Сергей Аркадьевич Фрумкин
Боевое Братство

– Предположим. – Владимир глубоко и долго зевнул, демонстрируя этим, что сам чист, как слеза ребенка, и поддерживает разговор лишь из уважения к собеседникам.

Тема беседы действительно не обещала графу интересного времяпровождения. Метеорит уже упал, гео и метеослужбы России сообщили, что землетрясения и циклоны не принесут особенных разрушений, что катастрофы общеземного масштаба ожидать не следует; а поиск ответа на вопрос, кто здесь виноват, едва ли угрожал выйти за рамки обычной семейной ссоры.

– Но, раз, Майкл, твои спутники самые совершенные, ты узнал о метеорите раньше всех нас?

– Не понял?

– Ну, я, например, получил информацию только пять часов назад, когда метеорит уже рухнул. Доложили прямо сюда, на пляж.

– Да и мне тоже. – Майкл театрально развел руками. – Я, правда, в это время работал, – при этих словах Владимир высоко поднял брови. – А не нежился на песке.

Все посмотрели на Родриго. Но тот тоже замотал головой:

– И я здесь не при чем. Ни одного предупреждения ни от одного из «сторожей». Моих, имею ввиду.

– Вы, что издеваетесь? – вскипел Гарсия. – Метеорит материализовался прямо в атмосфере?

– Вполне возможно, – опять зевнул Владимир.

– Владимир! – пристыдил Рави.

Граф сделал большие невинные глаза:

– А, что, Рави? Мои спутники промолчали, Родриго – тоже, Майкл не в курсе. Да и откуда взялась эта цифра: сто километров в диаметре? Сами-то представляете метеорит таких размеров?! Может быть, Гарсию попросту дезинформировали? Вообще, кто-нибудь знает, о чем мы говорим на самом деле?

– Ты это серьезно? – окончательно запутался Рави. Вспыльчивый по своей природе, индус начинал вскипать. – Кроме шуток?!

В отличие от Гарсии, шутки над которым проходили безболезненно, короля самого густонаселенного государства планеты едва ли стоило доводить до нервного срыва. Владимир, Родриго и Майкл переглянулись, и улыбки медленно сползли с их лиц. До этого момента каждый из «звездной» тройки не сомневался, что кто-то из товарищей развлечения ради издевается над Гарсией. Но все три взгляда оказались одинаково вопросительными. И сговор исключался – интерактивный канал не позволял общаться мысленно.

– Я чего-то не понял! – недовольно протянул Владимир. – Метеорит ДЕЙСТВИТЕЛЬНО существует, и вы ДЕЙСТВИТЕЛЬНО не засекли его до самого падения?!

– Я нет, – подтвердил Майкл.

– И я нет, – поддержал Родриго. – Объект «засветился» только в системах наземного слежения.

– Ого… – Владимир заказал виски и совершенно бесцеремонно ушел в себя, потягивая крепко-алкогольный напиток. Остальные еще не осознали сути происшествия, а граф уже обдумывал его последствия.

– Я ничего не пропустил? – к разговору присоединился Вильям – консул Австралии. – На Землю упал метеорит, который смогли заметить лишь в атмосфере?

– Выходит, что так, – отозвался Рави.

– И его размеры – сто километров в диаметре?!

– Что? – словно не расслышал Майкл.

– Метеорит появился из ниоткуда, – продолжил Вильям. – Сто километров в диаметре, и все мы живы. Такое можно объяснить?

– М-да!!! – протянул Родриго. – Взрыв должен был получиться колоссальным! По логике вещей, всем бы досталось: землетрясения, ураганные ветра, поднявшаяся в атмосферу пыль, способная превратить небо в непроницаемое солнечным лучам покрывало, смещение орбиты Земли или Луны, изменение климата… А пока ведь ничего подобного! Наш славный Гарсия отделался одними пожарами…

– Правда? – спросил Рави.

Гарсия неуверенно кивнул. Конечно, не одними пожарами, но… У президента Азии вдруг закружилась голова. С самого начала, направляясь в свой «центр международных контактов», Гарсия не сомневался, что произошедшая в таежных лесах катастрофа – намеренный политический акт со стороны одного из соседних государств – не важно, что им для этого потребовалось: пропустить мимо «сторожей» Солнечной Системы метеорит, или с помощью каких-то современных средств забросить в лес простую каменную глыбу – причем сделать все это так, чтобы не навредить самим себе. И с самого начала Гарсия беспокоился только о политических последствиях бедствия, совершенно не задумываясь о последствиях естественного характера, как и не интересуясь природой явления. Придирчивый народ Северной Азии явно не ожидал от своего президента такой близорукости!

– Какой вывод? – Вильям и сам уже знал ответ, но глаза австралийца забегали по лицам остальных правителей, в надежде найти на одном из них опровержение ясно вырисовывающейся картине.

– Объект тормозился. И объект пустотелый – его масса несравнимо меньше массы метеорита аналогичных размеров, – поторопил с выводом вдруг очнувшийся Владимир. Граф сел в шезлонге и наклонился вперед, чтобы лучше видеть собеседников. – Очевидно, не так ли?

Все закивали – кто задумчиво, кто нервно.

– Подытожу, – продолжил Владимир. – Объект круглой формы, пустотелый, сто километров в диаметре (комментирую: слишком большой, чтобы получить наше официальное разрешение на посадку!), возник в атмосфере Земли, значительно сбросил скорость и рухнул на Среднесибирском плоскогорье. И он – точно не метеорит и точно – не космический мусор. Не так ли, Гарсия?

Гарсия только испуганно вскинул глаза на графа. Владимир поймал этот взгляд и одарил собеседника улыбкой, в которой ясно дал понять, что оценил коэффициент умственного развития азиата, и результат оценки далеко не в пользу Северо-Азиатского государства.

– И ты, конечно, не додумался отправить к месту катастрофы полицейский взвод?

– Только пожарных.

– У тебя на территории разместился черный стальной шар, выпирающий своим верхом за пределы стратосферы, а ты решил попросту залить его водой?

– Да там же ничего еще не видно: сплошные пыль и дым. А огонь кое-где подступил к городам… Что мне оставалось?.. Я думал, кто-то из вас…

Граф кивнул и задумчиво погладил рукой подбородок.

– Все ясно: что ж, жить становится интересней! Осталось только узнать, кто и зачем к нам пожаловал!

Глава 2

– Заявление планетарного объединения Тари рассмотрено нами, – заявил Председатель. – Ваши жалобы обоснованы. За исключением одной: завышены финансовые потери – нельзя считать материальным уроном не получение прибыли, какими бы объективными или субъективными причинами не объяснялось нарушение ваших экономических прогнозов.

Председатель Высшего Системного Арбитража Совета Лиги Объединенных Миров посмотрел на пожилого человека в черном с серебром кителе – Уполномоченного Представителя трех крупнейших тарибских торговых синдикатов. Человек нашел нужным подняться.

– Дело не только в прибыли, Ваша Честь! Мы потеряли значительную часть своих клиентов. Пострадала безупречная репутация Тарибского Торгового Флота!

Судя по выражению говорившего, последние три слова должны были произвести фурор – так гордо и величественно произнес их пожилой мужчина. Но зал не отреагировал, даже наоборот – в нем только усилилось недовольство. Председатель явственно ощутил растущую в воздухе напряженность.

– Ваша репутация и ваши доходы – вопросы для серьезного разбирательства. Жалобы обоснованы, но, чтобы выступить против Совета Лиги на Арбитраже, потребуются очень и очень веские доводы! Вы решились уронить тень на самых благородных и достойных представителей человечества!

– Мы знаем о возможных последствиях, Ваша Честь! Но нас проигнорировали и унизили! Решение Совета о замораживании всего Тарибского Торгового Флота – ВСЕГО ФЛОТА, Ваша Честь! – никак не согласовывалось с нашими представителями, тогда как именно мы, а не кто иной, понесли убытки и заработали дурную славу! Наши клиенты привыкли, что тарибские лайнеры приходят к месту назначения с точностью до нескольких минут, что товары достигают цели быстрее и безопаснее, чем у любых других транспортных компаний. Самое плотное расписание позволяло заказчикам выходить в космос в любое удобное для них время, в любой день недели или месяца. И нам верили, как никому во всем космосе! И вот – Совет Лиги, призванный охранять нас и беречь от ненужных случайностей, напротив – одним росчерком пера уничтожает все тарибские синдикаты! Торговый флот Тари замораживают – не объясняя ни целей, ни мотивов, ни причин, которые мы могли бы сообщить нашим клиентам и партнерам!

Представитель возбудился больше, чем требовала процедура заседания – в слезящихся глазах пожилого тарибского магната блуждали боль и обида. Только слушавшие его слова первые люди Лиги не проявили сочувствия – наоборот, их оскорбляла интонация тариба, оскорбляла его уверенность в собственной значимости, но больше всего – оскорблял факт собственного присутствия в Высшем Системном Арбитраже. Председатель занимал ту же сторону, что и советники – выступая обвинителем против Совета Лиги, вынужденный по долгу службы докопаться до правды, он, тем не менее, более всего желал вынести оправдательный приговор, а еще лучше – совсем не открывать это заседание, придя к выводу его нецелесообразности.

– Планета в составе Лиги обязана подчиниться решению Совета вне зависимости от мнения ее собственного планетарного правительства – в этом нет и не может быть ничего унизительного. Наоборот, Совет не обязан ставить в известность о каждом своем действии. Призванная следить за миром и благосостоянием всего планетарного сообщества, Лига порой поступается желаниями того или иного мира. Все, что должны были сделать планеты Тари – заявить о своем несогласии в письменном виде и представить необходимые документы для рассмотрения Советом.

– Ваша Честь, мы несколько раз высылали Совету ноту протеста и несколько раз требовали объяснений.

– Значит, вы обвиняете Совет в недостаточном внимании к вашим жалобам и пожеланиям?

– Да, Ваша Честь. В необоснованном игнорировании наших запросов!

<< 1 2 3 4 5 6 ... 19 >>