Вячеслав Владимирович Шалыгин
Восход Водолея (сборник)


После ужасной ночи полное ослепительного света и ярких красок утро казалось чем-то нереальным. Пронзительно синее, словно оно и впрямь хорошенько умылось, небо, насыщенная зелень леса и полированное золото солнца создавали ощущение беззаботности и покоя. Это было, конечно, иллюзией, но в нее так хотелось поверить...

Гордиенко и Кулик вошли в двухэтажное здание наблюдательного пункта полигона и поднялись наверх. Оттуда через широкие окна открывался отличный вид на освещенные ярким солнцем разливы. Вода постепенно уходила, оставляя после себя болото. Там, где почва была потверже, лежал толстый слой грязи, ила и мусора. И все-таки впечатление складывалось не слишком удручающее. Земля просохнет, дороги и столбы подремонтируются, дома подправятся, и жизнь войдет в прежнюю колею. Солнце в небе, значит, все хорошо...

– Товарищ капитан первого ранга... – с одного из продавленных диванчиков поднялся капитан Павлов.

– Отставить формальности, – Кулик махнул рукой. – Сразу к делу. Как там на дне?

– Проблемы. Три купола отключились от Системы. Мы кое-как в них пролезли. А когда тряхнуло, там еще и пожар начался. Автоматика справилась, но не сразу. Процентов тридцать помещений выгорело.

– А люди?

– А вот тут самое странное, – капитан замялся. – Когда мы вошли, примерно за пять минут до первого толчка, народ сидел по своим отсекам. Тихо так. Может, спали, может, медитировали. А после пожара все ожили и начали выползать в коридоры и технические залы. И никто из них не смог даже слова внятного произнести. Последнюю неделю помнят смутно, будто сон.

– Очень интересно, – Кулик взглянул на Евгения. – Что скажешь?

– Ни одного в трезвой памяти не нашлось? – спросил тот у Павлова.

– Один есть, да только он в купол проник за минуту до нас, – капитан указал на сидящего у стеночки человека. – Наверное, из службы безопасности Города. Пытался к реактору пробраться, ну, мы его и прихватили.

– А из участников «медитации» никого не привезли?

– Нет. Пришлось срочно отходить. Слишком много вопросов нам задавали. Они же, когда увидели на часах дату, все как один на поиски истины рванули. А тут мы. Кто, да что... Вот мы и ретировались.

Гордиенко посмотрел на пленника и перевел взгляд на командира.

– Не слишком ли много совпадений?

– Слишком, – согласился Кулик. – Только выбирать нам не приходится. «Дают – бери, бьют – беги». Ты же хотел с ним побеседовать? Ну, вот и беседуй, пока он не сообразил адвоката затребовать или с Системой своей вонючей связаться. Заодно спроси, что он думает об аварии. А мы с Павловым покумекаем, что делать дальше.

Евгений подошел к пленнику и уселся напротив, оседлав жесткий фанерный стул. Несколько долгих секунд мужчины смотрели друг на друга молча. Затем пленник не выдержал:

– Мы знакомы?

– Капитан второго ранга Гордиенко, – представился Евгений. – Контрразведка флота.

– Не думал, что разведчики так вот запросто афишируют свою цеховую принадлежность, – мужчина едва заметно улыбнулся. – Шорников, программист.

– Очень приятно, Виктор Валентинович, – руки Гордиенко не подал.

– Так вы меня знаете?

– Я читал газеты.

Намек Шорникову был достаточно понятен. Год назад его фото частенько мелькало на первых полосах в связи с успешным освобождением из рук террористов.

– Чем могу быть полезен военной контрразведке? Никаких секретов я не знаю, контактов с иностранными гражданами у меня не было. Я простой инженер.

– Допустим, не простой, а целый менеджер девятого отдела Системы, – возразил Гордиенко. – А что касается секретов, нас они не интересуют. Мне хотелось бы услышать другое. Расскажите, откуда у вас взялась пленка?

– Какая пленка?

– «Кодак», двести единиц, двенадцать кадров.

– Обычно я пользуюсь «Фуджи».

– Тем более – откуда?

– Я не понимаю...

– Понимаете, – оборвал его Евгений. – Я спрашиваю о той самой пленке, которая выпала у вас из кармана в аэропорту. Ее подняла симпатичная девица, с которой вы позже уехали на одном такси.

– Пленка была не моя. А потому она осталась у девушки.

– И вы не знаете, какие кадры были там запечатлены?

– Нет. Я же сказал: это была чужая кассета.

– И с девушкой вы раньше не встречались?

– Никогда в жизни. Я бы ее запомнил.

– Вы прилетели с юга?

– Да.

– Вы видели в аэропорту захваченный самолет?

– Только прямую трансляцию. Из зала вылета ничего видно не было.

– А пассажиров с этого самолета?

– Их привезли в другой зал и держали там под охраной.

– То есть ни с кем из них в контакт вы не вступали.

– Определенно нет!

– Взгляните на это, – Евгений протянул ему пачку снимков.

Шорников медленно перебрал фотографии и поднял изумленный взгляд на офицера.

– Что это?

– Фоторепортаж с борта захваченного авиалайнера, – пояснил Евгений. – Впечатляет?

– Это... просто кошмар!

– Мы думаем, что это как-то связано с вашим «Водолеем».
<< 1 ... 20 21 22 23 24 25 26 >>