Вячеслав Владимирович Шалыгин
Кровь титанов

5. Слухи

– Прямая трансляция из Дворца, – бодрым голосом объявил диктор и сделал шаг в сторону.

Кукла тотчас окунулась в атмосферу праздника, который по активности не уступал извержению небольшого вулкана. Вокруг передвигались объемные фигуры веселящихся людей, мелькали разноцветные огни иллюминации и вспышки фейерверков. Служанка выбрала для телепутешествия самый загадочный и недосягаемый в прочие дни первый уровень. Из сотен тысяч граждан, допущенных не просто на дворцовую площадь, а в саму обитель Диктатора, ее интересовал лишь один. Он должен был находиться в зале для торжественных приемов. Кукла потребовала от виртуального оператора войти во внутренние покои, но изображение почему-то замерло перед закрытыми дверями и диктор вежливо пояснил, что доступ в зал временно прекращен.

Служанка повторила попытку, но результат остался прежним. За спиной Куклы послышалось вежливое покашливание, и ей пришлось отвлечься от просмотра программы. У порога, на площадке компьютерной связи стоял объемный лазерографический фантом Розы, служанки придворного артиста Галкина, дом которого располагался по соседству.

– Вы видели? – возбужденно спросила соседка. – Зал закрыли для посещений! Разве не удивительно?

– Возможно, прием еще не начался, – Кукла пожала плечами.

– Я удивляюсь вашему спокойствию! – возмутилась Роза. – Разве такое когда-нибудь случалось? Прием начинается либо вовремя, либо никогда! Там, несомненно, что-то произошло! Я уже разговаривала с Лианой, а еще с Петром Ивановичем, они только что вернулись с площади. Представляете, через три минуты после начала приема солдаты внутренней армии вышли на площадь и предложили всем отдыхающим разойтись. Представляете?! А Волга Сидоровна по секрету сказала, что среди гостей правителя оказался шпион бунтовщиков. Ему едва не удалось совершить покушение на Диктатора! Поэтому сейчас в зале и отключены все камеры, а Воины проверяют остальных гостей на принадлежность к тайным организациям.

– Шпион бунтовщиков? – Кукла не любила сплетни, Розу и всех прочих болтливых соседок, но из-за мягкости характера всегда их выслушивала. – Каких именно? С Ио?

– С Марса, голубушка! Разве вы не знали, что ваш хозяин перед самым праздником вернулся из похода на Марс? – Роза, казалось, была очень довольна тем, что ей известно так много свежих новостей. – Мне по секрету рассказала Ираида Карловна. Ее муж служит сержантом в отряде Воина Горича. Ведь это приятель вашего хозяина? Так вот, во время подавления бунта на Марсе произошло нечто ужасное! – Соседка перешла на шепот. – Говорят, Воины уничтожили целый город! Вместе с женщинами и детьми! Теперь марсиане желают отомстить правителю.

– Воины не могли этого сделать, – уверенно ответила Кукла.

– Кто из нас без греха? – Роза вздохнула. – У меня нет оснований не верить Ираиде Карловне. Воины, умышленно или случайно, спровоцировали марсиан, и они попытались ответить ударом на удар.

– Как же бунтовщики сумели за такой короткий срок внедрить своего агента в окружение Диктатора? – резонно спросила Кукла.

– Садовник министра Чериша, Филипп, сказал, что шпион проник во дворец с кем-то из Воинов, под видом сопровождающего!

– Воинов сопровождают только оруженосцы, – заметила Кукла и тут же добавила: – А их подбирают очень тщательно. Предавать такие люди не умеют.

– На этот раз, говорят, все было по-другому, – продолжая громко шептать, заверила соседка. – Всех Воинов, по приказу Диктатора, сопровождали дамы. Уж не знаю, что это были за девицы и где их подцепили наши доблестные герои, но именно среди приглашенных женщин и нашлась ядовитая змея. Слава всевышним силам, Воины успели разглядеть опасность и спасли Диктатора!

– Откуда вы все это знаете? – напряженно размышляя о словах Розы, спросила Кукла.

– Генрих, швейцар внутренних покоев Дворца, рассказывал Филиппу, а он пересказал это Ираиде Карловне, как эскорт успел спрятать правителя на нижнем уровне буквально за минуту до роковой встречи Диктатора со шпионкой. Ведь по протоколу Воинам следовало представить своих дам правителю, и как раз на этот момент была запланирована... акция.

– А кто конкретно привел с собой шпионку? – чувствуя, как замирает сердце, спросила Кукла.

– Этого пока никто не знает, – Роза пожала плечами.

– Можно войти? – прервал их беседу громкий мужской голос.

– К вам пришли гости? – соседка загадочно улыбнулась. – Ну, не буду мешать.

– Нет, это... – попыталась оправдаться Кукла, – я пока даже не знаю, кто это...

– Понимаю, – Роза расплылась в сладчайшей улыбке и отключила связь.

Кукла огорченно покачала головой и обернулась к появившемуся на пороге мужчине.

– Нет ничего хуже, чем соседка-сплетница, – с сочувствием произнес незнакомец. – Добрый вечер, госпожа Кукла, я друг вашего хозяина.

– Добрый вечер, – ответила служанка. – Простите, но я вас никогда не видела рядом с моим хозяином.

– Это не ваша вина, – заглядывая Кукле в глаза, сказал мужчина. – Ведь ваше внимание обращено только на него, великого Воина, и это правильно. Вы его верная служанка и подруга, вы прекрасная мать и отменная хозяйка. Любой человек мог бы мечтать о такой спутнице жизни, но, увы, вы принадлежите лишь одному. Воину. Титану. Мужчине. Я преклоняюсь перед вашими несомненными достоинствами. Я завидую вашему хозяину белой завистью...

Кукла слушала пришельца молча и сосредоточенно. Она понимала, что происходит нечто странное, но была не в силах сопротивляться гипнозу простых, но в то же время каких-то завораживающих слов незнакомца. Ее взгляд остановился, а сознание заволокло туманом. Неизвестный склонился над превратившейся в живое изваяние женщиной и негромко спросил:

– Каким кодом пользуется ваш хозяин для доступа в личный арсенал?

– Ну и вопросы у вас, сударь! – вместо служанки звонко ответил некто, приближаясь от входной двери.

Мужчина резко обернулся и увидел, что в доме появился новый персонаж. Это был высокий и не по годам физически развитый парнишка. При ближайшем рассмотрении становилось понятно, что это еще не юноша, а мальчик, но в руках у него поблескивал настоящий станнер, а в глазах читалась вполне взрослая уверенность в собственных силах.

– Кстати, дядя, зависть не бывает белой или черной. Она – зло по определению. – Мальчик навел оружие на незнакомца и приказал: – Убирайтесь, пока я не вызвал полицию!

– Ты совершаешь ошибку, Ваня, – чуть приподнимая руки, мягко заверил мужчина.

– Для вас я Иван! – твердо отчеканил мальчишка. – Вон отсюда!

– Узнаю отцовский гонор, – непрошеный гость медленно, боком двинулся к выходу. – Только тебе не стать Воином, дружище. Ведь ты полукровка.

– Я титан, – хмурясь, заявил Иван. – И ваш гипноз на меня не подействует, можете не стараться!

«Щенок!» – мелькнула в голове пришельца раздраженная мысль.

«Сгинь!» – пришел мысленный ответ, и мужчина вздрогнул. Общаясь с простолюдинами, он никогда не заботился о том, чтобы блокировать мысленный контакт, ведь обмен соображениями на таком уровне был доступен лишь избранным. Однако этот мальчик не вписывался в привычное правило, превращая его всего лишь в тенденцию.

«Впрочем, в этом есть свои плюсы, – заблокировав ментальную связь, подумал гость. – Туркин не имел права обучать ребенка секретным навыкам вне стен Академии, а значит, это станет еще одним фактом в активе обвинения».

– Тронешь Туркина, достану из-под грунта, – серьезно предупредил мальчик уже с порога дома.

Незнакомец подозрительно покосился на Ивана, но ничего не ответил. Он торопливо уселся в свой магнитоплан и прямо с места выпрыгнул в крайний левый ряд оживленной трассы.

Когда машина неизвестного скрылась за поворотом, мальчик подошел к матери и тронул ее за рукав:

– Мам, очнись, этот злодей уже ушел.

– Ой, – Кукла удивленно оглянулась и потерла виски. – Что произошло?

– К нам забрел какой-то тип из контрразведки, – пояснил Иван. – По-моему, они пытаются собрать компромат на хозяина.

– Что собрать? – Кукла взглянула на сына с улыбкой.

– Компрометирующие материалы, – без запинки ответил мальчик. – Третья глава учебника по специальной деятельности. Я прочел эту книжку еще в прошлом году.

– Ты уже передумал? Ты не хочешь быть Воином?

– Я стану сыщиком, – уверенно ответил Иван. – Ведь я не чистокровный титан. Что толку мечтать о несбыточном?

– Какой ты уже большой, – Кукла смахнула слезу и прижала голову сына к груди. – И все равно ты еще совсем малыш. Не мечтая, ты ничего не добьешься. Став сыщиком, ты никогда не простишь себе, что так и не рискнул пройти испытания, предназначенные для Воинов. Подумай об этом.

– Но ведь я...

– Ты – титан, – перебила мальчика Кукла. – Кто бы что ни говорил. Просто тебе еще рано знать все семейные тайны.

– Ты насчет отца? – Иван усмехнулся. – Разве это тайна?

– Нет, я о другом, – мать покачала головой. – В свое время ты все узнаешь. Не от меня, так от хозяина.

– От отца, – поправил ее мальчик.

– Да, – согласилась Кукла и погладила его по голове.

В этот момент ожил домашний компьютер, а одновременно с его докладом послышался взволнованный голос:

– К вам сержант Джемисон, госпожа Кукла...

– Кукла, Иван, у вас все в порядке?!

Служанка приказала двери открыться, и полицейский вихрем влетел в прихожую. В руке у него был зажат пистолет, а на голове красовался силовой шлем.

– Где он?! – крикнул сержант, заглядывая в кухню. – Он вам ничего не сделал?

– Кто? – удивленно спросила Кукла. – Кого вы ищете, Питер?

Джемисон опустил оружие и облегченно вздохнул.

– Я волновался за вас, – ответил он, отключая шлем. – Компьютер сообщил, что в доме появился незнакомец, имевший при себе незарегистрированное оружие. Сначала я подумал, что в гости к Алексею Борисовичу пришел кто-то из Воинов, но потом понял, что всех Воинов ваш компьютер прекрасно знает.

– Это был не Воин, – пытаясь незаметно спрятать станнер в карман, ответил мальчик.

– Иван, – Джемисон строго взглянул на парнишку, – а хозяин в курсе, что у тебя есть парализатор?

– Он сам мне его подарил, – краснея, проговорил мальчик.

– А если я обращусь за разъяснениями к «домовому»? – Сержант прищурился.

– Я должен был защитить маму, – признался Иван. – Этот незнакомец пытался ее загипнотизировать.

– Зачем? – удивился Джемисон.

– Чтобы узнать коды доступа к внутренним системам: арсеналу, стратегической связи, секретной переписке, – пояснил мальчик.

– Тебе следовало вызвать меня, – укоризненно качая головой, сказал сержант.

– Я и сам с ним справился! – гордо ответил Иван.

– Потому что этот тип не хотел поднимать шум, – возразил полицейский. – Если бы твой эмоциональный фон превысил критический порог или ты случайно выстрелил, автоматика заблокировала бы двери, и неизвестный мог оказаться в ловушке. Вот почему он предпочел оставить вас в покое и поскорее убраться. Твой станнер здесь ни при чем. Людей, владеющих специальными навыками, такими игрушками не напугать. Пожалуй, я сообщу о попытке проникновения вашему хозяину.

– Стоит ли портить ему праздник? – возразила Кукла.

– Праздник? – Сержант взглянул на служанку с недоумением. – Разве вы не знаете, что праздник уже давно закончился?

– Так это правда?! – Кукла всплеснула руками. – Во Дворец действительно пробрались шпионы?

– Ничего конкретного не говорят даже полиции, – признался Джемисон. – Я знаю лишь то, что Воины сейчас совещаются в зале для торжественных приемов, а всех остальных гостей, приглашенных на празднование к Диктатору, допрашивает контрразведка.

6. Марс

По дорожке к дому медленно брел человек. Сначала Виктору показалось, что незнакомец ошибся и свернул на тропинку случайно, настолько неуверенными были его движения, но чем ближе человек подходил к порогу, тем более знакомыми казались его движения и фигура. Наконец путник остановился в зоне идентификации, и домашний компьютер тотчас раскрыл перед ним дверь, даже не спрашивая на это разрешения у хозяина жилища. Виктор удивленно взглянул на монитор и увидел там данные проверки биополя чужака. Через весь экран красными буквами проходила надпись: «Требуется помощь». Хозяин дома, Виктор Васильев, трудился частнопрактикующим врачом, и бесцеремонность компьютера в критических ситуациях была запрограммирована им лично. Доктор быстро набросил на плечи халат и спустился из спальни в прихожую.

Уже у самого порога он наконец узнал пришедшего и почти сразу понял, почему не смог сделать этого раньше. Человек был крайне бледен, к тому же его лицо искажала гримаса боли.

– Боже мой, Стелс! Что с вами случилось?! – подхватывая гостя под руки, спросил Виктор.

– Меня подстрелили, доктор, – не разжимая зубов, процедил Стелс. – Последние два часа я живу только благодаря стимуляторам.

– Сейчас, сейчас, – Васильев усадил пациента в кресло и приказал компьютеру прислать на первый уровень дома санитаров.

Проворные роботы быстро уложили Стелса на носилки и отправили в операционную.

– Дом, проведи подготовку больного к операции и установи капельницу с физраствором. А еще вызови Габриэллу, если она успела вернуться с празднований.

– Уже сделано, док, – откликнулся компьютер, – сестра выехала. Кстати, в банке данных есть образец крови господина Стелса, синтезировать заменитель?

– Да, конечно, это будет гораздо лучше, чем вливать нейтральную жидкость, – согласился Виктор. – Предоперационная готова?

– Проходите, – разрешил дом. – Ионизация включена.

Доктор уже начал первичную обработку обширной раны в животе пациента, когда к нему присоединилась операционная сестра.

– Господин Стелс, как же вас угораздило? – Габриэлла погладила раненого по голове. – Я всегда считала, что наемные убийцы стреляют из засады и, в отличие от жертв, не рискуют получить ответный импульс, да еще в живот.

– Я бухгалтер, Габи, – морщась, прошептал Стелс. – Вы не могли бы добавить обезболивающего? Мне кажется, что я чувствую, как доктор копается в моих кишках.

– Но ведь вам не больно? – сестра улыбнулась. – Зачем же накачивать ваш ослабленный организм лишними химикатами?

– Неприятно, – ответил пациент.

– А каково нам? – буркнул Васильев. – Это у вас руки по локоть в крови в переносном смысле, а у меня сейчас – в самом прямом.

– Что же вы не приобретете робота-хирурга? – Стелс криво улыбнулся. – Будете лечить добрым словом и пилюлями, а всю кровавую работу за вас станет выполнять машина.

– И вы согласитесь лечь под нож механического эскулапа?

– Я – нет, но другие граждане считают, что роботы надежнее. Они не ошибаются, не нервничают и не болеют с похмелья...

– Во-первых, я работаю именно с такими, как вы, а не с другими гражданами, – спокойно ответил Виктор, – а во-вторых, не ошибается только камень, потому что лежит и ничего не делает. В человеческих телах встречается столько вариантов расположения, например, сосудов, что перерезать вместо вены артерию для робота так же легко, как и заработать сбой в программе от перепада напряжения. И потом, в электронные мозги титановых хирургов навыки закладывают те же люди. Почему вы думаете, что они лучшие, чем я, специалисты?

При упоминании титановых хирургов Стелс вздрогнул.

– Больно? – обеспокоилась Габриэлла.

– Нет, – раненый поджал губы.

– Так кто же вас подстрелил? – на секунду отвлекаясь от операции, поинтересовался врач.

– Шейте, доктор, – ответил Стелс, – и не задавайте лишних вопросов. Для вас же будет лучше.

– Ясно, – Васильев вздохнул. – Опять криминал. Габи, вам когда-нибудь стирали память?

– Нет, но чтобы забыть жизнь с моим бывшим мужем, я готова на все, – ответила сестра. – А вам?

– Пока нет, но у меня вот только что появилось нехорошее предчувствие.

– Так давайте бросим возиться с этим полумертвым наемником, – предложила сестра. – А еще лучше, сразу вызовем полицию.

– Хорошая мысль, – доктор постучал карандашиком лазерного скальпеля по торчащему из раны ребру пациента. Звук получился довольно громким. – Уважаемый, как вы относитесь к нашему намерению? Будем лечиться дальше или пусть операцию продолжат тюремные хирурги-роботы?

– Я уже говорил, что не доверяю механизмам, – ответил Стелс. – А еще я говорил, что лишние знания могут вам навредить. Но если вы так настаиваете, я отвечу. В этот раз я работал не по заказу, а из патриотических соображений.

– Из каких? – Виктор снова отвлекся и удивленно взглянул на пациента.

– Я только что вернулся с юга, – признался Стелс.

– «Юг-9»? – уточнил доктор.

– Верно, – ответил раненый. – Пожалуй, я единственный, кто остался при своей памяти из всех выживших в той мясорубке.

– Я всегда говорил, что бунт на предприятиях «Спектра» обречен, – Васильев сочувственно покачал головой. – Как же вам удалось ускользнуть?

– Сам не понимаю, – признался Стелс. – Видимо, меня не напрасно прозвали «невидимкой». Когда от залпа крейсера взорвалось обороняемое моим отрядом здание, меня подхватила и швырнула в сторону взрывная волна. Я упал метрах в ста от своей позиции. В первую минуту я ничего не чувствовал, но потом в животе начал бушевать настоящий пожар. Мне удалось вовремя зажать рану и вколоть себе стимуляторы. Затем я долго полз, стараясь выдерживать направление на север, а после потерял сознание и очнулся уже в кузове машины, которая ехала с грузом каких-то пластиковых коробок в город. Видимо, я назвал водителю номер квартала, потому что он притормозил у нужного перекрестка. Так я и оказался в вашем доме, док.

– Занятно. – Виктор соединил последний участок кожного разреза и приложил к нему заживляющий компресс. – Рана была рваной и глубокой, пришлось кое-что удалить, поэтому едва заметный шрам все же останется, не обессудьте.

– Понимаю, – согласился раненый. – Как скоро я смогу уйти?

– Через сутки, когда восстановится нормальный режим работы кишечника, – заверил врач. – Я же говорю, нам пришлось многое в вас изменить.

– Сначала вы сказали «кое-что», – укоризненно заметил Стелс.

– Я так сказал? – врач рассмеялся. – Все будет хорошо, друг мой. Правда, вам придется ограничить потребление жирной пищи и некоторое время попить кое-какие пилюли. Габи, вы сможете провести эту ночь у постели господина Стелса?

– С таким мужчиной я готова провести весь остаток жизни, – игриво улыбаясь, ответила сестра. – Тем более что теперь я знаю его не только снаружи, но и изнутри.

Раненый перевел взгляд с доктора на медсестру и вымученно улыбнулся. Специфический медицинский юмор был ему не по душе.

Оставив пациента на попечение Габриэллы, Виктор поднялся к себе в спальню и, приняв душ, расположился в удобном кресле. Ему страшно хотелось выпить, но происшествие на предприятии «Юг-9» требовало трезвого осмысления, и доктор ограничился сигарой. Он с удовольствием раскурил настоящую земную «гавану» и погрузился в размышления. Переход сопротивления к активным действиям был крайней мерой, жестом отчаяния, это понимали все участники движения «За свободный Марс», но иначе привлечь внимание общественности к проблемам горняков было невозможно. На столичном Титане и сонной Земле проживало много серьезных людей, которые могли бы повлиять на ситуацию, убедив Диктатора в необходимости изменения внутренней политики «Спектра», но никто из них не имел ясного представления о бедственном положении рабочих. Теоретические рассуждения оставались бесполезным сотрясанием воздуха до того момента, когда сопротивление приняло решение о начале активного противодействия руководству и забастовки переросли в локальный вооруженный конфликт. Местная полиция ограничилась оцеплением взбунтовавшихся шахт, а для подавления восстания была вызвана армия. Когда бунтовщики узнали, что им придется сражаться с Воинами, их боевой настрой быстро пошел на убыль, но отступать было уже поздно. Теперь, после подавления восстания, сопротивлению предстояло начинать все с нуля.

Виктор приказал компьютеру установить связь по защищенной оптической линии с координационным центром и выбрал специально созданный для таких случаев фантом. Внешность и голос этого объемного изображения не имели ничего общего с оригиналом, что, впрочем, не обманывало никого из собеседников, поскольку все они знали Васильева не первый год. Однако для защиты от взглядов случайных людей подобной конспирации было вполне достаточно.

Виртуальный двойник доктора шагнул внутрь центра и подошел к главному пульту. За ним сидели двое операторов, а чуть поодаль прогуливался возбужденный координатор.

– Плохо дело, – не глядя на Виктора, проронил координатор. – На юге больше нет ни одного нашего человека. Все члены сопротивления убиты или «перевоспитаны», но, что самое плачевное, мы не добились ровным счетом ничего. У нас больше нет южной ячейки, нет самого крупного склада с оружием и не имеется никаких доказательств чрезмерной жестокости Воинов. Восстание не оправдало возложенных на него надежд. Мы даже не сможем утверждать, что оно вообще произошло. Все репортажи были перехвачены аппаратурой крейсеров, очевидцы и участники событий не помнят самих себя, а материальные свидетельства собраны и увезены солдатами. Работа шахты восстановлена и идет, как будто ничего не случилось.

– А погибшие?

– Значатся как уволенные по собственному желанию. В архиве зафиксировано, что всем им выданы рекомендации, выходные пособия и льготные билеты в самые отдаленные колонии. Проверить, прибыли они туда или нет, будет сложнее, чем обойти пешком весь Марс по экватору. Ни единой зацепки, а землянам нужны даже не зацепки, а неопровержимые доказательства. Где теперь их взять?

– У меня есть один свидетель, – сказал доктор.

– Одного мало, – координатор покачал головой. – Вот если бы его слова подтвердил кто-то еще или у нас в руках оказалась какая-нибудь запись! Станцию слежения Воины не просто уничтожили, а превратили в мелкую пыль, одним залпом прямо с орбиты, еще до того, как высадился их десант. У нас нет ни-че-го!

Последнее слово координатор произнес раздельно и с надрывом.

– Возьмите себя в руки! – приказал Виктор. – Нет, значит, будет. Мы не имеем права на отчаяние. Раз не получилось с «Югом», придется задействовать агентов и ввести в эксплуатацию резервные мощности. Сколько наших агентов сейчас прохлаждается на Титане?

– Четверо, – бросив короткий взгляд на экран компьютера, ответил координатор. – Но это наши лучшие люди. Вы уверены, что пришло время задействовать резерв?

– Уверен, – ответил Васильев, оборачиваясь к пульту. – Как идет празднование на Титане?

– Довольно странно, – ответил один из операторов. – Площадь почти опустела, а в самом Дворце царит какое-то нездоровое оживление. Сообщения информационных каналов крайне противоречивы и невнятны. Кто-то говорит о заговоре с целью покушения на Диктатора, кто-то – о нападении диверсантов с Ио, значительная часть каналов намекает на ответный удар марсиан.

– Замечательно, – фантом Виктора улыбнулся. – Все-таки мы своего добились. О нас заговорили на Титане, а значит, скоро о наших проблемах услышат и на Земле. Интересно узнать, кто же нам так помог?

– Республиканцы, – предположил координатор. – Не земляне же?

– Вряд ли Ио заинтересована в обострении отношений с правительством системы, – возразил доктор. – Землянам это тоже ни к чему. Остаются наши соотечественники.

– Или жители одной из ста прочих колоний, – возразил второй оператор. – Запах свободы пьянит.

– Зачем нужна независимость, например, Роксане? – Васильев покачал головой. – Она и так не зависит от Солнечной системы. На этой планете даже нет ни одного Воина. Она прекрасно справляется со своими проблемами без ценных указаний из метрополии, а налоги для столь дальних колоний составляют просто смехотворные суммы. Рисковать ради теоретической свободы практическим благополучием роксанианцы не станут.

– Кто бы ни был нашим невольным помощником, почва для переговоров с землянами у нас есть, – заметил первый оператор.

– Пока она больше похожа на трясину, – возразил координатор. – Наши потенциальные партнеры на прародине – весьма серьезные люди. В истерические выкрики репортеров они не поверят. Максимум, чем нам помогут репортажи столичных каналов, – вызовут у землян головную боль от назойливого повторения одних и тех же слов: «Марс, покушение, ответный удар».

– Это послужит неплохой подготовкой к внушению, говорю вам, как доктор доктору, – заверил Виктор. – Когда проблема на слуху, ею легче манипулировать.

– Я инженер, – угрюмо ответил координатор. – Хотя, возможно, вы правы.

– Конечно, прав, – врач усмехнулся. – Что будет проще, говорить с человеком, который даже не подозревает о существовании Марса, поскольку прожил на Земле все свои сто лет, не зная ни забот ни хлопот, или с тем, кого уже просто тошнит от упоминания о проблемах Красной планеты?

– Оба варианта сомнительны, но я вас понял, – ответил координатор. – Мы передадим приказ агентам. Резервный план будет реализован не позднее завтрашнего утра. Если, конечно, нас снова не опередят загадочные диверсанты.

Фантом Виктора отсалютовал сразу всем троим соратникам, и вернулся в память «домового». Доктор с облегчением отключился от управления лазерограммой, встал и, разминая затекшие от долгого сидения ноги, подошел к окну. Главный город марсианского юга накрыла ночная мгла. В нем было не принято расцвечивать ночи яркими огнями иллюминации и рекламных голограмм. Больше всего марсиане ценили чистоту и неприкосновенность природы, с таким трудом навязанной Красной планете. Врач затушил сигару и приоткрыл окно. В комнату тотчас ворвались шум теплого ветра и трескотня цикад. Виктор с удовольствием вдохнул свежий воздух и прислушался. К привычным ночным звукам добавился новый. То ли шорох одежды, то ли осторожные шаги по гравийной дорожке.

Доктор взглянул на выданную компьютером экранную проекцию и с удивлением обнаружил, что его недавний пациент медленно и осторожно удаляется в сторону шоссе. Васильев перевел взгляд на часы. После операции прошло всего пятьдесят минут. Обезболивание закончилось, края раны схватились, и жизни Стелса уже ничто не угрожало, но все равно вставать ему было рано. Впрочем, «бухгалтер» прекрасно понимал, что делает, и останавливать его было бессмысленно. К тому же Виктор знал, где в случае необходимости следует искать наемника.

– Габи, – позвал доктор. – Можете идти домой.

– Ну, нет, – ответила из опустевшей послеоперационной палаты сестра. – Одной по темноте мне идти страшно. Я даже в этой комнате опасаюсь оставаться с тех пор, как господин Стелс выразил желание сбежать из-под моей опеки.

– В таком случае, поднимайтесь ко мне, – предложил Виктор. – Расскажете, как прошла поездка на столицу. Ну, и вообще...

– Я думала, вы никогда не предложите, – с облегчением отозвалась Габриэлла. – Иду.

<< 1 2 3 4 5 6 7 >>