Однако Сергей, к своему удивлению, сдружился другими пассажирами корабля, с теми самыми братьями-близнецами, с которыми по капризу судьбы он снова встретился на корабле. И первоначально негативно относившийся к ним Сергей, немного пообщавшись с ними, быстро понял, что эти двое – всего лишь пара безобидных лопухов, случайно попавшаяся на крючок к одному мерзавцу. Еще одним открытием стало то, что братья, которых звали Борис и Пятак (младенческое имя, которое так и осталось с ним), оказались отступниками с южных рубежей, что, наверное, и сыграло свою роль в сближении. Считай, одно братство все-таки, так что тем для разговоров по своему ремеслу было достаточно.
****************
В общем, встав рано утром на четвертый день, Сергей знал, что сегодня к вечеру струг, к его радости, наконец доберется до города. Ну а пока это не случилось, он прогуливался по палубе корабля, наслаждаясь прохладным утром да видом тумана над рекой, через который проглядывались берега да хвойнный лес. Конечно, ему можно было не вставать в такую рань, когда еще даже первые петухи не запели. Но на кораблях Сергею как-то плохо удавалось спать. Поэтому вставал он всегда рано.
За исключением самого Сергея, на ногах была часть экипажа, и это, разумеется, рулевой и еще беседовавший о чем-то с ним капитан, время от времени очень громко хохотавший от того, что говорил рулевой. Кроме них, не дрыхли еще Борис с Пятаком, игравшие в кости. К которым, немного прогулявшись по кораблю, Сергей уселся за компанию. И перебрасываясь костями, отступники разговорились, в основном говоря про свое ремесло и обмениваясь разного рода новостями или историями.
Вообще, общаясь с братьями, Сергей за время путешествия на корабле научился их различать. Что, кстати, оказалось весьма просто, ведь хоть близнецы и обладали абсолютно одинаковой внешностью – разве только у Пятака, если приглядеться, можно было заметить родинку под его подбородком – но через некоторое время Сергей очень хорошо стал отличать близнецов по их привычкам, речи или поведению. К примеру, Борис был порядком умнее, чем Пятак, потому именно он был главным. Пятак же полностью оправдывал свое имя и был достаточно мягкотелым. Это выражалось и в поведении. Если Борис был достаточно спокоен, как правило, нетороплив в своих действиях и словах, то Пятак был достаточно резок и часто делал необдуманные поступки и был скор на слово. Потому Сергей знал, что, к примеру, сейчас из братьев говорит именно Пятак.
– Слышал, что в прошлом году Желуди подверглись такой атаке могильных мертвецов, что были вообще разрушены.
– Атака была мощная, но Желуди выстояли, как и в прошлые годы, —уверенно ответил Сергей, так как сам был там во время атаки.
– Это хорошо, а то еще, не дай Творец, ко всем бедам землю отступников заполонили бы ходячие мертвецы.
– Так ты, кстати, сойдешь в Кургане, Сергей? – ненароком поинтересовался Борис, ловко бросивший кости.
– Да.
– А мы поплывем дальше, к морю, а то давно с Борисом хотели увидеть его… – мечтательно проговорил Пятак, достав свою балалайку, на которой он часто любил играть. – А ты сам-то видел море, Сергей?
– Да разок один был… – глухо сказал Сергей и помрачнел, вспомнив, при каких обстоятельствах это произошло. Это быстро заметил Борис и потому поспешил увести разговор в другую сторону.
– Ну а там дойдем к Приморску и от него уже обратно в родную землю-мать на зимовку.
– Правда, нужно еще доплыть… – двусмысленно проговорил Борис, намекнув на ходившие слухи среди моряков о якобы приведениях ушуйников, известных когда-то речных разбойников, очень давно разбойничавших в местных водах и в них же давно сгинувших. Именно с ними и связывают ставшие частыми с недавнего времени пропажи кораблей в местных водах. Масло в огонь подливало и то, что даже находились свидетели, якобы видевшие призраков ушуйников на своих мелких лодках и Творцом клявшиеся, что еле спаслись после этой встречи.
– Ты что, веришь в эти сказки про ушуйников? – насмешливо проговорил Пятак, загоготав, как гусь.
– Сказки, не сказки, но пропавшие корабли – это правда, – возразил Борис, снова бросивший кость.
– Возможно, просто какая-то шайка пиратов на корабле решила пограбить купцов, а эти слухи про ушуйников распустили сами пираты, ведь всегда легче спихнуть преступление на какую-нибудь сверхъестественную силу, – предположил Сергей, подумавший, что его выводы о безопасности речных путешествий были преждевременны.
Тем временем пока отступники играли в кости, шло и время, и, постепенно проснувшись, стала подыматься и вся остальная команда. И один из проснувшихся моряков, подойдя к носу, чтобы отлить, вдруг закричал.
– Что-то прямо у борта!
И не успел никто ничего понять, как произошло мощное столкновение с чем-то, и корабль сильно тряхнуло. А Сергей вместе с частью команды, не устояв, упал на днище корабля. Когда все очнулись от удара и были на ногах, то беспорядочно стали метаться по кораблю, пытаясь понять, что случилось. Отчего поднялся сильный шум из речи и матов матросов, среди которого можно было расслышать предположения, что корабль сел на мель. Об этом подумал и сам Сергей, но он быстро понял, что это маловероятно, так как судно шло далеко от берега.
Боковым зрением через туман он заметил, как с левого борта к ним подплывает нечто шипастое, что именно – разглядеть Сергей не смог. Ведь все внимание на корабле оказалось снова приковано к матросу, поднявшему тревогу, так как он вдруг упал с носа корабля с топором в голове. И снова экипаж не успел осознать случившийся, как на корабль со всех сторон начали лезть неизвестные, которые, оказавшись на палубе, тут же нападали на всех, кто был на судне, на месте убивая топором или саблей. Экипаж корабля, не ожидавший нападения, был застигнут в врасплох перед атакой и почти ничем не смог ответить нападавшим, хотя некоторые, опомнившись, пытались сопротивляться, кто-то даже выхватил оружие и стал биться с внезапным врагом.
Но бой был заведомо проигрышный для них. Нападавших было больше, к тому же за ними был фактор неожиданности. Команда просто-напросто была не готова к нападению и толком не успела вооружиться. Быстро сообразив это, Сергей понял, что нужно уходить или просто бежать с корабля, так как в конце концов всех убьют либо, что еще хуже, возьмут в плен и просто сделают рабами, так что Сергею нужно было спасаться. Но прежде чем покинуть судно, нужно было взять свою сумку с личными вещами, оружием, документами и прочим честно нажитым им добром.
К ней и направился Сергей, пробираясь через весь корабль к корме, стараясь не влипнуть в кипевшую возню, в которой слышались крики людей, получивших смертельную рану. Сам Сергей споткнулся об одного такого несчастного, который отчаянно пытался засунуть выпавшие кишки обратно во вспоротый живот, что получалось у него не очень. Сергей не стал пытаться ему чем-то помочь, так как тот все равно был уже нежилец. Встав, Сергей пошел дальше, стараясь уворачиваться от мелькавших то тут, то там сабель или топоров, которые иногда сталкивались с другим оружием, издавая звук скрежета, вливавшийся в общий хор боя и хаоса, царившего вокруг. Но среди этого хаоса Сергей услышал громкий мат и ругань, шедшие с кормы, у которой капитан с парой матросов давал успешный отпор нападавшим, выкрикивая разного рода брань. К примеру, сейчас он кричал следующее:
– Ублюдки, чтоб вам рыбы яйца откусили! На, получай, гад! – вскрикивал капитан, отбиваясь от очередного противника, и даже одновременно пытался вдохновлять остальную команду биться с врагом: – Давайте, ребята! Что сопли развесили? Задайте этим чертям жару!
Но этот призыв терялся в общем шуме резни, которая, как и предвидел Сергей, была не в пользу экипажа, терпевшего поражение от нападавших, которые, не неся серьезных потерь, успешно захватывали корабль, тесня отчаянно защищавшихся моряков. Многие из них уже были мертвы или захвачены в плен. К примеру, Сергей увидел побежденных Бориса и Пятака, окутанных сетью. Пара минут – и корабль будет окончательно захвачен, а сопротивление сломлено. Это означало, что пока кипел бой, Сергею нужно было как можно быстрей взять свою сумку, прыгнуть за борт и доплыть до берега, а там уже по обстоятельствам – лишь бы покинуть этот ад.
Почти добравшись до своей сумки, отступник, однако, не смог ее взять, так как один из атаковавших корабль попытался зарубить его топором. Сергей, увернувшись от лезвия топора, не давая напавшему атаковать его снова, сформировал из эфира лезвие прямо из руки и вонзил его в глазницу нападавшего, вогнав глубоко в мозг, чем моментально убил его. Но не успел Сергей очнуться от первого, как на него напал еще один хоть, к везению Сергея, почему-то безоружный, но, как оказалось, не менее опасный, ведь обхватив руками горло Сергея и прижав его к борту корабля, он стал душить отступника.
Сергей, пытаясь спастись из смертельных объятий, сформировал из эфира нож, которым стал колоть потроха врага, но тому было хоть бы хны, отчего Сергея охватил страх, который правда затем дал ему приток адреналина. Задыхаясь, Сергей повалился назад за борт, потянув за собой прицепившегося к нему мерзавца. Оба упали за борт, но, к удивлению Сергея, упали не в воду, а на твердую бревенчатую поверхность, где, не теряя времени, пользуясь тем, что хватка ослабла, Сергей окончательно освободился от нее и, откинув ногой от себя противника, он, собравшись с силами, вонзил нож ему прямо в голову, в этот раз убив, но по инерции силы удара свалился вперед вместе с трупом уже в реку.
Оказавшись в прохладной воде, Сергей моментально очнулся и, извернувшись, работая руками, стал быстро плыть в сторону берега, он не оглядывался назад в сторону корабля, так как отлично понимал, что тот, скорей всего, уже захвачен непонятно откуда взявшимися разбойниками. О них Сергей сейчас старался не думать, как и не думать о том, что стало с экипажем корабля: убиты они или нет – для него сейчас было важно выйти на сухую поверхность и надеяться, что его побег с корабля никто не заметил.
Наконец Сергей, с трудом доплыв и ткнувшись лицом в песчаный берег, оглянулся назад и увидел струг приблизительно на том же месте, где и произошло нападение. Отступник предположил, что атаковавшие, кем бы они ни были, скорей всего, если уже подавили сопротивление команды, то поставят струг на якорь, чтобы в последующем сдрейфовать его к берегу. Самих атаковавших Сергей тоже видел: те что-то делали на корабле, но что именно – боялся предположить. Те с такого расстояния казались смутными силуэтами. Внезапно Сергей понял, что если он видит их, то они могут видеть и его, и тут же отошел от берега вглубь леса, не теряя из виду корабль, но оказавшись в относительной безопасности и поняв, что никакого преследования за ним нет, он стал раздумывать над ситуацией, в которой он оказался. И ситуация эта была аховая.
Было очевидно, что на струг напали какие-то разбойники, промышлявшие речным разбоем. Похоже, именно на их совести пропавшие корабли. Но Сергей припоминал некоторые странности этих разбойников, к примеру, их неестественные движения. К тому же Сергей мог поклясться, что видел, как эти разбойники после ударов, от которых люди обычно падают и не встают, мало того что вставали, так еще продолжали бой. И это было не все. К примеру, вид этих разбойников, который тоже вызывал вопросы, так как большинство из них было одето в какие-то лохмотья. Но вспоминая детали, можно было подметить, что у большинства из них в разных частях что-то торчало. Кажется, кусок какого-то металла, плюс у каждого третьего вместо одной руки был прикреплен либо серп, либо кусок какого-то острого предмета, которым легко резать и колоть плоть. В общем, чем больше вспоминал Сергей о напавших, тем больше он понимал, что столкнулся не с простыми разбойниками.
Но это было и неважно. Главным было то, что Сергею сейчас делать. Первой его мыслью было дойти на своих двоих до Кургана, ведь по прикидкам до него не так уж далеко. Считай, день ходьбы – и ты у его ворот. Но тут встала другая проблема: Сергей был гол как сокол, и все, что у него было, так это одежда, которая была на нем, да стилет на поясе. Остальное, а это: его плащ с запасным бельем, сундучок с документами и другими вещами, нужными отступнику, кожаная броня, кремневый пистолет и деньги – все это у него пропало.
Нет, конечно, доказать ключнику, что он тот отступник, которого прислал его господин, он, скорей всего, сможет. К тому же наверняка остались вещи Григория, которые могут пригодиться, вместо тех, что Сергей потерял, для вылазки в пустошь. Но мысль, что придется потерять то, что было добыто стольким трудом, не давала покоя Сергею, и тот решил хоть попытаться отбить свое законное имущество. Но пока в быстром темпе выжав свою одежду как мог, чтобы хоть немного облегчить движение, Сергей направился обратно к берегу и, как оказалось, вовремя, ведь струг, встав с якоря, начал медленно идти вперед, понемногу поворачивая вправо, то есть к берегу Сергея (отчего он облегченно вздохнул, так как не представлял, что бы он делал, если бы корабль пошел к другому берегу). Он изо всех сил поспешил вслед за ним, стараясь не потерять корабль из виду.
И хорошо, что преследовать пришлось недолго. Корабль свернул в небольшую речку, вытекавшую в главную реку, и старясь не отставать, по его пятам следовал Сергей, только едва поспевавший за кораблем, который вошел в небольшую бухту, где была организована пристань с несколькими небольшими причалами, к одному из которых причалил корабль. А другие заняли шестеро небольших квадратных плотов, на которых и прибыли разбойники. Суденышки были три на три метра и один – четырех метровый, сделанный в виде клина. Еще одна деталь этих плотов крылась в том, что с одной стороны их всех были вбиты разной длины деревянные шипы, не совсем понятно, зачем, хотя издали такой плот можно было принять за плывущее дерево с голыми ветками, но, наверное, они нужны, чтобы как-то скрепляться с кораблем. Эту теорию подтверждало то, что у самого крупного плота в виде клина шипы были вбиты не спереди, а позади, напоминая форму носа. Наверняка именно этот плот и столкнулся с кораблем первым.
А когда струг был пришвартован, как разглядел Сергей, разбойники тут же засуетились и активно стали разгружать груз пленников и трупы моряков и своих с захваченного им корабля. Ясно было, что сейчас попробовать отбить свое имущество Сергей никак не мог, так как разбойников было несколько десятков, и тихо ему точно не удастся пройти. Кто-то его обязательно заметит, и тогда ему точно конец. В итоге оставалось только наблюдать и выжидать максимально удачный момент.
Но пока Сергей решил отступить назад вглубь леса, так как разбойники пока явно были заняты разгрузкой и никуда не спешат. Однако Сергея преследовало какое-то странное чувство, что за ним кто-то следит, хотя вокруг никого не было, но чуйка говорила об обратном. И на глаза попалась рябь небольших волн на реке, Сергей, сильней почувствовав неладное, собирался отойти от берега. Но тут нечто выпрыгнуло прям из воды, видимо, хотя проткнуть металлическим серпом Сергея, который был приделан к его руке, но противник, к счастью, оказался медленным, что дало время Сергею среагировать и сделать ход на опережение. Изогнувшись, он прыгнул сам на разбойника и, сформировав клинок из эфира, проткнул им его тело насквозь и по инерции упал с ним в воду, откуда он и вынырнул, где Сергей проткнул ему уже голову. Всплыв, Сергей вытащил на берег уже мертвое тело, оказавшиеся разбойником. Немного остыв от пыла боя, он со страхом оглянулся вокруг, ожидая, что находившийся относительно рядом собратья убитого услышали шум случившегося боя, но никто не спешил бежать к нему, ломясь через заросли леса.
Убедившись, что никто ничего не услышал, и вокруг тихо, Сергей успокоился и, встав над трупом поверженного врага, вспомнил прошлое, когда он сталкивался с другими разбойниками или просто лихими людьми. Так их вид был, как правило, один и тот же: рубахи, овечьи тулупы да лапти. Но на мертвом теле одежда была иного покроя – это кожаная куртка, штаны и башмаки, сделанные грубовато, но с определенной простотой и практичностью. Однако волновало Сергея другое. Он припомнил момент во время захвата корабля этими людьми, когда Сергей выпотрошил одному нападавшему потроха, а тот продолжил биться, словно и не имея никакой смертельной раны, хотя на самом деле должен был помереть если и не от болевого шока, то от потери крови. Сергей снова припомнил сказки про приведения ушкуйников, но сказки есть сказки. К тому же враг был перед ним вполне материальный и мертвый.
Но все-таки Сергея терзало какое-то странное чувство, и он, вытащив кинжал, быстро разрезал шнуровку куртки. Раскрыв ее, он обмелел: на груди у трупа красовалось глубокое клеймо «12», а ниже по всему животу был проведен шов, и при первом же взгляде на него Сергей, хоть и никогда не был профессиональным лекарем, мог сказать, что человек с такой штукой никак не мог жить. Но как это возможно, если еще минуту назад этот человек не только жил, но и вполне эффективно дрался? Сергей, оказавшись в тупике, взглянул на лицо мертвого, остекленевшие зрачки которого уставились в небо. И внезапно все сошлось: эти странности в поведении, их виде и в них самих. Но даже так Сергей не мог поверить и решил удостовериться окончательно. Достав кинжал, он разрезал шов на животе, оттуда сразу начала вытекать черная слизь, но ее было очень немного, и самое важное: внутри было все не так, как надо. Часть органов отсутствовала, к примеру, не хватало одной почки, части печени, кишечник явно был переделан и меньше обычного раза в два, а сердце вообще имело некие металлические добавления в виде каких-то шестеренок, как в часах, приделанных к сердцу непонятно ради чего.
Сдерживая рвотные позывы, Сергей отвернулся от живого мертвеца и пошел обратно к порту с мыслью, что хоть он повидал на своем веку всяких тварей, но то, что он сейчас увидел, было делом рук человека. Отчего возникал вопрос, что за психопат сотворил таких существ и что ему теперь вообще делать? Ведь против него дерутся настоящие живые мертвецы. Шитые, как прозвал их про себя Сергей из-за их физиологических, так сказать, особенностей и… Додумать мысль Сергею не дал внезапно вставший впереди шитый.
****************
Где-то в чаще дремучего леса, то и дело спотыкаясь и чуть ли не задыхаясь от одышки, бежал куда глаза глядели Сергей, постоянно чувствовавший, как ему практически на пятки наступали нескольких темных фигур, неумолимо преследовавшие его и постепенно приближавшиеся. И отступник понимал, что рано или поздно его нагонят, но, кроме как из последних сил бежать дальше, он сделать ничего не мог.
Тяжело дыша, Сергей, еле стоявший на ногах, оперся о старый трухлявый пень. И пользуясь появившейся передышкой, пытался восстановить дыхание и придумать, что ему делать. Ведь где-то уже час Сергей то и дело убегает от шитых, кем бы они ни были. Однако те словно вгрызлись ему в хвост и не отставали, идя след в след за ним. Как бы он ни пытался сбросить их с него, ничего не выходило. Но что было еще хуже, он потерял много сил, что чревато тем, что Сергея в конце концов загонят как зверя, но из-за отсутствия других перспектив Сергей, вновь собравшись с силами, побежал дальше.
А преследующие были уже совсем близко, и до слуха Сергея все четче и четче доходили звуки ломающихся веток от сапог да хруст кустарников из-за пробирающихся сквозь них тел, еще немного – и его нагонят. Сергей понимал, что ему нужно что-то предпринять, иначе ему конец. И тут слева от себя он увидел заросли дикой малины, в которые он недолго думая нырнул, надеясь, что она его сможет спрятать от преследователей.
Послышались шаги, и мимо прошли три тени, как раз столько и видел Сергей еще рядом с причалом. К счастью, они прошли мимо, отчего он подумал, что спасен, но случайно двинув ногой, спугнул птицу, та с шумом вылетела из зарослей, что-то возмущенно ухнув. После чего в панике Сергей услышал, как удалявшиеся шаги остановились, а затем стали возвращаться. Понимая, что раскрыл себя, Сергей ломанулся в сторону и побежал дальше. Пройдя через заросли дикой малины, местами поцарапавшие его, Сергей оказался среди плотных зарослей папоротника, через которые он, как и ранее, пошел напролом, где из-за невнимательности, вызванной усталостью, отступник споткнулся об палку и упал на землю.
Встав, он было собрался бежать дальше, но в последний момент остановился. Ведь Сергей подметил что-то не то и, приглядевшись, он понял, что перед ним был настил из веток. Осмотрев его повнимательней, Сергей понял, что перед ним ловушка, точнее, волчья яма. Ловушка весьма простая, кстати говоря, и представляет из себя вырытую яму где-то 2 метра в глубину и, разумеется, с вбитыми рядами деревянных кольев на дне. Вообще, чудо, что он смог ее заметить, но времени радоваться этому не было, и нужно было бежать дальше, однако Сергей продолжал стоять, так как в его в голове появился план.
Понимая, что ему снова уже не уйти и не убежать из-за полного отсутствия сил на это, Сергей решил выбрать немного другой путь. Обойдя ловушку и встав с другой ее стороны, Сергей, вытащив кинжал и сформировав из эфира небольшое лезвие, стал ожидать преследователей.
Они не заставили себя долго ждать, и через пару минут на поляну цепью выбежали все трое шитых. И завидев отступника, они, не заметив подвоха, без раздумий бросились в бой на него. И тут же тот шитый, который был посередине, как и спланировал Сергей, не заметив волчьей ямы, провалился в нее, с треском свалившись вниз. Оставшиеся двое, не понимая, что случились, в недоумении наблюдали за свалившимся в яму собратом. Воспользовавшись смятением врага, Сергей бросился на шитого, который был с дубиной, вонзив лезвие ему в грудь и повалив на землю, временно выведя из строя, что было вовремя, ведь третий шитый, видимо, очнувшись, бросился на Сергея, подняв для удара свой серп. Но отступник, вовремя перегруппировавшись, смог среагировать на атаку и перехватил серп эфирным лезвием. После отступник хотел было пырнуть кинжалом в шитого, однако тот проявил большее проворство и сильно ударил свободным кулаком Сергея в челюсть, порядком ошеломив его. Однако Сергей смог удержаться на ногах. И в свою очередь, понимая, что сейчас последует новая атака, Сергей сделал рывок на шитого, обхватил того за торс и, повалив на землю, вонзил ему кинжал в глаз, что моментально его убило.
Но обрадоваться победе Сергей не смог, ведь он совсем забыл про третьего шитого, который успел оправиться от раны и вновь атаковать Сергея, который только и успел, что выставить перед ним свое лезвие. Но шитый ударом дубины выбил его из руки Сергея, отбив при этом ему пальцы. А следующим молниеносным ударом он уже стукнул в грудь отступника. И хоть удар был нанесен голой дубиной, силы удара хватило, чтоб из глаз Сергея посыпались искры, а сам он как подкошенный рухнул на землю. Чувствуя постепенно нараставшую боль, Сергей, очнувшись в последний момент, убрал голову с траектории удара дубины, но был уже не в силах что-то противопоставить противнику. Единственное, что он смог сделать, так это поднять руки перед лицом, чтобы хоть как-то отражать удары и протянуть еще немного, но это лишь последний жест отчаяния перед неминуемой смертью.
Это понимал и шитый, быстро замахнувшийся для нового удара, но что-то вдруг случилось, и ожидаемого удара Сергей не получил, а шитый так и замер, замахнувшись дубиной. Правда, уже с деревяшкой, торчащей прямо из его глаза. Еще миг – и деревяшка исчезла, а шитый упал на землю уже мертвым. А отступник был в полном недоумении оттого, что случилось, смотря на появившуюся вместо шитого фигуру с посохом и в капюшоне. Из-под которого на него смотрел какой-то старик.
Глава 5
В березовой роще от легкого и слегка прохладного ветра, дувшего с востока, начали опадать местами уже пожелтевшие листья и, опадая от своих берез, уже подхваченные упомянутым ветром, они, планируя медленно, но все так же неотвратимо, в конце концов падали вниз, на землю, заканчивая тем самым свой короткий цикл жизни.