На освещенной луной поляне с валунами, где обычно проводят свои ритуалы Посвященные, появился Волхов, с Аленой на руках, и Князев, бредущий следом. Волхов положил девушку на землю, у большого камня, лежащего отдельно, в его руке появился посох, он очертил им круг.
– Я ухожу, хватит с меня! – крикнул Князев.
– Стой! Ты сам должен, жертву принести! – удержал его Волхов.
– Я ничего не буду делать! – орал Князев.
– Посвящение в таинства – это не шутки! Много власти дает, но, много и требует! – грозно произнес Волхов и поднял руки.
– Ты, великий Владан, познавший свет Прави и тьму Нави созидания, дай силу свою силе моей человечьей! – продекламировал он, нараспев.
Поднялся ветер, развевая балахон Волхова, зашумели и закачались деревья… Алена проснулась, села, посмотрела по сторонам.
– Что происходит? Где я? Это сон? – испуганно спросила она.
– Ты – дар Великому Богу, Владану! Смирись, и прими свою участь! – ответил ей Волхов.
– Что? – вскрикнула Алена, вскочила и попыталась убежать, но наткнулась на невидимою стену очерченного круга. Она заметила Князева и закричала:
– Дядя Андрей!
Князев убежал.
– Дядя Андрей, забери меня! Помоги! – крикнула девушка ему вслед.
Она продолжала биться о невидимою стену, с ее шеи упали, и рассыпались бусы.
– Помогите! – в отчаянии кричала она. Волхов продолжал ритуал:
– Слово мое ветром дадено, дождем дозволено, молнией к тебе послано!
Он подошел к Алене, с кинжалом в руке.
В ореоле пламени появились Влад и Марина, в своем истинном обличье Великих Богов, в черных одеждах, величественные, и грозные.
Алена потеряла сознание. Волхов поклонился:
– Приветствую, Великие Боги! Господин, Вам люди дар преподнесли!
– Что это? – грозным громовым голосом спросил Владан.
– Девушка, господин! – ответил Волхов.
– Это не та девушка! – гремит Владан.
– Не гневайтесь, господин! Вы ее, показывали! – голос Волхова, по сравнению с голосом бога, кажется писком – Позвольте, закончить церемонию?
– Убей ее! – голос Марины тоже гремит, как колокол.
– Простите, своего раба! Позвольте, я сам ее убью, чтобы вам не утруждаться! – пищит Волхов. Влад ругается – обычным голосом:
– Ты старик, совсем ополоумел? Я хотел, ту девушку, подарить, кое-кому! А не убивать! Довольно! Я знаю, что с ней делать!
Влад взмахнул рукой.
***
Тиша, сидя на кровати, вытирал слезы, слезы облегчения, наступившего после сильного и долгого нервного напряжения. Все разрешилось, любимая госпожа не пострадала, и сам он останется с нею, в этом богатом и благополучном месте. А Алена… Он сделал все, что мог. К тому же, она не была своей в этом доме, не часть семьи, а чужая, пришлая…
Тиша осторожно погладил руку Агнии, она улыбнулась, во сне, и положила свою руку на его.
***
На светлых стенах покоев Борича – несомненно, занималась декором Лада – висело древнее оружие – мечи, щиты, булавы, и современное – пистолеты, автоматы, винтовки.
В остальном – обычная квартира обычного молодого человека, увлекающегося оружием, спортом, машинами и девушками. О всех этих увлечениях рассказывают плакаты, с полуголыми и голыми девицами, фотографии дорогих авто чередовались с фотографиями спортсменов, и фотками самого хозяина покоев, в боксерских перчатках, с грозным лицом.
Через открытую дверь была видна следующая комната – спортивный зал. Там тренажеры, висящие на стенах боксерские перчатки, разных цветов и боксерская груша.
В покоях появился Влад, с Аленой на руках, и Марина, выглядящие обычно. Влад положил Алену на кровать.
– Что ты делаешь? Что задумал? – спросила Марина. Влад рассмеялся:
– Я девушку Боричу подарю. Вернется – а тут сюрприз! Ему, правда, другая понравилась, но, и эта сойдет!
Марина фыркнула:
– Как ребенок!
– Тс-с! Уходим! – шепчет Влад. И они исчезли. А Борич появился, усталый, в доспехах, как у древнерусских богатырей. Он снял с пояса меч в ножнах, кинул в сторону, меч долетел до стены, и остался на ней.
Затем Борич снял шлем, положил его на стол и заметил Алену. Он подошел к кровати и уставился на нее. Девушка, спящая на его кровати, несомненно красивая, стройная, с тонким лицом, длинной шеей и нежной кожей. Она открыла глаза, большие, зеленые, и, увидев Борича, быстро села.
– Ты кто, и что делаешь, в моих покоях? – недовольно спросил Борич.
Он устал, ему не до девушек. Алена осмотрелась:
– В покоях?
– Так что ты, тут делаешь? – не отставал Борич.
– Я не знаю!
– Не знаешь? Не помнишь, как сюда попала?
Алена, отрицательно, покачала головой.
– А что, помнишь? – продолжил допрос Борич.