Вадим Геннадьевич Проскурин
Золотой цверг

Вадим Проскурин
Золотой цверг

ГЛАВА ПЕРВАЯ

1

Дорога в ад заняла всего двадцать два часа. Анатолий понял это сразу, для опытного путешественника невозможно ни с чем перепутать легкое, на пределе слышимости, изменение тональности едва заметного шума, издаваемого силовой установкой поезда.

– Приехали, – сказал Анатолий и взглянул на часы. – Ух ты! – он не смог подавить непроизвольное восклицание.

Ху Цзяо отложила журнал, тоже посмотрела на часы и вытаращила глаза.

– Это невозможно, – проворковала она удивительно мелодичным голосом для своих шестидесяти пяти лет. – Это было бы превышение мирового рекорда на…

– На пять часов, – подсказал Анатолий. – Предыдущий рекорд составляет двадцать семь часов и был достигнут в девяносто восьмом на трассе Гефест – Гая.

– Да, припоминаю, – наморщила лоб Ху Цзяо, – тогда еще в прессе много шутили по этому поводу. Но, если мы прибыли, нам должны объявить?

– Скоро объявят. Думаю, капитан ошарашен не меньше нашего, он сейчас захочет десять раз все перепроверить…

– Вроде, о прибытии должны объявить немедленно.

– Только не тогда, когда установлен мировой рекорд. Кстати, не факт, что мы прибыли, неисправность машин тоже нельзя исключать.

– Типун вам на язык, – с опаской проговорила Ху Цзяо и сложила пальцы обеих рук в замысловатом жесте изгнания бесов. Нет, она не верила в то, что это поможет, это была просто привычка, человек европейской культуры на ее месте перекрестился бы. Просто на всякий случай.

Анатолий пожал плечами и снова уткнулся взглядом в экранчик мобильного телефона, на котором сейчас отображался текст последнего романа Дхану Вишнавананда. Гадское чтиво, но в долгой дороге лучше всего убивать время именно такими, с позволения сказать, книгами.

Да, двадцать два часа – это круто. На губах Анатолия сама собой всплыла ехидная усмешка. Лично для него невероятное везение экипажа обернется всего лишь сокращением миссии на срок от двух до двенадцати суток, а вот кое-кому из пассажиров придется несладко. Анатолий представил себе, каково впервые оказаться на Гефесте до того, как прививка начнет действовать, и его передернуло. Бедная Ху Цзяо!

Планета Гефест, она же Ад, пожалуй, самая удивительная среди всех четырех планет, заселенных человечеством. Расположенная в системе двойной звезды, идентифицируемой в звездных каталогах длинным набором букв и цифр, эта планета в свое время дала немало впечатлений астрономам, геологам, биологам и ученым еще двух десятков других специальностей. Во-первых, система Гефеста пульсирующая, две ее звезды расположены настолько близко друг к другу, что солнечный ветер свободно переносит вещество с одной звезды на другую и каждые двести миллионов лет одна из них взрывается, стерилизуя поверхность всех шести планет, уничтожая существующие кометы и астероиды, создавая новые, и вообще устраивая в системе полнейший бардак. Раньше биологи считали, что в системах, подобных Гефесту, существование жизни невозможно в принципе, но оказалось, что это не так. Более того, на Гефесте существует и разумная жизнь, цверги чувствуют себя более чем комфортно в лабиринте узких пещерных ходов, пронизывающих планету от поверхности и почти до самого ядра. Насколько было известно Анатолию, ученые до сих пор не понимают, почему эти ходы за миллионы лет не заплыли осадочными породами и не схлопнулись под действием силы тяжести.

Но двойное солнце в небе – не самая главная достопримечательность Гефеста. Да и вообще, никакая это не достопримечательность. Во-первых, на поверхность планеты поднимаются только романтики и мазохисты, а во-вторых, белое и красное солнца расположены настолько близко друг к другу, что воспринимаются как единый бледно-розовый источник света.

Вся жизнь на Гефесте протекает в подземельях. По всей планете разбросаны десятки человеческих поселений, в которых добывают почти сотню видов полезных ископаемых, главным образом, тяжелых металлов. Гефест – единственная планета, где энергетика построена на старомодных ядерных реакторах, ведь там, где торий лежит буквально на поверхности, антикварная энергетика оказывается намного эффективнее, чем новейшие достижения науки и техники. Все металлы платиновой группы, производимые человечеством, добываются на Гефесте. Цирконий, гафний, золото, кадмий… ни один из этих металлов не добывается нигде, кроме как на Гефесте, с тех самых пор, когда с этой планетой установили регулярное сообщение. А последние четыре года в новостях время от времени появляются сообщения, что «Сан энд Стил» планирует развернуть на Гефесте добычу алюминия и титана, но каждый раз оказывалось, что эти слухи распускаются не слишком чистоплотными биржевыми игроками. Впрочем, когда «Норильский никель» организовал добычу металлического водорода на лунах Цербера, эти новости тоже воспринимались как чья-то глупая шутка.

Гефест – единственная планета, кроме Земли, которая связана каналами со всеми остальными колониями. Это неудивительно – любое большое строительство требует колоссального количества тяжелых металлов, а тяжелые металлы выгоднее привезти оттуда, где они валяются на земле, чем собирать по крупицам на обычных планетах земного типа.

Анатолий зевнул, лениво пошевелил пальцем и окно с информацией о планете закрылось. Незачем перечитывать информацию, которая давным-давно известна, но надо же чем-то занять последние минуты рейса.

Что-то долго они не объявляют о прибытии. Люди, которым часто приходится путешествовать в поездах, любят рассказывать, что среди экипажей принято отмечать начало путешествия великой попойкой, плавно переходящей в оргию. Анатолий никогда не верил в эту байку, но кто знает? Анатолий усмехнулся. Если это действительно так, скоро пассажирам предстоит увидеть занимательное зрелище. Похмельный машинист…

Интересно, что бы подумал человек, живший лет триста назад, узнав, что в будущем люди будут ездить от звезды к звезде на поездах. Наверное, подумал бы, что ему вешают лапшу на уши. Но действительность, как часто бывает, оказалась непохожей на самые безумные ожидания. Нет, межпланетный поезд – это вовсе не цепочка вагонов с паровозом впереди, поезд правильно называется транспортной капсулой, но все называют его именно поездом. А как еще назвать замкнутое помещение, разбитое на сотню тесных двухместных купе, с маленьким ресторанчиком, который все называют вагоном-рестораном, и закрытым для пассажиров грузовым отсеком, занимающим большую часть объема капсулы. Как и положено поезду, межпланетный поезд отходит от вокзала, который отличается от обычного вокзала только тем, что располагается глубоко под землей – варп-поле почему-то требует наличия большой массы вокруг перемещаемого объекта.

Никакой романтики – приехал на вокзал, опустился на лифте, прошел две сотни метров по извилистым коридорам, и когда ты оказываешься внутри поезда, то не сразу это понимаешь, потому что дверь, за которой начинается варп-поле, ничем не отличается от десятка предыдущих. В бульварных романах персонажи всегда чувствуют, когда переходят границу, отделяющую варп-пространство от евклидового, но это все брехня, Анатолий попутешествовал достаточно, чтобы утверждать это со всей ответственностью. Да, романтика межзвездных полетов осталась в прошлом, настоящие звездные корабли пилотируются исключительно роботами и их единственная задача – построить на далекой планете первый транспортный терминал, на который прибудет первый поезд, тоже беспилотный. А потом прибывает второй поезд, набитый учеными, и, если повезет и планета будет признана перспективной, через два-три года она начинает заселяться.

Время перемещения в подпространстве подчиняется закону гамма-распределения и с вероятностью девяносто процентов поездка длится от трех до четырнадцати дней. Теоретически она может закончиться за доли секунды, а может занять и тысячу лет, но такое не случалось еще ни разу. Насколько помнил Анатолий, наихудший результат, показанный за все время, составлял менее восьмидесяти дней. Интересно, что время, проведенное в пути, совершенно не зависит от проходимого расстояния. В лабораторных экспериментах, где капсула перемещалась с Земли на Луну и обратно, время путешествия подчинялось точно такому же распределению.

Динамик под потолком тихо зашипел, а затем произнес человеческим голосом:

– Дамы и господа, с вами говорит капитан корабля.

Анатолий улыбнулся, он всегда улыбался, слушая стандартное приветствие. Да, «капитан корабля» звучит гораздо лучше, чем «машинист паровоза».

– Хочу сообщить вам радостное известие, – продолжал голос, – наша транспортная капсула успешно завершила перемещение и прибыла в точку назначения – терминал Новый Кузбасс – через двадцать два часа после отправления, установив мировой рекорд скорости межзвездного сообщения. Те из вас, кто ранее проходил иммунизацию для условий Гефеста, могут покинуть капсулу немедленно. Остальным пассажирам будут выданы костюмы биологической защиты и проведен курс ускоренной иммунизации. Пожалуйста, оставайтесь на местах и сохраняйте спокойствие. В течение ближайшего часа к вам подойдут сотрудники терминала, пожалуйста, выполняйте все их распоряжения четко и собранно. Счастливого вам пути!

Анатолий вытащил из-под купейного столика маленькую дорожную сумку, закинул ее на плечо и раскланялся с попутчицей по восточноазиатскому обычаю. Ху Цзяо начала нервничать, это пробивалось даже сквозь обычную внешнюю невозмутимость, присущую людям ее расы. Анатолий не стал ее разубеждать, она не зря волнуется.

Конечно, ребят из «Дженерал Варп» тоже можно понять. Каждый из двух терминалов, обеспечивающих маршрут, стоит почти миллиард земных евро, сам поезд стоит гораздо дешевле, но это несущественно, потому что поезд – по сути, приложение к двум терминалам, два поезда в одном канале запускают только самоубийцы. Чтобы канал окупился, он должен работать, поезда должны ходить настолько часто, насколько это возможно. Вполне логично, что компания рассматривает необычно короткий рейс в первую очередь как источник незапланированной прибыли и только во вторую очередь как источник неприятностей для пассажиров. Нет, ничего незаконного здесь нет, в лицензионном соглашении, прилагаемом к билету, пассажир обязуется покинуть поезд в течение часа после прибытия, и никого не волнует, что защитная вакцина еще не успела подействовать. Конечно, «Дженерал Варп» никому не даст умереть, но на этом милосердие компании заканчивается. Бедная Ху Цзяо…

Дверь купе мягко скользнула в сторону, Анатолий вышел в коридор и чуть не столкнулся с миловидной босоногой стюардессой в сиреневом сари. Стюардесса наморщила лобик и Анатолий начал говорить, не дожидаясь, пока она задаст вопрос:

– Я уже бывал в Преисподней. Я могу выйти прямо сейчас?

– Да-да, конечно! – проворковала девушка с обворожительной улыбкой. – Ваш багаж…

– Только эта сумка.

– Вы ознакомлены с законами Гефеста?

– Полагаю, они не сильно изменились за два года.

Девушка наморщила лобик и красное круглое пятнышко, нарисованное между бровями и чуть выше, на мгновение стало овальным.

– Налоговый кодекс подвергся существенным изменениям, – начала говорить она, – например…

– Я не занимаюсь бизнесом, – оборвал ее Анатолий.

– Тогда можете считать, что законы не изменились, – улыбнулась стюардесса. – Я могу узнать цель вашей поездки?

– Краткосрочная командировка. Запрещенных предметов, наркотиков и декларируемых ценностей со мной нет.

– Оружие?

– Оружие и боевые имплантанты по классу C. Максимальный допуск по классу Е.

– Вы полицейский? – брови девушки удивленно взлетели на лоб.

– Курьер.

Она рассеянно кивнула.

– Давайте вашу карту, – сказала стюардесса, приняв решение.

Идентификационная карта переместилась в детскую ладошку стюардессы, она приложила к сканеру карты свой перстень, камень в кольце на мгновение вспыхнул зеленым.

– Все в порядке, – сообщила девушка, возвращая карту Анатолию. – Выход найдете?

– Конечно.

– Счастливого пути!

– Спасибо.

Анатолий направился к выходу, а милая девочка в сари двинулась в противоположную сторону. Анатолий услышал, как она тяжело вздохнула. Да уж, ей сейчас не позавидуешь. Сколько грязи на нее выльют в ближайший час…

Гефест – единственная планета, где граница варп-поля определяется очень четко – по запаху. Еще за двадцать метров до выхода Анатолий сморщил нос в раздраженной гримасе, сернистые испарения уже начали просачиваться внутрь поезда. А ведь кондиционеры поезда только-только перешли на сухой режим, влажность воздуха сейчас не ниже, чем процентов шестьдесят – шестьдесят пять, а это значит, что минут через десять поднимется такой вонизм… надо побыстрее выбираться отсюда.

В приемном терминале запах усилился, но изменил тональность (если можно так выразиться о запахе) и стал не столь отвратительным. Сернистый газ хоть и противен, но не настолько, как пары сернистой кислоты, не говоря уж о серной. Если поблизости нет воды в открытой посуде, аромат Преисподней перестает ощущаться уже через пару часов. Если, конечно, не подует ветер с поверхности.

Таможенники еще не успели занять позиции, у стойки скучал один-единственный коротко стриженый двухметровый блондин в форменной куртке. Анатолий молча протянул ему карту и закинул сумку в сканер.

– Не в первый раз здесь? – поинтересовался таможенник.

Анатолий кивнул.

– Оружие, боевые имплантанты, наркотики, декларируемые ценности…

– Спасибо, у меня уже есть, – прервал Анатолий стандартное приветствие и добавил после паузы, достаточно короткой, чтобы таможенник не успел обидеться, – оружие и имплантанты по классу С, максимальный допуск по классу Е. Курьер.

– Что везете?

– Пока ничего.

Таможенник недоуменно пожал плечами, бросил беглый взгляд на экран сканера и сделал отметку в идентификационной карте Анатолия.

– Куда направляетесь?

– Штаб-квартира «Уйгурского Палладия».

– Тоннель 10-Н. По правому коридору…

– Спасибо, я знаю нумерацию.

– Тогда счастливого пути.

– Всего доброго.

2

Сяо Ван смотрел на экран терминала и тихо шептал «Ом мани падме хум». Будь на его месте директор обогатительного комбината Иван Коноплев, тот бы высказал свои мысли более красочно, но Сяо Ван не считал нецензурную брань достойным способом выражения отрицательных эмоций. Хотя в данном случае выругаться стоило бы.

Пассажирский поезд Земля-Гефест вернулся на девять дней раньше расчетного срока. Такого не бывало еще никогда. С одной стороны, это, конечно, хорошо, но с другой… По регламенту «Дженерал Варп» должна отправить поезд через два часа, этого, конечно, не произойдет, но через четыре часа он уйдет точно, а семь из десяти сотрудников компании, ожидающих отправки на Землю, все еще болтаются на рудниках, и у них есть шансы успеть к отбытию только в том случае, если они отправятся в путь прямо сейчас, не тратя ни минуты на посторонние дела. А ведь каждому надо собрать вещи, а кто-то наверняка находится сейчас в дальнем забое, до которого не достает мобильная связь, кто-то захочет попрощаться с коллегами… Наверняка кто-то не успеет, а это означает, что до следующего поезда опоздавшему придется делить квартиру с прибывшим сменщиком, и непонятно, кстати, кому из них платить зарплату, а кого считать пребывающим в вынужденном отпуске… А ведь еще надо успеть загрузить в грузовой отсек семьдесят тонн палладия… И организовать встречу вновь прибывших… Черт возьми! Они пробыли в пути меньше суток, прививка еще не успела на них подействовать! Ом мани падме хум.

Терминал пискнул и выплюнул на экран строчки, сообщившие Сяо Вану, что Джонатан Рамакришна находится вне зоны досягаемости экстренного вызова, а Нэнси Трэвис наотрез отказалась возвращаться, пока ее малолетний сын не будет выписан из лазарета. Остальные пятеро горняков готовы отбыть в Новый Кузбасс через десять минут.

Сяо Ван велел отправить горняков впятером и немедленно. Далее он отправил письмо Хируки Мусусимару, главному юристу компании, в котором попросил высказать соображения насчет того, как можно побыстрее уволить Нэнси Трэвис по максимально неприятной статье, но чтобы профсоюз не имел оснований для возмущения. А потом Сяо Ван поднял глаза и увидел, что в кресле для посетителей сидит худощавый темноволосый мужчина европейской расы. На вид ему можно было дать лет тридцать пять.

– Здравствуйте, – сказал мужчина и улыбнулся. – Я Анатолий Ратников, курьер «Истерн Дивайд».

– Какой еще курьер?

– Разве вы не в курсе? – удивился Анатолий. – С почтой прошлого поезда в «Истерн Дивайд» пришел ваш запрос на курьера высшего класса для секретной транспортировки высокоценного компактного объекта. Информация об объекте транспортировки и о месте назначения должна быть сообщена дополнительно. Я понимаю, вы сейчас очень заняты, поезд пришел не вовремя, но было бы очень хорошо, если бы мы могли произвести транспортировку обратным рейсом. Понимаете, запрос был помечен как срочный и мне не хотелось бы услышать от начальства, что из-за моей халатности миссия была выполнена с ограничениями. Полагаю, вам тоже.

«Ом мани падме хум», пробормотал про себя Сяо Ван и углубился в недра терминала.

Ситуация прояснилась очень быстро, собственно, никуда углубляться было не нужно, нужно было просто принять во внимание одну очевидную вещь. В списке пассажиров, заявленном корпорацией «Уйгурский Палладий», никакого Анатолия Ратникова, не значилось, а отсюда следовало, что курьер поедет не этим поездом.

Услышав это простейшее рассуждение, Анатолий очень удивился.

– Разве объект нужно доставить не на Землю? – спросил он.

– Понятия не имею, – раздраженно буркнул Сяо Ван. – Оставьте свои координаты, я свяжусь с вами, когда вопрос прояснится.

– Хорошо, – сказал Анатолий, положил на стол визитку, встал и поклонился, – не смею больше вас отвлекать, – добавил он и направился к выходу.

Сяо Ван посмотрел ему вслед и подумал, что забыл спросить, как его пропустила охрана. Хотя… наверное, они увидели лицензию курьера высшего класса, вытянулись по стойке смирно, а дальше в документы даже не смотрели. «Надо провести разъяснительную работу», подумал Сяо Ван и пометил этот факт в ежедневнике. А потом терминал снова запищал и Сяо Вану пришлось вернуться к входящим сообщениям.

3

Неспешной походкой Анатолий брел по запутанным коридорам, время от времени сверяя маршрут с электронной картой. Если карта не врет, до туннеля 5-J, ведущего к гостинице «Калифорнийская», осталось еще минут десять. А там можно будет попробовать связаться с секретаршей Сяо Вана и уточнить, не забронирован ли номер для курьера. Но вряд ли он забронирован, большинство компаний не считают нужным загружать себя этим вопросом. А зря, временно разместить курьера в собственном жилом фонде обычно выходит гораздо дешевле. Хотя сейчас, с учетом не вовремя прибывшего поезда… нет, на это можно даже не рассчитывать.

Тем не менее, Анатолий отправил соответствующее сообщение, после чего уселся на скамеечку и стал ждать поезда, нет, не межзвездного, обычного электропоезда, едущего по рельсам, на Гефесте это основной транспорт.

Ждать пришлось почти полчаса, а когда поезд остановился, первым, что бросилось Анатолию в глаза, была женская фигура, упакованная в ярко-фиолетовый костюм биологической защиты. Женщину пошатывало, с обеих сторон ее поддерживали люди в белых халатах. Вот и первая жертва высоких биотехнологий. То ли еще будет…

Анатолий вошел в полупустой вагон, уселся на скамейку, вытащил мобилу и стал читать местные новости. Главной из них было, как и следовало ожидать, неурочное прибытие пассажирского поезда с Земли. Из других новостей сообщалось об аресте двух промышленных шпионов, скандале, развернувшемся вокруг новой эротической программы нью-кимберлийского цирка, а также планируемом повышении тарифов на электроэнергию в связи с плановым ремонтом сразу трех энергоблоков на Ханадабадской электростанции. «Джереми Коккер – Чубайс сегодня!», гласил заголовок статьи. Джереми Коккер, очевидно, директор местной энергосистемы. Интересно, кто такой Чубайс?

Гефест – планета уникальная. Только здесь можно прокатиться на самой настоящей электричке, на других планетах такой транспорт можно увидеть только в исторических фильмах. А что делать, если гравитационный двигатель не работает внутри большой массы? Только и остается прокладывать рельсы и гонять по ним поезда.

Народ в вагоне вел себя прилично, совсем не так, как в фильмах, где ни одна поездка на подземном поезде не обходится без драки. Кто-то читал, кто-то нацепил на голову виртуальный шлем и веселил окружающих забавными подергиваниями, кто-то просто сидел, углубившись в свои мысли. Несколько человек оживленно переговаривались о чем-то своем, казалось, им совсем не мешает многократно усиленный акустикой узкого тоннеля стук титановых колес о стальные рельсы, . На одной из остановок в вагон вошла шикарно одетая женщина, как будто сошедшая с обложки глянцевого журнала. «Патриот», «Женские проблемы», «Плейгей»… нет, «Плейгей» – это не о том. Да, в фильмах про старую нью-йоркскую подземку таких женщин не встретишь, а вот на Гефесте – запросто. А что делать, если другого транспорта просто нет?

Примерно через полчаса телефон пиликнул, сообщая Анатолию, что пора выходить. Анатолий вышел из вагона, немного покрутился по сторонам, и довольно быстро углядел на стене рекламный плакат гостиницы. Оставшаяся часть пути заняла меньше пяти минут, в течение которых не произошло ничего интересного, если не считать того, что Анатолию предложили свои услуги две проститутки женского рода и одна условно мужского, а трое разных молодых людей попросили внести пожертвования на счет, соответственно, фонда спасения цвергов, фонда возрождения экологической полиции и партии борьбы за четырехчасовой рабочий день.

Как и следовало ожидать, «Уйгурский палладий» предоставил курьеру самостоятельно решать вопрос о временном проживании. Анатолий не возражал, как хотите, ребята, только не возмущайтесь, когда стоимость номера будет включена в общий счет. Можно было заказать люкс, но Анатолий решил не выпендриваться и ограничился обычным двухкомнатным номером без кондиционера, но с пивным краном на кухне. Действительно, зачем иметь в номере кондиционер тонкой очистки, если потом, выходя в коридор, придется каждый раз заново адаптироваться к местной атмосфере. Кроме того, в местных условиях кондиционеры часто ломаются.

Анатолий поднялся в номер, заказал обед, помылся в ультразвуковом душе (настоящий водяной душ на Гефесте пусть мазохисты используют), наполнил кружку синтетическим пивом местного производства (неплохим пивом, кстати) и уселся перед телевизором. Вечер обещал быть приятным.

4

На восточной окраине Нового Кузбасса метрах в двухстах ниже основного яруса находится место, известное под названием Колизей. Это гигантская шарообразная полость в толще скальных пород, сформировавшаяся в результате неизвестно каких процессов от двух до четырех миллионов лет тому назад. Когда планету только-только открыли, кое-кто даже предполагал, что это результат подземного ядерного взрыва. В дальнейшем, когда люди познакомились с цвергами поближе, эта идея стала вызывать смех, но, когда видишь Колизей впервые, поверить в нее очень легко.

Люди быстро придумали, подо что можно приспособить это чудо природы. Горизонтальное перекрытие из композитных сплавов разделило сферическую полость пополам, в верхней точке получившегося купола загорелось искусственное солнце, потолок выровняли и покрасили голубым, стены украсили голографическими миражами, изображающими земные пейзажи, и после всего этого пространство под куполом превратилась в самую большую зону отдыха на всей планете.

Здесь были многочисленные аттракционы, начиная от примитивных детских батутов и заканчивая настоящими русскими горками, здесь были футбольные поля и теннисные корты, многочисленные рестораны, от самых шикарных до «Макдональдсов». Здесь не было только фонтанов, прудов с лодочными станциями и аквапарков, такова специфика местного воздуха, воду здесь рекомендуется принимать только внутрь, и даже пивные кружки делают с самозахлопывающимися крышками.

На террасе одного из ресторанчиков Колизея, не самого роскошного, но и не самого задрипанного, сидели два человека. Первый из них был мал ростом и худощав, но жилист и подвижен, его светло-коричневая кожа, крупные черты лица и длинные черные усы выдавали индийские корни. Вторым был гигантский бритоголовый негр, который нависал над собеседником подобно горе, но, странное дело, вовсе не выглядел хищным. Напротив, он выглядел так, что, казалось, хочет уменьшиться.

– Ну сам посуди, ну что ты натворил? – выговаривал негру индус. – Ну зачем было скрывать это мероприятие даже от дятла?

– Но ты же сам распорядился насчет полной секретности…

– Насчет полной секретности, но не параноической! Ты хоть понимаешь, в чем разница между одним и другим?

Негр кивнул, но его глаза сообщили, что он ничего не понимает.

– Ни черта ты не понимаешь, – констатировал индус. – Тогда слушай. Параноическая секретность – это когда скрывают даже то, что скрывать не нужно, что и так станет известно через очень короткое время. Все перевозки компании идут через дятла, почему ты ничего не сказал ему на совещании в понедельник?

– Он бы заинтересовался…

– Еще бы! Конечно, он бы заинтересовался. А ты бы ему объяснил, что дело шибко секретное, что о нем не нужно рассказывать кому попало, этот идиот все понял бы, надулся и больше ни о чем бы не спрашивал.

– Как же! От него отбиваться пришлось бы не меньше часа…

– Ничего, отбился бы. Сопроводительные бумаги читал?

– Не только читал, но и писал.

– Тогда я тебя вообще не понимаю. Неужели трудно было загрузить дятла всей этой ерундой?

– Да нет, не трудно, но… ты же знаешь, как он любит устраивать совещания по любому поводу!

– Знаю не хуже тебя. А теперь тебе предстоит еще одно совещание, сверхплановое и в удвоенном размере.

– Да, нехорошо получилось…

– Куда уж как нехорошо. Значит, так. Сегодня суетиться уже поздно, завтра пойдешь к дятлу, расскажешь ему про мероприятие. Он спросит, почему не сказал раньше. Скажешь, что хотел как лучше, хотел выполнить приказ наилучшим образом, понимаешь, что был неправ, но кто мог знать, что поезд придет слишком рано… ну и так далее.

– А может, лучше упереться, сказать, что, дескать, приказ выполнен в точности, никто же не знал…

– Нет, это не нужно, пусть лучше дятел сам это скажет. Пусть лучше он тебя обругает, выпустит пар…

– Но…

– Никаких но! Не хватало нам еще, чтобы дятел начал качать права, что руководство ему не доверяет.

– Не успеет.

– Может, и не успеет, а может, и успеет. По любому, лишние неприятности нам ни к чему. Короче, сделаешь так, как я сказал, и не выпендривайся перед дятлом, не забывай, нам с тобой недолго осталось тухнуть в это дыре.

– Хорошо бы. Слушай, а как там, на Деметре?

– Лучше, чем здесь. Не Земля, конечно, но гораздо лучше, чем здесь. По крайней мере, серой не пахнет.

5

Утром Сяо Ван получил письмо от начальника третьей научной лаборатории Джона Рамиреса, и это письмо заставило его повторить любимую мантру еще двенадцать раз. Сяо Ван никогда не понимал, зачем Верховная Ассамблея требует, чтобы в каждой крупной компании были исследовательские лаборатории, это всегда казалось ему глупой и бессмысленной тратой ресурсов, и вот, ученые наконец-то откопали что-то дельное, и что? Родная компания ничего не получает, ценная находка переправляется курьером черт-те куда, и даже начальника отдела логистики до самого последнего момента никто не счел нужным поставить в известность. Куда катится мир? Надо организовать совещание, а еще лучше семинар, сотрудники должны четко понимать, что, подписав контракт, они тем самым поставили интересы компании выше собственных, у них должен быть хоть какой-то патриотизм… Ом мани падме хум.

Вызванный для личной беседы Рамирес выглядел смущенным, и в других обстоятельствах это показалось бы Сяо Вану смешным (уж очень не вяжется смущение с внешностью Рамиреса), но только не сейчас. Сейчас Сяо Ван был слишком рассержен. Из-за вчерашней катавасии так и не удалось толком выспаться, а теперь еще выясняется, что этот яйцеголовый все знал и ничего не сказал и не сделал!

– Ну и что вы откопали в этом карьере? – Сяо Ван решил сразу взять быка за рога. – Или это тоже тайна для руководства компании?

Рамирес испуганно съежился и стал похож на черного воробья, каким-то образом раздувшегося до двухметровой величины.

– Руководство компании в курсе, – сбивчиво заговорил он. – Я, собственно, хотел, как лучше, я получил четкое распоряжение никого не посвящать в суть дела до последнего момента, и я хотел выполнить его наилучшим образом. Да, я понимаю, я допустил ошибку, мне следовало вам все рассказать еще вчера… или даже позавчера… но я не предполагал, что этот поезд придет так рано!

– А теперь по вашей милости курьер остался на планете, где и пробудет еще две недели. А то и месяц! Вы хоть знаете, во сколько обходится один день задержки по вине заказчика?

– Извините меня, господин Сяо Ван, – Рамирес, казалось, готов был расплакаться, – я был неправ. Мне стыдно.

– Ладно. Так что это за вещь, которую надлежит доставить на Землю?

– Нет, не на Землю, – Рамирес немного оживился, – эту вещь надо доставить на Деметру, а поезд на Деметру прибудет не раньше, чем послезавтра, а наиболее вероятный срок прибытия – в следующую пятницу.

– Допустим. Считайте, что вам повезло, ваша нерасторопность не привела к серьезным последствиям. Пожалуй, я ничего не буду сообщать руководству. Если вы расскажете, наконец, что это за вещь.

Рамирес испуганно заозирался по сторонам, как будто искал подслушивающие устройства. Что за глупость! Кто может подслушивать начальника отдела «Уйгурского палладия»? Такого количества глушилок нет даже у президента этой занюханой планеты.

– Так в чем дело? – спросил Сяо Ван. – Поторопитесь, я теряю терпение.

Рамирес вздохнул и начал говорить.

– Это золотой цверг, – сказал он. – Рабочие нашли его на третьем ярусе северного отвала. Это статуэтка из чистого золота, изображающая цверга в натуральную величину.

– Разве цверги занимаются скульптурой?

– Вот в этом и состоит ценность находки. Есть мнение, – Рамирес значительно приподнял палец, – что цверги скрывают от человечества целый пласт своей культуры. Они утверждают, что не понимают, что такое религия, но, вполне возможно, это не так. Некоторые из моих сотрудников полагают, что в наши руки попала статуя их бога.

– И что?

– Да, в общем-то, ничего. Ученые разберутся, что это за статуя, она займет свое место в музее, компания получит солидную компенсацию. Главное, чтобы цверги не пронюхали, что она у нас.

1 2 3 4 5 ... 7 >>