Марина Сергеевна Серова
Привет с того света


– Следствие было? – поинтересовалась я.

– Да какое следствие?.. Что я скажу в ментовке?.. Откуда у моего отца были бриллианты на астрономические суммы? Жалко, конечно. Короче, Тань, – он взял меня за руку, – если ты найдешь камушки, с меня хороший подарок. Клянусь, не обижу. А Албенке двадцать тысяч баксов, так уж и быть, дам, вдвое больше того, что первый раз предлагал. Я даже зарок на это дал. Вот в церковь недавно ходил. Чувствительным становлюсь каким-то.

– Стоп! Ты начал свой рассказ с того, что Макс уехал на рыбалку и не вернулся…

– Да. Спустя несколько дней после этой неудачной сделки он поехал рыбачить на Волгу вместе со своим приятелем Арифом… Ну, в общем, версия такая, что лодка перевернулась… – Константин нахмурился. – А я думаю, что пришили их.

– Ты хочешь, чтобы я нашла убийцу?

Костя внимательно посмотрел на меня и серьезно сказал:

– Я хочу вернуть драгоценности.

Я обратила внимание, что материальное Костян ставил на первое место. Возможно, найти убийцу для него тоже было важно, да и наверняка… Но прежде всего – материальная сторона дела. Я подумала и решила, что займусь делом.

– Двести долларов в день плюс расходы.

– Нет проблем, – быстро отреагировал Костя и, насупившись, уставился в тарелку с овощным рагу.

Посмотрев на Костю, я вдруг почувствовала, что неплохо было бы на несколько деньков освежить старый наш роман.

* * *

Проснулись мы утром вдвоем на квартире Константина, в одной постели. Жил он богато, окруженный восточноевропейской роскошью. Шикарные ковры ручной работы были расстелены по всему дому. Картины абстракционистов, довольно оригинальные, украшали стены во всех пяти комнатах этой навороченной хаты. Все здесь, от прихожей до спальни, буквально кричало о богатстве ее владельца.

– А ничего у тебя квартирка. Прямо воплощенная буржуазная мечта. И, главное, подобрано со вкусом, – заметила я.

– Не-а. Это не я подбирал.

– А кто же?

– Албенка. Я ей доверяю. Она дизайнером работает. Что-что, а уж как деньги тратить и что покупать, знает прекрасно.

– Видно, у тебя сестренка со вкусом. Поистине талант…

– Да уж, еще бы котелок варил как надо, так совсем бы прекрасно было.

Костя утопил мощный палец в клавише магнитофона, и легкая музыка приятно разлилась по комнате. Я, вскочив с кровати, легкой походкой направилась на кухню – приготовить завтрак.

Плотно закусив жареной индейкой и пловом, которые, ясное дело, приготовила не я, они уже имелись в холодильнике, и запив все это на скорую руку крепким кофе, мы уже садились в «БМВ», как вдруг зазвонил сотовый. В трубке звучал грудной женский голос.

– Алло, Костик. Это я… – послышались всхлипывания и стоны.

– Да что у вас там еще? – Костя на секунду повернулся ко мне: – Это Албена.

– Помоги мне, Костик! Сережу украли…

– Что?.. – в голосе Константина послышалось недоумение.

– Сына украли, говорю!

– Сейчас мы приедем, – после секундной паузы коротко ответил Костя. – Я привезу тебе детектива.

За всю дорогу, что мы ехали до дома Албены, Костя не проронил ни слова. Только лицо его стало более серьезно и строго. Видимо, мальчика он любил. Да и горе сестры никогда не было ему чужим, хоть он и не понимал ее подчас.

Дверь на условный звонок нам открыла полная брюнетка, возможно, крашеная, но сделано это было высокопрофессионально и естественно. Даже несуразный балахон в виде хитона, вероятно, заменявший пеньюар, смотрелся как нельзя кстати на этой эмансипированной даме, делая ее смесью Клеопатры и царицы Савской русского розлива.

– Костик… – дама тут же разрыдалась.

– Вот детектив, – поглаживая сестру по волосам, начал Константин, показывая на меня. – Татьяна Александровна возьмет на себя это дело.

– Вы поможете мне, правда? – женщина отстранилась от брата и посмотрела на меня с мольбой.

– У Татьяны Александровны не одно раскрытое преступление за плечами, – очень официально произнес Константин. – Ты же знаешь меня, я найму только самого лучшего. Пусть тебя не смущает, что это женщина – свое дело она лучше любого мужика знает.

Говорил он это холодно, без каких-либо эмоций. Словно не со мной провел ночь. И я мысленно поблагодарила создателя, что есть еще на свете такие вот железобетонные люди.

– Итак, давайте присядем, и вы расскажете мне все по порядку, – сказала я. – Я прошу вас говорить все обстоятельно, не упуская мелочей, даже если считаете их неважными. И не волнуйтесь. Я вам обязательно помогу.

Я не знала, как никогда не знаю в начале любого дела, смогу ли я удачно его завершить, но я всегда в этом себя уверяю и уверяю других. Наверное, это помогает мне в раскрытии тайн, сразу настраивая на благополучный исход, мобилизуя скрытые силы человеческого организма.

– Вчера Сережа вышел гулять на улицу. Как рассказывает соседский мальчик, подъехал дяденька на машине и увез его куда-то. Вдалбливала ведь ему: «Не бери ничего у чужих дядей, вообще к ним не подходи».

– Естественно, ни номера, ни марки, ни цвета машины вы не знаете?

– Цвет – белый и вроде бы «Нива». Так сказал соседский мальчик.

– Это уже что-то.

– Потом, как только я поднялась домой, зазвонил телефон, и какой-то мужчина, по акценту – нерусский, явно с кавказским выговором, сказал, что мой муж уже заплатил за зло, которое причинил ему. И если я не хочу потерять сына, с меня причитаются драгоценности, оставшиеся от моего отца. Эти украшения, принадлежавшие какой-то графине, еще при советской власти приобрел наш отец, вложив в них все деньги, какие у него тогда были.

«Крутой у вас папаша был при Советах. Моя мать тогда сто пятьдесят в месяц получала. Цацки графские на это не купишь», – внезапно прорезала мозг язвительная усмешка.

– То есть они требуют мои цацки, что ли? – вставил Костя. – Они что, за фраеров нас держат?

– Дело в том, что украшения после смерти отца мы разделили поровну, – глядя на меня, объяснила Албена. – Мне и Косте. Мою половину украли, когда муж собирался их продать. Украл покупатель с другом. Я всего этого не видела, так как мой муж попросил меня не присутствовать во время сделки.

– А как он это вам объяснил?

– Что?

– Ваше нежелательное присутствие.

– Говорил, что покупатели – люди восточные, и женщина при таких обстоятельствах то ли дурная примета, то ли признак дурного тона. Да я и не вдавалась в подробности. Меня это мало интересует. Только вот похититель, наверное, думает, что ценности до сих пор у меня.

– Давно умер ваш муж?

– Два месяца назад. Он утонул в Волге.
<< 1 2 3 4 5 6 7 >>