Михаил Сергеевич Ахманов
Скифы пируют на закате

– Разумеется. Здесь же только телефон, без адреса. – Он снова помахал газетой.

– Имя? – поинтересовались за дверью.

– Карчев. Кирилл Карчев.

Дверь бесшумно растворилась. Тот же голос, звучавший теперь из динамика на стене, скомандовал:

– Прямо по коридору до лестницы, потом на третий этаж. Тебя ждут.

Кирилл зашагал, куда было велено. В коридор выходили пять металлических дверей, похожих на дверцы сейфов, все плотно притворенные; в неглубокой нише сверкали полированные створки лифта. Лифт? В трехэтажном особняке? Направляясь к лестнице, довольно широкой и выложенной искусственным камнем, он в задумчивости потер висок. Забавное местечко! Впрочем, Харана молчал, не посылая никаких тревожных сигналов, а значит, все было в порядке – более или менее. Что же касается лифта, то у богатых свои причуды: почему бы им не ездить на лифте с первого этажа на третий? Но ему предстояло подняться своим ходом – видимо, лифт берегли для почетных гостей.

Приемная с волоокой девицей при компьютере и телефонах, картины на стенах, зеркальный бар, дверь в кабинет – все как полагается… В кабинете его действительно поджидали: густобровый плечистый мужчина лет пятидесяти, с офицерской выправкой и могучими волосатыми лапами, восседавший за письменным столом, и еще один, тощий, длинный и бледный, похожий на кузнечика-альбиноса; этот устроился на диване у открытого окна и со скучающим видом разглядывал небесную синеву. Слева от плечистого в массивной бронированной стойке о двух этажах серебрился компьютерный экран, но не такой, как у секретарши, а попросторней; справа подмигивала зелеными огоньками пара обычных «ви-ти» – видеотелефонов. Больше в комнате не было ничего, если не считать второго окна, узкого и забранного решеткой, а также кресла посередине. Решив, что оно приготовлено для него, Кирилл подошел и сел. Чувствовал он себя, как жених на смотринах, да по существу так оно и было.

Плечистый, похоже, здороваться не собирался; взглянув на часы, он пробасил:

– Явился ты вовремя, парень, минута в минуту. Что, служил?

– Служил… – Пожалуй, этот тип тянет на полковника, мелькнуло в голове, или на подполковника как минимум: с ходу начал тыкать и засекать время. Впрочем, такие штучки казались Кириллу еще в порядке вещей, ибо на штатском положении он находился всего лишь месяц.

Оглядевшись, он заметил, что компьютер слева от плечистого из самых лучших и дорогих – «Ланд» специального исполнения, с полуметровым экраном, встроенным в верхнюю часть стального шкафа. Сейчас створка его, на которой размещалась клавиатура, была откинута, и Кирилл мог оценить толщину броневой пластины – похоже, выстрел из гранатомета не нанес бы ей особого вреда. Ему и раньше доводилось видеть такие штуки – в армии чего не насмотришься! – но тут все же была частная лавочка, а не пункт управления дивизией. Но, судя по всему, фирма «Сэйф Сэйв» к вопросам безопасности относилась весьма серьезно. И к секретности тоже: панель компьютера украшали пять щелей дискетных вводов, и можно было побиться об заклад, что четыре из них – с паролем.

– Где служил? – Взгляд предполагаемого полковника уперся Кириллу в переносицу.

– Спецназ, команда «Зет»… иначе – международные силы быстрого реагирования. Слышали о таких?

– Слышали, про все мы слышали… Документы есть? Награды? Ранения? – Сильная короткопалая рука выжидательно повисла над столом.

Кирилл вытащил бумаги. Орденов он за шесть лет своей воинской карьеры не выслужил, а вот ранения имелись: шрам от бандитской заточки под локтем и дырка в бедре. По счастью, пуля, что оставила ее, не задела ни кости, ни сухожилий, иначе он был бы сейчас инвалидом.

Плечистый навис над столом, засопел, разглядывая документы, но, кажется, никакого криминала там не обнаружилось. С особым пристрастием он изучал Кириллов послужной список, включавший три операции в Африке и одну в Индокитае, стоившую Кириллу той самой дырки в бедре. Эти четыре зарубежных вояжа совсем не означали, что ему удалось повидать мир, разве что африканские да таиландские джунгли и болота. Правда, заработав ранение, он провалялся полгода в сингапурских госпиталях, где и помер бы с тоски, если б не Кван Чон. Наставник Кван его многому научил – таким вещам, что и не снились штатным инструкторам группы «Зет».

Закончив шелестеть бумагами, хозяин кабинета поднял голову, насупил густые брови и вдруг распорядился:

– Ну-ка, встань, солдат! Встань и сними рубаху. Штаны тоже!

Кирилл поднялся и начал расстегивать ремень.

«Это будет стоить тебе лишнюю сотню в месяц, старый пердун», – подумал он, стягивая джинсы и злобно кривя губы. Впрочем, настроение его улучшилось, когда на лице нанимателя мелькнула одобрительная усмешка.

– Неплохо выглядишь, парень! Видать, крепкая порода, э? Ноги у тебя длинные, и бегаешь ты, должно быть, быстро… Ну, одевайся! – Плечистый задумчиво пошевелил бровями. – Роста в тебе, я думаю, сто восемьдесят восемь… шесть футов два дюйма, как говорят янки… вес – девяносто два… Так?

– Девяносто три, – уточнил Кирилл, застегивая «молнию» на брюках.

– По габаритам подходишь. – Плечистый, кивнув, вновь зашелестел бумагами. – Ну, что тут у нас еще? Холост, тридцати еще нет, два легких ранения и неплохие рекомендации… сержантский контракт истек месяц назад… – Он небрежно похлопал по Кирилловым документам. – Чего бы тебе, сержант, и дальше не служить? Или деньги не устраивали?

Уже сержант, не парень, отметил Кирилл; очевидно, это стоило рассматривать как повышение.

– Деньги устраивали, не устраивало вот что. – Он коснулся пальцем шрама, потом хлопнул себя по бедру. – Сегодня пальнут в руку, завтра – в плечо, а послезавтра и вовсе вынесут ногами вперед…

– Выходит, ты напугался, э? – Взгляд плечистого вдруг стал пронзительно-острым.

– Не то чтобы напугался… просто решил не искушать судьбу. Шесть лет, два ранения… Подошла моя очередь.

– Твоя очередь? Это как же?

– Ну, так у нас говорили в батальоне. Чувствуешь, когда подходит твоя очередь на неприятности похуже этих. – Кирилл покосился на белую полоску шрама. – Я почувствовал и ушел. Решил, что пора менять ремесло.

Пару секунд он колебался, не рассказать ли про Харану, потом решил, что откровенничать не время. Мистика, предчувствия, тайны амазонской сельвы… Нет, не стоит! Примут его за сумасшедшего да укажут на дверь – и делу конец.

– Думаешь, у нас безопасней? – Хозяин кабинета откинулся в кресле, скрестив волосатые лапы на груди.

Кирилл пожал плечами.

– А что у вас опасного? Стой у ворот, помахивай дубинкой, впускай, выпускай, спасай… Ну, если надо, спасем. – Стиснув свой внушительный кулак, он повертел им в воздухе. – Вот этим самым и спасем, без всяких сильнодействующих средств. Все-таки Питер не Чикаго, на улицах из автоматов еще не палят.

– А в Чикаго, насколько мне известно, уже не палят. – Плечистый усмехнулся, крепко потер ладони и заявил: – Боюсь, сержант, чего-то ты нафантазировал – эти кретины у ворот, к которым ты хочешь прилечь, не мои люди. У нас, видишь ли, медицинская фирма. Народные методы лечения, травки, массаж, подкачка половой энергии и всякое такое… То да се… Спасаем людей от хворей, от болезней, ну а заодно от скуки.

– Так, может, вам санитары нужны?

В конце концов, подумал Кирилл, можно пойти и санитаром: неприятная работа, но оплачивается получше, чем школьная тягомотина. И спокойней, чем служба в охране, ибо больные в основном люди тихие, придавленные судьбой… Однако объявление в «Вечерке» было адресовано крепким молодым мужчинам с особой подготовкой, так что не исключалась и клиника для буйных. Но их, как мнилось Кириллу, травками и массажами не лечили.

Плечистый басовито хмыкнул и в первый раз покосился на тощего; тот по-прежнему любовался небесами и выглядел словно бы не от мира сего. Физиономия у него была как у покойника: на впалых щеках ни кровинки, узкие губы сжаты, длинный костистый нос выдавался над ними меловым утесом, длинные бесцветные волосы свисали до плеч. Кирилл не видел его глаз и не испытывал желания в них заглянуть – этот тип чем-то напоминал графа Дракулу, застывшего в ожидании очередной жертвы. Оставалось надеяться, что бывшие сержанты спецназа шести футов и двух дюймов роста ему не по зубам.

Что касается плечистого, то этот мужик внушал Кириллу все больше симпатии. Теперь он разглядел, что брови у него походят на пару темных мохнатых гусениц, в карих зрачках посверкивают насмешливые огоньки, а полногубый рот словно бы готов с минуты на минуту сложиться в усмешку. Правда, минута эта все не наступала, а в очертаниях слегка раздвоенного подбородка и крепких скул явно ощущалась начальственная суровость. Тем не менее интуиция подсказывала Кириллу, что на этого человека можно положиться, что являлось добрым знаком, во-первых, потому, что он доверял Харане и своим предчувствиям, без коих выжить в команде «Зет» было бы нелегкой проблемой, а во-вторых, мысленно Кирилл уже окрестил плечистого шефом и надеялся, что работа в этой конторе – хоть охранником, хоть санитаром – от него не уйдет.

Его наниматель тем временем пошарил в столе, вытащил трубку – гладкую и обтекаемую, словно летящий по волнам дельфин, чиркнул зажигалкой, прикурил и выдохнул сизую струю прямо в компьютерный экран. Затем он помахал рукой, разгоняя дым, и произнес:

– Санитары у нас есть и больше, я полагаю, не нужны. Видишь ли, санитар – слишком узкая специальность, да и с фантазией у санитаров дела обстоят плоховато. Согласен, э? А мы ищем лихих парней, с воображением… – Он выпустил пару колечек, пронзив их дымной стрелой. – Да, лихих и умелых, на все руки мастеров. И на ноги тоже – на тот случай, если надо вовремя смыться. Я тебе говорил, что мы спасаем людей от скуки – богатых людей, должен заметить, – а это, сам понимаешь, требует определенной подстраховки. Словом, поблизости должен быть крепкий мужик с железными нервами и тяжелыми кулаками, надежный, как скала… – Еще пара колечек взмыла к потолку. – Кулаки у тебя подходящие, это я уже разглядел… и стрелять ты умеешь, и с реакцией наверняка все в порядке, иначе не прослужил бы ты в этом своем спецназе шесть лет… Ну, а что еще за душой? Выкладывай!

Вербует в телохранители, подумал Кирилл. Небезопасная работенка, зато романтическая и наверняка оплачивается неплохо… Впрочем, к кому попадешь! Он потер висок, мысленно перебирая все свои таланты и умения, от полузабытой латыни до ремесла сапера, и поглядывая на плечистого с некоторым подозрением. Хочет парня с фантазией и крепкими кулаками, это надо же! Впрочем, ни тем, ни другим судьба Кирилла не обошла, и хотя фантазия доставляла ему одни неприятности, кулаки спасали – и в прямом, и в фигуральном смысле.

– Вожу машину, – начал он, – разумеется, профессионально… при случае могу починить… ну, еще плавание с акваскафом, бег, борьба… подрывное дело, но этим я бы заниматься не хотел. Себе дороже.

– Если случится попасть в тайгу с ножом и топором, не пропадешь?

– Не пропаду. – В тайге Кириллу случалось бывать и без топора, когда их взвод подняли по тревоге, бросив вдогонку сбежавшим зекам. Страшные были люди, упокой их Господи, хуже зверей! Таиландцы с маковых плантаций им в подметки не годились, хотя каждый узкоглазый мафиози волок целый арсенал и черный пояс в придачу.

– Еще? – Плечистый выбил трубку и откинулся в кресле; тощий у окна, казалось, заснул.

– Еще? – Кирилл вдруг широко усмехнулся. – Еще могу преподавать историю. В школе.

– Это как же? – Сунув трубку в стол, плечистый уставился на Кирилла с неподдельным интересом; мохнатые его брови сошлись на переносице.

– Да так… До армии закончил истфак, потом забрали на срочную, потом остался по контракту… так все и пошло-поехало.

– Выходит, ты у нас не просто сержант, а дипломированный специалист, э?

– Выходит… Только кому нужны специалисты по скифам? Скифы-то вымерли подчистую, остались мы, их потомки, а нам до скифов, как до…

<< 1 2 3 4 5 6 7 8 ... 13 >>