как внутри нее поет море.
Море плещет
в сердце моем,
и рыбки блещут
в нем серебром.
Мне подарили ракушку.
«Муж ящерки плачет и плачет…»
Мадмуазель Тересите Гильен, разучивающей на пианино гаммы
Муж ящерки плачет и плачет.
И ящерка плачет и плачет.
В большие платки носовые
мокрые мордочки прячут.
Колечко свое обручальное
ящерки потеряли.
Ай-яй, укатилось колечко —
отыщешь его едва ли.
О, дивное небо дневное
в радужном многоцветье,
и жаркое круглое солнце
в ярко-желтом жилете, —
вы, небо и солнце, взгляните,
взгляните, увидите сами:
две ящерки плачут и плачут,
исходят от горя слезами.
Песенка-повторяшка
Серым был небосклон,
сделался серым
Грифон.
И курочка Куд-Куда
серая —
хоть куда.
Чтобы стать серым на сером,
и я покрасился серым.
О, как же я засверкал
серый на сером!
Пейзаж
Рите, Конче, Пепе и Карменсите
Вечер оделся в холод,
чтобы с пути не сбиться.
Дети с лучами света
к окнам пришли проститься
и смотрят, как желтая ветка
становится спящей птицей.
А день уже лег и стихнул,
и что-то ему не спится.
Вишневый румянец вспыхнул
на черепице.
Андалусские песни
Песня всадника
(1860)
Под луною черной
подпевает шпорам
ремешок наборный…
(Вороной бывалый,
не дождаться мертвому привала!)
…Словно плач заводят.
Молодой разбойник
уронил поводья.
(Вороной мой ладный,
о, как пахнет лепесток булатный!)
Под луною черной
заплывает кровью
край дороги горной.
(Вороной бывалый,
не дождаться мертвому привала!)
На тропе отвесной
ночь вонзила звезды
в черный круп небесный.
(Вороной мой ладный,
о, как пахнет лепесток булатный!)