Мария Васильевна Семёнова
Заказ

– Сёма!.. – Седовласый тотошник Вовка торжественно указывал перстом в пыльную даль, где неслись, замыкая круг, безумные кони. Язык у него слегка заплетался, но глаза сияли восторгом. – Ну что?.. – поучал он приятеля. – Накося, выкуси?.. – Он повторил Сёмин пренебрежительный жест. – Вот что классный жокей значит! Вишь, не плакал мой чирик… – И завопил во все горло: – Заказ! Пошёл!.. Вперёд!.. Путятин!!! Дава-а-а-й!!! Под-наж-ми-и!!!

Его голос почти единственный звучал в поддержку Заказа, и трибуны в ответ заулюлюкали, засвистели… На «колхозника» и неудачника поставили очень немногие.

В последний поворот Сергей вошёл третьим – в полкорпуса сзади Сургуча.

На вираже Сергей почти вплотную прижал жеребца к скакавшему рядом Сургучу – зачем лишние метры по полю наматывать? – а на выходе вновь по плавной дуге повёл его в поле. И вот тут началось!..

С каждым темпом галопа, с каждым движением Заказ увеличивал мощь своего галопа. Опять сам! Безо всякого посыла!.. Пение басовой струны превратилось для Сергея в симфонию.

Трибуны взорвались!.. Вопили все, не в силах сдержать себя, стараясь перекричать друг друга и не сдерживая эмоций. Азарт… Напряжение… Близость выигрыша или крушение надежд… Ну что же они там?!

«Не рано ли?» – вновь мелькнуло в голове у Сергея. Но тут же каждой клеткой тела почувствовал – в самый раз! Уж больно чистым и лёгким был галоп у коня. Толчки мощного зада становились всё сильней и сильней. Конь едва касался дорожки. Словно и не осталось позади всей дистанции, словно всего-то первый поворот за спиной…

Заказ захватил Сургуча. Буквально два темпа они проскакали «в одну линию», и соперник начал быстро отодвигаться назад. Заказ вплотную приблизился к лидеру…

Трибуны ахнули.

Сергей видел, как энергично посылал Алтая жокей. На резко вздымавшиеся бока методично и чётко, в такт порядком измученному галопу, опускался безжалостный хлыст…

Алтай был сильным и опытным ипподромным бойцом, но сегодня жокей тщетно выколачивал из него последние силы. Битвы равных не получалось. Заказ вершил чудеса. Это был его день.

Трибуны снова заревели, завыли. Теперь над ними витала всего одна кличка:

– Ал-та-а-а-й!!!

Сергей чуть тронул коня: «Давай, Кузя…»

И вот тут Заказ действительно полетел. Казалось, больше прибавлять было уже некуда, но он словно сейчас только разошёлся вовсю! Алтай отвалился назад и через мгновение совсем пропал с глаз…

А впереди приближалась, стремительно наплывала черта заветного финиша…

«Ещё чуть-чуть, Кузенька… Ну?!»

Трибуны вздохнули, как один человек. Это был вздох величайшего разочарования. Тысячи проигранных билетов взметнулись к небесам беззвучным салютом. Их подхватило, закружило, понесло по дорожке, а потом через всё широкое ипподромное поле. По воздуху в самом прямом смысле слова летали деньги, выброшенные на ветер.

Фотофиниша не понадобилось – изрядно потрёпанный Алтай уступил победителю целых два корпуса…

– Харитонов, шкура продажная, почём колхознику скачку продал?.. – неслись с трибун абсолютно незаслуженные попрёки. – Ах ты, твою мать!..

Сергей не пытался сдерживать коня, наоборот – отпустил повод, и Заказ, тотчас уловив, как исчезло напряжение всадника, сбросил темп, встав на спокойненький кентер. Окружающий мир легонько покачивался у Сергея перед глазами…

В корпусе за Алтаем пришёл Полоцк. А Игелику не удалось стать даже пятым. Слишком рано поехал…

Серёжа крепко похлопал коня по шее. И, вновь поднявшись на стременах, дотянулся к его уху, чтобы тихо сказать:

– Спасибо, Кузьма…

Конь покосился на всадника, и на сей раз жокей увидел в его взгляде понимание и согласие. Он даже не удивился, когда Заказ совершенно по-человечески кивнул головой. Вполне возможно, впрочем, что Кузька просто пытался отделаться от надоевшего за скачку повода.

А всё продолжалось чуть более полутора минут…

Сергей короткой рысью подъезжал к паддоку.

Навстречу спешила пропасть народу, но он видел среди всех лишь одного. Дядя Петя бежал к нему со светящимися от счастья глазами и, кажется, плакал. Его бриллиант наконец засиял. И теперь это увидели уже все.

Серёжа спрыгнул с Заказа.

– Ну, Серый… – Пётр Иванович не находил слов. – Видел бы ты, как приняли… Я такого старта лет уже десять, наверное… А Алтая как растащил… Ну, Серый…

– Да не я это, – засмущался Сергей. – Это Заказ… сам всё.

– Ты мне-то рассказывай. Всё правильно… всё правильно сделал… вот тебе и показалось, что сам…. Всё-таки и мне на старости лет… Значит, повоюем ещё, пошумим напоследок… напомним кое-кому о себе… Слышь, Кузька? К международным будем готовиться… Вспомнят ещё жокея Гаврилова… – Пётр Иванович свирепо высморкался, отобрал у Сергея повод и сам повёл коня по дорожке: – Дыши, маленький, отдыхай… сейчас на награждение пойдем…

Заказ танцевал, волновался, широко раздувал ноздри. Его шкура потемнела от пота, но жеребец всем своим видом показывал, что был бы очень не прочь побегать ещё.

Знакомые и незнакомые лица окружили Сергея. Его поздравляли, хлопали по спине, жали руки. Сергей, ещё толком не пришедший в себя, кивал головой и неестественно улыбался, с трудом воспринимая происходящее. Конечно, он понимал, что одержал победу. Такую важную и для Петра Ивановича, и для Заказа, и особенно для него самого… Но полного осознания ещё не произошло.

– Сообщаем результат седьмой скачки… Победителем Большого Всероссийского приза для лошадей в возрасте трёх лет стал жеребец Заказ, выращенный в зерносовхозе «Свобода», под седлом мастера-жокея международной категории Сергея Путятина, тренер Гаврилов!.. На втором месте…

– Подстава!!! – ревели и свистели трибуны. – Деньги назад! Харитонова – на мыло!..

Спокойный голос судьи-информатора перекрыл истошные выкрики:

– Жеребец Заказ, тренер и жокей приглашаются к главной трибуне для награждения…

Серёжа снял наконец шлем. Короткие русые волосы намокли от пота и окончательно поднялись дыбом. Пётр Иванович тут же стянул с головы жокейский картуз старинного (теперь таких уже и не делают) покроя и сунул Сергею:

– Надень! Смотреть срам!..

Минута бесконтрольного упоения счастьем, когда старый тренер только не плясал на дорожке рядом с Заказом, благополучно прошла, и дядя Петя вновь стал самим собой. Собранным, сдержанным, строгим. Он решительно повёл к главной трибуне обоих своих воспитанников, всадника и коня. Сергей пошёл за ним, улыбаясь.

И снова грянула торжественная музыка марша.

– Коня по кличке «Заказ» выводит на награждение его тренер Гаврилов Пётр Иванович!

Заказ успел успокоиться и шёл чинно. Лишь изредка вскидывал голову, с презрительным достоинством оглядывая улюлюкающую толпу. Он-то знал, что победил честно!

Из ложи на центральной трибуне, досадливо сплёвывая на ходу, сбежал по лестнице коренастый русоволосый парень. Для него сегодняшние скачки однозначно закончились, и что ещё там дальше произойдёт, его не интересовало… Выйдя с ипподрома, он сунул в рот сигарету, и на солнце коротко блеснули два золотых зуба. Результат неудачного падения с лошади, случившегося ещё в юности, когда он занимался конкуром… Парень зорко огляделся по сторонам – и уверенно зашагал к хозяйственному двору, где дожидались своих пассажиров несколько автомашин-коневозов…

Награждение тем временем шло своим чередом. Напротив главной трибуны красовался покрытый скатертью стол, а на нём – внушительных размеров кубок, свёрнутая призовая попона… и ещё куча всяческих приятных мелочей. Дипломы людям, розетка коню, подарки, цветы… Рядом стояли директор ипподрома и главный спонсор призовой суммы. Этот последний держал в руках два конверта – жокею и тренеру. Вид у спонсора был очень солидный. Надобно думать, солидность распространялась и на содержимое обоих конвертов…

Пётр Иванович подвёл Заказа к столу. Музыка стихла, и директор ипподрома развернул заветную призовую попону. И медленно повернулся кругом, показывая зрителям синее шёлковое полотнище, расшитое серебром. Надпись «Победитель Большого Всероссийского приза» так и заиграла на ярком свету.

Пётр Иванович расстегнул подпруги и снял с Заказа седло.

– Wait a minute! Just one minute, please!..[2 - Подождите минутку! Всего одну минутку, пожалуйста!.. (англ.)] – вполголоса обратился к тренеру человек, увешанный со всех сторон фирменной фототехникой. – Пожалюйста, один снимок голим… без седэл…

Опытный репортёр безошибочно выбрал момент – отказать ему Пётр Иванович просто не мог. Кивка головой оказалось достаточно. Иностранец молниеносно расчистил пространство возле коня и, чуть отступив, вскинул к глазам аппарат.

<< 1 2 3 4 5 6 7 8 9 ... 24 >>