Был здесь и сам воевода, сидевший как раз на том кресле у красного угла. Сам из себя представлявший грузного мужчину, одетого, кстати, в богатый заморский халат, которому было лет так за сорок уже. Стремительно лысеющий, с густой черной бородой, грубым лицом и серыми глазами. Судя по жирным губам (которые он, правда, поспешил утереть рукавом) и крошкам на бороде, тот только что отобедал. Что было странно, так как до обеда было еще далеко, а для завтрака было уже поздно, но в любом случае это был не очень хороший знак, поскольку воевода наверняка находился не в духе, ведь он надеялся спокойно поесть, а потом, возможно, пойти отлежаться и отдохнуть. Но вместо этого дела ему привели каких-то бродяг, с которыми нужно что-то делать и на которых он сейчас не очень радушно смотрел.
– Что за оборванцев ты привел ко мне, Комаров, и зачем? – вяло поинтересовался Вишневский у своего подчиненного.
– Они пытались пройти в город, однако их остановила моя стража из-за их сомнительного вида, и тогда они назвались отступниками, присланными от Меньшикова с одним делом. Вот их документы и письмо самого господина Олега, – Комаров протянул их воеводе, который выхватив их, что-то невнятно пробурчал.
– Опять отступники… что вам тут… медом намазано? Так, Потап пойди сюда. Потап! Где этот бездельник? Потап!
– Наверное, опять на кухне уху за обе щеки набивает, – язвительно предположил Комаров.
А слуги, бывшие при Вишневском, мигом засуетились и ушли куда-то в глубину дома. И через несколько минут привели какого-то старичка в очках, с горбом и в потертом кафтане. Сергей предположил, что это был, возможно, дьяк. Он, завидев недовольный вид Вишневского и бумаги в его руках, засуетился. Взяв письмо Меньшикова и контракт, начал читать содержимое Вишневскому, чему Сергей совсем не удивился, все-таки грамотой в царстве владел мало кто, и даже люди высших кровей бывало толком не владели письмом, иногда даже вообще не утруждая себя грамотой, доверяя это дело своим слугам. Он зачитал содержимое всех грамот, и когда закончил Вишневский задумался, а затем проговорил, заметив:
– Хм, в контракте и письме от Олега Меньшикова говорится только об одном отступнике – Сергее Грине, но я вижу, что вас трое.
– Да, все верно. Меньшиков заключил договор именно со мной, однако мои друзья и братья по ремеслу, – Сергей указал на Пятака и Бориса, – решили присоединится ко мне и помочь мне в непростом деле.
– Что ж, ясно.
– Так коли мы разобрались с возникшем недоразумении, мы можем уйти и отправиться к личному двору Меньшикова, которым заведует ключник Игорь. Он нас ждет.
– Этот дом сгорел прошлой ночью, а ключник, о котором вы говорите, либо тоже сгорел, либо попросту исчез.
Такая новость потрясла Сергея и начала поднимать в нем панику, ведь по сути она ставила крест на всем его контракте, так как у него не имелось должной информации о нем, и ее он должен был получить именно здесь из рук Григория. Черт, он ведь даже не знал, что именно он должен найти по контракту. Но быстро придя в себя, Сергей сказал:
– Что же, мы можем погостить тут немного? Видите ли, мы проделали большой путь, нам нужно отдохнуть и пополнить припасы.
– Вам здесь не рады, и я уж не знаю, за чем вас послал Меньшиков, однако вы должны убраться отсюда и подальше. Целей будете – ваш друг, отступник Григорий, не даст соврать, – бесцеремонно отрезал воевода и отдал соответствующий приказ своим дуболомам с пиками. Отчего Сергей уже совсем не знал, что делать.
Но тут, к неожиданности для всех, в разговор вступила новая сторона. В виде внезапно зашедшей в палату молодой девушки, по мнению Сергея, невероятно красивой внешности. Так как ее утонченные черты лица с розоватыми губками и серыми глазами и вдобавок серебристо-белые, собранные в косу волосы сразу же приковали взор Сергея, подметившего, что сама по себе она была очень худого телосложения и одета в расписной сарафан, расшитый шелком. Все остальные тоже переменились при виде ее, что читалось на их лицах. Особенно воевода, лицо которого при виде девушки сразу смягчилось и стало максимально дружелюбным. Отчего сразу же встал вопрос, кто она такая, на что, правда, девушка сама тут же и ответила:
– Разве так принято принимать гостей, отец? Да и к тому же от очень уважаемого человека…
– Ох, дочь, не стоит тебе влезать в это, – с укором девушке поспешил ответить воевода, правда, работало это слабо, так как в его голосе слышалась нескрываемая мягкость, – и так бед нам хватает, так еще до кучи навалить судьба решила. Пускай катятся отсюда, целей будут.
– Беды, не беды, однако нам стоит проявить гостеприимство, ведь наш несчастный город и так пользуется дурной славой, – заметила девушка, на что Вишневский уже не нашел, что ответить. Или не хотел, это неважно, ведь Вишневская мигом почувствовала, как лед тронулся, потому и быстро продолжила: – Прояви, как хороший хозяин, гостеприимство и позволь путникам, проделавшим долгий путь отдохнуть в городе.
– Хорошо, пусть остаются, – после некоторой задержки сдавшись, сказал воевода и отмахнулся.
– То есть мы свободны? – с опаской проговорил Сергей, удивленный случившимся диалогом и по сути внезапно свалившимся на отступника спасением.
– Пока да, – холодно проговорил Вишневский.
– Отлично, всего хорошего, господа, – откланявшись, отступники вышли из дворца и направились к воротам внутреннего кремля, но их зачем-то догнала младшая Вишневская и попросила Сергея остановиться на пару минут и поговорить, чему он был не против, так как банально хотел поблагодарить ее за внезапную помощь.
– Вас ведь зовут Сергей, все верно?
Сергей коротко кивнул.
– А меня зовут Мария. И простите моего отца за то, что вас так грубо принял. Увы, груз ответственности и море обязанностей в не самом – чего уж греха таить? – благополучном городе сделали его не особо отзывчивым человеком, действующим иногда слишком грубо и опрометчиво.
– Да нет проблем, – Сергей развел руками, – я все понимаю и потому хочу сказать вам большое спасибо, а то гнали бы нас в шею пиками, если бы не вы.
– Ничего, я просто хочу сделать так, чтобы вам в городе на правах гостей, прибывших от почитаемого человека, оказали должное гостеприимство, и поэтому хочу предложить вам помощь и расположить вас в нашем постоялом дворе.
– Я благодарю вас… однако вам, наверное, не стоит заниматься таким делом, – Сергей был изумлен таким рьяным стремлением собеседницы помочь ему, учитывая их статус и то, что Сергей для нее был, как рак с горы, то есть совершенно чужой человек.
– Пустяки, – фыркнула Маша и, как показалось Сергею, было что-то такое… в ее словах и в ней самой… Возможно, к Сергею некий интерес, который он, правда, затруднялся объяснить, – идите со своими друзьями за мной.
И бодрым шагом Маша повела отступников по городу пешком и совершенно одна, без свиты и даже без охраны, что вогнало Сергея в недоумение, так как для Вишневской и ее статуса такое поведение должно быть очень нетипичным и скорей запретным. Но как бы то ни было, Сергей не стал указывать Маше на этот факт и просто промолчал.
В итоге Маша, проведя через западную часть города отступников, привела их к воротам одного большого двора с табличкой «Кабанья голова». Похоже, это название постоялого двора. И зайдя внутрь главного жилого здания, Маша очень быстро договорилась с престарелой хозяйкой двора, и та, улыбаясь своей полу беззубой улыбкой, весьма бодро для своего возраста и как-то даже слишком старательно расположила отступников во дворе, выделив ими пару комнат. Разумеется, без всяких изысков. Так, простая, небольшая комнатка с постелью, столом и табуретом. Был еще маленький красный угол с иконкой творца и небольшое окошко, да и все. Сергею этого было вполне достаточно. Договорились и о цене, благо она оказалась весьма небольшой, возможно, сыграла роль непопулярность заведения у путешественников или покровительство Вишневской. В любом случае ценой остались довольны все, и отступники, ее заплатив, расположились в комнатах. Здесь же у Сергея с Машей снова случился разговор.
– Что же, надеюсь, вам будет комфортно в нашем городе, хоть это по понятным причинам непросто.
– Пусть даже и так, я все равно благодарю вас за вашу помощь. И хоть я не хочу показаться слишком наглым человеком, но у меня есть к вам еще одна небольшая просьба.
– Да, что за просьба? – сразу же оживленно проговорила Маша.
– Можете показать, где находится двор, принадлежавший князю, и в котором жили Игорь с Григорием? Хочу осмотреть сгоревший дом.
– Ах, конечно… – непринужденно проговорила Маша, однако Сергей заметил, как ее серые глаза блеснули нездоровым цветом и как будто неким сомнением, – идите за мной.
И ни слова не проговорив больше, Вишневская стала вести Сергея уже к сгоревшему двору Олега, вовремя чего Сергей не выдержал и не упустил возможности заметить нетипичное для ее статуса поведение.
– Признаться честно, я очень удивлен вами. Вы свободно ходите одна по городу, помогаете крайне сомнительным людям и не имеете постоянно ходящей за вами свиты. Такое поведение для вашего статуса не то чтобы странно, а вовсе не позволительно.
– Здесь ваша правда, – проговорила Маша, согласившись и улыбнувшись, – и мое поведение действительно не соответствует моему статусу, однако мой любимый отец, пусть и с точки зрения своей должности является очень жестким человеком, на деле очень мягкий и добрый к дорогим ему людям, оттого он и делает мне некоторые поблажки. Свободная прогулка одной по городу в том числе. Благодаря этому, собственно, я знаю этот город как себя, причем как его наземную часть, так и не менее мальнькую подземную.
– Вот как?
– Да. Однако не все так просто. Видите тех людей, постоянно следующих за нами от самого моего дома? – после этих слов Маша указала на двух неприметных горожан на другом конце улице позади них, выглядящих, как обычные горожане. Один из них, кажется, просто сидел на одной лавочек, а другой шел в сторону, противоположную Сергею и Маше. Вообще ничего необычного, кроме разве того факта, что эти люди постоянно всплывают где-то позади. Причем Сергей часто даже не понимал, откуда они появлялись, однако он подметил, что появились они где-то после того, как Сергей покинул кремль. – Следят, чтобы со мной ничего не случилось.
– А я-то думал, кто они такие и почему они преследовали нас… – проговорил Сергей и, пользуясь моментом, он решил поинтересоваться об еще одной интересовавшей его теме: – А знаете, у меня все не выходит из головы… Вы не знаете, почему сгорел дом, или, может быть, есть какие-то слухи об этом?
– Сложно сказать, ведь единственный, кто мог что-то знать, то есть ключник, видимо, умер. Потому, что случилось там, теперь один Творец знает.
После этих слов всю оставшуюся дорогу оба прибывали в молчании, и в конце концов Маша, дойдя до одного двора, остановилась, а Сергей, увидев сгоревший дом понял, что они пришли к месту назначения. Это очень быстро подтвердила и Маша.
– Ну вот мы и пришли. Вот он – этот двор Меньшикова, и нам тут придется расстаться, мне нужно возвращаться обратно к дому.
– Благодарю вас за помощь, – прощаясь, проговорил Сергей и поцеловал руку Маши, подметив большой свежий шрам на ее запястье. – Вам следует быть поосторожней с острыми предметами.
– Ах да, есть такое. Неудачно сыграла в ножички с подружками. Ну, всего хорошего.
Попрощавшись с Сергеем, Вишневская поспешила удалиться в сторону кремля, а Сергей зашел во двор и направился к сгоревшему дому, заметив дойдя до него, что пусть дом действительно сгорел. Но благодаря тому, что видимо ночью на город обрушалась сильная гроза с дождем, пожар не смог сильно разгуляться и перекинуться на другие строения, спалив только сам дом, да и то во многом ограничившись его внутреннюю часть. С внешней стороны дом во многом сохранился, если не считать обвалившийся крыши и обугленных стен. А пожар, когда обвалилась крыша и он выбрался наружу, был потушен дождем.
Пройдя внутрь дома, Сергей осмотрелся и увидел, что среди гор обгорелого хлама и пепла с обугленными деревяшками, кроме печки, толком мало что сохранилось. Но порывшись в этом хламе, Сергей таки обнаружил сундук, который хоть и внешне был не в лучшем состоянии, однако внутри вещи сохранились в целом состоянии. Главную ценность из них представляли вещи Григория: его оружие, снаряжение, одежда, защита и самое ценное для Сергея – его дневник, который он вел. Для облегченно вздохнувшего Сергея фактически это значило, что контракт спасен.
Убрав дневник обратно в сундук до поры до времени, Сергей задумался, почему сгорел дом, ведь пожар случился именно внутри дома, так как снаружи загореться, он никак не мог и-за грозы. Значит, возгорание случилось именно внутри, но отчего? Тут вариантов было достаточно: от неосторожности хозяина до крайне неудачно упавшей не так лучины – с таких мелочей часто все и начинались. Раздумывая над этим, Сергей даже вспомнил один страшный пожар, который случился лет десять назад за морем, в западных землях, в одном крупном городе, где пожар сначала начался в пекарне, а затем перекинулся на соседние здания, в итоге спалив полгорода, а все и-за одного выпавшего уголька из очага или не погашенной свечки, с которой и начался пожар в пекарне.