<< 1 2 3 4 5 6 7 8 ... 13 >>

Александр Александрович Тамоников
Пятеро смелых

– Нет, я чувствую себя нормально, – сказал он.

– Тогда до завтра.

Ночью Тахир долго не мог уснуть. Он ворочался на деревянной лавке в небольшой одиночной камере за железной дверью и размышлял над собственной жизнью. Окон тут не было, сколько сейчас времени, Умабор не знал. Молодой мужчина лежал на спине, глядел в вязкую черноту, вспоминал и раздумывал.

Что стало бы с ним, если бы страну не раздирали междоусобные конфликты? Как сложилась бы его жизнь?

Возможно, он получил бы образование. Способности у Тахира имелись, причем немалые. К письму, языкам, истории, литературе. Став образованным человеком, Умабор наверняка получил бы хорошую должность. Женился бы, обзавелся своим углом и детьми, зажил бы мирной, размеренной жизнью.

Так в чем же состояла его вина? В том, что приспосабливался, подстраивался под неспокойные времена? Искал возможность раздобыть деньги? Да, конечно, Тахир нашел не самый лучший и честный, но разве у него был выбор?

Умабор с радостью согласился бы пойти учителем в начальную школу или смотрителем в какой-нибудь музей древностей. Только где сейчас все эти школы и музеи? Они разрушены, как минимум закрыты до лучших времен, прихода которых Тахир может и не дождаться.

Под утро все-таки ему удалось заснуть. Разбудили его свет электрической лампочки, вспыхнувшей под самым потолком, и лязг запора тяжелой металлической двери.

Арестант приподнял голову, сощурился от яркого света и увидел солдата, вошедшего в камеру. Тот поставил на край лавки тарелку с едой и кружку с горячим чаем, накрытую плоским ломтем хлеба.

Завтрак Тахир съел с удовольствием, так как нормальной еды в его желудке не было со вчерашнего полудня. Чувствовал он себя хорошо, голова уже не болела, шишка на затылке стала меньше. Выспаться, правда, не удалось, но что мешало ему опять забыться, если очередную встречу русский офицер назначил только на вторую половину дня?

Тахир покончил с приемом пищи, дождался, когда солдат унесет пустую посуду. Свет остался гореть, и сириец взялся выполнять просьбу полковника. Он положил на лавку лист бумаги, вооружился карандашом…

Спустя полтора часа им было исписано несколько листов.

Умабор аккуратно сложил их в стопку и завалился спать. Однако отдыхал он не особенно долго. Скоро снова грохнул засов, и тот же боец жестом пригласил его следовать за ним.

«Неужели опять допрос?» – подумал арестант, идя длинным коридором.

Нет, он ошибся. Солдат сначала привел его в душевую, выдал шампунь, мочалку. Потом он положил на лавку новое нижнее белье и аккуратно сложенную камуфлированную форму, рядом поставил высокие ботинки военного образца, приятно пахнущие натуральной кожей.

Умабор намыливал голову под струями теплой воды и раздумывал над тем, что с ним происходило: «Раньше я не имел никаких дел с русскими и никогда бы не подумал, что они так гуманны к пленным! Вчера они предложили мне медицинскую помощь, напоили чаем. Сегодня накормили, помыли, дали свежую одежду. Офицер разговаривал со мной вежливо, прямо как с равным. Рядовые солдаты держатся нормально, не бьют, даже не грозят».

Он был наслышан о поведении американских солдат в Афганистане. Те считали себя представителями высшей расы и к местному населению относились как к дикарям. Если они кого-то задерживали за так называемые правонарушения, то потом тех людей никто больше не видел.

Тахир отмылся под душем, насухо вытерся полотенцем, примерил форму и обувь.

Он думал, что после помывки конвой отведет его в камеру, но опять ошибся. Два солдата предложили ему подышать свежим воздухом в закрытом дворике близ барака. Они угостили Тахира сигаретой и сидели на лавке, пока тот, затягиваясь дымком, прохаживался по ограниченной территории. Шесть шагов в одну сторону, столько же – в другую.

Таким вот образом дообеденное время для Тахира пролетело незаметно. Он вернулся в камеру, несколько минут сидел на лавке и рассматривал добротно пошитую форму и ботинки военного образца.

Внезапно дверь открылась, и на пороге возник солдат с подносом в руках. На нем стояли две глубокие тарелки. Одна с первым блюдом, другая с кашей и куском мяса. На кружке с фруктовым напитком лежали два больших куска хлеба и сдобная булочка.

Умабор активно работал ложкой, с удовольствием поглощал суп с большим количеством капусты и помидоров, обладающий странным кисловатым вкусом, и довольно кивал.

«Неплохо кормят солдат в русской армии! Очень даже прилично».

Спустя три часа он сидел в кабинете напротив полковника. После обеда ему удалось немного вздремнуть, и теперь Умабор чувствовал себя отлично.

– Вот. – Он протянул офицеру свою писанину.

Русский пробежал взглядом по строчкам, довольно кивнул и убрал листы в стол.

– Послушай. – Он подвинул к пленнику пачку сигарет, зажигалку и пепельницу. – Тебе не надоел этот рискованный бизнес с нелегальной переправкой наркотиков и оружия? Ведь рано или поздно ты последуешь за своими товарищами, теми самыми, которые навсегда остались на поляне.

Это была самая больная тема.

Сириец вздохнул и признался:

– Надоел. Но если бы не этот бизнес, то я давно бы умер с голоду. В Сирии нелегко найти работу, а в Афганистане ее нет вообще. Почти все предприятия сокращают число своих работников, сельское хозяйство еле выживает. Однажды мне предложили работу на нефтедобывающей скважине. Я обрадовался, думал, что наконец-то наступит нормальная жизнь, но не получилось потрудиться и трех дней. Военные арестовали все руководство небольшой компании.

– Почему?

– Оказалось, что часть добытой нефти уходила по каким-то каналам за границу. А деньги начальство делило между собой. В итоге мне так и не довелось поменять профессию.

– Скажи, ты знаешь кого-нибудь из радикальной сирийской оппозиции? – вдруг сменил тему офицер.

– Из оппозиции? Нет, – ответил Тахир, пожал плечами и добавил: – Я никогда не увлекался политикой.

– А когда тебе и твоей семье жилось лучше – до волнений или сейчас?

– Конечно, раньше! Если бы не выступления оппозиции, то я бы окончил школу и стал бы учителем начальных классов.

– Ты мечтал быть учителем? – с нескрываемым удивлением спросил русский военный.

– Да, господин полковник. Учителем или смотрителем музея. Я часто ходил в музей, расположенный в центре нашего мухафаза. Мне очень нравились его экспозиции.

– Чем же?

– Там удивительно красиво и наглядно представлена история всей Сирии и нашего края. В витринах много вещей, связанных с нашей древней культурой. В музеях вообще неповторимая обстановка, заставляющая посетителей задуматься о своем бытии.

С минуту полковник с интересом рассматривал молодого мужчину. Говорил тот искренне, и с каждой встречей русский офицер все больше и больше проникался к нему симпатией.

– Согласен, музеи – это здорово. – Он вздохнул, достал из ящика стола листы, исписанные Умабором, вновь пробежал глазами по ровным строчкам.

Арестант нутром ощущал, что русский намеревается спросить его о чем-то важном и плавно подводит беседу к этому ключевому моменту.

Наконец тот спросил:

– Тахир, известна ли тебе позиция России относительно событий в Сирии? – Полковник впервые назвал своего собеседника по имени.

– Нет, – честно ответил тот.

Офицер вынул из того же ящика несколько газет, положил их на стол и проговорил:

– Ты не знаешь русского языка. Но по фотографиям на первых страницах легко поймешь, кого поддерживает моя страна. Посмотри, везде портреты вашего президента и представителей сирийской армии. Могу перевести заголовки. – Он взял верхнюю газету и прочитал: – «Министр иностранных дел Российской Федерации объяснил причины ввода Президентом Сирии Асадом чрезвычайного положения». «При Башаре Асаде сформировано первое гражданское правительство Сирии». – Офицер отложил первую газету, раскрыл вторую и продолжил: – «Советский Союз предоставил Сирии кредитов на общую сумму более тринадцати миллиардов долларов. Российский Президент рассматривает вопрос о списании части этого огромного долга». «За минувший год Россия направила в Сирию сто двадцать тонн гуманитарной помощи».

В третьей газете подзаголовки гласили следующее: «За последние тридцать лет в Советском Союзе и России прошли обучение около десяти тысяч сирийских офицеров, а более двадцати тысяч гражданских лиц получили высшее образование».

– Продолжить или этого достаточно? – спросил полковник.

<< 1 2 3 4 5 6 7 8 ... 13 >>