<< 1 2 3 4 5 6 >>

Игра воображения
Эмиль Вениаминович Брагинский

Рита Сергеевна. Позволь хоть квартиру пропылесосить…

Антошин. Уходя – уходи!

Рита Сергеевна. Правильно врачи советуют: по лестнице – только пешком! Прости меня, я не виновата, это само получилось…

Антошин(с горечью). Но на этой станции нет лестницы. Так что во всем виноват эскалатор!

Картина вторая

Прошло недели две. В квартире Антошина темно. Антошин возвращается с работы, включает свет и едва не вскрикивает. В комнате, на краешке стула, не сняв уличной куртки, примостилась Лариса, на коленях держит портфель.

Антошин. Вы? (Возмущенно.) Как вы проникли? Что это значит?

Лариса. Рита предупредила – вы смирный, но принципиальный и можете не впустить… Рита дала мне ключ, я его на буфет положила, вон! (Показывает.)

Антошин. Как вы посмели войти в чужую квартиру?!

Лариса(виновато). На улице сыро, свежо, даже чересчур свежо. Я ничего не трогала, свет не зажигала.

Антошин(с издевкой). Берегли мою электроэнергию?

Лариса. Не знала, где выключатель. И закурить не посмела. Все незамужние курят.

Антошин(все с той же издевкой). Как это вы при вашей зазывной внешности – и не замужем? Или вас муж бросил?

Лариса. Он меня не бросал, потому что его никогда не было. (Достает из портфеля папку.) Если б я не подготовила личное дело, вы бы думали, что у меня в биографии темные пятна!

Антошин. Но я вообще о вас не вспоминал, ни разу!

Лариса. Этого я не учла… Может, вы все-таки пробежите глазами – тут анкета, фотографии четыре на шесть – шесть штук, справка о состоянии здоровья! (Протягивает справку Антошину.)

Антошин(машинально берет справку, читает). Практически здорова. (Насторожился.) Вы специально для меня бегали по врачам? Что-то я сомневаюсь, что вы практически здоровы!

Лариса. От собирания всех этих бумаг вполне можно рехнуться. Поликлиника без запроса никаких справок не выдает. Пришлось сказать, что я собираюсь в туристскую, в Финляндию, и моя редакторша послала запрос.

Антошин(с некоторой опаской). Значит, Финляндия – это я?

Лариса. Финляндия – это вы! (Снова лезет в портфель.) Хотела творогу намешать, но забыла с чем – то ли с вареньем, то ли еще с чем-то, поэтому только шашлык. Полуфабрикат, пожалуйста. Называется «московский», увы, из говядины.

Антошин. Шашлык должен быть, увы, из баранины. (Старается говорить с максимальной доброжелательностью.) Вот мы и разобрались и с вашими бумагами, и с продуктами. Я устал.

Лариса. Это понятно. Вы же после работы.

Антошин(старается сдерживаться). Там у меня неприятности.

Лариса. Там, то есть на службе, у всех неприятности. Но я вам сочувствую.

Антошин(все-таки на нерве). С какой это стати вы мне сочувствуете?

Лариса. Незнакомым легче сочувствовать – никакой ответственности. Но какие же неприятности могут быть в вашей табачной промышленности?

Антошин(вздохнул). Все-то вы про меня разузнали… Не хватает типографских валов, чтобы печатать на пачках сигарет новую надпись: «Минздрав СССР предупреждает: курение опасно для вашего здоровья». Раньше мы просто писали: «Курение опасно для вашего здоровья». Еще есть вопросы?

Лариса. Придет время – и врачи откроют в никотине что-нибудь такое, что всем полезно, даже детям. А вообще-то я пришла оправдаться за прошлый раз, когда решилась на это позорное сватовство.

Антошин. Перебьюсь без ваших оправданий.

Лариса. Потерпите еще немножко. В Библии сказано: «Каждый должен терпеть».

Антошин. Боже мой! За что мне это наказание!

Лариса. Я все-таки доскажу, я упорная. Моя главная подруга Юля старше меня на три года и шесть месяцев. Мы с ней не разлей водой… были! Как она вдруг бац – и замуж! А у нее еще и ребенок! Теперь я прихожу из редакции и каждый раз вижу ее сияющее лицо. Это переполнило чашу.

Антошин(с насмешкой). Это и есть уважительная причина? Да вы обзавидовались!

Лариса. Нет, осиротела, пришла в отчаяние. А когда в редакции сдавала в набор статью, дала себе слово: дальше так продолжаться не может, выскочу за первого встречного-поперечного-продольного-пузырчатого…

Антошин. Финляндия – это я, и пузырчатый – это тоже я?

Лариса. Я образно выражаюсь.

Антошин. Довольно!

Лариса. Довольно чего?

Антошин. Вас довольно, вашей редакции.

Лариса. Напротив меня в редакции сидит женщина…

Антошин(ставит пластинку). Вы сами с собой разговаривайте, а я буду музыку слушать!

Лариса. Мне музыка не помеха, буду громче говорить. (Прислушалась.) Бах, да, безусловно.

Антошин. Скажите-ка, вы знаете Баха?

Лариса. Да, я была с ним знакома. (Возвращается к главной теме.) Женщина напротив полгода мечтает об отпуске, а после полгода рассказывает, как его провела. Женщина напротив не замужем, как я и… как вы! А где ей познакомиться с нормальным мужчиной – в очереди за бананами?

Антошин(нервно). На эскалаторе… Вы мне мешаете слушать Баха.

Лариса. Быт у нас считается чем-то зазорным. Погряз в быту, быт заедает. Быт – это вроде ругательства. А по-моему, если у человека неустроен быт, он неустроенный человек. О чем вы думаете?

Антошин(решительно направляется к Ларисе). Где вас Маргарита подцепила такую?

Входит Женя. Изумленно воззрилась на отца и Ларису.

Лариса. В редакции. Мы там пили кофе с вареньем из черноплодной рябины. Это очень вкусно. Рябина нас сблизила, мы теперь целыми днями разговариваем по телефону.

Антошин. А когда же вы работаете?

<< 1 2 3 4 5 6 >>