распределив эту сумму на следующие организации:
а) Политотдел ГУСМП – 5 тысяч рублей
б) Горсовет 5
в) Теруправление ГУСМП 5».
Были ли собраны эти деньги и отправлены по назначению, вышла ли книга, неизвестно. Во всяком случае, в крупнейших библиотеках страны это издание обнаружить пока не удалось. Однако на основе архивных данных и сообщений местной прессы можно отметить значительную роль газеты и стенной печати в городе, интерес к ней населения, активное рабселькоровское движение, а также издание брошюры об Игарке и написание, финансирование «солидной» книги о заполярном городе, большую заинтересованность властей в выходе книги.
ДЕТСКАЯ ГАЗЕТА
Высланные на север семьи прибывали что называется «с одним узлом» и, как правило, без отцов (те прибывали позже, после отсидки, или так и оставались в тюрьмах). Матери тянулись изо всех сил, чтобы прокормить детей и нередко погибали от голода и холода или непосильного труда. Неудивительно, что накануне празднования 5-летия города, в апреле 34-го, президиум горсовета рассматривал вопрос «О ликвидации беспризорности и безнадзорности». Резолюция, состоящая из 10 пунктов, отмечала, что основной процент хулиганства исходит от детей, не имеющих родителей. Их нужно «отдавать на воспитание совхозов, колхозов и отдельных граждан», а «детский рецидив – вывезти в колонию».
В Игарке спецпереселенцы работали бок о бок с вольнонаемными, их дети, а также дети начальников учились вместе, в одних и тех же классах. Судя по воспоминаниям бывших игарских школьников, различий между ними не делали.
Поначалу мест за партами для всех не хватало, было тесно, занимались порой в неприспособленных помещениях. К 1935 году обстановка разрядилась. Работало несколько начальных школ для детей и для взрослых, полная и неполные средние школы. Дети организовывали пионер-отряды, проводили сборы, конкурсы, олимпиады, участвовали в различных мероприятиях, в том числе и в выпуске стенгазет.
Детской прессе уделялось серьезное, «взрослое» внимание. Стоит хотя бы бегло просмотреть и оценить характер материалов в игарской газете – и вывод о роли школьников в печати напрашивается сам собой.
25 марта 1935 г. редакцией «Северной стройки» и ГК ВЛКСМ был объявлен конкурс низовой печати, в том числе и детской, проведено совещание редакторов школьных и классных газет. Детям были обещаны 3 премии (100, 75 и 50 рублей), грамоты, радиоустановки и литература. Ко Дню печати подвели итоги, наградили лучшие стенновки (из общего количества 36 газет) и лучших редакторов.
17 апреля выходит целая «Школьная страница», посвященная окончанию третьей учебной четверти. Здесь много заметок, 2 фотоснимка, упоминаются «лучшие ударники учебы и мастера воспитания». Через два месяца, 22 июня, снова крупная подборка – «Игарские школы заканчивают учебный год» (с рассказом о «героях учебы», хороших педагогах). Судя по качественной печати этого выпуска, чувствуется, что уже задействовано новое типографское оборудование, доставленное пароходом «Спартак».
С начала июля газета (уже «Большевик Заполярья») выходит не только ежедневно, но и в увеличенном формате, с прекрасным качеством фотографий. У ребят каникулы, но ученики все равно часто фигурируют на страницах местной прессы. Много материалов и фотографий, рассказывающих об отъезде пионеров в лагеря отдыха и о прибытии в Игарку, о юннатах, об отдыхе детей в городе, подготовке ребят к Международному юношескому дню. Одновременно с новым форматом вводится и новая рубрика – «День Игарки», и с первого же ее появления в ней публикуются снимки… пионера Бори Иванова. (Как вспоминал позже в письмах Борис Николаевич, отец подарил ему фотоаппарат, с которым парнишка почти не расставался. Фотографировать умели многие игарцы). Снимки Бориса шли также в сериях «Дома Игарки», «Дети Игарки». Редакционный фоторепортер Семен Малобицкий снимал, как правило, виды, пейзажи (порт, протока, массовые гуляния, авиаторов). Много фотографий привез из пионерлагеря Коля Сысоев, им тоже нашлось место на газетных страницах.
С началом нового учебного года школьные материалы буквально захлестывают полосы «Большевика Заполярья». 26 августа Остроумова выступает на общем собрании политотдельской парторганизации и «зачитывает план встречи Отто Юльевича», где немалая роль отводится молодежи.
2 сентября О. Ю. Шмидт выступает на бюро крайкома партии с докладом «О задачах освоения Севера Красноярского края», а через несколько дней – он уже на этом самом Севере. Игарская газета публикует репортаж со встречи прославленного академика, детское обращение к нему «Пионерский салют командиру Арктики», фото Шмидта с пионерами, тексты его бесед со школьниками. В конце сентября – начале октября печатаются заметки, заголовки которых говорят сами за себя: «На учительской конференции», «Хотим учиться», «Отличники», «Дети пришли в школу», «Коля у нас – художник», несколько фотографий, где пионеры и октябрята изображены за учебой. Чувствуется, что всевозрастающий поток материалов на школьную тему кем-то организуется и направляется.
Действительность, конечно, не укладывается в розовую цветовую гамму. В это же самое время дети трудпереселенцев, о которых уже была речь, по известным только им причинам бьют из рогаток или рвут в клочья портреты Сталина.
Постановления, визируемые по этому поводу Остроумовой, содержат, естественно, слова о расследовании хулиганских поступков, о привлечении к ответственности родителей провинившихся ребят, действия которых расцениваются как «классовая вылазка врага». Но есть и интересные нюансы в рекомендуемых мерах: узнать, в чем нуждаются семьи спецпереселенцев, можно ли им чем-то помочь.
Интересен в этом отношении протокол №48 бюро горкома партии от 19 октября:
«П. 1. Сообщение секретаря ГК Комсомола Михалевой о классово-враждебной вылазке в средней школе 2-го спецпереселенческого участка: ученики 2-й группы Голубев и Граблевский изорвали портрет тов. Сталина. (…)
п. 4. Об издании детской газеты.
П о с т а н о в и л и:
1. Разрешить редакции «Большевик Заполярья» издание детской газеты с 1-го ноября с.г.
2. Утвердить представленную смету на ноябрь-декабрь в сумме 4.200 рублей».
Что и говорить, соседство вынесенных в повестку дня вопросов весьма многозначительно. Еще одна красноречивая деталь – формулировка «разрешить редакции», «утвердить представленную смету», что может свидетельствовать только об одном: инициатива исходила оттуда, из редакции газеты. Точно такой же мотив звучал и в апрельском постановлении краевого оргбюро ЦК ВКП (б), «разрешавшем» выпускать Игарскую газету ежедневно. Это очень важно отметить, поскольку через полторы недели на 3-й странице городской газеты было напечатано о том, что «Горком партии и Политотдел предложил редакции „Большевик Заполярья“ издавать в Игарке детскую газету». Сама страница имела крупный заголовок: «Детская газета в Игарке», содержала 7 материалов, два рисунка, на одном из которых был О. Ю. Шмидт. Сообщалось также, что 25 октября выпущен пробный номер, 26 и 27-го он обсужден в школах. Газета будет выходить раз в 5 дней, а первый номер увидит свет 5 ноября.
Игарчанка О. Н. Кайдан рассказывала, что у нее хранился пробный номер с заглавием «Детская газета», отпечатанный зеленой краской и содержащий призыв придумать название печатному органу пионерии. В конце концов остановились на имени «Пионер Заполярья».
До конца 1935 г. вышло 12 номеров этой газеты. Тем не менее, школьная тема во «взрослой» газете не иссякла: «Организуем детскую олимпиаду в Игарке», «Хорошо живется нашей детворе», «По радио выступали пионеры», «Новогодние елки для детей» и др. материалы, около десятка фотографий. Примечательно, что в подписях под заметками и в «Большевике», и в «Пионере» прослеживаются знакомые журналистские фамилии (Б. Веревкин, О. Жондецкая, П. Люм), появившиеся еще в сентябре-октябре.
Еще не улеглись пионерские страсти вокруг выхода своей газеты, как в первой декаде декабря новый взрыв – письмо А. М. Горькому. Газеты стало мало, школьники хотят писать книгу!
Интересно, что игарское руководство своей активностью «на краю земли» задавало тон находящимся в «центре». Видно, в крае должным образом оценили очередную инициативу игарцев, проработали вопрос и через месяц с небольшим вынесли его на бюро:
«П. 8. «Об издании краевой пионерской газеты» (т. т. Лехим, Голюдов)
1. Приступить с 1-го января к изданию краевой пионерской газеты.
2. Утвердить название газеты «Сталинские внучата». Обязанность редактора газеты временно возложить на редактора газеты «Красноярский комсомолец» т. Лехима. Тираж газеты установить 15.000. Цена отдельного номера 3 копейки».
А в заполярном городе, «форпосте культуры на Крайнем Севере» в это же самое время собирали средства на финансирование книги об Игарке…
Молодые полярники тоже жили в ускоренном ритме. Если об организации детской олимпиады в Игарке «Пионер Заполярья» писал еще 5 ноября, то вопрос о проведении детской краевой олимпиады был заслушан на бюро крайкома лишь 17 декабря. Вот только с Домом пионеров в крае немного опередили: в Красноярске партийцы рассматривали это 13 декабря 1935 г., а в Игарке – 5 февраля 1936-го.
«КУРНОСЫЕ» И «МЕДВЕЖАТА»
Что же произошло в Игарке во втором полугодии 1935 года, особенно за последние 3 месяца?
События огромной важности и небывалого уровня были спрессованы до предела. Доклад игарской делегации в крае и отчет в правительстве, прием у самого «всесоюзного старосты», грандиозные перспективы дальнейшего развития города, освещение всего этого в центральной прессе («на всю страну!»). Гастроли Заполярного театра, посещение города американской журналисткой, приезд «командира Арктики» (знаменитой «Бороды») – О. Ю. Шмидта, ратовавшего за освоение Севера. (Можно вспомнить еще лыжный переход Игарка-Красноярск в начале февраля, знаменитый перелет экипажа В. С. Молокова по маршруту Москва-Янаул-Красноярск-Игарка-Гольчиха-Диксон в феврале-марте, планировавшиеся поход на оленях Игарка-Москва в ноябре и перелет Красноярск-Игарка в декабре). А в Москву в июне приезжал Ромен Роллан, общался с Горьким, советскими писателями, молодежью, что нашло отражение в прессе. На встрече со школьниками Роллан стал почетным пионером.
Выросла и база, и популярность местной газеты. Она стала ежедневной, увеличила формат, тираж, было завезено новое оборудование, цинкография для изготовления клише, больше бумаги, красок, материалов. Обилие детских заметок, целые «школьные страницы», интересные фотоснимки – все это так и просилось выплеснуться со страниц «взрослой» газеты и вылиться в свою, детскую. Широко развивалось детское творчество и в стенной печати.
А что означает появление с сентября новых журналистских фамилий в газете? Их возвращение из летних отпусков? Приглашение новых кадров для ежедневной газеты? Это пока до конца не выяснено. Но именно этот творческий коллектив молодых комсомольцев-журналистов выпускал «Пионер Заполярья», готовил материалы для «Большевика». Именно этих старших друзей – Веревкина, Жондецкую, Нежинскую, Крюкова и др. – вспоминают многие бывшие игарчата.
Иногда в современных публикациях высказывается мнение, что идею издавать свою газету ребятам подсказал Шмидт. Может быть, и так. Могло это исходить и от Остроумовой, познавшей не только теоретически, но и на собственном опыте в центральных районах России, на Алтае и в Сибири пропагандистское и организаторское воздействие газетного слова на людей, строящих новую жизнь.
Могло это исходить и от молодых литсотрудников редакции. Но что послужило толчком к написанию письма именно Алексею Максимовичу, что произошло за короткий промежуток времени между приездом Шмидта и детским обращением к писателю? Кто «связал ребят с Горьким»? Как возникла идея написать книгу?
А идея, способная зажечь сердца детей интересным делом, что называется, носилась в воздухе. Достаточно было поднести спичку. Но обо всем по порядку.
К тому времени из печати вышло немало книг, интересовавших детскую публику: «Республика ШКИД» (1927) Л. Пантелеева, «Марш 30-го года» (1932) и «Педагогическая поэма» (1933—35) А. Макаренко, «База курносых» (1934). Все они получили в свое время одобрение М. Горького, зачастую в широкой печати. Именно последняя книжка, написанная иркутскими пионерами под руководством поэта И. Молчанова-Сибирского, была любима многими школьниками по всему Советскому Союзу. Об этой книге игарские ребята узнали от пионервожатой, а позже – секретаря ГК ВЛКСМ, Кати Степановой, работавшей в игарских школах с 1930 года. В. А. Калачинский в письме подтверждает: они в то время зачитывались «Базой курносых», что и подтолкнуло к мысли написать о себе. Об этом же пишет и С. Перевалов.
Да и в самом письме к Горькому ребята прямо спрашивают: «Может быть, написать по примеру иркутских пионеров, авторов «Базы курносых»?» Кстати, пока игарчата трудились над своей книгой, иркутские пионеры встретились с писателем и в 1936 г. выпустили новую книжку – «База курносых» в гостях у Горького».
Интересная книжка юных иркутян, похоже, производила везде одинаковый эффект. Вот что писали «Известия» в апреле 1937 года:
«КНИГА НЕНЕЦКИХ РЕБЯТ»
НАРЬЯН-МАР, 11 апреля. (По телегр. от наш. спец. корр.). Несколько ненецких школьников прослышали, что сибирские пионеры написали книжку «База курносых», в которой рассказывали о своей жизни. Это навело их на мысль коллективно написать книгу рассказов из жизни пионеров тундровых колхозов.
Через местную газету ребята обратились ко всем школьникам Ненецкого округа с призывом принять участие в создании такой книги, которая была бы выпущена к двадцатилетию Великой пролетарской революции.
Далеко в тундру – в стойбища, в оленеводческие колхозы – проникли горячие слова авторов письма.
Ребята не замедлили с ответом. Они шлют простые, искренние рассказы о своей жизни. Лучшие из этих рассказов печатаются в газете. Уже напечатаны чудесные рассказы ребят о первой охоте на тюленя, о весне в тундре, о нападении бешеного волка на чум, о весенних ребячьих забавах.
Северное отделение Союза советских писателей должно помочь местной литературной группе издать эту книгу».
История как две капли воды похожая на игарскую. Если убрать дату и название города, можно подумать, что речь идет действительно об Игарке.