– Ну,…все? То есть мне ничего не будет?
– А чего ты хочешь?
– Ну, как чего? Нет, я то не хочу…
– Ты хочешь, чтобы я тебя побил?
– Что?! Конечно же нет!
– Сдал в ментовку?
– Нет.
– Тогда что мне следует сделать?
– Ничего. – Она притихла. Нахалка что, действительно стоит и предлагает ему себя наказать? – Спасибо, – только и сказала.
Ролан поднялся по двум ступеням, имевшим место здесь быть, и вышел в фойе. Затем «внезапно» остановился и взглянул на нее, все еще стоявшую на месте.
– Кстати, твоя машина у меня. – Сказал и пошел дальше.
– Что? – прошептала девчонка, не понимая, что и зачем, и когда…
Чтобы понять, что произошло, ей понадобилось несколько мгновений, после чего она взлетела по этим не к месту смастеренным степеням и помчалась за ним.
– Что ты сказал? Что значит «твоя машина у меня»? – Она догнала его на подходе к выходу.
– То и значит.
– Не верю.
Ролан был вынужден остановиться и обернуться к ней. В который раз.
– Ты отправляла ее в автомастерскую?
– Да. – Она не удивилась. Конечно, он и так это знал: она сама ему рассказывала о сломанной машине.
– Расположенную по улице Штормовая?
– Да. – А этого не рассказывала.
– У тебя красный Порше?
– Даа…– в глазах отразился страх.
Ролан заключил:
– Она у меня, – и продолжил свой нескончаемый путь.
– Как так? Они не могли ее тебе отдать, это незаконно! – Она следовала за ним на своих высоченных каблуках, порой вынужденная переходить на бег, подстраиваясь под его широкие шаги.
– Неужели?
– Ты не можешь так поступить. Ты не имеешь права!
– Это как? Как тогда, когда ты украла мой телефон?
– Это нечестно! Моя машина стоит во много-много-много раз дороже твоего жалкого телефона!
– Мои нервы стоят во много-много-много раз дороже твоей «пора на металлолом» машины. Они бесценны. – Ролан вышел на улицу и направился к своему серебристому другу, припаркованному у обочины дороги – машина встретила его игрой голубых фар.
Нахалка остановилась на тротуаре.
– Ты не можешь забрать у меня машину, я собираюсь уезжать из города! – выдала она беспощадную правду. Стоит заметить, что выглядела при этом как-то беспомощно.
– Как жаль, теперь придется воспользоваться еще и автовокзалом. – Он остановился возле автомобиля и открыл дверцу.
Нахалка было помолчала, с трудом осмысливая полученную информацию….
– Сам езди на автобусах! – осмыслив, крикнули нахалка гневно.
Ролан пожал плечами.
– Ролан! – Он вскинул голову. Не то, услышав свое имя из ее уст, не то, распознав мольбу и отчаяние в голосе.
Она оставалась на тротуаре и потерянно смотрела на него.
– Мне нужно уехать, – сказала тихо.
На некоторое время он завис, пытаясь за маской безнадеги распознать обман. Затем качнул головой и вынес суровый вердикт:
– Нет. – Он сел за руль, завел мотор и уехал, оставив ее одиноко стоять у дороги и смотреть, как свет голубых фар теряется в ночи.
Ролан остановился у решетчатой ограды, стальной, кривой и просевшей.
Выйдя из машины, он прошел к таким же решетчатым воротам, даже ночью раскрытым нараспашку.
В петлях замка болталась толстая цепь. Мимоходом бросив на нее взгляд, Ролан пересек границу самой крупной и самой разношерстной городской автостоянки.
Автосвалки. Так будет точнее, так как встретить здесь можно было как приличные, ходовые автомобили, так и развалившиеся, поломанные драндулеты.
Ролан шел по центральному коридору, окруженный сплошным металлом: по обе руки подобно крыльям разлетались ряды всевозможных транспортных средств, от пестрых красок которых хотелось жмуриться. Красные, синие, желтые, оттенки зеленого, бурого, цвета шерсти – прямо карнавальная ночь какая-то.
– Прямо праздник цвета, согласись.
Ролан остановился. Посмотрел на гостя.
– Что ты здесь делаешь? – Сюрприз не из приятных. Кто бы подумал, что на окраине Радлеса, неподалеку от городских складов, практически необитаемых, он встретит Дея.