразу после того, как у него побывал Дональд. И не вернулся. Мы на всю ночь установили слежку за его домом. Поскольку он не появлялся, мы получили ордер на обыск и вошли в дом.

– И что вы обнаружили?

– Ничего.

– Что значит «ничего»?

– Именно это и значит. Ничего. Кое-какая одежда. Чертовски много грязной посуды. Бардак в комнатах. Сад, заросший сорняками. Нашли кирку и лопату. И ковер на месте.

– А следы крови?

– Крови нет.

– Почему ты думаешь, что это тот самый ковер?

– Велсы жили в меблированном доме. Мы вызвали агента, оформлявшего сдачу этого дома внаем, и он обнаружил, что ковер остался на месте. Исчезла миссис Велс. Исчез Друрри Велс. Миссис Рейли рассказывает захватывающую историю об убийстве. Одна беда – нет трупа.

Мы с Бертой обменялись взглядами.

– Итак, – сказал Селлерс, – расскажите мне поподробнее, как вы впутались в эту историю.

– Клиент нанял нас, чтобы найти пропавшую женщину, – сказал я ему.

– Кто этот клиент? – спросил Селлерс.

– Вообще-то он не клиент, – вмешалась Берта, – он проходимец.

– Он клиент, Берта, – прервал ее я.

– Что, что? – сказала Берта. – Бывший клиент.

– Речь идет об убийстве, – напомнил Селлерс.

– Ты уверен в этом, Фрэнк?

– Я намерен это выяснить.

– Когда выяснишь, возвращайся, – сказал я ему.

– Я хочу выяснить здесь, сейчас и у вас непосредственно.

– Не у нас, Фрэнк. Мы как будто все уже рассказали.

– По закону частные детективы в делах об убийстве обязаны сотрудничать с полицией, – сказал Селлерс.

Берта сразу раскололась:

– Имя клиента – Лоутон С. Корнинг. Он поручил нам найти миссис Велс.

– Так-то лучше, – сказал Селлерс, – сообщите его адрес, Берта.

– Отель «Дортмут».

– Что вы еще можете сказать, Берта?

– Он дал нам чек на сто пятьдесят долларов – банк Сан-Антонио, – чтобы мы сделали для него работу, которая стоит тысячу долларов. Он мошенник.

– Это уже кое-что, – сказал Селлерс. – Теперь вы похожи на себя: дружелюбные и любезные. Как он выглядит?

– Он выглядит как уроженец штата Техас.

Селлерс повернулся ко мне и сказал:

– Когда ты позвонил мне, Дональд, мне показалось, что я слышу какую-то суматоху.

– Вы не ошиблись, – сказала Берта.

Селлерс не сводил с меня глаз.

– Что тут происходило, Дональд?

– Корнингу не понравилось мое предложение обратиться в полицию.

– Он отключил телефон, – сказала Берта.

– Почему? – спросил Селлерс.

Я вмешался в разговор:

– Фрэнк! Берта сегодня в слишком разговорчивом настроении. Я же стараюсь не забыть, что этот парень – наш клиент.

Берта сказала:

– Этот клиент обратился к нам не за тем, чтобы мы раскрыли преступление. Он хотел иметь подпись на некоторых документах или что-то вроде этого. Он хотел найти эту женщину живой.

– И не заикался об убийстве или даже о двух? – спросил Селлерс.

– Ни в малейшей степени.

– Есть фотографии? – спросил Селлерс.

– Чьи? – спросила Берта.

– Давайте без фокусов, – сказал Селлерс. – Раскалывайтесь: есть фотография этой женщины?

Я взглянул на Берту. Видно было, что она колеблется.

– Ну! – резко сказал Селлерс.

– Вообще-то тут мы переходим уже к проблеме частной собственности, – сказала Берта. – Я раскопала кое-что в Сан-Бернардино, в том числе и снимок. Но есть одно условие – мы желаем, чтобы наша информация оставалась бы только между нами. Мы не хотим, чтобы вы разболтали наши…

– Ладно, ладно, – нетерпеливо прервал Селлерс. – Выкладывайте снимок! Об остальном поговорим после.

Берта открыла ящик стола и вытащила оттуда все ту же газетную вырезку.

Селлерс пробежал глазами текст и внимательно начал рассматривать снимок молодой женщины.

– Это блюдо в его вкусе! – сказал он, указав на меня.

– Было раньше, – сказала Берта.

– И осталось, – внес я поправку.

– Полагаю, вы уже были в налоговом управлении и познакомились с данными о земельном участке? – спросил Селлерс.

На этот вопрос Берта не ответила.

– Что это за участок? – настаивал Селлерс.

– Сплошной гранит, – сказал я.

Зазвонил телефон.

Берта Кул сняла трубку:

– Алло, кто? Да, он здесь. Подождите минуту. – Прикрыв трубку рукой, она тихо произнесла: – Это вас, Фрэнк. Вы будете говорить?

– Конечно, – ответил Селлерс. – Только люди, которые остались в доме Велсов, знали о моем приезде сюда. Должно быть, Друрри Велс вернулся домой. Поеду туда и потрясу его как следует.

Он взял у Берты трубку:

– Селлерс слушает… Когда? Еще здесь?.. О’кей. Контролируйте ситуацию. Если потребуется, будьте жестки, но держите все под контролем. Я выезжаю.

Он положил телефонную трубку и повернул голову ко мне:

– Собирайся, великий умник!

– Куда? – спросил я.

– Со мной.

– В дом Велсов?

– Верно говоришь.

– Он возник? – спросил я.

– Ты первый, кто впутал меня в эту историю, – сказал Селлерс. – Теперь я хочу, чтобы ты использовал свои знаменитые мозги, о которых все время твердит Берта. Клади газетную вырезку в карман, и пошли.

– Мы работаем для заработка и не можем просто так покидать наше агентство, – сказала Берта. – У нас ведь частное учреждение и…

Селлерс холодно посмотрел на нее:

– Что вы предпочитаете – чтобы вырезка лежала в кармане у Дональда или в моем кармане?

Берта несколько секунд обдумывала это соображение.

– Конечно, у Дональда! – твердо решила она.

– Так я и думал, – сказал Селлерс. – Давай, Дональд, пошли.

Мы сели в полицейскую машину, которая ожидала Селлерса у нашего агентства. Он не включил ни сирену, ни мигалку, но не очень-то беспокоился об ограничении скорости и других правилах уличного движения.

По пути я спросил его:

– Вообще-то, что происходит?

– Мне позвонили по телефону, – ответил Селлерс.

– Знаю. Ну и что же тебе сообщили?

– Приедем на место, там посмотрим.

– Появился Велс? – снова спросил я.

– Я же сказал тебе, выясним все на месте.

Я окончательно понял, что попытки что-нибудь вытянуть из него бесполезны. Поэтому я замолчал, обдумывая различные версии данной ситуации. Я упорно думал о полученных из газетной вырезки новых сведениях, которые расширяли круг возможных опасностей, что не могло меня не тревожить.

На большой скорости мы ехали по шоссе, затем свернули на боковую дорогу, по которой двигались на протяжении четырех или пяти километров. После этого мы выехали на Фрост-Моур-роуд. Мы увидели, что неподалеку от дома Велсов стоит машина. Когда мы поравнялись с ней, Селлерс затормозил.

– Он все еще там? – спросил Фрэнк у человека, сидевшего в этой машине.

Тот в ответ кивнул.

– О’кей, – сказал Селлерс. – Тогда можешь прекратить наблюдение за домом. Послоняйся где-нибудь поблизости. Держи радиосвязь. Я передам указания через нашу полицейскую связь.

Селлерс нажал на стартер, и машина покатила дальше, к дому Велса.

– Вылезай, Дональд, – сказал Селлерс.

Он подошел к дому, я последовал за ним. У двери Фрэнк с силой придавил пальцем кнопку звонка.

Дверь отворила красотка в коротких шортах. У нее были рыжие волосы, голубые глаза и фигура, как у девчонки на детских картинках.

– Привет, – сказала она. – Что вы собираетесь предложить, мальчики? Какие-нибудь журналы? Продемонстрировать пылесосы? Или продаете щетки?.. Надеюсь, вы извините меня за мой вид. Я одета для домашних работ. В доме полно грязной посуды… Я всего лишь домашняя хозяйка.

Селлерс отвернул лацкан своего пиджака и показал ей полицейский значок.

– Я из полиции, – сказал он.

– О! Чем это я провинилась?

– А чем вы провинились? – парировал Фрэнк.

Она, дерзко смеясь глазами, посмотрела на него снизу вверх.

– Наверно, почти всем, – улыбнулась она.

– Расскажите об этом подробнее, – попросил Селлерс.

– Хотите войти в дом или поговорим здесь? У меня испачканы руки, и, если мне придется прервать работу, я должна их вымыть и смазать кремом. Современная женщина должна следить за кожей.

– Вы отлично выглядите, – сделал комплимент Селлерс.

– Я стараюсь, – уверила она его. – Заходите в дом.

Мы вошли в гостиную кукольного домика. Здесь сохранился застарелый запах табака, но все пепельницы были вычищены. В кухне на столе я увидел чисто вымытые тарелки, а в мойке грудой лежала грязная посуда. Над тазом с горячей водой поднимался пар.

Она, напевая на ходу, пошла в спальню, а когда вернулась, я почувствовал запах крема для рук.

– Все в порядке, мальчики, так на что жалуетесь?

– Вы миссис Друрри Велс?

– Правильно.

– Ваше имя?

– Ивонна.

– Где вы были в последние дни? – спросил Селлерс.

– В разных местах.

– При каких обстоятельствах вы покинули дом?

– Это официальный допрос?

– Можете считать, что это так. Мне платят деньги не за то, чтобы я по утрам беседовал с рыжеволосыми красотками о том, как они провели последний уик-энд.

– Какая досада! – сказала она ему. – Вы, наверное, приятный собеседник.

– Надеюсь, – сказал Селлерс, – но в данном случае я вынужден допросить вас.

– Ладно, – согласилась она. – Мой муж и я поссорились. Он хороший парень, если не считать его дикой вспыльчивости. Я полагаю, что время от времени я даю ему повод. В таких случаях он становится как безумный, теряет самообладание. Он скатывает одеяла, укладывает их в машину, уезжает и спит под звездами. Иногда он остается там час или два до тех пор, пока не замерзнет. А иногда остается на целую неделю. На этот раз при ссоре он, по обыкновению, взвалил на плечи тюк с одеялами и выбежал из дома. Но тут уж и я потеряла терпение, психанула и решила, что когда он вернется, то меня здесь не застанет. Я даже не стала укладывать чемодан. Взяла только зубную щетку, немного нижнего белья и баночку крема.

– Вы ушли из дома пешком?

– Да.

– К автобусной остановке?

– Да, но я опоздала на последний автобус. Поэтому я пошла к бульвару…

– А потом?

– Поймала попутную машину.

– Разве для такой молодой, привлекательной женщины, как вы, не было опасно ночью останавливать на дороге неизвестную машину?

– Это зависит от того, что вы понимаете под опасностью. Сначала появилась машина, в которой ехали мужчина с женой, он помотал головой и не остановился. В следующей машине ехали два парня. Они с любопытством посмотрели на меня и остановились.

– Что же было дальше? – спросил Селлерс.

<< 1 2 3 >>