<< 1 2 3 4 5 6 7 >>

Альберт Иванович Кравченко
Экономическая социология

Тем не менее в истории менеджмента Оуэн остался этапной фигурой. Именно с него, считает П. Друкер, менеджер появился на исторической сцене как реальная фигура, а не как теоретическое понятие. Ведь А. Смит только рассуждал о роли менеджеров, М. Болтон, Д. Уатт и Р. Оуэн практически показали, что он может, если заботится об эффективности производства и человеческих ресурсах. Оуэн был первым, кто задумался и научно проанализировал вопросы мотивации и производительности в тесной взаимосвязи. Не умаляя роли экономических факторов, он опирался на социальные отношения как основу для внедренческой деятельности. «Ранние научные менеджеры» дали толчок совершенно новому подходу к управлению предприятием, основывающемуся на изучении психологических факторов. В 1893 году В. Мазер, директор машиностроительного завода в Манчестере, внедрил укороченную рабочую неделю: вместо 54 часов сделал 48. После двухлетнего эксперимента он доказал, что результатом является устойчивое увеличение производительности труда и сокращение потерь рабочего времени. Его внедренческую программу пытались применить другие английские предприятия, однако широкой известности она не получила. Вплоть до 1914 г. серьезные поиски в этой области в Англии больше не предпринимаются. Но и после Первой мировой войны, когда в стране открылся Национальный институт промышленной психологии, где изучались производственный травматизм и утомление, Англия сколько-нибудь заметного вклада в менеджмент и социологию труда не внесла.

Уже в конце XIX в. центр прикладной социологии, т. е. практического менеджмента, перемещается из Англии в Америку. Деятельность «ранних научных менеджеров» отражала эпоху классического капитализма – господство средних и мелких предприятий, свободу рыночной конкуренции, университетские идеалы науки. На смену ему приходит неклассический, или монополистический, капитализм, для которого характерны господство крупных корпораций, монополия на рынке, превращение науки в непосредственную производительную силу. Выразителем нового подхода к управлению явились представители американского движения «научный менеджмент». Несомненным лидером был Фридерик Уинслоу Тейлор (1856– 1915). Его называли автором самой эффективной в мире системы НОТ. Свои основные эксперименты он провел в 90-х гг. XIX в. Система Тейлора имеет комплексный характер: она перестраивает не только структуру управления предприятием, но и самые элементарные, повседневные трудовые приемы человека. Ни до, ни после никто уже не претендовал на подобный универсализм.

Тейлору приписывают открытие модели «экономического человека», который якобы не видит в работе иного смысла, как только получить больше денег. Тем не менее, как показывает более детальный анализ его высказываний, Тейлор не считал деньги ни главным, ни единственным мотиватором. Он полагал, что прибавка к зарплате «съедается» плохой организацией труда и произволом администрации. Стоит рабочему сегодня выработать больше, как завтра ему снизят расценки и принудят трудиться больше за те же деньги. Рабочие, прекрасно осведомленные об этом, придумали контроружие – сознательное ограничение нормы выработки. В его основе – механизм группового давления и блокирования формальных норм при помощи неформальных. Сегодня феномен «работы с прохладцей» называется рестрикционизмом (restriction– ограничение) и является одним из центральных вопросов социологии труда. Долгое время честь его открытия, как и группового фактора, приписывали теоретикам «человеческих отношений» (30-е гг. XX в.). Однако первооткрывателем был все-таки Тейлор.

Он подробно изучил социально-экономическую организацию предприятия и пришел к выводу, что технико-организационные нововведения не должны быть самоцелью. Тейлор разработал и внедрил сложную систему организационных мер – хронометраж, инструкционные карточки, методы переобучения рабочих, плановое бюро, сбор социальной информации, новую структуру функционального администрирования, которые не по отдельности, а вместе способны гарантировать рабочему, что повышение им производительности труда не будет произвольно уничтожено администрацией через понижение расценок. Сначала администрация должна научиться управлять по-новому, а затем уже может требовать добросовестного труда. Немалое значение он придавал стилю руководства, правильной системе дисциплинарных санкций и стимулированию труда. Его дифференциальная система оплаты – успевающий дополнительно вознаграждается, а лодырь депремируется – предполагала, что в научно организованном производстве человек не может получить незаработанные деньги.

В теории организации труда ведущее место занимали человеческое поведение и мотивация, а вовсе не технические факторы. Иначе говоря, предмет исследования имел иерархический вид и подчинялся определенной логике. Изучение технического устройства станка несравненно легче, нежели исследование работы за этим станком, т. е. трудовое поведение человека. Еще более сложным является изучение мотивов, ибо психологические закономерности допускают гораздо больше отклонений, чем законы материального мира. Различные области прикладного исследования, таким образом, выстраиваются по степени сложности их предмета от движения машин (уровень технического занятия) через действие человека (уровень физико-физиологического знания) к поведению и мотивам (уровень социально-психологического знания).

Ф. Тейлор является лидером «научного менеджмента», в который кроме него входили Г. Эмерсон, Ф. Джилбретт, Г. Таун, С. Томпсон и др. В свою очередь «научный менеджмент» составлял лишь одно из направлений – американское – в так называемой классической школе менеджмента. К ней причисляют немца М. Вебера, француза А. Файоля, англичан Л. Урвика и Л. Гьюлика (они разработали «синтетическую» теорию управления, которая формализует и обобщает подходы Тейлора, Вебера, Файоля).

ВОПРОСЫ И ЗАДАНИЯ

1. Какую роль в развитии экономической социологии сыграла английская политэкономическая школа?

2. Кто принадлежит к французской социологической школе? Какие два поколения в ней выделяют?

3. Составьте эссе на тему: «Социально-экономическое учение Э. Дюркгейма».

4. Актуальны ли сегодня взгляды представителей марксистской школы экономической социологии?

5. В чем заключается своеобразие идей исторической школы в немецкой политической экономии?

6. Что нового в науку внесло экономическое учение Г. Шмоллера?

7. Охарактеризуйте учение о капитализме В. Зомбарта.

8. Социологические взгляды Г. Зиммеля до сих пор изучаются учеными и студентами. Почему?

9. Подготовьте развернутый доклад на тему: «Экономическая социология М. Вебера».

10. Кратко опишите американский институционализм.

11. Как формировалась эмпирическая социология за рубежом?

12. Кто является основными представителями прикладной социологии?

ГЛАВА 3

ДИСКУРС О ПРЕДМЕТНОЙ ОБЛАСТИ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СОЦИОЛОГИИ

Первые ростки экономической социологии стали пробиваться на отечественной почве еще в 1980-е годы. Однако термин «экономическая социология» вошел в научный оборот лишь в 1990-е годы – в период активного размывания междисциплинарных границ и утверждения новых исследовательских направлений. Именно в те времена наблюдался заметный процесс институционализации новой дисциплины. Создавались кафедры экономической социологии в ведущих вузах[1 - Подобные кафедры созданы, например, на социологических факультетах МГУ им. М.В. Ломоносова и Санкт-Петербургского государственного университета, в Высшей школе экономики и др.], работали специализированные советы и крупные исследовательские подразделения. Открылись постоянные рубрики «Экономическая социология» в академических журналах[2 - Эти рубрики появились, например, в «Социологических исследованиях» в 1992 г., в «Российском экономическом журнале» – в 1994 г.]. Стал заметным возрастающий интерес к экономико-социологическим методам в среде не только социологов, но и профессиональных экономистов. Учебный курс «Экономическая социология» был введен в качестве одного из основных элементов гуманитарного цикла во все большем количестве вузов[3 - Данный курс включен в программу экономического и социологического факультетов МГУ им. М.В. Ломоносова, Московской Высшей школы социальных и экономических наук, Высшей школы экономики, Санкт-Петербургского и Новосибирского государственных университетов, Санкт-Петербургского университета экономики и финансов и др.]. Постоянно росла библиография по экономической социологии.

Появление термина «экономическая социология»

Как удалось выяснить Ю.В. Веселову[4 - Веселов Ю.В. Экономическая социология: история идей. – СПб., 1995.], впервые вопрос о создании экономической социологии был поставлен во французской социологии. С 1898 года Э. Дюркгеймом издавался журнал «Социологический ежегодник» (вокруг которого и формировалась французская школа), где появился раздел «Экономическая социология». С этого момента термин «sociologie economique» становится обычным во французской традиции. Первой специальной монографией с названием «Экономическая социология» была монография бельгийского социолога Г. де Греефа (в русском переводе, появившемся в 1904 г., она называлась «Социальная экономия»: именно так называли эту область исследований в начале ХХ в. отечественные ученые). В ней де Грееф обосновывает свое понимание предмета и методов экономической социологии, считая в числе главных материалистический и политэкономический метод, синтез которых дает экономическую социологию.

Возможно, что именно де Грееф явился первооткрывателем экономической социологии, хотя с абсолютной достоверностью утверждать об этом нельзя. Но известно, что позже, а именно в 1917 г., М. Вебер в одной из своих работ размышлял о задачах и функциях «социологии хозяйства», или, что то же самое, «экономической социологии». В его фундаментальном труде «Экономика и общества», вышедшем в 1922 г., об экономической социологии говорится уже как о чем-то само собой разумеющемся. Однако в Россию идеи экономической социологии пришли благодаря не Веберу, а де Греефу, с которым вместе работал в Новом Брюссельском университете один из основоположников русской социологии М.М. Ковалевский.

НОВОСИБИРСКАЯ ПАРАДИГМА

Первое определение предмета экономической жизни, или, как еще именовали тогда эту дисциплину, социологии экономической жизни, предложили в середине 1980-х гг. видные отечественные социологи Т.И. Заславская и Р.В. Рывкина. На роль предмета экономической социологии они предложили «социальный механизм развития экономики», понимая его как устойчивую систему экономического поведения общественных групп. Поскольку такой механизм был органично встроен в социальную стратификацию, предмет экономической социологии виделся гораздо шире, чем мыслилась тогда сфера социологии труда, и особенно индустриальной социологии[5 - Заславская Т.И., Рывкина Р.В. О предмете экономической социологии // Известия СО АН СССР. Сер. Экономика и прикладная социология. – 1984. – № 1. – С. 15.]. С 1986 года в Новосибирске авторы начинают преподавать курс «Экономическая социология».

В 1991 г. как обобщение накопленного опыта появляется первая в отечественной литературе серьезная монография по экономической социологии[6 - Заславская Т.И., Рывкина Р.В. Социология экономической жизни: очерки теории. – Новосибирск, 1991.]. Т.И. Заславская и Р.В. Рывкина увидели в ней науку о функционирующем в сфере экономики человеческом факторе, его структуре, роли и характере влияния на социально-экономические процессы. Человеческий фактор выполнял двоякую функцию: 1) выступал объектом исследования, поскольку речь шла о живых людях-респондентах; 2) служил ядром всей теоретической системы, вокруг которого по периферии располагались другие понятия. Действительно, человеческий фактор в широком значении подразумевал ценностные ориентации, экономические интересы, формы поведения и ролевые системы людей, выступающих экономическими агентами.

Поскольку из них формируются малые и большие социальные группы, то теоретическое ядро экономической социологии Т.И. Заславской и Р.В. Рывкиной пришлось расширить до социальной стратификации и социального состава населения. Категория социальной стратификации предполагала как статический, так и динамический аспект исследования. Во втором случае сюда присоединялись социальное взаимодействие и социальные отношения, складывающиеся между группами и стратами, а также протекающие в экономике социальные процессы. Горючим веществом, приводящим в движение социальные группы, выступают у авторов потребности, интересы и ориентации, которые определяются, с одной стороны, социальным положением человека (т. е. его статусом), с другой – культурной средой, в которой он вырос и прошел социализацию.

В процессе экономической деятельности возникают довольно сложные и замысловатые узоры человеческого поведения, создаваемые законами рыночной экономики, человеческими потребностями и господствующими в обществе социальными нормами. Направления линиям задают система материального вознаграждения и цели деятельности. Правильные линии поведения, например, трудовые почины и участие в социалистическом соревновании, подкрепляются в виде морального и материального вознаграждения, а неправильные – прогулы и пьянство – наказываются.

На поведение людей влияют мощные внеэкономические возмутители: семья, микрорайон, город, культура общества в целом, а в предельном варианте – даже политика страны. В результате экономическое поведение как в зеркале отражает бытовое поведение и повседневный образ жизни, а экономическая структура отражает социальную: положение, занимаемое группами в экономике, – это «проекция» социальной структуры общества. В противовес «экономическому человеку», который до сих пор выступал главным героем экономических сценариев, у Т.И. Заславской и Р.В. Рывкиной субъектом поведения выступают «многомерные личности». К примеру, работники предприятий – это одновременно политические субъекты, носители той или иной культуры, жители определенных регионов, члены семей и т. д. Отсюда следует, что характер активности людей в сфере экономики зависит от их социальных качеств, которые формируются как в экономической, так и в других сферах общественной жизни.

Таким образом, новосибирские ученые отдают приоритет динамике перед статикой, социальному – перед экономическим.

Стержнем экономической системы выступает социальный механизм. Под социальным механизмом развития экономики Т.И. Заславская и Р.В. Рывкина понимают устойчивую систему экономического поведения социальных групп, а также образующихся при этом взаимодействий и связей групп между собой и с государством по поводу производства, распределения, обмена и потребления материальных благ и услуг.

Такой механизм регулируется, с одной стороны, социальными институтами (государством, культурой и идеологией), с другой – социально-экономическим положением и сознанием людей. В результате социальный механизм увязывает элементы, принадлежащие обеим сферам общества: экономической и социальной.

Сущность социального механизма проявляется в выполняемой им функции, которая состоит в том, что, передавая «импульсы развития» из области социальных отношений в экономическую сферу и обратно, он создает (или не создает) подходящие условия для рационального использования ресурсов, научно-технического прогресса, повышения производительности труда. Передача импульсов осуществляется через живую деятельность и поведение индивидов и групп. Получая «сигналы», социальные группы «перерабатывают» их в конкретную продукцию: создаваемые орудия труда и предметы потребления. Трудовой вклад каждого индивида или группы можно измерить, оценить и на основе этого вознаградить. От материального вознаграждения и семейного достатка зависит социальное положение индивида или группы, их статус. Источники и размер получаемого дохода зависят также от того места, какое занимает социальная группа в системе общественного разделения труда. Одно дело – рядовые продавцы или шахтеры, другое – руководители и специалисты. Те, кто принадлежит к группам власти, получают больше, а кроме того, оказывают влияние на то, сколько получат все оставшиеся группы населения. К группам власти относятся работники центральных групп управления, хозяйственных ведомств и министерств, работники юстиции, охраны порядка и др.[7 - Заславская Т.И., Рывкина Р.В. Социология экономической жизни: очерки теории. – Новосибирск, 1991. – С. 56–67.]

Построенный таким способом теоретический каркас экономической социологии требовал от социологов громадных усилий по его детализации как на уровне теории, так и в области эмпирии. Его создатели указали в своей книге 8 теоретико-методологических задач, 8 эмпирических задач и 4 прикладные задачи. Некоторые из них формулировались настолько глобально, что потребовали бы усилий нескольких научных институтов, к примеру надо было изучить: как устроена социальная структура общества, каковы состав и качественные особенности образующих ее социальных групп, каковы «профили» отдельных групп по принятым стандартным критериям дифференциации, как устроена вся иерархия социальных групп, каковы межгрупповые взаимодействия, их формы, какие функции (роли) выполняют отдельные группы в системе экономических отношений, какие общественные группы являются главными субъектами экономики, каковы тенденции в этой области, от каких социальных институтов эти тенденции зависят

Ни сами авторы, ни их последователи, ни тем более научные институты так и не смогли приступить к решению означенных задач, поскольку через несколько лет СССР не стало, а цели экономической социологии резко изменились. Государство перестало финансировать фундаментальные исследования, а частные фирмы, отечественные и зарубежные, интересовали только потребительские ориентиры россиян, их предпочтения того или иного товара, маркетинговые опросы.

Хотя эмпирического воплощения грандиозный проект новосибирских социологов не произошло, его теоретико-методологическая составляющая оказалась весьма продуктивной, поскольку она породила, с одной стороны, острые научные дискуссии, с другой – множество последователей и сторонников.

МИНСКАЯ ПАРАДИГМА

Одним из последователей Т.И. Заславской и Р.В. Рывкиной является известный минский социолог Г.Н. Соколова, которая в 1970 – 80-е гг. внесла заметный вклад в развитие одной из центральных проблем социологии труда – культуры рабочего класса и технической интеллигенции[8 - Соколова Г.Н. Культура труда в социальном развитии рабочего класса. – Мн.: Наука и техника, 1984; Соколова Г.Н. Культура труда в социальном развитии технической интеллигенции. – Мн.: Наука и техника, 1989.].

По мнению Г.Н. Соколовой, «предметная область экономической социологии – социальные механизмы, регулирующие протекание тех или иных экономических процессов и обусловливающие формирование тех или иных экономических структур»[9 - Соколова Г.Н. Экономическая социология: учебник. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: ИИД «Филинъ»: Мн.: Беларуская навука, 2000. – С. 10.]. В предмет экономической социологии помимо указанных явлений входит также изучение общественных законов (разделения труда, перемены труда, конкуренции и др.), которые имеют многовековую историю развития. Они и сегодня определяют жизнедеятельность мирового сообщества. Их игнорирование приводит к тяжелейшим социально-экономическим и социально-психологическим последствиям. Судя по структуре книги Г.Н. Соколовой, крупных общественных законов, которыми могла бы заинтересоваться экономическая социология, всего четыре: закон разделения труда, закон перемены труда, закон социалистического соревнования, закон конкуренции

В концепции Г.Г. Соколовой объектом экономической социологии выступает «взаимодействие двух основных сфер общественной жизни – экономической и социальной и соответственно взаимодействие двоякого рода процессов – экономических и социальных»[10 - Соколова Г.Н. Экономическая социология: учебник. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: ИИД «Филинъ»: Мн.: Беларуская навука, 2000. – С. 67.]. Это означает, что две другие сферы, а именно политическая и духовная, выпадают из области научной компетенции экономической социологии. В результате чего вне поля зрения социологов остались проблемы вмешательства государства в экономику, внешнеэкономической деятельности правительства, коррупции высших должностных лиц, лоббирование и правительственные реформы, формирования олигархии или проблемы недофинансирования культуры.

Подобная трактовка объекта экономической социологии не лишена оснований, во всяком случае, исторических. В свое время Вебер, Зомбарт, Веблен, а также ряд русских эконом-социологов понимали объект экономической социологии, которую в те годы часто именовали социальной экономией, приблизительно так же, как ее сегодня подает Г.Н. Соколова: «объект, изучаемый экономической социологией, представляет собой обширную область явлений, лежащую «на пересечении» экономики и общества»[11 - Там же. – С. 70.]. Однако приблизительность в данном случае необходимо расшифровать. Взаимосвязь двух сфер, экономической и социальной, это одно, а отношения между обществом и экономикой – это несколько другое. Во-первых, общество охватывает четыре сферы, а не две. Во-вторых, экономика не ограничивается одной сферой общества, а пронизывает все его сферы. В результате мы получаем не одну, а две трактовки объекта экономической социологии – узкую и широкую

В узком смысле объектом экономической социологии выступает взаимосвязь двух сфер, экономической и социальной. В широком смысле объектом экономической социологии выступает взаимосвязь общества и экономики. Только в широком смысле эта наука изучает влияние государства на экономику и прочие внеэкономические сущности, о которых в свое время говорил М. Вебер, указывая на их обязательную принадлежность к сфере экономической социологии.

Инструментом теоретического познания, на основе которого экономическая социология способна отобразить общественные законы, у Г.Н. Соколовой выступают социологические категории. Верно определив орудие главного калибра, из которого экономическая социология производит решающий выстрел по области непознанного (а таковыми выступают отношения между обществом и экономикой), Г.Н. Соколова перечисляет шесть фундаментальных категорий этой науки:

• экономическое сознание;

• экономическое мышление;

• экономическая культура;

• экономический интерес,

• социально-экономический стереотип;

<< 1 2 3 4 5 6 7 >>