Толпа не чувствовала боль,
В дороге умножая свиту,
Не видела пожара, вдоволь
Живя в задворках монолита.
Это огонь, и мы горим
Среди людей и стен бетонных,
Безмолвным криком говорим
Телам бездушным в мир картонный.
Зачем?
Как колос под серпом жнеца
Теряет стан свой горделивый,
Так я, желающий венца,
Стою, в безумии счастливый.
Пусть свет накроет мрак густой,
Пусть солнце с тучами сольется.
Зачем для жизни молодой
Степенно сердце твое бьется?
Зачем, огонь души моей,
Слов милых мне не произносишь?
Зачем влюбляешь ты сильней,
В себе чужую тяжбу носишь?
Я знаю, это дар благой,
К твоим рукам в снопе предстану.
Наступишь чаяно ногой,
А я любить не перестану.
Как колос под серпом жнеца,
Что знает чувственную слабость;
Вблизи не рассмотреть лица,
Не распознать души той малость…
Не забуду
Мой светлый разум тьмой залит,
Душа истерзана мечтами.
В ней ничего не веселит,
Не греет теплыми словами
Утрату юных чистых дней,
Мы в красоте переменились,
Лишь для любви к тебе моей
Воспоминания явились
Для таинства своих искусств,
Что в осени рождали пламя,
Для лобызания без чувств,
Для страсти мертвенной, как камень.
Изнемогает жизнь в груди.
Еще мучения терплю я.
Всему конец ждет впереди:
Горю, сгораю, но люблю и
Мы вянем высохшей травой
На алтаре у мирозданья.
Так, вспыхнув в пламени, другой
На пепле принимает знанье.
Прощай, свободная стезя!
В последний раз перед глазами
Ты блещешь гордое «нельзя»,
Улыбку вымучив слезами.
Мир опустел, теперь куда ж
Я возвращаться в неге буду?
Сковал надежду строгий страж,
Но образ твой я не забуду…
Мой бес
Где ты, мой злой искуситель,
Демон бессонных ночей?
Сбился с пути твой проситель,
Светлых не слыша речей.
Было так, помнится, пламя
Скорбью пылало сильней;
Гордо чернил свое знамя
В юной душе ты моей.
Я опускался все ниже,
Сам себя чуть не убив.
Искренне я ненавидел,
Зная, что сложно любить.
Чувства теперь очищаю
И объясниться хочу:
Вам все охотно прощаю,
Сам себе вряд ли прощу.
Где ты, мой верный мучитель?
Справиться с жизнью больной
Сможет лишь только учитель,
Что был все время со мной…