Сергей Григорьевич Иванов
Ветры империи

– Что? – ошеломленно пробормотал Эрик. – Стражу поднять руку на Божественную!..

– Почему нет, если это послужит умножению Порядка и ослаблению Хаоса? – будто услышав его, произнес Тэн. – А вот твой выбор будет иным, верно? Можешь не верить, но твой отец был одним из нас, за что и принял смерть. Однако душа его возродилась в тебе, и потому мы хотим, чтоб ты находился при Ю неотлучно и уберег ее от грядущих напастей, и провел через все бури. А затем – кто знает? – может, именно тебе удастся разбудить Спящую. Береги нашу богиню, Эрик, береги ее как жизнь, как душу свою, – это всё, о чем мы просим. А когда получится, мы придем к тебе на помощь.

Экран потух. Эрик растерянно молчал, не зная, чему верить. В конце концов, подумал он, а что нового мне поручили? Я и так не отступился бы от Ю.

– Честно говоря, – со вздохом сказала Бэла, – я уже не рада, что ввязалась в это дело. Мы же чудом спаслись!

– А вот я доволен, что мы встретились, – откликнулся Эрик. – Хотя заранее готовил себя к худшему. Разве нам плохо вместе?

– Мой милый, мне будет жаль расставаться, – огорченно подтвердила девушка. – С тобой, конечно, замечательно, но уж очень опасно… И все ж когда-нибудь мы встретимся опять, правда?

И она вновь принялась распалять Эрика, методично и со вкусом.

Много позже, уже совершенно вымотанный, юноша блаженно возлежал в обнимку с Бэлой, благодарно и бережно лаская ее тело, теперь знакомое ему каждой складкой. Права девочка, размышлял он лениво, лишь немногие способны возвыситься до наготы. И потому ее так охотно марают рабством. Но только с ней можно достичь заоблачных вершин. А полураздетость пусть волнует бездарей, недостойных Совершенства.

3

Здешние двери Горн уже наловчился открывать без ключей и кодов, с закрытыми глазами. Конечно, являться в Львиный блок без предупреждения было рискованно, но тем занятней – надо же знать своих соперников!.. Неслышно Горн миновал крохотный лабиринт, проследовал знакомым коридором и застыл на пороге. Замечательно! Наконец-то он застал парочку врасплох. Ощерясь, Лот вдавливал Нору в стену, а та упиралась в его грудь руками, пытаясь высвободиться.

Не раздумывая, Горн шагнул к ним вплотную, рывком развернул Лота к себе и с оттяжкой хлестнул пальцами по лицу. Избранного отшвырнуло на несколько шагов – он ухватился за рукоять меча, будто за опору.

– Если ты, падаль, – внятно произнес Страж, – сунешься к Норе еще раз, я вырву тебе горло! – И он выставил перед собой пальцы, жесткие как дерево.

– Напрасно, Горн, – сказала девушка. – Я бы и сама…

– Молчи уж, – рыкнул он. – «Сама»!

– Ты, животное, – процедил Лот, вытирая с лица кровь. – Это не последняя наша встреча, будешь еще мне руки лизать!..

– Ну иди ко мне, – поманил Горн ладонью, – Иди – я добавлю.

Лот круто повернулся и направился к выходу. Страж смотрел ему вслед с сомнением: не догнать ли? Уж очень кулаки чешутся…

Но тут Нора крепко взяла Горна за руку и повлекла в глубь покоев, подальше от соблазна.

– Вечно ты торопишься! – выговаривала на ходу. – Лот и от меня получил бы положенное… Ну успокойся, не нужен он мне. Никто мне теперь не нужен – только ты, мой зверь!

Придержав девушку, Горн пальцем чуть поднял скуластое лицо, осторожно слизнул кровь с ее рассеченной губы.

– Все же следовало ему врезать, – с сожалением заметил он. – Гниль, пакостит за моей спиной…

– Слишком строг ты сегодня – ну улыбнись! – Нора засмеялась. – Разве Лот виноват, что так привязан ко мне?

– Что ты понимаешь, дуреха? – возразил Горн. – Он утверждается за чужой счет, а это опасно – для всех.

– Да ну его совсем!

Торопясь, девушка втолкнула Стража в дальнюю комнату, сбросила с себя все и шагнула к свету, чтобы он смог лучше ее разглядеть. И Горн смотрел не отрываясь, ощупью высвобождаясь из доспехов.

– Ну быстрей! – позвала она хрипло. – Что ты копаешься?

Только он снял последнее, как Нора потянула его на себя, падая спиной в постель.

– Хочу тебя! – жарко зашептала она Горну в ухо. – Милый мой, нежный, могучий!.. Хочу, чтоб ты стал Вождем, хочу гордиться тобой, ты – мое счастье, моя жизнь… Люби меня!

Горн пьянел от аромата ее кожи и волос, от ее слов… хотя говорила она глупости. Девушка забилась под ним, отчаянно замотала головой, закричала, и его тоже захлестнуло жаркой волной.

С каждой новой встречей Нора изумляла Горна все больше. Нет, она действительно была тщеславной, алчной, жестокой, а кое в чем фанатичной до исступления, – но все это оказалась замешано на таком заряде врожденной чувственности, что у Горна захватывало дух, словно над бездной. Черт знает, что они вытворяли друг с другом, как взаимно влияли – точно гремучая смесь. И куда это заведет?

Когда у девушки не осталось сил даже на крик, а приступы содроганий начали сливаться в один, грозя разнести ее на части, Горн нехотя умерил ласки, давая передышку обоим. Распластавшись на нем, Львица рыдала взахлеб, но еще втискивалась в любовника из последних сил, будто пыталась зарыться. Покачивая ее на своих глыбах, Страж гладил девушку по голове, по спине, осторожно сдавливал ягодицы, и постепенно она успокаивалась. Дыхание становилось реже, дрожь стихала. Наконец, прерывисто вздохнув, Нора улеглась щекой на его плечо и расслабилась совершенно.

– Эй, – произнес Горн, озираясь, – а ведь тут я еще не бывал!

Комнатка оказалась крохотной, постель занимала едва ли не ее половину. Но одну из стен украшал вполне приличный пульт с несколькими экранами и выходом на здешний вычислитель. В другом углу, за прозрачной занавеской, помещалась совсем уж миниатюрная душевая. Остальной площади едва хватило на небольшой стол и пару кресел.

– Только сейчас заметил? – утомленно спросила Нора.

– До того ли было? – хмыкнул он. – На тебя только и глазел, как идиот!

Девушка польщенно засмеялась.

– В этой каморке нас не достанут ни Лот с Псами, ни Кон со своими пещерниками, – объяснила она. – Чего мне хочется меньше всего в такие минуты – это оказаться застигнутой врасплох. Да и жаль было бы прерываться, верно?

– Но это-то тебе к чему? – указал Горн на пульт.

– По-твоему, я лишь красивая растленная дурочка, которую Тор раздает направо и налево?

– А разве нет? – поддразнивая, спросил он.

– Во-первых, мой милый, я тебя сама выбрала, нутром учуяла, какой ты чудовищный зверюга – бесстрашный, неукротимый, ненасытный…

– Во-вторых?

– А во-вторых, к твоему сведению, я не просто одна из внучек Тора, я – единственный ребенок Вождя Горных Львов. Ты понимаешь, что это значит? Сам Тор из Горных, и недаром Лот устроил на меня охоту!..

– Отец, надо думать, погиб?

– Да, – подтвердила девушка. – Очень рано. А мать… В общем, Тор заменил мне всех.

– И любовника?

– Вот это тебя не касается.

– Ошибаешься, – сказал Горн. – Теперь – касается. Ты моя, ясно? И делить тебя я не намерен ни с кем.

– Ладно, оставим. – Нора легонько куснула его за ухо. – Пока ты не принялся за меня снова, лучше поговорим о делах – не против?

– О делах? – удивился он. – С тобой?

– Ты не понимаешь. – Девушка нетерпеливо вздохнула. – Фактически я уже возглавляю Горных Львов. А для Тора я первый помощник – тем более тут, в Столице.

– Что, новые порядки старикану не по уму?

– Горн!..

– Ладно-ладно, – проворчал он. – Стало быть, он и тебя подключил к похищению? Вот не было печали!

– Все равно же я многое знаю. А в здешних сплетениях ориентируюсь даже лучше.

– Н-да? – с сомнением спросил Страж. – Выходит, Тор и вовсе ноль?

– Ну Горн! – снова воскликнула она.

– Ладно, чего уж теперь… Давай говорить.

Он вдруг заметил, что их сплетенные тела вкрадчиво и словно бы сами по себе трутся друг о друга, никак не реагируя на разговорные перепады. Вот так бы в остальном.

– Ну хорошо, – деловито заговорила Нора. – В целом вы с Тором договорились, теперь пора обсудить детали.

– Вот эти? – спросил Горн, шлепая ее по заду.

– Милый, хватит, а?.. Ну соберись!

– Поехали, – со вздохом сказал он.

– Так вот, главная твоя задача: вывести Ю через один из запасных выходов. Справишься сам или нужна помощь?

– Внутри? – Горн хмыкнул. – Чтоб ты знала, Храмовый Лабиринт не чета прочим, он занимает ту махину едва не целиком. Есть у вас проводник?

– Если потребуется, найдем… Ну что, помочь?

– Обойдусь. Что дальше?

– Собственно, ничего. Твое дело: доставить Ю на Храмовую площадь. Там мы тебя встретим.

– И как вы проберетесь через Дворцовое Кольцо?

– А на что, по-твоему, Лот?

– Ага, – медленно сказал Горн. – Так здесь замешан и начальник Дворцовой стражи? Ну, замечательно!

– Да в чем дело-то?

– Вам что тут, парад? Столько народу задействовано!.. Проще было сообщить Уну напрямую – ведь Лот у него в любимцах.

– Но послушай, моя радость, – вскинулась Нора. – Это во Дворце Лот начальник стражи, а здесь он – Лев и сын Главы. И это его прайд.

– А если ему больше нравится быть начальником?

– Прикуси язык, чудище! В нашем роду не было предателей.

– Так будут, – заверил Горн. – Просто раньше Львам не подворачивались стоящие приманки… Кстати, и ваши союзнички мне не по нутру, – добавил он. – Черт знает, что творится: только подыщешь себе приличного партнера, как за ним увязывается свора швали!

– Раз ты такой пугливый, – в сердцах бросила Нора, – нечего было вообще в это влезать!

Однако даже не попыталась с него подняться.

– А давай сделаем иначе, – предложил Страж. – Пусть Лот занимается вашим поручением, а я тем временем проведу Ю окольными путями.

– Это какими же?

– Вот это – мое дело, – сказал Горн. – В конце концов, что вы теряете? Если я попадусь, вы ни при чем, а если Лот все-таки подведет, то дело выгорит и без него. Вам останется лишь вывести Ю из Столицы… Ну, как?

– Тор не пойдет на это, – возразила девушка. – Он терпеть не может отсебятины.

– Но ты ж его советница? – Горн тихонько пощекотал ее за бока. – Убеди.

– Да? – ядовито спросила Нора. – Сейчас!

Не выдержав, она прыснула. И почти сразу ее тело стало наполняться сладким трепетом, словно в предвкушении.

– Вообще Тору даже необязательно говорить. – Постепенно ласки Горна делались настойчивей, и девушка уже тянулась за его ладонями, как очарованная. – Но ты в эту Дворцовую затею не влезай, ладно? Лучше дождись меня здесь.

Теперь он и сам стремительно заражался от Норы дрожью, а его голос с каждым словом звучал хриплее, напоминая уже ворчание зверя. И снова жутковато взбухали мышцы, распираемые неведомой мощью. Медленно Горн перекатился, подминая девушку под себя, и тотчас она обхватила его торс всеми конечностями, придавленно застонав. Вот теперь они опять сделались заодно, полностью и без оговорок.

Краем глаза Горн увидел, как тяжелый дверной полог пополз в сторону, и тут же густой голос пророкотал:

– Не пугайтесь, дети, это я.

Горн круто развернулся и уперся бешеным взглядом Тору в глаза.

– Это я, сынок, – повторил Глава, усмехаясь. – Убери меч.

– Разови вас Ветер, Тор, – взорвался Горн. – Я не привык, чтобы мне мешали!

– Придется привыкать, мой мальчик, – такие уж у нас порядки.

– А мне плевать! – рявкнул Страж. – Убирайтесь, Тор!

Девушка вдруг отпихнула Горна и поднялась, глядя в сторону. Зарычав, он схватил Нору за руку, рванул к себе. Она упала на колени и осталась так стоять, отворачиваясь по-прежнему. Горну захотелось ее ударить.

– Ладно, хватит! – повысил голос и Тор. – Разговорился!

Горн зло толкнул девушку и, запахнувшись в плащ, перебрался в кресло, угрюмо разглядывая старого Льва.

– Прикройся, дурочка, – негромко велел Глава. – Хотя бы дома блюди приличия.

Нора послушно натянула на плечи одеяло.

– За этим вы и явились? – мрачно спросил Горн. – Поучить нас приличиям?

– За этим тоже, – ответил Тор. – Хочешь владеть Норой, веди себя пристойно, не то заберу в момент! А эти новомодные ухватки прибереги для дворцовых шлюх – чтобы здесь я больше не видел такого!..

– А кто вас сюда звал, Тор?

– Глава Тор! – прогремел старик. – Запомнишь или повторить?

– А провались ты в Подземелье, Глава Тор, – со скукой произнес Горн и стал одеваться, не обращая больше внимания ни на кого. – С меня довольно.

Раздувая ноздри, Тор следил за ним налитыми кровью глазами. Похоже, он не привык к подобному обращению – но это его проблемы.

– Сядь, – наконец сказал Лев. – Займемся делом.

– Не будет Норы, не будет и дела, – откликнулся Горн. – Она моя, ясно вам? Я убью любого, кто станет между нами, я убью ее!..

– Уймись, бешеный! – прикрикнул Глава. – Ты потеряешь всё!

Страж уперся о стол руками и наклонился к Тору. Щека его дергалась, но говорил он даже тише обычного:

– Слушайте, старина, я не той породы, чтоб о меня вытирать ноги. Либо я получу, в чем нуждаюсь, либо порушу все – и плевать на последствия!.. Я не поддаюсь дрессировке – учтите это, Тор, – а играть со мной опасно. И Нору я не отдам никому.

– Сядь! – снова велел Тор, оскаля желтые клыки. – Я понял тебя. Если не договоримся, одному придется умереть, – вот и все. Мне это подходит.

Нехотя Горн опустился в то же кресло, раздраженно пнул Нору в округлый зад, туго обтянутый одеялом. Девушка только оскалилась в ответ.

– Мне нужна Ю, – заявил Тор. – И побыстрей – время на исходе.

– Знаю, – подтвердил Горн. – Скоро быть грозе.

– Что ж, ограм не вредно пройти через очищение… Когда ожидаются следующие Откровения?

– Как будто вы не знаете!..

– Послезавтра, да. Ты готов?

– Мы уже обговорили все – с Норой.

– И все-таки?

– Обеспечьте транспорт. Прочее – не ваша печаль.

Глава задумчиво пожевал губу.

– Кто-то пытался нас опередить, – произнес он затем. – Если б не ты…

– Я свое дело знаю и слово держу. Однако играть мы будем на равных.

– Но запомни, парень: вздумаешь крутить!..

– И вы запомните, Тор, – снова распаляясь, заговорил Горн. – Что бы ни случилось, Нора принадлежит мне. А если вам опять вздумается ее подарить, заранее с ним попрощайтесь, потому что долго ему не жить.

– Ладно, – грозно молвил Тор, – разговор не кончен.

Он рывком поднялся и вышел из комнатки. С минуту, медленно остывая, Горн сверлил взглядом колышущийся полог, затем перевел его на Нору. Обхватив руками колени, девушка упорно смотрела в сторону. Золотистые ее глаза светились в сумраке, точно у волка.

– Эй, киска! – позвал он.

Нора не отозвалась. Страж опустил тяжелую руку ей на плечо:

– Эй?

– Отстань! – выкрикнула она. – Ненавижу!

Только сейчас Горн заметил, что девушку снова сотрясает дрожь, хотя теперь это мало походило на страсть. Осторожно он повернул ее лицо к себе и понял, отчего так блестели глаза: в них стояли слезы.

Горн поднял девушку на руки, и та вдруг стиснула его шею с такой силой, будто хотела задушить. Дрожь стихала, зато слезы потекли обильней.

– Идиотка, добаловалась, – всхлипнула Нора. – Ребенка мне от него захотелось!

– Для улучшения породы?

– Умолкни!.. Я хочу лишь от тебя, понял?

– Не вполне, но ладно, – ответил, Горн и понес ее к постели. – А если вашему Главе вздумается помешать нам еще раз, я проломлю ему череп.

Аккуратно он уложил девушку посреди постели, выпаковал из одеяла. Заворчав, склонился над ее прелестями и который раз за сегодня принялся их пробуждать. И опять они откликнулись без промедления.

– Ради Всемогущих Духов, не задирайся с Тором! – смогла еще выговорить Львица. – Пойми, ты против него щенок, несмотря на всю свою силу.

– Да провались он в Подземелье! – проворчал Горн, возвращаясь в наново разогретое тело. – До него ли теперь?

Со стоном Нора притянула его к себе.

Глава 5. Взрыв
1

Он скользил вдоль стены бесшумно и невесомо, точно тень. В коридоре было абсолютно темно, но это мало его трогало. Наверное, никто другой не изучил с таким тщанием расположение бесчисленных ходов и комнат Храма, вплоть до самых тайных, а если и изучил, не смог бы избежать «глазков» страж-системы, рассеянных всюду.

Выставленный вперед меч наткнулся рукоятью на препятствие и заскользил в ножны. Человек остановился, вслушиваясь, затем осторожно надавил на дверь, прошмыгнул в щель, тем же неслышным, летящим шагом миновал сумеречный коридор и дальше двинулся обычной поступью Стража, расслабленной и настороженной. Еще немного покружил по Лабиринту, после чего пронизал мощные, усиленно охраняемые двери и очутился на Храмовой площади.

Громадный купол Храма здесь продолжали массивные, провисшие под своей тяжестью балки, полого спускаясь на крышу Дворцового Кольца. А между балками трепетала тугая прозрачная пленка, спасавшая горожан от капризов беспокойного климата.

Широкими шагами Страж пересек площадь, миновал Дворец и вышел на радиальный проспект, тоже накрытый пленкой и прямой настолько, что просматривался до самой Срединной Стены. На углу, под присмотром пожилого Пса, скопилось с полдюжины мускульных экипажей. Взмахом руки Страж подозвал один, взгромоздился в хрупкую коляску и опустил ладонь на крохотный пульт. Двое голышей-ездовых, похожих словно двойняшки, разом налегли на постромки и с видимой охотой затрусили вдоль единообразных гранитных блоков. Застоялись, родимые…

Чем больше удалялась коляска от центра, тем ниже становились блоки и пустяковей населяющие их роды, хотя Истинными тут были все. Надвигался вечер, и улицы заполнялись прохожими, экипажами. А по выставочным лоджиям рассаживались созревшие для гаремов девицы, бесстыдно выряженные – точнее, оголенные до последней степени приличия. На свое беду, эти милашки не удовлятворяли стандартам рода, а таких предпочитали сбывать на сторону – конечно, если находился покупатель. С демонстративным презрением красотки-Истинные поглядывали сверху на конкуренток из Нижнего Города, худосочных и суетливых, вынужденных подвергаться ежедневному унизительному отбору на граничных постах. Действительно, у беспородок почти не было шансов продать себя надолго – но они и не претендовали на многое.

Завернув за угол, Страж отпустил экипаж и наскоро прокрутил обычную процедуру, избавляясь от возможной слежки. Вряд ли он уже был на подозрении, но время от времени проверяли всех придворных. Покончив с этим, Страж оказался перед заветной дверью и настороженно вступил, надеясь на лучшее, но не забывая о прочих вариантах.

Как и обычно, он застал хозяина за пультом, погруженнным в работу. Оторвав глаза от экрана, Крис с удивлением воззрился на гостя. Хотя мог бы и напугаться – точно так же возникают Воители.

– Я помню ваши наставления, – произнес Страж. – Но не прийти не мог.

Молча Крис указал на кресло. Страж c охотой развалился, сохраняя на лице выражение надменной и свирепой веселости.

– В роль вжились – не придерешься, – с усмешкой признал хозяин. – Все-таки, что вас привело?

– Чрезвычайные обстоятельства, Крис. Кажется, я нащупал нить.

– Говорите.

– Сперва вопрос. К вам не попадал плантационный либо фабричный рабошлем? Меня интересуют современные образцы, то есть последние лет двенадцать.

– Увы, – вздохнул Крис. – Если желаете, могу проверить, но вряд ли – я бы помнил. Почему-то ни одному из беглецов не пришло в голову захватить с собой рабошлем.

– Включая меня, – согласился Страж. – Ладно, обойдемся… Видите ли, я обнаружил, что в последнюю модель рабошлема вставлены два – понимаете? – два приемника. Причем неравноценных, так что это не может быть обычным дублированием.

– И в чем разница?

– Я пока мало знаю, но, видимо, доминирующим является резервный приемник. Но вот для чего он служит, на какой передатчик нацелен?.. Вот что, Крис, – Страж клацнул кованой ладонью по столу, – раздобудьте мне одежду шестибуквенного – поскромнее. Я зайду… завтра?

2

На сегодняшний вечер Эрик присмотрел себе экзотическую дичь – гостью из далекой Тиберии. Девушка была миниатюрной, грациозной, очень общительной, легко и охотно срывалась на смех. Шар пепельных кудряшек и меховой комбинезон делали бы ее похожей на пушистого зверька, если б не глубокий вырез на груди да перетянутая широким поясом талия. Вряд ли девочка была чистых кровей, но в Тиберии, по слухам, вообще не сохранилось настоящих Истинных. Что-то Хранители недоглядели там, и – размылись грани. Наверное, очень соблазнительны оказались тамошние туземки; и это их качество в полной мере унаследовала новая Эрикова подружка. Звали ее Тиной.

При первой возможности они, вместе с теплой компанией молодых придворных, покинули общий зал и расположились в уютной кабине, разделенной хрупкими перегородками на четыре сектора. В каждом из них помещался диван, а центр кабинки занимал общий стол, щедро груженный яствами и напитками. Над столом плавно вращалась перевернутая пирамида, со всех граней сияя сценами из очередной псевдоисторической постановки.

Скинув сапожки, Тина тотчас же разлеглась на упругих подушках и опустила застежку комбинезона до пояса, обнажив холмики девственной груди. Эрик присел рядом и стал кормить ее с ладони квадратиками желе. Прикрыв глаза и давясь от смеха, Тина ловила подвижными губами его пальцы, но иногда кусочки шлепались ей на шею или грудь, и тогда Эрик с удовольствием подбирал их языком. Другой рукой он щекотал ее маленькие розовые подошвы, отчего девушка звонко хихикала и поджимала пальчики, или небольно щипал сквозь мохнатые штанины. Все чаще его ладонь будто ненароком соскальзывала с худенького бедра Тины, осторожно раздвигала шерстяные пряди и через невидимый разрез касалась нежных, уже чуть влажных складок, и тогда девушка замирала в сладком томлении. Пока это было лишь игрой, ни к чему, в общем, не обязывающей. Они еще могли обменяться партнерами с любой из здешних пар или вовсе покинуть кабину и поискать себе другую компанию, а то и вернуться в зал, – все это могло случиться, однако Эрик чувствовал иное: они подходят друг другу.

И большинство их компаньонов не спешили уединяться. Только в соседнем секторе сразу отгородились занавесом угрюмый верзила Буйвол и столь же необщительная девица из рода Питонов. Впрочем, они угодили в этот состав случайно и явно не для разговоров. Зато прочие знали друг друга отлично.

Напротив Эрика расположился испытанный приятель Биер, усадив на колени Гжину из рода Куниц, темную как смола и подвижную словно ртуть, – бывшее Эриково увлечение. С первой минуты Биер запустил руки под ее просвечивающие одежды, что неудивительно: они развлекались вместе уже не раз.

Последний сегмент оккупировал Эст. Вот он разжился сразу двумя подружками, хорошенькими крепышками Росомахами, но совершенно этим не смущался – о его ненасытности ходили легенды. Сам большой оригинал, он и девушек ценил за раскованность. А уж нынешние его пассии приблизились к самой грани – их прикрывали только кожаные чулки да коротенькие платья, из-под которых то и дело мелькали тугие попки.

– Все-таки жаль, дружище Тигр, что вы не фехтовали, – говорил Эст, обложившись девами, точно подушками. – Ваше участие в поединках делает их вдвое зрелищней.

– Сегодня у меня постный день, – ответил Эрик, с улыбкой глядя на тиберийку. – Как правило, эти «жемчужины» слишком упитаны.

– Вы правы, пышные телеса нынче не в моде, – вздохнул коротыш. – Но вы обещали мне несколько уроков – помните?

– Раз обещал, о чем разговор?.. Только учтите, мой друг, скоро мне опять выходить на службу. Горн и так, наверно, меня заждался.

– Кстати, Эрик, – вмешался Волк, – отчего ваш напарник не посещает Дворцовые вечеринки? Может, он скопец?

– Вот уж вряд ли! – рассмеялся юноша. – Просто предпочитает скрадывать зверя ближе к логову.

– Однако! – удивился Биер. – И кто ж его избранница?

– Господа, воздержимся от сплетен! – весело воззвал Эрик. – В конце концов, это касается лишь самого Горна.

– Ну расскажите, вреднюга! – Гжина швырнула в него ягодой. – Говорят, ваш приятель такой забавный!.. Например, он обожает голышек… то есть любит раздевать своих подружек догола, представляете?

– Не знаю, милая, не знаю, – с принужденным смехом ответил Тигр. – В любом случае, он сохранил нам Божественную, а за это можно многое простить, не так ли?

Гжина скорчила недовольную гримаску. А Эрик возблагодарил Духов, что у него хватило ума не примерять эту болтушку на роль… кого? Ах, черт!

– Наш красавец скромно умалчивает о собственных заслугах, – заметил Эст. – Но между прочим, друзья мои, обратите внимание, как странно сходятся крайности: богиня и рабыни одинаково наги, а кроме того, как Ю, так и голышки танцуют!.. И знаете, что-то в этом есть. Ну, в самом деле, зачем нам паковать себя в скорлупу, какой смысл? Жизнь стала уютной и безопасной, во всяком случае под городскими Крышами, за стенами блоков. А наша привязанность к одежде – предрассудок, не более. Так давайте ж от него избавляться!

– Желаете учредить новую моду? – усмехнулся Биер. – Боюсь, не поймут.

– Ой, а интересно бы попробовать! – загорелась Гжина, но тут же ойкнула громче, словно бы ее ущипнули, и оскалилась на Волка.

– Псов на вас нет, – проворчал тот благодушно.

– Кстати, – неожиданно вспомнил Эрик, – а вы заметили, что с улиц пропали Псы? Будто сдуло! За целый день не встретил ни одного.

– То-то поубавилось вони! – возрадовался Вепрь и защекотал своих молчаливых подружек. – Душечки мои, а вы что об этом думаете?

– И Хранители куда-то девались, – задумчиво продолжал Эрик. – К чему бы это, а?

– Полагаете, снова устроили Большую Охоту? – спросил Биер. – И на кого же они спустили свои своры теперь?

– Откуда мне знать? Я Страж, всего лишь, – со мной не советуются.

– А с кем они вообще советуются? – с кривой ухмылкой произнес Волк. – По-моему, им даже на Откровения плевать.

– Тише, мой друг, тише! – вполголоса предостерег Эст. – Здесь не лучшее место для таких речей.

– Может, они прочесывают Нижний Город? – предположил Эрик. – Признаться, тревожно мне что-то…

– А слыхали новость? – Загадочно улыбаясь, коротыш оглядел приятелей. – Сегодня Невидимки впервые напали при полном свете.

– Вот, дождались, – проворчал Биер.

– Ой, да бросьте вы! – возмутилась Гжина. – Кто сейчас верит в эти сказки?

– Я, – неожиданно сказала Тина, подняв голову. – Это дурной знак. Бабушка рассказывала мне…

Мужчины дружно рассмеялись, и кроха умолкла, обиженно поджав губки.

– Есть такая примета, есть! – подтвердил Биер. – Можно над нею смеяться, можно не верить, но, действительно, последнее время несчастья сыплются на нас, как из мешка. А если еще и подтвердится слух о гибели Большого Десанта…

– Вы что-то знаете? – заинтересовался Эрик. – Давно об этом не слышно – будто обрезали. А как известно, молчание не к добру.

Биер развел руками, едва не уронив свою подружку, – та возмущенно пискнула, но Волк уже подхватил ее.

– Эх, господа мои, лично меня военная карьера совершенно не прельщает, – заявил коротыш. – Конечно, это шанс для худородных, но мы, слава Духам, в жизни устроены неплохо. Да и с кем сейчас воевать? Весь материк уже под нами, а что до Второго – так существует ли он вообще?..

Ладонь Эрика уже прочно обосновалась между Тининых бедер, а пальцы проникали в нее все глубже, – малышка жмурилась, трепетала, постепенно разводя колени шире, и ее волнение передавалось юноше словно бы через кожу. Теперь он не сомневался, что сумеет подвести ее к блаженству даже без слияния, на одних ласках, – кажется, уроки Бэлы не пропали даром. К тому же девочка одарена природой на диво и еще не испорчена Дворцовыми пошляками.

– Наш Везунчик по-прежнему витает в облаках, – насмешливо молвил Биер. – Не пришлось бы начать завоевания сызнова. Империя трещит по швам, и если наши десантники впрямь провалили дело…

– Нет уж, не уговаривайте! – отозвался Эст, в две руки лаская подружек. – Как хотите, но армия с ее муштрой и грубыми нравами не для меня. В нежном возрасте я хватил этого под завязку – если помните, мой родитель командовал корпусом в последней кампании, и это испортило его на весь остаток жизни. – Коротышка звучно расцеловался с каждой из Росомах и заключил: – И вообще, господа, прошли времена, когда гвардейские батальоны комплектовали из сородичей. Теперь там обходятся наемниками.

– Раньше мы дрались за добычу, – пояснил Волк. – А ныне армия лишь добавляет Империи земель и рабов. Но вскоре, может, придется воевать за собственные жизни.

– Мой дорогой, вы слишком мрачно смотрите на вещи.

– Просто я лучше осведомлен. Это даже смешно, старина. Вся страна бурлит, а вас не заботит ничего, кроме дворцовых сплетен.

– Надеюсь, вы все же преувеличиваете, – вмешался Эрик. – Очень не хотелось бы марать мечи о Грязь.

Закусив губу, девочка вдруг забилась под его рукой, тоненько застонала. И самого Эрика захлестнула волна нежности, захотелось выкинуть из головы всё и наконец остаться с Тиной наедине. Малышка прелесть, он смог бы далеко ее увести… Стиснув бедра, девочка остановила его руку и оцепенела, вслушиваясь в себя.

– Между прочим, и Львов сегодня не видно, – внезапно сообразил Эст. – Это уже походит на мор, вам не кажется?

– Я слышал, ночью Львиный блок пытались захватить, – откликнулся Биер. – Что-то они затевали против императора. Но Львы заблаговременно убрались, и Ун остался с носом.

– Конечно, Тор готов отрубить себе голову, лишь бы на нее не надели рабошлем, – сострил Эст. – Но Биер, выходит, вы узнаете столичные новости раньше меня!.. Что ж вы отмалчивались?

– Служба такая, – усмехнулся Волк, придерживая Гжину, порывавшуюся сплясать прямо у него на коленях. До недавнего времени танцы считалось дурным тоном, но вкусы меняются, и кто знает, может, в скором будущем Дворцовые залы заполнятся танцующими ограми?

А ведь Эст прав, внезапно подумалось Тигру. Откуда у Биера такая осведомленность? Кстати, именно Волк мог подсмотреть маршрут моей загородной поездки… Да ну, бред! – устыдился юноша. Зачем это ему? Слишком я стал подозрительным. Хотя, если уж быть последовательным…

Распахнув глаза, Тина радостно улыбнулась и потянула Эрика на себя. Засмеявшись, он вскинул руку, чтобы задернуть занавес.

Неожиданно музыка оборвалась, а пирамида погасла, погрузив комнату во тьму. Затем ее грани снова вспыхнули, и бархатный голос объявил:

– Достопочтимых гостей просят не волноваться. Какие-то недоразумения с Грязью – стража разбирается. Приглашаем всех вернуться в парадный зал.

– Не нравится мне это, – процедил Волк и с размаху шлепнул подружку по узкому заду. – Ну-ка, радость моя, поднимайся, живо! – И они исчезли за дверью.

Побледневшая Тина тоже вскочила и босиком кинулась к выходу, потянув за собой Эрика. Ухмыльнувшись, он подхватил ее сапожки и побежал рядом, прикидывая, где разжиться оружием. Разве у друзей-стражников одолжить?

Сдав Тину вместе с сапожками ее озабоченным родичам, Эрик огляделся и устремился к Дворцовым воротам. Пробегая через коридоры, выхватил из сумрака развеселившую его сцену: неугомонный Эст под шумок притиснул в нише одну из дородных жен Буйволиного Главы и торопливо в нее вживлялся, рискуя подпортить породу этим здоровякам, – похоже, женщина растерялась до полной уязвимости. Хохотнув, Эрик хлопнул коротышку по плечу и заспешил дальше, высматривая стражников. Но лишь у самого выхода наткнулся на одного, тоже бегущего куда-то. Ухватив его за локоть, Эрик спросил:

<< 1 2 3 4 5 6 7 >>