В итоге, за неимением другого выбора, Сергею под таким напором с неохотой, но пришлось уступить. И он с ворчанием про себя начал рассказывать сказку.
– В общем, когда-то давно… Когда-то давно. Когда про людей и в помине не слышали, хозяевами мира были Цмоки. Они безраздельно правили на земле, в воде и небе. Никто из чудовищ и зверей не смел бросать им вызов – такими сильными они были. Но несмотря на то что это время было их золотым веком, тогда никто из Цмоков не обладал способностью извергать огонь. Кроме одного самого могущественного и сильного из всех живших Цмогов. Звали его Джуди, и именно он из всех Цмоков обладал способностью извергать огонь. Как он получил этот дар, никто не знает, ведь родился он без него, а приобрел только в юношестве. Многие из Цмоков пытались узнать у него, как он получил этот дар. Но Джуди всегда отказывался рассказать им, так с этим секретом он прожил всю жизнь. И в итоге, состарившись, ослепший и уже не умевший летать из-за поломанных в бесконечных драках крыльев, Джуди ушел ото всех Цмоков и поселился как отшельник, в пещере. Так первый овладевший силой огня Цмок мог оказаться последним.
Однако был среди народа Цмоков один молодой и сильный Цмок с именем Ра. Он очень хотел обладать способностью Джуди извергать огонь и однажды он пришел к нему с надеждой узнать, в чем его секрет. К удивлению самого Ра, Джуди, услышав о его намерении, не стал отказывать ему, а сразу же поведал ему его секрет. И оказалось, что в свое время Джуди в бою столкнулся с грифоном, которого он смог одолеть, и взамен на жизнь грифон рассказал, что знает, как Джуди может получить силу, которая не снилась ни одному Цмоку. Услышав это, Джуди решил не убивать грифона, и тот в благодарность поведал: чтобы получить силу, ему нужно выполнить испытание – облететь вокруг луны пять раз. Однако грифон при этом предупредил, что он может умереть, если ему не хватит сил сделать все пять кругов. Джуди ничуточки не напугало предупреждение грифона, и он сразу же взмыл в небо к луне с мыслью быстрей овладеть большой силой. И не без трудностей, но он смог облететь вокруг луны ровно пять раз, после чего, вернувшись на землю, Джуди почувствовал в груди чувство, ставшие его вечным спутником. Он почувствовал огонь и осознание того, что он стал огнедышащим. Это и был весь секрет обладания Джуди огнем.
Угроза смерти как в свое время не напугала Джуди, так и не напугала Ра. Нет, он, ни на секунду не задумываясь после истории Джуди, сразу же взмыл в небо прямо к луне. С большим трудом, но смог облететь вокруг луны четыре раза, однако, когда пришло время пятого круга, Ра почувствовал, что если в этот раз он полетит, то у него не хватит сил вернуться, но несмотря на угрозу смерти, Ра решился-таки на последний круг и смог облететь вокруг Луны в пятый раз. И в тот момент, когда это случилось, Ра почувствовал, как внутри него загорелся огонь, и он понял, что теперь он огнедышащий.
По возвращении на землю Джуди поздравил Ра, сказав, что это испытание мог пройти не просто сильнейший Цмок, но самый решительный и храбрый, и Ра доказал, что его выбор Джуди был правильным решением. Через некоторое время Джуди умер, а Ра завел семью и детей, которые уже не приобрели, а унаследовали дар своего отца. В итоге через несколько поколений через род Ра все Цмоки стали огнедышащими.
– Интересная легенда, – проговорил Савелий и, как подметил Сергей, вместе со своей дочерью внимательно слушал весь рассказ. Настя даже стала просить рассказать еще пару таких сказок, но сделать это Сергей уже не успел, так как они подъезжали к показавшимся впереди Медовикам, от вида которых на Сергея нахлынула пара воспоминаний.
Пускай Сергей был в нем уже давно, но и тогда он ему сильно запомнился тем, что он был хоть и небольшой и относительно молодой город, жизнь в нем кипела и била ключом. А все благодаря тому, что Медовики, неплохо расположившись на торговом пути у – реки Синеве, —находились посередине – между регионами севера и юга Новзгорского царства. И были важным связующим звеном между ними, что позволяло городу успешно расти и развиваться. К тому же медовики славились в царстве своей солью, которую добывали здесь же с шахт и холмов, перерабатывали и затем продавали в городе.
Сам город состоял из небольшого и относительно молодого кремля, где располагалось все управление города: воевода с семьей, дьяконы, писцы, командиры ратников и прочие чины административного аппарата города. И посада, где жили все остальные горожане: рядовые служилые, ремесленники, купцы, промысловики и прочие. Каждый, из которых жил в своих слободах. Посад, кстати, не был обнесен стенами, опять же, из-за того, что Медовики были молодым и не очень большим городом.
На этом, в общем, можно было сказать все о Медовиках. Но у города была еще одна достопримечательность, если можно так выразиться. Это был излом, находившийся в одном пересохшем колодце и сам по себе он не представлял ничего сверхъестественного – одиночные изломы, разбросанные по всему царству, ни для кого не новость. Но его уникальность и ценность для многих отступников заключалась в том, что за ним в пустоши обитает один крайне уникальный нелюдь.
Хотя многие отступники считают, что это даже не нелюдь, а нечто высшее. Ведь, отличие от типичных нелюдей, которые были в основном монстрами с не очень большим интеллектом и сильной ненавистью ко всем людям, этот нелюдь, обладавший огромной слой, был уникален по ряду фактов. Главным и ценным из них была способность все знать. Это и факт абсолютного отсутствия агрессии к отступникам и желания убивать их, но в этом плане за ним тянулось множество темных слухов, которые были, возможно, не совсем безосновательны, давали тем смелым отступникам взамен на некоторые вещи, которые любит этот нелюдь, выгадать у него крайне нужные для отступников знания. Сам Сергей имел одно дело в прошлом с ним и, если говорить прямо, встречаться снова с этим нелюдем Сергей не очень хотел.
Повозка меж тем уже въехала в посад и, проезжая мимо дворов и ходивших на улицах по своим делам горожан, направлялась в ярмарочную площадь, на которой правда было пока не слишком людно, поскольку народ только начинал подтягиваться с посада и ближайших деревень, но торговцы, в свою очередь, уже разместили свой товар по лавкам и активно зазывали к нему людей. Пустующих лавок практически не было, да и то, наверное, потому, что с деревень еще не приехали крестьяне, которые в них торгуют.
Вообще ярмарки, хоть их Сергей особо никогда не любил, поскольку были слишком людны и суетливы для него, были достаточно полезным явлением для людей и в целом для царства, поскольку были тем местом, где практически все сословия царства – от крестьян до бояр или купцов с горожанами выставляли излишки продукции своей деятельности, даже представители церкви и те не упускали возможности поторговать своим мирским товаром.
И торговали они многим, так, к примеру, сейчас Сергей проезжал мимо лавок, в которых продавали хлеб, мясо, глиняные горшки, свежую рыбу, мед… список можно было продолжать долго. Но условно продукцию, которой торговали на ярмарках, можно разделить на две категории – это пищевая в натуральном или переработанном виде и ручные изделия. Правда торговля пищевыми продуктами перевешивала торговлю ручными изделиями. Не зря даже в самих городах, где ремесло было куда более развито, чем в деревне, именно пищеперерабатывающая отрасль и доля тех же булочников и мясников перевешивала долю гончаров и сапожников.
Более того, кроме торговой функции, ярмарки приносили народу еще кое-какую пользу, а именно были местом для гуляний и развлечений. А развлекать народ призывались бродячие канцеры, всякие скоморохи, бывало, что иногда администрация ставила качели, да и сам народ устраивал себе забавы наподобие танцев или кулачных боев. Разумеется, такие крупные мероприятия привлекали всяких маргиналов типа воров, бандитов, торговцев мешками с котами и прочую мразь, однако это нисколько не понижало огромную полезность ярмарок, и было лишь небольшим побочным минусом.
И тут надо помнить, что это была провинциальная ярмарка, которая и в подметки не годилась, к примеру, новзгорской или знаменитой приморской, масштаб которых был гораздо больше, потому в эти ярмарки съезжался люд со всех концов Новзгорска, привлекавший и иностранцев, которые приходили торговать со своим товаром из-за моря или далеких земель.
Вот такую большую роль играла ярмарка, на которой правда пути Сергея и Савелия расходились, и, прощаясь со слезшим с повозки Сергеем, Савелий проговорил:
– Да, Сергей, если когда-нибудь будешь проходить мимо моей деревни, обязательно заходи к нам в гости, будем рады.
– Обязательно зайду. Ну, бывайте, – пообещал Сергей, помахав на прощание рукой удаляющимся Савелию и дочери, которая тоже в ответ неуклюже помахала отступнику.
После прощания Сергей, не теряя времени, направился к городскому порту, где стал искать корабль, на котором можно было доплыть до Кургана. Однако выполнить эту задачу оказалась сложно, но не потому, что корабли не плыли к нужному месту, а скорей потому, что не каждый капитан хотел брать на свой корабль бродягу крайне сомнительного вида. И в лучшем случае недвусмысленно говорили Сергею уходить, пока цел, а в худшем с матом грозили прибить. Но Сергей, наученный подобным отношением людей к себе, особо не обращал внимания на это и просто продолжал искать, пока в итоге его труды не были вознаграждены.
И на десятой попытке капитан одного отщепа, которого наняла одна купеческая компания для перевозки своего товара. За нехилую сумму (отступник попробовал поторговаться, но капитан оказался твердолобым) и, как он сказал, скрепя сердце согласился взять с собой Сергея и, кажется, еще двух каких-то пассажиров, тоже крупно заплативших за билет на судно. А поскольку корабль выходил в плаванье только через пару часов, у Сергея было много свободного времени, и тот недолго думая пошел к таверне.
Таверна находилась рядом, в купеческой слободе, и служила чем-то вроде центра, куда стекались все купцы, странники, гонцы или паломники – в общем, пришлые люди, чтобы отдохнуть, получить место для ночлега и набраться сил. И, разумеется, разузнать какие по округе ходят слухи или новости, что для тех же купцов могло быть очень важно.
Найти таверну было достаточно легко, и когда Сергей увидел вдали на воротах очень хорошо вклинившуюся ему в память еще в прошлый раз вывеску, на которой было слово «Облупа». Что это значило, он не знал, но вроде был когда-то такой мелкий языческий божок. В любом случае таверна была найдена.
Помещение представляло из себя просторный дом с мелкими строениями, сараями, постой для лошадей и, разумеется, сама таверна. Большое двухэтажное и очень длинное строение. Разумеется, понятно почему, ведь, в отличие от тех же кабаков или харчевен в постоялых дворах, кроме места для пития и употребления еды, кухни всяких хозяйских подсобок, еще были организованы спальные места.
Так что в размере не было ничего удивительного. Кроме этого, еще в глаза брался фасад, а в особенности окна, которые были украшены разнообразной деревянной резьбой в виде всяких причудливых узоров зверей и птиц, к тому же еще и недавно окрашенных в яркую краску. Да даже ручка двери, за которую взялся Сергей, была выполнена в виде двух коней, соединяющихся в своеобразное кольцо.
Зайдя внутрь и осмотревшись, Сергей оценил обстановку, которая оказалась спокойной. В воздухе витал запах приготовленной еды, тянувшийся из кухни. Самого народу было немного, всего пара купцов и какой старец в балахоне рядом с красным углом, да хозяин у печи, от вида которого Сергей не сдержался и усмехнулся, ведь почему-то все хозяева подобных заведений так похожи друг на друга и обладают очень схожей внешностью, напоминая большого и усатого жука.
Подметив свободный стол, стоявший в некотором отдалений о других, Сергей поспешил занять его, а уже к усевшемуся отступнику с нехарактерной для своего тела легкостью подошел хозяин и поинтересовался, не желает ли Сергей чего-нибудь поесть или, быть может, занять спальное место, которое, разумеется, отступнику было ни к чему, но вот еда была как раз кстати.
Однако выбор оказался невелик: баранья похлебка да щи из щавеля Сергей, недолго думая, выбрал похлебку, от пива он сразу же отказался, и благо была альтернатива в виде ягодного морса, на десерт Сергей решил взять выпечку.
И когда наконец принесли похлебку, Сергей с жадностью стал ее есть, ведь как-никак, а пропуск завтрака немного сказывался, а Сергей за прошедшие годы уже и отвык от того времени, когда ему приходилось постоянно голодать, да и вообще находиться в некомфортных для себя условиях. Доев похлебку, Сергей перекинулся на выпечку, попутно и особо не спеша запивая ее морсом, так как времени все равно было много.
А через некоторое время от скуки он невзначай даже стал незаметно наблюдать за другими посетителями. Но и те не представляли ничего интересного. Так двое купцов, судя по отрывкам фраз, которые слышал Сергей, активно спорили, не поднимется ли цена на воск на западном побережье, в связи с его возникшим дефицитом… Куда более интересным в этом плане был старик у красного угла, который, как предположил Сергей, был паломником. Тот вначале жевал хлеб, а затем что-то бормотал себе под нос. Наверное, у него от старости не все дома, и тот про себя, может, и с Творцом разговаривал о делах насущных.
В конце концов, посидев еще немного, Сергей уже подумывал уйти и переждать оставшееся время на корабле, однако в это время произошло событие, сразу же приковавшие его внимание к себе. Так в таверну зашли новые посетители, а именно двое мужчин, сразу же очень быстро поспешившие к свободному столу, стоявший в соседстве от стола Сергея. Усевшись, один из них заказал пиво у подошедшего хозяина, предварительно отказавшись от какой-либо еды.
Собственно, тайком наблюдавшего за ними все это время Сергея они привлекли не из-за внешнего вида: их одежда была весьма простого покроя и не очень дорогая – идентичная одежде Сергея. И даже не то, что эти люди были братьями-близнецами. Нет, они заинтересовали его своим очень беспокойным поведением. Так оба постоянно оглядывались, в их движении наблюдалась дерганость, а на лицах застыл страх, словно их вот-вот кто-то настигнет.
И пусть это было не совсем правильно, но Сергей из-за близости стола братьев к его собственному, разумеется, совершенно случайно подслушал их разговор.
– Ты… ты ведь видел гнездо. Оно явно не было заброшено, – тихим, однако при этом сильно взволнованным голосом проговорил один из братьев.
– Да видел. Я же там тоже был, дубина.
– И ты знаешь, что это значит…
– Разумеется.
– Может, просто бросим это и убежим?
– Нет, коль назвался лесорубом, так руби ты до конца.
На это другой брат ничего не ответил и замолчал, но лишь на время, чтобы потом взволнованно снова заговорить.
– И все же мы влезли в очень опасную авантюру, даже не связанную с пустошами, нам это все равно аукнется.
– Замолчи сейчас же, а то еще услышат! – другой брат оглянулся, видимо, опасаясь, что их разговор кто-то услышит. Сергей, разумеется, делал вид, что он ничего не слышал и был вообще не при делах, просто тихо-мирно сидел попивая свой морс. Хотя слова об авантюре, не связанной с пустошью, его всколыхнули и даже заставили забеспокоиться. – Успокойся, скоро все кончится, нам лишь нужно передать груз, а дальше мы будем наконец вольны уйти на все четыре стороны.
Эти слова, кажется, немного успокоили собеседника, и оба замолчали на некоторое время, пока не заговорил тот близнец, пытавшийся успокоить другого.
– Ладно, ты там допил уже? Нам пора идти, он, наверное, уже ждет нас.
После этих слов братья, расплатившись, поспешили удалиться из таверны. А за ними, сам не понимая, почему, из-за резко нахлынувшего любопытства Сергей, оставив пару медяков, тоже вышел из таверны и пошел вслед за этими братьями, которые быстро пошли от таверны в сторону ярмарки. Но не дойдя до нее, они резко свернули направо в сторону района мастерских и ремесленников. Идя следом за братьями, Сергей старался вести себя незаметно и держаться на определенном расстоянии, чтоб они не заметили слежки. И те действительно пока не замечали хвоста за собой и просто беспечно шли себе дальше. Но так продолжалось недолго, так как на конце улицы близнецы резко замедлили шаг и повернули за одну мастерскую.
Понимая, что, возможно, братья прибыли к месту назначения, Сергей, в свою очередь, осторожно подойдя к углу мастерской, куда завернули близнецы, стал прислушиваться. Как и думал, услышал голоса двоих братьев и кого-то еще. Кому принадлежал незнакомый голос, Сергей, разумеется, не знал. Но между неизвестным и братьями возник разговор, из которого он услышал вот что:
– Ну, вы были в гнезде? – спрашивал неизвестный.
– Да, были.
– И достали то, о чем договорились, верно?
– Это тоже, но ты соврал нам, сказав, что гнездо было необитаемо.
– Обитаемо, необитаемо, скажите еще спасибо, что послал на такое лёгкое дело, а то за ваш долг с вас не грех три шкуры содрать, – братья после этих слов быстро притихли, а незнакомец продолжил: – Так где оно?