Отступник. Сборник рассказов
Даниэль Григорьевич Бобяков
В этом сборнике собраны моменты из рейдов Сергея до первой книги. В который, вы сильней познакомитесь с ее прелестями и ужасами. Однако, как и всегда, опасность будет таить не только мир пустошей, но и мир людей.
Даниэль Бобяков
Отступник. Сборник рассказов
Отступник. Сборник историй
Поиск одной ведьмы
Где-то в Новзгорском царстве.
С востока, преодолевая дорожную грязь и лужи, являвшиеся типичными атрибутами дорог Новзгорского царства после или вовремя обильных дождей, медленным ходом шел человек. Сам вид этого человека был простой, и одет он был в весьма удобную и слегка потертую дорожную одежду, лишенную всяких изысков: сапоги, штаны, кожаная куртка с наручами и поверх всего этого епанча. Из вещей у этого человека можно было заметить стилет с чеканом, висевшие на его поясе вместе с поясной сумкой, а также еще одну сумку, в которой, видимо, и была вся его остальная поклажа, которую он нес за спиной.
На счет самого человека можно было сказать, что ему было явно не больше тридцати, жилист и худощав по телосложению, а если глянуть под его капюшон, то из него выглянет брюнет с измождённым лицом и колючими карими глазами.
Звали его Сергей Грин. А был он отступником, то есть человеком, способным проходить через излом, и самое важное – более или менее, но ходить по пустошам. Что такое сами пустоши, никто не может сказать до конца, но кто-то утверждает, как например, священники Творца, что пустошь – это один из кругов ада, а излом – это путь туда. Или еще одно утверждение, к примеру, некоторых сект, что пустоши – это некое чистилище, куда попадают души, чтоб очиститься от грехов. Мнений много, хотя еще до появления отступников, каких-то несколько десятилетий назад, все думали, что за изломом лишь пропасть в пустоту. Но так думали по причине того, что любой, кто заходил туда, просто пропадал и не возвращался или же со временем возвращался, но лишившись при этом рассудка, рассказывая сущий бред в лучшем случае.
Открыли миру то, что есть за изломом, уже отступники. Почему они могли путешествовать по пустошам без физического и психического вреда для себя, неизвестно, но есть интересный факт: все отступники рождаются в местах, где есть изломы, и с большей вероятностью там, где сосредоточена наибольшая концентрация изломов.
Так и были открыты пустоши, в которых отступники путем их изучения быстро обнаружили один ценный материал, который прозвали чертовым порошком. Обладал он очень интересными свойствами. Так, при соприкосновении с огнем он возгорался, после чего происходил крайне мощный взрыв, разрушающий все вокруг. Прознав про это, тогдашний царь Новзгорда, понимая, что порошок можно использовать как мощное оружие, решил воспользоваться им и прекратил массовые гонения отступников народом, подстрекаемым церковью, говорившей, что те, соприкасаясь с пустошью, становится нечистыми и последователями исчадья.
Конечно, это были просто байки, но стоит помнить, что суеверный народ, сталкиваясь с неизвестным, под страхом способен на большую жестокость. И в итоге все отступники стали монополистами, находясь на службе у короны Новзгорского царства и поставляя ему чертов порошок. Хотя этот порошок далеко не единственное, что находят и тащат из пустошей отступники, но царству нужен и важен в основном только порошок, ставший важным стратегическим ресурсом.
Касательно того, почему всех людей, способных путешествовать в пустошах, стали называть отступниками, то тут все просто: люди, проходя через излом, отступались от своего мира, изменяли ему в пользу другого, хоть потом и возвращались. Но дела это не меняло, они все равно оставались навсегда отступниками.
Сам Сергей начал свой путь как отступника еще в детстве, когда он ушел из своей семьи, которую он старался не вспоминать, и, попав в землю отступников, обнаружил, что способен проходить через излом и свободно ходить по пустошам. После недолгих раздумий он сделал выбор. С того момента и теперь, идя по дороге, Сергей связал себя с пустошью.
Тем временем Сергей вышел к развилке дороги, разделявшейся дальше на правую и левую, у которой он и остановился. Но не потому, что не знал, по какой дороге ему идти, как раз ее он знал, ведь на перекрестке был столб с табличкой, на котором было намалевано: «Ложковики».
Нет, дело было в том, что на обочине, как раз у столба, стояла повозка без лошади, и тут же рядом с ней, по-видимому, лежали и ее хозяева. Осторожно с приготовленным к бою чеканом Сергей подошёл поближе к повозке и осмотрел ее и убитых. А это, видимо, была семья – мужчина лет сорока, скорей всего, глава семейства, женщина, приблизительно одного с мужчиной возраста, наверное, его жена и их ребенок, на вид которому было не больше десяти.
Осмотрев место тщательней, Сергей на основе имеющихся фактов составил картину того, что произошло. Семья, судя по свежим ранам на трупах, совсем недавно ехала либо домой, либо, наоборот, куда-то из дома, скорей всего, в город, так как был как раз сезон ярмарок. Сергей сам шел с одной из них, но у перекрестка их остановила группа людей, которых, судя по следам, было немного. После чего неизвестные убили семью, перерезав всем глотки, забрали все самое ценное и точно увели лошадь. Сергей был без понятия, кто это сделал, но предполагал, что разбойничье отродье. Других вариантов не было.
В любом случае мертвым Сергей помочь не в силах. Но почему-то, хоть он и не знал этих людей, ему было жаль их, умереть вот так, ни за что. Ведь одно дело, когда, допустим, Сергей сталкивается в пустоши с какой-нибудь нелюдью, которая, не думая, атакует его с целью растерзать и съесть. Да, несправедливо, но Сергей знал куда шел и о риске, связанном с этим выбором, и в данном случае виноват был бы только он. Сергею даже пришла идея сложить мертвецов и накрыть их, ведь на повозке была настелена скатерть, которой хватило бы на всех троих. Но Сергей этого не сделал из-за внезапно схватившей его судороги, исходившей от его груди и повалившей его на колени. И, видимо, дело было очень плохо, так как отступника после судороги скрутил кашель, и он начал откашливаться кровью вперемешку с небольшими черными сгустками.
Немного времени спустя, переведя дух, Сергей, оправившись наконец от кашля, встал и, перехватив поудобней сумку, пошел по той дороге, куда указывал указатель, постаравшись забыть о мертвецах, на которых, увы, времени у Сергея не было, так как у самого оно, грозилось, вот-вот кончится.
Так уж сложилось, что Ложковики хоть и были небольшим поселением, но при этом, классифицировались как что-то средние между деревней и селом. Так, для деревни Ложковики были слишком крупные, а для села слишком мелкие, к тому же, не имели своей церкви Творца, наличие которой считалось одним из главных критериев в обозначении, какого-либо поселения селом. И если подумать Ложковики могли быть обычной деревней, коих в Новзгорском царстве великое множество, но тут сыграла свою роль география, а точней выгодное расположение у дороги, мимо которой часто проходят караваны купцов, навьюченные разного рода товарами. Как результат, деревня, состоящая из пары дворов, разрослась до нескольких десятков таковых.
И, конечно же, неизбежно появился постоялый двор (где заодно была и таверна), крайне необходимый пункт, в котором купцы или просто путники, проходившие мимо, могли остановиться, отдохнуть, пополнить припасы и пораспрашивать о новостях и слухах, что ходят вокруг.
К нему и направился Сергей, идя мимо дворов и изб и не обращая внимания ни на что. Так как для него это был типичный сельский вид средней полосы Новзгорского царства со своими бревенчатыми домами с соломенной крышей, амбарами и овинами и, конечно же, вечно копошащейся в грязи или снующей туда-сюда домашней скотиной. Но было и нечто, нехарактерное для таких видов. И это были люди, которые в основном не обращали на Сергея никакого внимания. Тогда как обычно сельский народ, стоило Сергею пройти мимо, бросал на него косые, часто враждебные взгляды. А детвора, собравшись толпой, тыкала в него пальцем, иногда даже пытаясь закидать его камнями, что для них ничем хорошим, разумеется, не кончалось. Определенно это было связанно с тем, что народ в силу частого прохода мимо и остановок здесь всякого рода чужаков успел повидать многое и привыкнуть к ним. И как результат, если б здесь появился или черкес со степей, или заморский маркиз с запада, никто бы особо не удивился. Но этот факт не печалил Сергея, скорей весьма радовал.
И так спокойно дошел до самого крыльца постоялого двора, который представлял из себя двухэтажное здание с пристройками для содержания лошадей, по сути, увеличенную в несколько раз крестьянскую избу, разве только окна и крыльцо были украшены деревянной резьбой куда богаче и разнообразней, чем на обычных домах. Войдя вовнутрь, Сергей оказался в просторном гостином помещении, заполненном дубовыми столами и лавками, а у стены, напротив входа, стояла печка, рядом с которой был еще один вход, закрытый занавеской, уже в хозяйское помещение. Из людей были только двое крестьян, один из которых, судя по поведению, был уже в хлам пьяный, а также хозяин постоялого двора в замызганном жировыми пятнами фартуке, чем-то напоминавший жука. Наверное, это из-за огромного толстого тела и больших усов.
Сергей недолго думая уселся за свободный стол. После чего к нему подошел хозяин с предложением чего-нибудь заказать, и, увы, но выбор, понятное дело, был не особо велик: щи да баранья похлебка. Сергей выбрал похлебку и, чтоб запить ее, квас. И когда ее принесли, Сергей без особого аппетита отобедал. Уже после, расплачиваясь, Сергей решил расспросить хозяина кое о чем.
– Я слышал, что в этих местах живет ведьма-целительница. Это правда?
– Да, есть такая, – неохотно и с каким-то раздражением проговорил хозяин. – В местных лесах в глуши живет, и правильно, нечего этой ведьме с честным народом делать.
Сергей, услышав этот ответ, хотел узнать побольше, но тут произошло то, чего он совершенно не ожидал. Видимо, услышав диалог, в него поспешил вмешаться в весьма грубой форме крестьянин, про которого Сергей подчеркнул ранее, что тот был порядком пьян.
– Кто найдется? – злобно проговорил пьяница. И встав из-за стола, в развалку подошел к столу Сергея и, тряся головой, которая была больше похожа на репу, выпучив мутные глаза, с гневом посмотрел на Сергея, который хоть и с виду сохранял спокойствие, не проявляя внешне никакого раздражения, но про себя хотел послать его к черту, перед этим обязательно выбив ему пару зубов. Увы, ведь это не первая встреча с ним. Точнее, не конкретно с этим человеком, а с ему подобными вечно накрученными от алкоголя злобными и тупыми людьми, которые так и норовят нарваться на кого-нибудь, часто действуя так бездумно и глупо, что в итоге им самим приходится собирать свои кости по частям с земли.
Полное пренебрежение разумом и чувством самосохранения со стремлением пойти на рожон из-за незначительной или вовсе без причины. Из-за чего их и ненавидел Сергей. Хозяин, понимая, к чему идет дело, предпочел отойти в сторону от начинавшегося конфликта, и как заметил Сергей периферийным зрением, тот подозвал мальчика из хозяйского помещения и что-то сказал ему, после чего мальчик пулей выбежал из трактира. А пьяница меж тем, не видя никакой реакции от Сергея, с еще большой злобой продолжил:
– Эй, я тебе говорю, сучий сын, ходят тут… всякие бродяги, вынюхивают тут еще что-то. Вали отсюда, пока цел.
Ни одна мышца на Сергее не шелохнулась, и он продолжал молчать из-за чего пьяница окончательно впал в бешенство и подошел вплотную, нагнувшись над Сергеем, что тот аж почувствовал вонь из его рта.
– Что, глухой? Не понимаешь? Вали отсюда, говорю.
– Уйду, когда я этого захочу, – сухо проговорил Сергей, стараясь скрыть вырывающийся гнев.
– КОГДА ЗАХОЧУ? Не, ну ты смотри, чего говорит, совсем борзый. Ну ничего, я это исправлю.
Замахнувшись, пьяница хотел ударить отступника по голове, но Сергей стал действовать первым и, схватив того за плечо, с силой приложил его лицом о стол, а затем встав из-за стола, стукнул того кулаком по виску. Но, к удивлению Сергея, пьяница хоть и шатался, как береза в шторм, но продолжал стоять на ногах, но это было ненадолго, и Сергей ударом ноги в грудь повалил его на пол, с которого он уже не встал. После чего Сергей, покончив с докучавшей ему проблемой, хотел было снова сесть за стол и желательно продолжить прерванный разговор с трактирщиком, но вместо этого замер, так ка почувствовал дуло пистолета, упирающееся ему в затылок.
– Не соизволит ли сударь поднять руки? – Сергей не стал спорить и медленно поднял их. – Хорошо, отлично, сударь, а теперь соизвольте медленно повернуться ко мне.
Опять же Сергей сделал все, как ему и сказали, и, повернувшись, увидел перед собой человека, который попал в трактир либо во время, либо после драки, так как когда Сергей прибыл сюда, его не было. Сам человек, судя по солидной одежде, речи и оружию, кремневому пистолету, либо очень богатый, либо очень важный. Ни то, ни то не предвещало для Сергея ничего хорошего. Потому он просто старался вообще не двигаться, так как хорошо знал, насколько смертелен кремневый пистолет, особенно в очень умелых руках и в упор.
– Нельзя ли мне полюбопытствовать, как вас звать?
– Сергей Грин.
– Сергей, значит, я Михаил Алексеевич, староста, назначенный руководить этим поселением после моего ухода из железного полка в силу возраста, но продолжающий служить царю нашему, храня порядок и мир здесь. И мне очень интересно, почему пришедший сюда чужак творит беззаконие, громит чужое добро и избивает человека?
– Он сам напал на меня, я вынужден был защищаться.
– Вынужден защищаться, а напал он на вас тоже вынуждено? Или просто так?
– Не совсем, я просто поинтересовался кое-чем, что вывело его из себя. Почему, я не знаю, спрашиваете у него, – и Сергей указал на лежащего пьяницу.
– Хм, просто поинтересовался кое-чем, – медленно, смакуя каждое слово, сказал Михаил. – Скажите, кто вы вообще такой? В смысле, ваш род деятельности. Вы, видимо, не купец и не дворянин какой-нибудь. И вижу я у вас очень интересные вещи, – Михаил указал на чекан и кинжал Сергея.
– Мой род деятельности в основном добывать всякое, в частности чертов порошок, которым заряжен ваш пистолет, – выражение лица Михаила после этих слов резко изменилось.
– Ого, отступник. Невероятно! – кажется, с нескрываемым удивлением воскликнул Михаил. – Нечасто, нечасто вас можно увидеть за вашей землей… И уж простите меня, что я такой Фома неверующий, но я, наверное, должен поверить вам на слово, так выходит?
– Не совсем, есть кое-что еще. Вы разрешите мне это кое-что достать?
– Да-да, не стесняйтесь, – с некоторой насмешкой, почему-то улыбаясь в два уса, проговорил Михаил, при этом продолжая крепко держать Сергея на мушке и не спуская палец с курка.
Сергей, медленно достав из внутреннего кармана куртки бумажный сверток, осторожно передал старосте. Тот, развернув его, пробежав глазами по тексту и, видимо, наконец увидев царскую печать, передал грамоту обратно отступнику и убрал пистолет, но задал еще один вопрос: