Юлия Витальевна Шилова
Укротительница мужчин, или Хищница


– Но ведь тебе-то они не чужие?

– А для нее чужие! Ты давай, дорогуша, детьми сама занимайся и своими проблемами никого не грузи.

У меня сейчас у самого проблем выше крыши Мне красавицу жену обеспечивать нужно, деньги зарабатывать, понятно тебе?

– Выметайся, – процедила я сквозь зубы и начала открывать замок на входной двери.

– Что ты сказала?

– Что слышал Выметайся ко всем чертям… И чтобы я больше никогда в жизни тебя не видела…

– Ну, хорошо, Светик, я выметаюсь. А все-таки зря ты так со мной. Я же хотел не выметаться, а уйти по-хорошему.

– Ас вами, козлами, по-другому нельзя, – произнесла я обреченным голосом и дрожащей рукой показала на выход.

– Сама такая! – как-то по-детски крикнул Константин и выскочил прочь.

Глава 2

…Стараясь убежать от воспоминаний, я отошла от окна и почувствовала, как меня кинуло в жар. В последнюю ночь я очень долго не спала и постоянно представляла себе, как произойдет наша встреча с Костиком. Он вернется в квартиру, откроет дверь своим ключом и скажет, что забыл что-то из вещей… А может, он придет для того, чтобы повидаться с детьми или передать мне какие-нибудь деньги. Молодая жена хороша только на первый взгляд.

Она вряд ли хорошо готовит. Ей хочется погулять, походить по дискотекам, ночным клубам, посидеть в ресторанах. А мой Костик, он такой домашний… Он так любит и ценит домашний уют. Да и рожать она ему точно не будет Зачем ей такая обуза? А мой Костик, наверно, уже очень соскучился по детям. Ему не терпится поиграть с сыном в футбол и почитать дочке сказку. Он соскучился по нашей квартире, по родной постели, по моему борщу и, конечно же, по моим пышным оладьям. Он придет повидать детей и поймет, что больше никогда не сможет уйти. Он поймет, что ему всего этого так не хватало, что все это его родное, им же созданное. Он поймет, что не может без нас жить, что он просто ошибся, а любой человек имеет право на ошибку, и от этого никуда не денешься.

От этих мыслей я почувствовала еще больший, все нарастающий нервный жар, страшную тошноту, дрожь в руках и ногах и острую, пронзительную боль в сердце.

Но шел день за днем, неделя за неделей, а Костика все не было. Он не приезжал, не привозил деньги и даже не проведывал детей. Когда я звонила ему на работу, трубку брала его секретарша и под различными предлогами отказывала мне в разговоре с моим собственным мужем. То он занят, то просил ни с кем не соединять, то уехал в командировку, то у него совещание… И так каждый день. Мобильный мужа тоже предательски молчал, а со временем он стал недоступен, и это наталкивало на мысль о том, что Константин просто поменял номер. Я хотела было позвонить свекрови, которая жила в другом городе и часто болела, но побоялась. Возможно, Константин ничего не рассказал матери, и мои слова приведут несчастную женщину в ужас со всеми вытекающими при ее здоровье последствиями.

…Я попыталась жить без него, но я не жила… Я просто делала вид, что живу. Каждый день я задавала себе одни и те же вопросы: за что мой муж так со мной обошелся? Что именно я сделала не так?.. На каком этапе я потеряла своего мужа, и он начал искать себе другую? Что есть в той другой, чего нет во мне? Она искуснее в ласках, в любовных утехах? Или она женственнее и красивее?

А может, все куда проще: она не обременена детьми, и у нее вся жизнь впереди? Весь мир лежит у ее ног.

Но зачем ей понадобился именно мой муж? Почему именно он? В двадцать лет можно и холостого найти. Что, «парней так много холостых, а я люблю женатого?» Я изводила себя вопросами и не находила на них ответы.

Я стала искать работу, но в тридцать лет, без мало-мальски приличного образования и с двумя детьми найти ее оказалось весьма проблематично. Зарплаты, которую мне предлагали, нам не хватило бы даже на еду. Тем более Саша учился в частной школе – престижной и весьма дорогой. Костик сам перевел сына в школу для детей новых русских, убеждая меня в том, что это качественно иной уровень по сравнению с нищими государственными школами. Я тогда заколебалась – накладно все-таки, но Костик сказал, что на образовании нельзя экономить.

Я поддалась на его уговоры и только теперь поняла, как я была не права. С уходом мужа мальчику пришлось вернуться в «нищую» государственную школу.

…Так прошло ровно три месяца. Я не знаю, как я их прожила, вернее, просуществовала. Я приезжала к Костику на работу, но меня не пускала внутрь охрана.

Я попробовала устроить скандал, но и это не принесло должного результата. Я пыталась его подкараулить после работы, но он словно что-то чувствовал и не появлялся.

Мимо меня проезжали машины с тонированными стеклами, в одной из которых, возможно, сидел он и не желал вступать со мной ни в какие дискуссии Спустя три месяца я перестала его ждать. Я вдруг подумала о том, что он не вернется за своими вещами. Зачем ему старые вещи, если он может купить себе новые?! То же самое я подумала и о детях. Зачем ему старые дети, если его теперешняя спутница может родить ему новых?! Зачем ему вообще старая жизнь, если теперь у него есть новая?! Видимо, он решил расстаться со всем одним махом и вычеркнуть все, что нас связывало, одной жирной красной чертой.

…Я почти не ела, как-то осунулась, постарела и чувствовала, как мою душу стало наполнять безразличие.

Неожиданно мне стало все равно. Все равно, вернется Константин домой или нет. Все равно, как я выгляжу. Все равно, что у меня с катастрофической скоростью заканчиваются деньги и мне вместе с детьми скоро нечего будет есть. Я перестала звонить подругам и изливать душу, потому что почувствовала, как надоела всем со своими проблемами. Когда дети были в школе и детском саду, я лежала на диване рядом с газетой «Работа для вас» и смотрела в потолок каким-то тупым, ничего не выражающим взглядом. Мне вдруг показалось, что я как-то глупо распорядилась своей судьбой. Глупо, потому что я встретила Костика, а не кого-то другого. Я начинала вспоминать своих многочисленных ухажеров, думать о том, как сложилась их жизнь сейчас, жалеть о собственном глупом, раннем замужестве и ругать подлянку жизнь, которая расставляет подобные сети. Перед глазами Константин, торопливо собирающий свой чемодан…

Все случилось так внезапно. Я смотрела на него и совершенно не понимала, что происходит… Я задавала один и тот же вопрос: «За что ты со мной так поступил? Что именно я сделала не так?»

Моя мать, переживавшая и за меня, и за своих внуков, старалась как можно чаще увозить детей к себе, дав мне возможность отойти и хоть немного прийти в себя. Но я не приходила в себя… Я совсем не приходила в себя… Я просто похоронила себя заживо в четырех стенах и начинала представлять себе ту, к которой ушел муж… Мне захотелось увидеть свою соперницу, выдрать ей клок волос, попортить лицо и внушить ей ту простую истину, что нельзя покушаться на чужую собственность. Но… Я понимала, что дело далеко не в сопернице, дело в моем муже…

В один из таких дней, когда меня особенно одолела депрессия, ко мне приехала моя старая подруга Ленка, с которой мы не виделись целую вечность Поставив на стол бутылку мартини и коробку конфет, она посмотрела на меня перепуганным взглядом и изменилась в лице.

– Свет, ты чего?

– В смысле? – Совершенно безразлично спросила я, и бесцеремонно налив себе полный бокал мартини, осушила его до дна.

– Ты вообще на себя в зеркало смотришься?

– Зачем?

– Как это зачем? Мне кажется, что любая нормальная женщина должна каждый день смотреть на себя в зеркало.

– А я ненормальная. От нормальных мужья не уходят. Тем более когда в доме двое детей. Значит, я хреновая жена. Хре-но-вая. Иначе чего бы от меня мужик сбежал?!

Может, я ему тапочки плохо подавала? Или как-то раз суп недосолила?..

Я почувствовала, как выпитое мартини ударило в больную голову, и закричала что было сил:

– Лен, ну скажи, что именно я сделала не так? Что?!

Что ему не понравилось?!

– Света, успокойся, – приглушенно сказала Ленка и налила мне второй бокал. – Я у твоей матери была. Она мне все рассказала. Ты все делала правильно, не переживай. А насчет того, что мужики только от хреновых баб бегут, ты не права. Мужики иногда с жиру бесятся.

А Костик твой сволочь редкостная. Такую сволочь еще поискать надо было. Только знай, что с уходом мужика жизнь не заканчивается!

– Ой, только не надо меня жизни учить. Посмотрела бы я, что бы ты делала на моем месте…

– На твоем месте находятся тысячи женщин, и ничего. Никто от этого не умер. Ни один мужик не стоит того, чтобы из-за него умереть! Ни один! Мужиков полно, другого найдешь!

– С двумя детьми?!

– Если бы было трое, нашла бы и с тремя. Повторяю для бестолковых, с уходом этого подлеца, вернее нет, с его побегом жизнь не закончилась. Она только началась, и началась с нового, совершенно чистого листа.

– Ты у меня прямо, как философ, – голосом умирающей сказала я.

– Просто мне твоя мать говорила, что тебе очень плохо, но я и подумать не могла, что так. Я тебе уже телефон пообрывала, а ты трубку не берешь. Матери твоей звонила, так она все скрывала, говорила, что ты вместе с детьми к родственникам уехала погостить. Я никак не могла понять, как ты могла уехать посреди учебного года.

Это теперь твоя мать раскололась – сил нет больше врать. Она мне сама позвонила, плачет, говорит, что ты всего этого не переживешь. Боится за тебя. Я ей говорю, почему вы мне раньше все не рассказали, а она, оказывается, все думала, что Костик вернется. Теперь, видимо, поняла, что не вернется.

– Свет, а кто она?

– В смысле?

– Та, к которой он ушел?

– Дочка одного высокопоставленного чиновника.
<< 1 2 3 4 5 6 7 8 ... 22 >>