Сергей Григорьевич Иванов
Пока стоит лес

Сергей Иванов
Пока стоит Лес

Часть первая. Вторжение

1

Развалившись в водительском кресле, Герд с ленивой ухмылкой наблюдал за прохождением колонны. Батальон Вепрей, лучший в десантном корпусе, даже среди здешнего буйства красок и форм ухитрялся соблюдать четкий, радующий глаз строй.

Когда последняя машина скрылась за деревьями, улыбка сошла с лица Герда. Некоторое время он еще смотрел, как колышутся потревоженные «единорогами» ветки, потом захлопнул колпак и завел мотор. Шестиногий «жук» сорвался с места и резво побежал по проложенной батальоном просеке, прыгая через расправляющиеся кусты, ныряя под неспешно уступавшие дорогу ветви. Следовало торопиться: лес восстанавливался с поразительной быстротой.

Пальцы Герда привычно летали по клавишам пульта, а сам он угрюмо смотрел вперед, пытаясь задавить в себе злость. Настроение, однако, оставалось таким же беспросветно пасмурным, каким стало в тот момент, когда командир преподнес ему эту великолепную, откормленную, вывалянную в навозе свинью.

Приветливый наш комбат, думал Герд, отец родной, скорпион ласковый… Чем же это я тебе не угодил? Послать лучшего разведчика в тыл с трофеями – будто вислоносого обозника!.. Или я тоже стал слишком хорош для тебя?

Шорох в багажнике прервал тягостные мысли. Оглянувшись, Герд увидел копну медных волос, под которой мерцали в сумраке огромные глаза. Совсем здорово! Он и думать забыл о девчонке-туземке, захваченной прошлой ночью лагерными постовыми. Батальонные Псы провели уже с ней предварительную беседу, но, хотя ее вопли разносились по всему лагерю, не добились ничего стоящего – все та же невразумительная лопотня о лесных духах и неминуемом возмездии.

Против воли Герд пристальнее вгляделся в этот странный лес, в котором плотно стояли исполинские деревья, погрузившись основаниями в пышную листву нижнего яруса, а по их колоннообразным стволам и могучим шевелящимся ветвям неторопливо ползали бесчисленные лианы. Все здесь двигалось, дышало, шуршало. Уже через полчаса Герд потерял след батальона и продолжил путь, доверившись интуиции и, в меньшей степени, памяти.

Пока вторжение развивалось безупречно. Первая же волна имперского десанта смела с побережья редкую цепь туземных деревень, предав их огню и развеяв жителей по лесам. Закрепившись на берегу, батальоны разделились и широким веером устремились в глубь материка. Но пока, на вторые сутки наступления, Вепри ни разу не столкнулись с противником. Следы присутствия туземцев встречались достаточно часто, дважды батальон натыкался на их поселения, но сами аборигены словно растворились в зарослях. В их крохотных, причудливо расцвеченных хижинах обнаруживалось немало занятных вещей, но ничего похожего на оружие. Весь день батальон беспрепятственно продвигался по намеченному маршруту, на ходу подбирая все, что могло бы заинтересовать будущих колонизаторов. И теперь вся эта дребедень, гордо именуемая трофеями, была свалена в багажнике Гердова вездехода.

С разбегу «жук» перемахнул ствол упавшего дерева, ловко приземлился, пружиня членистыми ногами, и… не встретил опоры. Грунт под ним подался, и машина тяжело ухнула во тьму. Что-то с силой ударило в днище, на секунду задержав падение и швырнув Герда лицом о стекло, затем вездеход снова провалился, содрогнулся и медленно опрокинулся на колпак.

Герд с трудом поднялся, ошалело озираясь. Ситуация, как из анекдота: подергивая лапами, «жук» разлегся на дне глубокой ямы, из центра которой торчало толстенное, заостренное на конце бревно.

Это я лихо угодил! – размышлял Герд, разглядывая далекое светлое пятно над головой. Ай да туземцы! Хорошо потрудились, на славу сработали ловушку!..

Осторожно он потрогал ушибленный лоб. Еще один довод в пользу соблюдения устава, ибо сказано: «при передвижении по вражеской территории обязательным является пристегивание к креслу посредством страховочных ремней.»

Улегшись спиной на колпак, Герд уперся ногами в кресло и заставил «жука» вернуться в естественное положение – лапами вниз. Выключил мотор и сразу услышал тихий плач.

– Это что за скулеж? – пробормотал Герд удивленно, но тут же сообразил, что опять забыл про дикарку.

Шагнув к багажнику, он выволок из-под груды сорванных с мест пластиковых ящиков невредимую, но насмерть перепуганную, зареванную девчонку. Влепив ей затрещину, чтобы заткнулась, Герд вернулся к пульту.

Надо выбираться, подумал он. И выбираться самому: помощи ждать неоткуда.

Он обернулся: девчонка еще всхлипывала, зажав обеими руками рот.

– Эй, ты! – позвал Герд раздраженно, подкрепив слова жестом. – Иди сюда!

Она сжалась и присела, пытаясь спрятаться.

– Ну, живо!

Не отрывая от него глаз, дикарка перебралась в кабину, приблизилась. Сжав ладонью ее худое плечо, Герд толкнул девчонку в соседнее кресло, пристегнул ремнем.

– Ну, малыш, – сказал он машине, – давай!

«Жук» задрожал, просыпаясь, приподнялся на лапах и полез на отвесную стену. Но лишь только задние его лапы оторвались ото дна, как он медленно сполз вниз, увлекая за собой лавины песка.

И последующие попытки не имели успеха. Раз за разом вездеход шел на приступ, но все было напрасно: песчаный грунт не держал тяжелой машины.

Что ж, подумал Герд, переквалифицируемся в землекопы. Это долгий путь: подкапываться под стену, – но не зимовать же здесь?

Герд покосился на дикарку. Забыв про страх, возбужденно горя глазищами, она всем сердцем переживала за воюющего со стеной «жука».

– Дурочка! – сказал он устало. – Тебе-то что до этого?

Девочка радостно улыбнулась, произнесла что-то певуче. Пожав плечами, Герд снова положил руки на пульт.

– Эй! – позвала туземка.

Он повернул голову:

– Ну?

Девочка указала на кол и повела рукой вверх, сжимая и разжимая ладонь.

– Что? – спросил Герд.

И вдруг понял. Что же это делается! – поразился он. Эдак скоро и «жук» начнет мне советы давать. Зачем я ему тогда нужен буду?

Девочка смущенно потупила глаза. Качая головой, Герд взялся за управление. «Жук» обхватил лапами столб и уверенно пополз вверх. Вскарабкавшись на острие, он пару секунд побалансировал, приноравливаясь, затем вдруг резко оттолкнулся, пролетел над ямой и упал на край. Песок под задними лапами обвалился, вездеход накренило, но передние уже вцепились в кусты и рывком вытянули машину в безопасное место. Маневр был проделан виртуозно.

– А? – не без самодовольства спросил Герд.

– Ого! – отозвалась дикарка, расстегивая на себе ремни и втягивая ноги в кресло.

2

«Жук» вырвался из густого переплетения кустов и веток на относительно разреженный участок, и Герд придержал машину, осматриваясь. Место было знакомым. Батальон проходил здесь вчера, хотя ни одного следа в память об этом факте лес не сохранил.

«Если я ничего не путаю, – сказал себе Герд, пуская „жука“ вперед, – до заставы еще час-полтора ходу. Сдам груз и обратно – до заката обернусь, утру нос комбату!..»

Что-то тускло блеснуло в стороне. Бросив туда взгляд, Герд торопливо повернул вездеход: под громадным стволом упавшего дерева распластался раздавленный «жук». Удар, как видно, был страшен: колпак рассыпался по траве мелкими прозрачными осколками, платформа расплющена в блин.

Герд остановил машину, вглядываясь. Помощь оказывать было некому. Не мешало хотя бы выяснить номер части…

Девочка что-то промурлыкала.

– Что?

– Нет, – сказала она. – Нельзя!

– Не выходить? Мне вот тоже не хочется.

Прищурясь, Герд разглядывал ближние кусты. Вокруг было тихо, но что-то в этой тишине настораживало – выработанный за годы инстинкт предупреждал об опасности.

Не отрывая глаз от зарослей, Герд стал осторожно раздвигать створки люка. Ветка напротив шевельнулась, и Герд рывком захлопнул щель. Невольно отпрянул, когда прямо перед ним в колпак тяжело ударил дротик.

Герд усмехнулся: «во время одиночных рейдов запрещается: а) выходить из боевых машин…» Поневоле научишься уважать устав. Но какого черта!.. Что может быть за рейд в собственном тылу?

Герд навел на заросли станковый лучемет и выпустил несколько полновесных зарядов.

Ветви вспыхнули, но вяло. И быстро погасли.

Интересно, подумал Герд, за какое время лес залечит эту рану? В то, что ему удалось посчитаться с туземцами, Герд верил слабо: эти мастера по устраиванию ловушек вряд ли бы стали дожидаться его молний.

Герд продолжил путь, гадая, какие сюрпризы могут ждать его впереди.

Застава была устроена на просторной поляне и выглядела внушительно: приземистый, собранный из стальных сегментов купол с единственным бронированным входом и обращенными во все стороны бойницами.

Память не подвела Герда – он вышел точно к заставе. И сразу остановил «жука», настороженно озираясь.

С самим зданием ничего не случилось, по крайней мере внешне. Однако вход в купол был распахнут настежь, а перед ним лежал на спине солдат, из груди которого торчали два погрузившихся до середины дротика. Удивительно было, как щуплые туземцы ухитрялись метать дротики с такой чудовищной силой, что пробивали насквозь испытанные в десятках войн латы.

Герд направил «жука» к зияющему провалу входа, перед трупом опустил вездеход платформой на траву и выключил двигатель. С минуту сидел неподвижно, прислушиваясь и оглядываясь. Место вполне подходило для засады, а служить мишенью Герду не хотелось. Однако другого способа прояснить ситуацию на ум не приходило. Что ж, встречайте!

Распахнув люк, Герд пригнулся и нырнул головой вперед в здание. Упав на сжимавшие оружие кулаки, он перекатился на ноги и бесшумно прыгнул в сторону, спиной к стене, выставив перед собой лучемет. Но стрелять было не в кого.

На полу вповалку лежали солдаты. Скрюченные тела, искаженные удушьем лица – это походило на последствия газовой атаки. Совсем здорово!

Мягко ступая, Герд прошел в ангар, заглянул в кабину «единорога». В кресле водителя обмяк, уронив голову на грудь, взводный Лэнк. Еще один солдат скорчился на полу, цепляясь окоченевшими пальцами за крышку двигателя. Взвод в полном составе – не ушел ни один!

Герд обвел глазами стены, покрытые ржавым налетом. Да, это газы – и задерживаться здесь не стоит. Рассчитаемся позже.

Он вернулся в жилой отсек и, вздрогнув, вскинул лучемет: на пороге купола, четко выделяясь в светлом проеме, застыла тонкая фигура туземца.

Узнав дикарку, Герд отвел оружие.

Явилась! – подумал он со странным разочарованием. Вполне могла улизнуть, пока я занимался тут разбирательством.

Герд шагнул вперед, и девочка подняла на него блестящие от слез глаза. Ее припухлые губы трепетали, будто она силилась что-то сказать.

– Нравится? – жестко спросил Герд. – Ладно, не трясись, не трону!

Поездка затягивается, подумал он мрачно. Придется везти трофеи на базу.

– Живо в кабину! – приказал он. – И без фокусов, не то пятки подпалю.

Боязливо оглядываясь, девочка поспешила к «жуку», проворно забралась внутрь.

– Скройся с глаз! – крикнул Герд, махнув рукой.

Живая мордашка дикарки немедленно исчезла в глубине кабины.

Глубоко вздохнув, Герд рванулся вперед. И тут же засвистели, застучали о стену дротики. Герд с силой оттолкнулся и полетел руками вперед в люк… И в этот момент мир взорвался в его глазах. Рухнувшее на пол кабины тело уже не испытывало ни горечи, ни злости – ничего.

3

Первое, что он почувствовал, вернувшись в сознание, – раскалывающую голову боль. Заскрипев зубами, Герд потянулся руками к вискам и открыл глаза.

Он лежал на полу внутри неторопливо ковыляющего по лесной тропе вездехода. За пультом сидела девочка-туземка и, сосредоточенно нахмурив брови, нажимала тонкими пальцами клавиши. Герд долго и тупо смотрел на нее, потом попытался подняться и зарычал от боли. Девочка обернулась, на лице вспыхнула радостная улыбка.

– Уже? – спросила она. – Хорошо!

Придерживаясь руками за борт, Герд двинулся к пульту. Повинуясь его жесту, туземка освободила кресло, и он сел за управление. «Жук» выровнялся, пошел уверенней. Сверившись с компасом, Герд убедился, что вездеход направляется куда и надо – к побережью.

– Ты где обучилась вождению?

Девочка застенчиво улыбнулась.

– Ну?

– Смотрела, – ответила она. – Это просто.

– Конечно, просто! – согласился Герд. – У нас на это уходит всего месяца четыре.

Он повернул голову проверить, закрыт ли колпак, и снова скривился от боли. «Бедная моя голова! Что же ей так сегодня достается?». Колпак был закрыт, и сделал это не Герд.

– Идиотка! – сказал он сквозь боль. – Ты что, не понимаешь, зачем я тебя везу?

Не ответив, девочка шагнула за спину Герда, откинула его голову к себе на живот и принялась осторожно массировать узкими ладонями. Ощущение было приятным: боль постепенно отпускала, растворяясь в волнах тепла. Герд расслабился, двигались только пальцы на пульте. И глаза. Сначала он скосил их на зеркало, разглядывая то место, где еще горело воспоминание об ударе, но где не было теперь ни синяка, ни ссадины. Затем – на помятый, окровавленный шлем, подрагивающий на полке.

Счастье, что дротик шел по касательной, подумал Герд. Хорош бы я был – с дырой в голове… Но где же все-таки рана?

Боль уходила, возвращались ясность и мрачность мыслей. Положение было безвыходным. Отпустить спасшую его туземку он не мог: в армии тоже не через все можно переступить. С другой стороны, – что бесчестней неоплаченного долга?

– Мало мне было забот! – хмуро произнес Герд. – Ну и что мне теперь с тобой делать?

– Не знаю, – беспечно откликнулась девочка. Отпустив голову Герда, она с ногами забралась в кресло.

– В ящичке сладости, – сказал он. – Развлекайся!

Глаза девочки загорелись любопытством.

А не водит ли она меня за нос? – вдруг подумал Герд. Когда ее вчера захватили, она не понимала ни слова. Но что понадобилось ей на базе?

Смешно наморщив нос, девочка лизнула розовым язычком конфету. Замерла, вслушиваясь в себя. Лизнула еще.

– Эх ты! – сказал Герд тихо. – Зверек пушистый, непуганый…

Как с такими воевать? – подумал он. И как они с нами воюют? Почему, разорви меня Ветер, до сих пор мы не видели ни одного воина? Да и как могут получиться приличные солдаты из хрупких телом и духом? Но кто тогда с нами воюет?

Герд снова посмотрел на туземку. Девочка уже спала, гибко свернувшись в кресле. Кожа ее будто светилась в сумраке кабины.

Припомню я это комбату! – свирепея, подумал Герд. Псов ему мало? Скоро Вепри будут пленных допрашивать!..

Раздвинув последние ветки, «жук» оставил наконец за собой этот сумрачный, душный, загроможденный лес, в котором не было ни порядка, ни симметрии, и затанцевал на месте, радуясь простору и солнцу. Местность здесь полого спускалась к берегу, где в четкий геометрический рисунок выстроились корпуса главной базы имперского десанта.

Девочка проснулась и, оглядевшись, тихо засмеялась.

Решившись, Герд тронул клавиши. Набирая скорость, «жук» побежал вниз, к воротам базы.

4

С дежурным офицером Герду не повезло: им оказался полковник Агр – один из тех высокородных расчетливых карьеристов, чье быстрое продвижение по службе гарантировалось родичами в верхах. Правда, среди штабных полковник слыл отчаянным дуэлянтом, но во всех схватках он не получил ни единой приличной царапины, что удивительно.

Равнодушно выслушав Герда, Агр расписался в получении трофеев и взмахом руки отпустил его.

– Один вопрос, полковник, – сказал Герд, не шелохнувшись. – Что будет с туземкой?

– Как обычно, – рассеянно отозвался Агр, делая пометки в списках. – Пропустим через анализатор.

На Герда он не смотрел.

– У меня к вам просьба.

– Что такое? – Агр поднял голову. – Говорите!

– Личная просьба, – Герд покосился на подпиравших стену постовых, но полковник не пожелал его понять.

– Говорите же! – потребовал он нетерпеливо. – У меня мало времени.

Будем проще, подумал Герд. Опять же времени у него мало…

– Запишите девчонку как трофей…

– Что?!

– …и отдайте ее мне.

– На ночь? – догадался Агр, скривив тонкие губы. – Вам что же, мой милый, дня не хватило?

– На год, – сказал Герд. – Это для начала.

– Да вы в своем уме?

– Я обязан ей. К тому же она наверняка ничего не знает.

– Взводный Герд! – рявкнул Агр. – У солдат Империи не бывает обязательств перед ее врагами!

– Да, я слышал, – отозвался Герд. – Мы неплохо устроились, верно?

Он уже понял, что полковник упустил свой единственный шанс. Оставалось ждать, пока это дойдет и до Агра.

Полковник разглядывал Герда прищуренными глазами.

– Идите! – сказал он наконец. – Считайте, что я ничего не слышал.

Не то, полковник, не то! Да и поздно.

– Что еще?

– Дело в том, – медленно произнес Герд, – что я ее отпустил. Можете передать меня Псам.

– Великолепно! – сказал Агр, поднимаясь, – глаза его блеснули злорадством. – Великолепно, взводный Герд!

Дурак ты, полковник! – почти сочувственно подумал Герд. – Чему радуешься?

– Но прежде, – продолжил он, – нам будет о чем потолковать.

– Забываетесь, взводный!

– Разве?

– Взять его! – быстро сказал полковник, и постовые бросились к Герду.

Два неповоротливых рыхляка против Вепря? Смех! Он уложил их в два удара, без ненужной жестокости и с точной дозировкой – минут на двадцать. Поднял глаза на Агра:

– Ну? Или предпочитаете, чтобы я отрезал вам уши?

– Сопляк! – прошипел полковник, вырывая меч из ножен.

После первых же ударов Агр ощутил разницу между штабными дуэлянтами и настоящей боевой машиной, но продолжал яростно и упорно драться за жизнь, пока клинок Герда не разорвал ему горло.

Мельком взглянув на то, что минуту назад было полковником Агром, Герд аккуратно вытер меч о портьеру, быстро и тщательно связал постовых и покинул здание. Забравшись в кабину «жука», неспешно проехал через лагерь. Без осложнений миновал контрольный пункт. Спустя несколько минут заросли поглотили машину, и Герд позволил себе расслабиться.

– Как тебя зовут? – спросил он, не поворачивая головы. – Ну, иди сюда!

От багажника прошлепали к соседнему креслу легкие шаги. Девочка возвращалась на привычное место неохотно, словно опять стала бояться Герда. Или учуяла запах свежей крови?

– Уэ, – ответила она тихо.

Двубуквенность императрицы – вот так-то! А может, и в самом деле?

– Кажется, ты разочарована? На другое рассчитывала?

Она неопределенно повела плечами.

«Жук» выбрался на лесную тропу и ходко побежал по зеленому коридору. «Самое гиблое место! – подумал Герд. – Здесь они нас и ждут». Но сворачивать не стал.

Девочка вдруг беззвучно заплакала. Задрожали длинные ресницы, затряслись худенькие плечи. С чего это ее разобрало? – удивился Герд, но выяснять не стал: хватало забот и без того.

А, собственно, отчего шум? – спросил он себя. Конечно, сегодняшние шалости даром мне не пройдут: Агр – человек со связями… был. Но под горячую руку я не попал и завтра уже буду в батальоне. А там что мне могут сделать? Ну, сцепился со старшим при исполнении – про Уэ в этой кутерьме вообще вряд ли вспомнят. Пожалуй, добавят букву, а? Ну и ладно! Зато…

Протяжный скрип заставил его повернуть голову: исполинский ствол рушился на тропу. «Жук» отчаянно затормозил, взрыв лапами грунт, и прыгнул назад, вылетев из-под самого дерева.

Не дают скучать, подумал Герд, посылая машину вперед. И так близко от базы! Наглеют туземцы.

– Где тебя высадить? – спросил он у Уэ.

– Не знаю.

– Думаешь, я без тебя заскучаю?

– Не знаю, – повторила она упрямо.

Герд вдруг заметил, что в лесу стало темней. А черноту здешней ночи он успел уже оценить.

– Здесь заночуем? – спросил он.

– Сказал! – возмутилась Уэ и потянулась к пульту.

Усмехнувшись, Герд убрал руки с клавиш. Девочка вывела вездеход на обширный каменистый пустырь и опустила брюхом на грунт почти в центре. Герд не возражал, надеясь, что вездесущие туземцы сейчас за ними не следят, а если и бросят любопытствующий взгляд на эту лесную плешь, то примут «жук» за один из валунов, обильно разбросанных вокруг.

Пробравшись в глубь кабины, Герд сбросил с себя доспехи, втиснулся в крохотную душевую и с наслаждением смыл с себя пот, пыль и грязь этого долгого дня, потом его сменила под душем Уэ, а он раскатал на полу тощий матрас и осторожно вытянулся на нем, заложив руки за голову.

Слишком возбужденный, чтобы заснуть сразу, Герд стал развивать мелькнувшую в голове мысль об оборотнях. А что, если туземцы способны из созданий кротких и хрупких превращаться в беспощадных, неукротимых, мощных бойцов? Бред, конечно, но разве мало удивляла его сегодня Уэ?

Увлекшись, Герд начал прикидывать, как будет реагировать, если сейчас из душевой вырвется хищное стремительное существо, и с изумлением обнаружил, что не испытывает никакого желания сопротивляться. Вообще ничего не хотелось. Кажется, машина стала давать сбои!

Уэ выпорхнула из душевой, смеясь, тряхнула волосами, послав вокруг брызги. Вдруг оборвала смех, опустилась коленями на матрас, склонилась над ним.

– Ну, что? – спросил Герд.

На его глаза легли прохладные ладони.

– Спать! – строго велела Уэ. – Спи.

Все заботы и тяготы показались вдруг Герду мелкими, далекими, и он заснул – крепко и без сновидений.

Ночь прошла спокойно.

Герд проснулся с рассветом и, наскоро перекусив, сел за управление. Уэ поднялась только для того, чтобы перебраться в кресло, где снова заснула, свернувшись по обыкновению в клубок. Это показалось Герду подозрительным: кажется, малышка не всю ночь провела в вездеходе. Куда она могла ходить?

Потом ему стало не до подозрений: слишком много внимания забирала дорога. Почему-то стало трудней продираться через лес – будто не по этим местам Герд проезжал уже дважды.

1 2 3 >>