Эрл Стенли Гарднер
Дело о любопытной новобрачной

– Ответь-ка мне, Перри, – сказал сыщик, закрывая за собой дверь, – не из твоего ли офиса минут семь назад выскочила невысокая девушка в костюме кофейного цвета и с такими живыми глазами?

Мейсон встал со стола и шагнул к Дрейку.

– Стреляй! – сказал он.

– Так да или нет?

– Да, она была у меня на приеме, – ответил Мейсон.

– Как хорошо находиться в дружеских отношениях с детективным агентством, – довольно кивнул Дрейк, – расположенным неподалеку от твоего офиса!

– Прекрати валять дурака, Пол! Меня интересуют факты.

– Я выходил из одной конторы, которая расположена этажом ниже, – заговорил Дрейк хриплым монотонным голосом, которым дикторы объявляют курсы акций на бирже, когда все понятно и скучно и нет говорящему никакого дела до того, что его слова несут одним прибыли, а другим разорение. – Неожиданно я услышал, что кто-то бежит по лестнице. Было ясно, что человек страшно торопится. Однако от его спешки не осталось и следа, как только он добрался до этажа, на котором я находился. Направившись к лифту, он спокойно закурил сигарету, не спуская глаз с табло. Когда на нем выскочила цифра нашего этажа, он нажал на кнопку вызова. Пришла кабина с единственным пассажиром – женщиной лет двадцати шести или двадцати семи, с пышной фигурой, пухлым ротиком и живыми темными глазами, одетой в костюм кофейного цвета. Вот цвет лица ее несколько портит, а в остальном она очень даже неплохо смотрится. Видно было, что она нервничает – грудь ходила прямо ходуном. Мне показалось, что она чем-то напугана.

– Такое впечатление, – заметил Мейсон, – что из той конторы ты вышел, снаряженный полевым биноклем и рентгеновской установкой.

– Не думай, что я все это рассмотрел во время остановки кабины, – все тем же монотонным голосом ответил Дрейк. – Просто, когда я сопоставил поспешность, с какой этот тип бежал по лестнице, и беспечность, с которой он принялся закуривать возле лифта, я решил, что неплохо было бы спуститься вместе с ними до первого этажа. Получалось, что я сам нахожу дело на собственную голову.

– Что произошло потом? – серьезно спросил Мейсон.

– Я решил, что этот тип сидит у кого-то на хвосте. Судя по всему, у этой самой девушки, которую он дожидался у лифта.

– Продолжай, Пол, нет необходимости объяснять мне прописные истины! – воскликнул Мейсон.

– Ну, я допускал, что она вышла из твоего офиса, но точно мне не было известно, иначе бы я сработал более основательно. И все же я вышел следом за ними на улицу и проверил правильность своих предположений. Тот тип действительно следил за ней. Он показался мне дилетантом. Уж слишком он нервничал. Ты ведь знаешь, что настоящий профессионал ни при каких обстоятельствах не покажет своего удивления. Что бы ни случилось, он всегда останется невозмутимым и не станет прятаться. А этот парень… В общем, пройдя около квартала, девушка неожиданно обернулась. Ее преследователь страшно растерялся и поспешил нырнуть в какой-то подъезд. Я же продолжал идти ей навстречу.

– Думаешь, она заметила кого-то из вас? – с возрастающим интересом спросил Мейсон.

– Нет, она даже не подозревала о нашем существовании. Она либо вспомнила о чем-то, о чем забыла тебя спросить, либо у нее переменились планы. Меня она не удостоила даже взглядом, когда прошла мимо. Похоже, что она не обратила внимания и на своего преследователя, скрывшегося в подъезде, но продолжающего оттуда наблюдать за ней. Можешь мне поверить на слово, Перри, выражение его лица было совершенно растерянное.

– Что произошло дальше?

– Она сделала шагов пятнадцать-двадцать, остановилась, задумалась на мгновение, словно размышляя о чем-то, а потом хотя и нерешительно, но повернула обратно. Не знаю, что она хотела, но…

– Все в порядке, – улыбнулся адвокат. – Я был убежден, что она повернет обратно в мой кабинет еще до того, как дойдет до лифта. Но она не вернулась – наверное, это было выше ее сил.

– Так вот, – продолжил Дрейк. – Она постояла в нерешительности, как я уже сказал, сделала несколько шагов и развернулась на сто восемьдесят градусов, отправившись с опущенными плечами в прежнем направлении. По ее виду можно было предположить, что в этот момент она потеряла своего единственного друга. Она вторично прошла мимо меня, никого не замечая. Я остановился, чтобы прикурить. Она не обратила внимания и на парня, по-прежнему выглядывавшего из подъезда. Похоже, что она не предполагала, что за ней могут следить.

– И что дальше?

– Ничего, – ответил детектив. – Она пошла своей дорогой.

– А этот тип?

– Подождал, пока она не оказалась от него шагах в двадцати, и отправился следом.

– А ты что предпринял?

– Мне отнюдь не хотелось, чтобы все это смахивало на траурное шествие. Я решил, что если она действительно была перед этим у тебя, то тебе будет интересно узнать о существовании «хвоста». А если я ошибся, тогда мне все это абсолютно безразлично. Неразумно следить за кем-либо по собственной инициативе.

– Если ты снова увидишь человека, следившего за этой женщиной, – спросил Мейсон, прищурив глаза, – ты сумеешь его опознать?

– Разумеется. Довольно смазливый тип, лет тридцати двух или тридцати трех. Светлые волосы, карие глаза, модно одет. Судя по тому, как он держится, я сказал бы, что он дамский угодник. Руки в идеальном порядке, на ногтях маникюр. Чисто выбрит, аж лоснится, наверняка сделал массаж, лицо слегка припудрено. Если бреешься дома, то пудру обычно не употребляешь, значит, он пользовался услугами парикмахера.

– В некоторой степени, Пол, эта девушка является моей клиенткой, – сказал Мейсон, нахмурившись. – Она пришла, чтобы проконсультироваться у меня, а потом испугалась и поспешила удрать. Спасибо тебе за информацию. Если дело получит дальнейшее развитие, я тебе сообщу.

Дрейк встал и направился к выходу. У двери он остановился и сказал с ехидным видом:

– Я не советовал бы вам ворковать в приемной, нежно взявшись за руки, а потом смотреть на вошедшего невинным взглядом. А если бы на моем месте оказался важный клиент? Какого черта, Перри, не можете, что ли, уединяться в библиотеке или кабинете?

Не дождавшись ответа, он закрыл за собой дверь.

Мейсон усмехнулся и взглянул на Деллу Стрит, у которой на щеках проступила краснота.

– С чего это он решил, что я держала тебя за руку? – спросила она. – Ведь я отошла от стола еще до того, как он вошел в приемную…

– Он стрельнул наугад, – усмехнулся Мейсон, на которого шутка Дрейка не произвела ни малейшего впечатления. – Может быть, он заметил что-то по выражению твоего лица… Знаешь, Делла, я собираюсь помочь этой девушке, защитить ее. Если уж мы приняли от нее плату за услуги адвоката, то мы обязаны их оказать.

– И как ты это собираешься сделать, шеф? – спросила Делла Стрит. – Ты ведь даже не знаешь, чего она от тебя хотела!

– Ну и что, – пожал плечами Мейсон. – Она хотела получить совет по поводу какой-то серьезной неприятности, случившейся с нею. Придется найти ее, выяснить подробности и либо возвратить деньги, либо отработать аванс. Где она живет?

– Элен Крокер, – прочитала Делла Стрит в регистрационной книге. – Проживает – Ист-Пэйлтон-авеню, четыреста девяносто пять. Телефон – Дрэйтон шестьсот восемьдесят девять – сорок два. – Не ожидая указаний адвоката, Делла Стрит сняла трубку с аппарата и набрала номер подстанции. Послышались гудки. Делла, нахмурившись, ждала, и наконец телефонистка отозвалась. – Соедините меня, пожалуйста, с абонентом номер шестьсот восемьдесят девять – сорок два, – попросила секретарша и после некоторого ожидания заговорила в трубку: – Мне нужен телефон абонента по фамилии Крокер. Инициалов я не знаю. Старый номер был шестьсот восемьдесят девять – сорок два. Его, наверное, отключили.

Выслушав ответ, Делла попросила:

– Проверьте адрес – Ист-Пэйлтон-авеню, четыреста девяносто пять… Назовите, пожалуйста, номера телефонов по этому адресу… Благодарю вас, наверное, произошла какая-то ошибка. – Она положила трубку и повернулась к Мейсону: – Телефонный номер Дрэйтон шестьсот восемьдесят девять – сорок два был зарегистрирован на имя мистера Тэйкера и отключен более месяца тому назад. По Ист-Пэйлтон-авеню дома под номером четыреста девяносто пять вообще не существует. Дом номер двести девяносто восемь – последний на этой улице.

Мейсон открыл дверь в свой личный кабинет, сказав через плечо:

– Будем надеяться, Делла, что она свяжется с нами, поскольку в сердцах забыла о заплаченных деньгах. Как только она появится, сразу же дай мне знать.

Вернувшись в кабинет, он с недовольным видом посмотрел на большое черное кожаное кресло, в котором недавно сидела молодая женщина. Луч солнца, пробивающийся сквозь оконное стекло, отражался от чего-то, находившегося в кресле, по стене плясал солнечный зайчик.

Мейсон подошел к креслу и увидел, что там лежит женская сумочка шоколадного цвета с блестящим хромированным замком. Он взял сумочку, удивившись ее приличному весу.

– Зайди-ка сюда, Делла, – открыв дверь в приемную, позвал Мейсон. – И захвати свой блокнот. Элен Крокер оставила здесь свою сумочку. Я собираюсь открыть ее и осмотреть содержимое. Тебе придется сделать опись.

Делла вошла в кабинет, села за стол и приготовилась записывать.

– Белый носовой платок с кружевами, – начал диктовать Мейсон. – Автоматический пистолет тридцать второго калибра системы «кольт», заводской номер тридцать восемь девяносто четыре шестьсот двадцать один.

Делла подняла на адвоката удивленные глаза, продолжая записывать цифры в блокнот. Мейсон продолжал все тем же бесстрастным голосом:

– Обойма пистолета заполнена патронами полностью, запаха пороха не чувствуется, ствол вроде бы чистый, без нагара… В кошельке… сто пятьдесят два доллара банкнотами различного достоинства и шестьдесят пять центов мелочью. Упаковка таблеток эйпрол. Пара коричневых перчаток, помада и пудреница… Телеграмма на имя Р. Монтейн, отправленная на адрес Ист-Пэйлтон-авеню, сто двадцать восемь. Содержание телеграммы: «Сегодня пять часов вечера окончательный срок вашего решения», подпись: «Греггори». Пачка сигарет «Спейк» и спички, на этикетке спичек – рекламное объявление кафе «Золотой орел», Сорок третья Западная улица, двадцать пять. – Мейсон перевернул сумочку и потряс ею над столом. – Кажется, больше ничего нет.

– Господи! – воскликнула Делла. – Зачем ей нужен этот пистолет?

<< 1 2 3 4 5 6 7 ... 13 >>