1 2 3 4 >>

Е. В. Косов
Хороший нож

Хороший нож
Е. В. Косов

Рыбацкая Академия
Витрины оружейных магазинов и уличных ларьков сейчас заполнены самыми разными ножами, дорогими и дешевыми, отечественными и зарубежными. За стеклом лежат устрашающего вида кинжалы и скромные складники, массивные тесаки и обычные кухонные ножи. Какой нож выбрать и взять с собой на охоту? Ответ простой: нужен хороший нож!

О том, что такое хороший нож для охотников, рыболовов и туристов – читатель узнает из этой книги.

Евгений Васильевич Косов

Хороший нож

Витрины оружейных магазинов и уличных ларьков сейчас заполнены самыми разными ножами, дорогими и дешевыми, отечественными и зарубежными. За стеклом лежат устрашающего вида кинжалы и скромные складники, массивные тесаки и обычные кухонные ножи. Какой нож выбрать и взять с собой на охоту? Ответ простой: нужен хороший нож!

У русского человека понятие «охота» неразрывно связано с природой. «Первой охотой» обычно называют добычу диких зверей и птиц, «второй охотой» считают рыбалку, а походы по грибы-ягоды – «третьей охотой». Каждый находит себе охоту по душе, и каждая охота требует своего особого ножа.

О том, что такое хороший нож для охотников, рыболовов и туристов – читатель узнает из этой книги.

Грозный старинный кинжал

Нож, как самое древнее оружие, сопровождает человека с доисторических времен. Сначала это был примитивный кремниевый нож, даже вовсе никакой и не нож, а просто остроконечный осколок камня. Обмотать один его конец полосками кожи под хват руки, и уже будет такой нож хорош! Если же остроконечный осколок прикрепить к древку, то с таким грозным копьем можно идти добывать дикого зверя. После удачной охоты кремниевым ножом разделывали добычу, а острым скребком выделывали шкуры. Кремниевый нож – острое и прочное оружие. Недаром в современной металлургии при выплавке стали особой твердости туда добавляют немного кремния. Если на лезвие стального ножа нанести керамическое напыление, он становится особо износостойким, что фактически является современным использованием достоинств ножа из каменного века. Когда древнему человеку под руку попадался какой-нибудь плоский острый камень, то жилами диких животных его прочно укрепляли в развилке толстой палки. Так появилось еще одно древнее орудие – каменный топор. С ним и на охоту ходили, и по первобытному хозяйству каменный топор был незаменимый помощник. Кремневые ножи и каменные топоры, как основное снаряжение древнего охотника, просуществовали вплоть до изобретения металла. Когда появился металл, появилась и новая профессия – кузнецы. Металлические ножи и топоры, сначала бронзовые, потом железные сразу же приобрели привычные нам формы и очертания, их форма существует практически без изменения уже несколько тысячелетий. Холодное оружие в доружейную эпоху было основным и жизненно необходимым для добычи диких зверей. Есть такое выражение «заломать медведя». Несведущие люди обычно представляют такую героическую картину: выходит этакий богатырь, вооруженный огромным кинжалом, и начинает бороться с поднявшимся на дыбы медведем – кто кого! На самом деле «заломать медведя» в охотничьем лексиконе означает всего лишь завалить выход из берлоги (охотники говорят «чело») толстыми жердями. Когда медведь будет выбираться через этот завал, то у охотника появляются дополнительные секунды для прицельного выстрела.

Мой знакомый охотник недавно рассказывал историю о том, как он сопровождал на охоту одного молодого бизнесмена. Тот купил (за приличные деньги) охоту на медведя где-то под Костромой. Местные егеря привели приезжего охотника, вооруженного заморским карабином и огромным кинжалом, к заснеженной берлоге. Было заметно, что молодой охотник волнуется – постоянно протирает рукавом карабин и поправляет кинжал на поясе.

Как и положено, берлогу прежде всего завалили поперечными жердями, то есть «заломали медведя». Медведь, разбуженный тычками колючего «ерша» (так называют еловую жердь длиной в три-четыре метра с наполовину обрубленными ветками), стал выбираться из берлоги через этот завал. Бизнесмен (по уговору он должен был стрелять первым) вскинул к плечу карабин, но почему-то все медлил с выстрелом. Преодолев завал, медведь бросился по направлению к нему – а выстрела все не было! Лишь когда до стрелка оставалось всего несколько метров, егеря открыли огонь из своих ружей и насмерть завалили медведя. На недоуменный вопрос: «почему не стрелял?» перепуганный охотник растерянно пролепетал: «А я думал, медведь должен был на дыбы встать предо мною Я так читал про охоту на медведя…» Картина поднявшегося на дыбы медведя настолько часто встречается в иллюстрациях произведений на охотничьи темы, что у многих сложился этот стереотип: прежде, чем напасть, медведь должен обязательно подняться на задние лапы. Вот тут и надо (по охотничьим байкам), бросаясь всей тяжестью тела к нему в ноги, располосовать медвежье брюхо острым кинжалом и выпустить наружу все кишки. На самом деле медведь встает «на дыбы» не в агрессивном состоянии, а от испуга или любопытства – посмотреть «а кто там мельтешит в кустах?» Агрессивно нападая, медведь своей массивной тушей сходу сбивает жертву на землю, наносит ей острыми когтями страшные раны и начинает рвать клыками поверженную жертву. Все истории о том, как в старину богатыри, вооруженные одним охотничьим кинжалом, ходили «побороться» с медведем – это самые настоящие байки из области смелых фантазий.

На Руси, когда еще не было ружей, удалые охотники ходили на медведя с рогатиной – разновидностью копья длиной в человеческий рост. Конечно, пойти на медведя с рогатиной может только очень смелый охотник, тот кто может проявить поистине геройскую отвагу, выходя один на один, чтобы победить свирепого зверя (фото 1).

Фото 1. Старинный русский лубок «Охотник медведя колет, а собаки грызут»

Настоящая медвежья рогатина имеет широкий обоюдоострый стальной наконечник (перо) с высоким ребром и глубокими долами вдоль обоих лезвий. Долы способствуют обильной потере крови взятого на рогатину медведя (отсюда позже и пошло: любые долы, выполненные для облегчения клинков и улучшения баланса ножей, стали называть «кровостоками»). Обычно охотник старался вонзить перо рогатины точно в горло или в шею зверя и потом долго держать медведя на рогатине. Широкое перо рогатины не только сильно ранит зверя, но и крушит позвонки и кости. Таким образом, рогатина, всаженная в зверя и оставаясь там, заставляет его терять силы от потери крови. На рогатине в основании пера обязательно предусмотрено особое устройство – поперечина, сделанная из рога. Поперечина не дает остроконечному перу зайти в тушу зверя слишком глубоко. Существовала особая разновидность медвежьей рогатины – с деревянной поперечиной, привязанной у основания пера. Такая поперечина не позволяет достать охотника когтистой лапой, когда медведь «лезет на рожон». Эта поперечина крепилась к основанию пера не наглухо, а подвязывалась на ремешке через специальную серьгу. Жизненно важна для охоты на медведя прочность древка рогатины, которое называется «искепищем» или «ратовищем» (чаще «ратовищем» называют древко бердыша – холодного оружия русских стрельцов). Не дай Бог сломается искепище под напором медведя! Для прочного искепища специально выращивали особый ясень. Деревце молодого ясеня должно расти прямо, чтобы потом его не приходилось бы обстругивать. Чтобы повысить прочность древесины, ствол растущего ясеня обматывали сырой кожей, так дерево и росло в кожаной «коре». Потом эта кожа так и оставалась на готовой рогатине, чтобы руки охотника не скользили по окровавленному искепищу (фото 2). На нижний конец рогатины насаживался металлический подток в виде металлического цилиндра с полями. Рогатина, уперевшись подтоком в землю, образовывала такой угол, который не позволял медведю переломить искепище. Откуда появилась версия, что медвежья рогатина должна иметь два острых конца (рога), наподобие вил или печного ухвата, которым хозяйки достают из русской печи тяжеленные чугуны и корчажки, теперь уже понять совершенно невозможно. Однако невежественные иллюстраторы охотничьих книг по-прежнему изображают такие «рогачи» на рисунках.

Фото 2. Современная стилизация рогатины. Автор – С. В. Пашихин, галерея «Холодное оружие России». Перо – дамасская сталь. Навершие – позолоченная латунь. Лисий хвост. Древко обтянуто кожей.

Большой знаток медвежьей охоты князь Ширинский-Шихматов, лично взявший на рогатину в конце XIX века более сотни медведей, предложил свою конструкцию медвежьей рогатины. Кроме обоюдоострого пера рогатина имеет еще два поперечных подпружиненных ножа. Мощная пружина раскрывает ножи уже в теле зверя. С такой рогатины медведь уже не сойдет. Охота на медведя с рогатиной была популярна даже в начале XX века, когда охотники могли иметь на вооружении надежные ружья и карабины. Но и тогда находились отважные люди, которые выходили на поединок с грозным зверем. У сибиряков такое медвежье копье называлось «пальма». Обычно в качестве «пера» к древку пальмы прикреплялся массивный обоюдоострый кинжал, который так и звали – «медвежий». А бывало и так: обнаружив берлогу, какой-нибудь лихой и бесшабашный охотник прикрепит свой охотничий нож, изготовленный местным кузнецом-умельцем, на сырое рябиновое древко и прет с этим оружием на медведя.

На медвежьих кинжалах специализировался легендарный тульский оружейник Егор Самсонов. Известность его была столь велика, что он получил звание «Поставщика Императорского общества правильной охоты» (фото 3).

а)

б)

Фото 3. Медвежьи кинжалы современной работы: а – «Кавказ» оружейной фирмы «Левша-Т»; б – «Диана Самсонова» фирмы «Харалуг»

То, что на Руси называлось «рогатиной», в Европе считалось «кабаньим копьем». С таким копьем европейские охотники добывали дикого вепря в густых лесных зарослях. На кабанье копье подвешивали плюмаж из конского волоса или медвежьего меха. Это делалось не столько для украшения копья, сколько препятствовало литься на древко потоку крови из нанесенной раны, иначе руки охотника будут соскальзывать. Однако кабанье копье считалось оружием слуг-егерей, сам охотник-господин такое копье в руки никогда не брал. На вельможной охоте, когда егеря с собаками уже затравили зверя, то самый последний удар должен был нанести сам хозяин охоты или приглашенный им почетный гость. По охотничьему этикету считалось правильным, если затравленного зверя приканчивали не ударом длинного копья, а охотничьим кинжалом. В Западной Европе всеобщим уважением пользовались охотники, которые добывали грозного дикого вепря с помощью охотничьего кортика, его также называют «кабаньим мечом» или «хиршфингером». Клинок охотничьего кортика узкий и довольно длинный, почти в полметра. Пока злобные собаки держат зверя на месте, герой-охотник смело лезет в эту рычаще-визжащую свару, опрокидывает дикого вепря на спину и закалывает его точным ударом в сердце (фото 4).

Фото 4. Немецкая гравюра XIV века

Еще на охоте на копытных животных использовался так называемый олений кинжал, который, прежде всего, служил для добивания подранков. Ведь для того, чтобы перезарядить старинное кремневое или шомпольное ружье нужно потратить значительное время. Тогда немедленно в ход шел олений кинжал с длинным мощным клинком. Добивание подраненного зверя – опасное дело. Собрав последние силы, зверь часто атакует приближающегося к нему охотника, а в агонии даже может нанести смертельные удары копытами и рогами. В старину специально для добивания подранков существовал кинжал, оснащенный пистолетом с кремниевым замком. Выстрел из него производили, воткнув кинжал в шею уже поверженного зверя. Сейчас, когда охотники вооружены скорострельными ружьями и карабинами, оленьи кинжалы сохранились лишь как красивые охотничьи символы.

Фото 5. Современная стилизация оленьего ножа – кинжал офицера Придворной охоты образца 1855 года. Автор – В. Пашихин, галерея «Холодное оружие России»

В Германии олений кинжал – непременный атрибут парадной охотничьей одежды, они красивы и тщательно изготовлены, их клинки гравированы сценами из охотничьей жизни. Рукоять и ножны кинжала отделаны изящными деталями под золото. На рукояти из рога, как звезды на генеральских погонах, сияют золотые желуди (фото 5). Остроконечный кинжал являлся непременным атрибутом на старинной русской псовой охоте. Когда борзые достали и уже взяли волка, то охотник соскакивает с лошади и принимает зверя. Другими словами охотник откалывает его: схватив зверя за заднюю ногу, ударом кинжала под лопатку, нужно прикончить его. Если, конечно, не стоит задача сострунить волка, то есть взять его живьем, связав лапы и, вставив в пасть поперек палку. Добивать зверя арапником или кистенем, не слезая с лошади, всегда считалось у русских охотников неэтичным. У русских псовых охотников в особой чести были кинжалы златоустовских оружейников. Златоустовский завод на Урале был создан в 1815 году по указу императора Александра Первого, и первыми мастерами на этом заводе были немцы из знаменитого Золингена, приглашенные работать в России. Потом Златоустовский завод стал всемирно известным центром по производству высококачественного русского холодного оружия. Славились в России нижегородские кузнецы, особенно из небольшого городка Ворсмы и из поселка Павлово-на-Оке. Отличное холодное оружие изготавливали умельцы-туляки.

С давних пор привозят в Россию кинжалы с кавказских войн. Кинжал, богато отделанный серебром, у кубанских казаков стал непременной принадлежностью одежды. Кавказский кинжал в стиле «кама» имеет узкую форму клинка, с таким кинжалом можно и на псовую охоту ехать и принимать там волка, а можно и домашнего кабанчика им заколоть. Дагестанское селение Кубачи знаменито своими мастерами-оружейниками, которые с древних веков славятся особым умением ковать холодное оружие и воинские доспехи, украшая их гравировкой и чеканкой по золоту и серебру. Ведь холодное ружие призвано не только угрожать, но и украшать как владельца, так и его дом. Немало отличных кузнецов-оружейников работает сейчас в дагестанском Кизляре, которые делают не только богато отделенные сувенирные кинжалы, но и рабочие охотничьи ножи. Большую часть клинков кавказских кинжалов изготовляют в дагестанском селении Амузги, расположенном в полукилометре от Кубачи. Однако большинство клинков современной работы или чрезмерно мягкие (клинки для сувенирного оружия), или излишне твердые, перекаленные. Мягкое лезвие неизбежно «заваливается» и теряет режущие свойства, а на твердом (хрупком) лезвии сразу же появляются выщерблены. Это объясняется тем, что старинный способ изготовления знаменитых клинков, называемых «гурда» безвозвратно утерян. До сих пор ходят легенды о мастеров-оружейников, владевших тайнами кузнечного мастерства. Например, прежде чем ковать клинки их помещали в сернистый источник, бьющий со склона горы, посыпали металл солью и чесноком. Считалось, что добавка железных подков и ржавых подковных гвоздей (ухналей) придает клинку особые качества. Говорят и о чудесных свойствах гусиного помета, куда кладут на несколько недель полосы металла, из которых потом ковалось знаменитое кавказское оружие.

У кинжала, и в этом принципиальное его отличие от ножа, обоюдоострая (двусторонняя) заточка клинка. На рукоятке кинжала обязательна крестовина (ограничитель), чтобы рука не соскальзывала при нанесении сильного колющего удара. Именно за кинжалом закрепился образ грозного оружия. Сейчас место грозных охотничьих кинжалов вовсе не на охоте, это скорее предмет, украшающий интерьер городской квартиры. Устрашающий своим видом кинжал, висящий на ковре, всего лишь интересная тема и благой предлог для обсуждения героических охот далекого прошлого. Охота в жизни современного человека стала другой и охотничье оружие для нее требуется уже другое.

Нож для промысла и охоты

Охотничье ружье отодвинуло на задний план холодное оружие, пригодное для охоты. Роль охотничьего ножа постепенно свелась к необходимым, но все-таки вспомогательным, а чаще всего просто бытовым функциям. Но это совсем не означает, что потерян интерес к охотничьим ножам. Витрины оружейных магазинов и уличных ларьков сейчас заполнены самыми разными ножами, дорогими и дешевыми, отечественными и зарубежными. За стеклом лежат устрашающего вида кинжалы и скромные складники, массивные тесаки и обычные кухонные ножи. Какой нож выбрать и взять с собой на охоту? Ответ простой: нужен хороший нож! В отличие от обоюдоострого кинжала нож имеет одностороннюю заточку: сверху клинка – плоский обух, снизу – острое лезвие. У ножа обычно не бывает гарды (крестовины-поперечины), как у кинжала, или эта гарда весьма незначительна. Обычно в передней части рукояти ножа уместен лишь небольшой упор под указательный палец. Хорошие ножи передаются из поколения в поколение и составляют гордость их владельца. Конечно, хорошие ножи стоят недешево. Но все-таки лучше однажды приобрести хороший нож и беречь его, чем покупать дешевые поделки, которые будут приносить одни огорчения. В повседневной жизни мы имеем дело с самыми разными ножами – столовыми, кухонными, сапожными, перочинными – всех видов ножей не перечислишь. Какой нож можно назвать «охотничьим»?

Следует заметить, что исконный и более широкий смысл русского слова «охота» вовсе не в добыче диких зверей и птиц, как мы привычно употребляем это слово. «Охота» – от глагола хотеть, то есть желать что-либо делать с особым удовольствием, с любовью, а не по необходимости, и тем более не по принуждению. В принципе любое непрофессиональное увлечение – это «охота» (снобы предпочитают говорить про свое увлечение «хобби»). Одни держат дома аквариумных рыбок, другие – голубей. Можно смело утверждать, что у каждого глубоко в душе живет охотник:

«У всякого своя охота,
Своя любимая забота:
Кто целит в уток из ружья,
Кто бредит рифмами, как я…»

(А. С. Пушкин).

Отсюда истинный смысл слова «охотник»: «Как сеять-пахать – никого не видать, а кашу уминать – охотников целая рать». Охотник – это вовсе не всегда человек с охотничьим ружьем, как мы привычно его называем. Охотник – прежде всего доброволец, то есть человек, выполняющий что-то по доброй воле, по своему желанию.

Так уж повелось, что у русского человека понятие «охота» неразрывно связано с природой. «Первой охотой» считают добычу диких зверей и птиц, рыбную ловлю стали называть «второй охотой», а походы по грибы – «третьей охотой». Каждый может найти себе охоту по душе, будь то охота с ружьем, охота с удочкой или «тихая охота» с лукошком. И каждая охота требует своего особого ножа. Стремясь быть ближе к природе, заядлые туристы отправляются в многодневные походы – пешком, на лодках, на байдарках. А многие горожане отдыхают на дачах. Хотя говорить об отдыхе на даче просто смешно! Дача для русского человека – это тоже своеобразная «охота». Не секрет, что выращенные там овощи и фрукты обходятся гораздо дороже покупных. Но своя дача (неважно, что это – многоэтажный замок или хибара похожая на курятник) дает возможность быть поближе к природе, почувствовать там себя и строителем, и садоводом, и кулинаром-заготовителем. Так что вполне возможно, что привычный нож, незаменимый в повседневной дачной (псевдокрестьянской) жизни, окажется полезным и на охоте, и на рыбалке, и в походе.

Если остроконечным кинжалом убивают зверя или добивают (прикалывают) подранка, то охотничий нож должен прежде всего хорошо резать. Назначение ножа не лишать жизни, а хорошо работать! Если в кинжальном облике обычно проступает грозный вид, то в хорошем ноже прежде всего должна чувствоваться красота удобной практичности и полезности. Нож в отличие от кинжала редко используется в виде оружия, хотя эту функцию ножа, конечно же, никто не отменял. И подсознательно мы все равно воспринимаем холодный отблеск ножевого клинка как образ грозного оружия, которое способно как поразить, так и защитить.

Основная функция ножа – резать, значит, и баланс ножа должен быть особым. У хорошего ножа центр тяжести всегда должен быть смещен в сторону рукоятки, тогда удобнее (ловчее) направлять лезвие при работе. Чтобы обеспечить хороший баланс ножа, обух клинка, имея максимальную толщину в пяте, обычно утончается к острию. Непременное качество хорошего ножа – удобная для работы рукоять. Рукоять ножа должна быть «ловкой», то есть форма рукояти должна быть такой, чтобы ее удобно было «ловить рукой». Ловкой рукоятью можно долго работать без устали. Для лучшего баланса рукоятку ножа иногда специально утяжеляют, закладывая в головку кусочки свинца. А какая-нибудь красивая, но неудобная рукоять быстро набьет мозоли, и ничего кроме раздражения такой нож не дает.

Приобретая охотничий нож, главное – выяснить для себя, что этот нож будет делать? Будет ли он снимать шкуру с лося или чистить рыбу? Или нож будет только открывать консервные банки и строгать щепу на растопку костра? А может быть охотничьему ножу только и придется, что нарезать колбасу да огурцы на закуску? Хотя не следует забывать, что хороший охотничий нож должен быть надежным помощником на кухне, где готовится добыча – дичь, рыба ли грибы, или стряпается немудреная походная еда. Тогда охотничьим ножом придется почистить картошку, порубить луковицу и нарезать буханку хлеба.

Удобнее всего работать ножом с коротким клинком, то есть ножом, у которого длина клинка соизмерима с размером рукояти от 8 до 12 см. Короткоклинковый нож имеет хороший баланс и ловко ложится в ладонь. Центр тяжести такого ножа располагается в передней части рукояти в районе упора под указательный палец. Короткоклинковым ножом удобно резать, но совсем невозможно что-либо отрубить – ветку, кость или канат. Рубящие свойства ножа можно обнаружить в среднеклинковом ноже, у которого длина клинка составляет примерно два размера рукояти – около 20 см. Центр тяжести такого ножа обычно расположен в районе пяты клинка, обычно там изготовляется еще один упор-выемка под указательный палец – прямо на металле клинка. Туда смещается рука для удобства работы, когда нужно резать или строгать. Рубить таким ножом удобно, если перехватиться и крепко взяться за головку рукояти.

Нож, у которого размер клинка составляет более двух рукоятей (25 см и более), и ножом-то признать трудно. Чаще такие «изделия» называют тесаком, кортиком, мачете, штыком, полусаблей. Таким массивным ножом удобно рубить или колоть, но его режущие свойства совсем никудышные – работать (то есть что-либо резать) ножом с длинным клинком сплошное мучение.

О толщине ножевых клинков. Ножом с клинком до 2,5 мм в обухе удобно работать на кухне: чистить овощи, снимать филе с рыбы. Эти ножи так и называют – хозяйственно-бытовые. Нож, оснащенный более мощным клинком (от 2,5 до 5 мм), выполняет более «серьзную работу», такие клинки обычно имеют охотничьи (номерные) и боевые ножи. Бывают ножи с толстыми клинками (более 5 мм), это уже тяжелые рубящие тесаки и секачи.

Кажется, что боевые ножи не имеют никакого отношения к охотничьим ножам, являясь грозным оружием спецназа и десантников. Однако многие, кому довелось «поработать» на охоте, в походе или по дачному хозяйству хорошим боевым ножом (например, отечественными моделями ножа «Смерш») начинают их уважать и вполне обоснованно считают боевые ножи хорошими охотничьими ножами – за отличные рабочие качества и удобство, а вовсе не за их угрожающую «боевитость». Часто хороший боевой нож становится самым любимым ножом и сопровождает нас на охоту, на рыбалку и в поход. Замечено, что свой первый в жизни нож обычно покупают самого устрашающего вида. Однако, выйдя несколько раз с таким «страшилищем» на охоту или вообще «на природу», начинают понимать, насколько большой и массивный нож неудобен и бесполезен. Чтобы нож можно было назвать «охотничьим», вовсе необязательно, чтобы он был внушительного размера. Главное – нож должен быть хорошим помощником. В конце концов, на охоту едут не ножами меряться. И, конечно, важно, чтобы нож было удобно и безопасно носить с собой, неважно как – на поясе, в кармане или за голенищем сапога.

Охота – это не только поэзия в общении с природой. На охоте нужно выполнять малоприятные вещи, такие как добивание подранков и свежевание дичи. Как ни крути, есть такие моменты на охоте, которые никак не укладываются в красивую рамку. Охотник видит природу такой, какая она есть, а не под лаковым глянцем книжных иллюстраций. Следует напомнить, что в обычной крестьянской жизни нормальный мужик всегда мог зарезать бычка, заколоть кабанчика и отрубить голову курице. Однако нет никакой необходимости демонстрировать и подчеркивать натурализм охоты. Натурализм убивает красоту. Настоящий охотник никогда не станет разделывать ножом добычу на видном месте и демонстративно добивать подранков.

А тот, кто ловит рыбу, добывает диких зверей и птиц, собирает грибы, дикие ягоды или орехи на продажу, то есть для заработка, – это не охотник, а промысловик. Природным промыслом он зарабатывают себе и своей семье средства на жизнь. То, что охотник делает ради своего удовольствия, промысловик делает ради заработка и пропитания. На долгих полгода уходит сибирский промысловик в заснеженную тайгу, бьет там белку и куницу, ставит ловушки на соболя, добывает копытных на мясо, обрабатывает шкурки, ведет в зимовье немудреное хозяйство. С приходом весны у промысловика наступает другой промысел – лов рыбы. Там свои заботы: сети починить, рыбу выпотрошить и засолить, лодку подремонтировать. И все это делается не в силу специфического «хобби», как у охотников, а для заработка. Именно промысловики являются настоящими знатоками природы и носителями лучших охотничьих традиций. Через поколения промысловиков создавались лучшие формы охотничьих ножей. Поэтому в рассуждениях об охотничьих ножах уместно обратить внимание на национальные ножи тех народов, которые традиционно были связаны с природным промыслом, где веками отрабатывались идеальные формы такого ножа. Практичный нож промысловика обычно не бывает большим и массивным. Это начинающие охотники цепляют на пояс огромные кинжалы, наивно полагая, что он защитит их как от диких зверей, так и от людской напасти. А промысловик по опыту знает, что любой зверь в тайге уступит человеку дорогу – хоть тигр, хоть медведь, только не надо загонять зверя в тупик. И встреч с лихими людьми нужно всячески избегать, а если такая встреча неизбежна, то пуля или картечь защитит надежнее, чем самый острый и длинный нож.

Промысловики всегда уважали национальные ножи северных народов, чья жизнь целиком зависела от природного промысла. Известны высокие свойства корякского, нанайского, якутского, бурятского ножей. Таким ножом можно снять шкуру с песца и с медведя, разделать оленя и косулю, выпотрошить тайменя и хариуса, да и по хозяйству такой нож удобен. В традиционном природном промысле берут свои корни знаменитые ножи скандинавских мастеров. В России эти ножи обычно называют финками, а по-фински – пуукко («нож лесного человека»). Финка имеет узкий клинок, что позволяет считать ее эффективным колющим оружием, например, для того, чтобы добить зверя, попавшего в капкан, или для прикалывания и потрошения пойманной рыбы. Достаточно крутой скос лезвия и отличная сталь обеспечивают финским ножам хорошие режущие свойства.

Рукоять финки сработана из узорчатой карельской березы, что отличает настоящую финку от подделок. Правда, у дешевых финских ножей встречаются рукоятки из обычной березы и даже сосны. Чаще всего рукоятки финок гладкие (без упоров-ограничителей), хотя у некоторых современных моделей финских ножей бывает неглубокая выемка под указательный палец. И не должно быть никакого лака на рукояти, только полировка! Иначе рука будет скользить при работе. На хвостовике рукоятки располагается обязательный «грибок», что обеспечивает удобный хват ладони и представляет большое удобство: финку можно быстро достать из ножен за «грибок», не снимая рукавиц.

Стилевая особенность скандинавских ножей – наличие широкой оковки, которая закрывает переднюю часть рукоятки и заходит на пяту клинка. Ножны настоящих финок никогда не имеют застежек: нож глубоко, почти на всю рукоятку, уходит в ножны. Поскольку рукоять имеет широкую конусную оковку, то за счет ее вхождения в конусное устье ножен, обеспечивается надежная фиксация ножа. Финка крепятся на поясе кожаной петлей (иногда металлической цепочкой), которая через колечко соединена с ножнами. Когда финка находится в ножнах, а ножны на поясе, то у охотника не возникает ни малейшего ощущения неудобства, когда он идет или сидит. Не бывает, чтобы при наклоне рукоять финского ножа давила на ребра, а при попытке сесть хвостовик ножен упирался бы в сидение.

Помимо финки (puukko) широко известна другая разновидность скандинавских (северных) ножей – лапландские или саамские ножи (lapinleuku). Это ножи народности саам (самоедов), населяющей север Норвегии и Финляндии – Лапландию. Если обычная длина клинка финки редко превышает 12-15 см, то клинок саамского ножа чаще всего бывает от 20 см до полуметра, чем и обеспечивается его рубкость. Промысловик, вооруженный лапландским ножом, может даже забыть про топор, так как в этом массивном ноже сочетаются режущие и рубящие свойства. По старинным преданиям лапландские ножи ковались из обломков старых кос. Лезвия рабочих кос всегда подвергаются «отбивке» молотком на специальной наковаленке, от этой холодной ковки возникают отличные режущие свойства косы. У кузнецов особым шиком считалось оставить на поверхности клинка лапландского ножа, изготовленного из пакета «отбитых кос», видимые контуры натурального лезвия старой косы. Ножны лапландского «леуку» изготовляют из разного материала – из дерева, кожи, оленьего рога. Причем ножны неизменно украшены своеобразным орнаментом – тончайшими ажурными сквозными прорезами, сквозь которые поблескивает сталь клинка. Часто большой лапландский нож комплектуется на одних ножнах с малым ножом такой же формы, что очень практично и удобно в походе.
1 2 3 4 >>