– Не стоит, – попыталась сбежать девушка, но костоправ вцепился ей в локоть стальной хваткой.
– Куда?
– Мне дурно, надьяр, – отмахнулась та. – Мне надо подышать.
– Пойдем, – протянул тот и сопроводил девушку на улицу.
Фьюриэль медленно шла в темноту, Гастиэль держался несколько поодаль, но из вида ее не упускал. Наконец, она остановилась среди деревьев, откуда уже не было слышно ни музыки, ни веселья.
– Фьюриэль, я так пьян, что туго соображаю, – проговорил Гастиэль, подходя к ней поближе.
– Обратно сами не дойдете, надьяр? – она повернулась к нему и обеспокоенно вздернула бровь. После чего взяла его под руку и повела обратно.
– А если бы я не был женат, ты смогла бы меня любить? – внезапно поинтересовался он.
– Вы явно перебрали сегодня, надьяр, – скептически заметила девушка. Тот остановился и упрямо повторил:
– Если бы я не был женат, ты смогла бы меня любить?
– Неверный вопрос, надьяр, – сдалась та. – Чтобы любить кого-то, нужен просто этот кто-то, безо всяких условностей. А вот чтобы проявлять свою любовь открыто, уже должны быть соблюдены определенные условия.
– Вопрос подразумевал односложный ответ, надьяра, – проворчал Гастиэль. Та закатила глаза.
– Если бы солнце вставало на западе, а не на востоке, вам было бы светло?
– Да какая разница! – возмутился Гастиэль. Девушка развела руками. Он набрал воздуха в легкие, чтобы выдать гневную тираду, но почему-то выдохнул и негромко сказал: – А скажи я, что люблю тебя, что бы ты ответила?
– А скажите, и посмотрим, – Фьюриэль старалась сглотнуть комок и утихомирить мечущихся мотыльков внутри. Гастиэль молча отвернулся и побрел прочь. Девушка вздохнула и пошла следом. Внезапно он резко повернулся, притянул девушку к себе и поцеловал. Да так, что у нее аж голова закружилась от нехватки воздуха.
Она сделала над собой драконово усилие, отстраняя от себя мужчину, после чего влепила ему по лицу. Тот посмотрел на нее и сказал:
– Уважаю.
Фьюриэль в ответ фыркнула и быстрым шагом отправилась обратно в сторону веселившихся. Гастиэль, довольно улыбаясь во мраке и потирая правую щеку, побрел следом.
К тому моменту, как они вернулись за стол, Ириэль уже начал петь. Фьюриэль, неожиданно для окружающих, подключилась со второй фразы, да так к месту, что больше никто не вмешивался.
Тон традиционным песнопениям в этот раз задавал Ириэль, изящно обходя баллады особо романтического характера. Но потом все же решился. У Фьюриэль мурашки пробежали по коже, потому как он выбрал одну из ее самых любимых.
Если не считать инцидента с Гастиэлем, вечер у Фьюриэль выдался вполне удачным и душевным.
Панторэль приехал погостить у родителей. Они с Фьюриэль договорились встретиться и провести приятно время за кружечкой пива с традиционным открытым пирогом с копченостями и сыром.
Девушка связала ему узорные рукавицы на зиму в подарок, а Панторэль привез ей новенький фолиант по алхимии и письмо из Мирградской Лекарской Академии.
Фьюриэль было страшно открывать конверт, и она старалась максимально оттянуть решающий момент, да и как бы юноша мог и немного обидеться на то, что письму она в этот приезд была рада больше, чем ему самому.
– Давай, открывай уже, не томи, – наконец не выдержал Панто.
Девушка распечатала конверт и пробежала глазами письмо. Ее, разумеется, приняли, более того, обещали неплохое жалованье, если она согласится немного подработать алхимиком.
– А ты сомневалась? – хмыкнул Панто, отхлебывая из кружки.
– Панто! – Фьюриэль кинулась ему на шею, она действительно была очень рада такому предложению, и была рада, что лучший друг в ней не сомневается.
– Я не знаю, чему больше рад, – пожал плечами Панторэль. – Тому, что тебя взяли, куда хотела, или тому, что ты наконец-то выберешься из этого болота, и мы снова сможем проводить много времени вместе.
– Успею тебе надоесть, не обрадуешься, – фыркнула девушка. – Но мне все же немного страшно, Мирград – крупный город…
– Брось, Фьюри, – отмахнулся юноша. – В столице всякого хватает, конечно, но как минимум смена обстановки тебе нужна. Да и ты же собиралась на общелекарские сборы, разве нет?
– И на алхимические, – кивнула девушка, и тень печали пробежала по лицу. Панторэль поднял бровь.
– Что?
– Гастиэль…
Панторэль закатил глаза. Все разговоры рано или поздно приходили к костоправу.
– Фьюриэль, – как можно спокойнее начал Панто. – Неужели среди твоих алхимических смесей нет порошка от несчастной любви до сих пор? Он бы пользовался огромным успехом!
В Мирградской Академии Фьюриэль провела ровно неделю, прежде чем ее вызвала к себе надьяра Мансорэль, глава алхимического совета.
Лесная зим пятидесяти, с убранными причудливыми узлами волосами и теплыми зелеными глазами, перебирала бумаги сухощавыми пальцами, когда на пороге ее кабинета появилась четвертькровка.
– А, Фьюриэль, – улыбнулась она. – Присядь. Сейчас, с бумагами закончу…
Фьюриэль села в удобное кресло и, закинув ногу на ногу, расправила форму. Мансорэль сделала несколько пометок и, наконец, отложила бумаги, после чего внимательно посмотрела на девушку.
– Ну как тебе у нас, нравится? Лаборатория? Ингредиенты? Библиотека? Коллеги?
– Я здесь всего неделю, насчет коллег сказать определенного ничего не могу, а в остальном – не сравнить с Лилградом, – в голосе девушки просквозила печаль.
– Я, собственно, для чего тебя позвала, – с некоторой хитринкой продолжила Мансорэль. – Не знаю, почему ты так долго сидела в своем Лилграде, но Мирградская Академия для тебя далеко не предел. Мне, как главе алхимического совета Лесного Княжества, тебя учить нечему.
Фьюриэль округлила глаза. Все мысли в голове смешались. Она немало заплатила за стажировку, а теперь ее так ловко пытаются сплавить обратно…
– И поэтому, – продолжила женщина. – Я отправила твои документы и рекомендательное письмо надьяру Ортэлю в Лекарскую Академию в Торах.
– В Торах?! – Фьюриэль чуть не задохнулась от неожиданности. О таком она даже и помыслить не могла. Четвертькровка да в Торах?!
– Да-да, – кивнула Мансорэль и, широко улыбаясь, достала из ящика стола письмо. – Они будут тебе рады.
– Я даже не знаю, что и сказать, кроме как: «Этого не может быть!» – девушка с трудом сглотнула комок, подкативший к горлу.
– Можешь сказать спасибо, – ласково улыбнулась глава совета. Фьюриэль тут же спохватилась.
– Спасибо огромное, надьяра! Вы даже не представляете…