Знаменитые Водолеи
Федор Ибатович Раззаков

<< 1 ... 15 16 17 18 19
Возвращаясь к словам Влади о «флирте с ФКП», отметим, что здесь она нисколько не лукавит. Она еще в начале 50-х, снимаясь в Италии, близко сошлась с тамошними коммунистами из числа творческой богемы и увлеклась левыми идеями. Однако фанаткой коммунистических идей не стала, но очень хорошо разобралась, что с меркантильной стороны эти идеи вполне могут сослужить ей хорошую службу. Зная о том, что та же ФКП во многом существует на советские деньги (и эти вливания были самыми масштабными в Западной Европе – более одного миллиона долларов в год), Влади вполне могла решить, что запустить руку в этот карман не является чем-то зазорным. К тому же ФКП имела в те годы большой авторитет в обществе и могла предоставить ей, уже выходящей в тираж кинозвезде, новые возможности. Плюс к этому добавлялись и перспективы открыть для себя очередной кинематографический рынок – в СССР. То есть если раньше она ездила туда всего лишь как гость на Международный Московский кинофестиваль, то теперь стала сниматься в советских фильмах (в том же «Сюжете для небольшого рассказа»). Да и любовные отношения с Высоцким завязались у нее именно тогда.

Вполне вероятно, что за любовным романом Влади и Высоцкого мог стоять КГБ. Версия эта отнюдь не фантастическая, поскольку подобных браков в истории мировых спецслужб превеликое множество. Но поскольку большинство из них проходят по категории тайных, естественно, что общественность узнает только о некоторых подобных случаях. Например, в советской истории самым известным примером подобного рода были отношения киноактрисы Зои Федоровой и американского дипломата Джексона Тэйта. Их тоже свела вместе оперативная необходимость (Федорова выполняла задание советского МГБ), но произошло непредвиденное: актриса не только потеряла голову от любви к иностранцу, но и забеременела от него. Их история вполне могла закончиться «хеппи эндом» (браком), если бы не грянувшая сразу после войны «холодная война», которая развела недавних союзников по гитлеровской коалиции (СССР и США) по разные стороны баррикад. В итоге влюбленным пришлось расстаться, причем навсегда.

В случае с Высоцким и Влади «холодная война» тоже играла свою роль, однако совсем иную – благоприятную, поскольку КПСС и ФКП никогда не разрывали своих взаимоотношений и даже более того – именно с французскими коммунистами у советских партийцев были самые благожелательные отношения среди всех других западноевропейских приверженцев коммунистической идеи. Эта дружба проявила себя в тяжелые для СССР августовские дни 68-го, когда войска стран Варшавского Договора вошли в Чехословакию. После этого чуть ли не все западноевропейские коммунисты дружно и резко осудили эту акцию, и только ФКП предпочла не участвовать в этом демонстративном протесте, выразив лишь сдержанную критику.

Отметим, что вступив в ряды ФКП, Влади вскоре получила пост вице-президента общества советско-французской дружбы «Франция – СССР». А эта организация была фактическим филиалом КГБ, играя главную роль в распространении советского влияния во Франции. Достаточно сказать, что все руководители этого общества подбирались и утверждались в Москве, хотя некоторые из них и не являлись членами ФКП, но симпатии к ее идеям должны были иметь обязательно.

Во второй половине 60-х общество «Франция – СССР» возглавлял видный французский коммунист, член Политбюро ФКП Андрэ Ланглуа. Влади стала одним из его заместителей, курируя в основном кинематографическую линию (общество было поделено на секции). Если учитывать, что в Советском Союзе киношная среда была средоточием именно либерально-западнических идей, то можно предположить, что кандидатура Влади на этот пост была утверждена Москвой не случайно – там были хорошо осведомлены о ее политических симпатиях.

Отметим, что обретение поста вице-президента влиятельного в международной политике общества предоставило Влади право приезжать в СССР не столько как официальное лицо, сколько как доверенное. Поэтому в 68-м она впервые приехала в Москву почти со всей своей семьей: с мамой и тремя сыновьями, которых советские власти тут же устроили в пионерский лагерь.

Сойдясь с видным членом ФКП, Высоцкий поимел с этого многое, но главное – политическую неприкосновенность. То есть Высоцкий фактически спрятался за спиной французской звезды. Как писал он сам: «Начал целоваться с беспартийной, а теперь целуюсь – с вожаком!»

Начав жить вместе, Высоцкий и Влади какое-то время мыкались по разным углам, пока наконец не перебрались к матери Высоцкого Нине Максимовне, в ее двухкомнатную квартирку в Новых Черемушках. Скажем прямо, треугольник тот еще – два Тигра и Крыса! Естественно, долго он продержаться не мог, и вскоре влюбленные стали подыскивать себе другой вариант – съемную квартиру. Но это будет чуть позже, а пока вернемся в конец 68-го.

Та осень была ознаменована для Высоцкого целой чередой новых неприятностей. Во-первых, после того как Высоцкий отказался играть в новом спектакле «Тартюф», вновь испортились его отношения с Юрием Любимовым. Режиссер после этого даже перестал с ним здороваться. Любимов тогда заявил: «Высоцкий зажрался! Денег у него – куры не клюют. Самые знаменитые люди за честь почитают позвать его к себе в гости, пленки с его записями иметь. Но от чего он обалдел? Подумаешь, сочинил пяток хороших песен… Солженицын ходит трезвый, спокойный, человек действительно испытывает трудности, однако, несмотря ни на что, работает. А Высоцкий пьет и когда-нибудь дождется, что его затопчут под забор, пройдут мимо и забудут эти его пяток хороших песен».

В итоге с 8 ноября Высоцкого отстранили от всех спектаклей, а через неделю все та же «Советская Россия» публикует на своих страницах статью известного советского музыкального мэтра Василия Соловьева-Седого (1907, Коза – векторная «служка» Тигра, которая часто пытается ему насолить) под названием «Модно – не значит современно». Приведу отрывок из нее: «К сожалению, сегодня приходится говорить о Высоцком как об авторе грязных и пошлых песенок, воспевающих уголовщину и аполитичность. Советский народ посвящает свой труд и помыслы высокой цели – строительству коммунистического общества. Миллионы людей отдали жизнь, отстаивая в боях наши светлые идеалы. Но что Высоцкому и другим бардам до этих идеалов. Они лопочут о другом…»

Вновь оказавшись в эпицентре всех интриг, Высоцкий не находит ничего лучшего, как снова запить. А в начале декабря он в очередной раз оказывается в больнице. При этом его состояние как никогда плохое. Врачи констатируют общее расстройство психики, перебойную работу сердца и обещают родным больше не выпускать его из клиники в течение ближайших двух месяцев. Прослышав о плохом самочувствии Высоцкого, в больнице его навещает Юрий Любимов. «Тебе надо сделать операцию и вшить химическую ампулу, – уговаривает он Высоцкого. – Врачи говорят, что если ты и дальше будешь вести себя подобным образом, то года через три наступит конец». Что же ответил ему Высоцкий? «Я не больной и ампулу вшивать не буду!» – таким был его ответ.

Врачи так и не сдержали своего слова и выписали Высоцкого из больницы в середине декабря. А 28-го он уже выступал с концертом в кинотеатре «Арктика». Вместе со старыми песнями в тот день со сцены звучали и новые его произведения: «Жираф», «Утренняя гимнастика», «Милицейский протокол», «Москва – Одесса».

1969 год (Петух) – год, в котором Высоцкий получил первый сигнал Свыше, когда впервые по-настоящему заглянул в глаза смерти. Прошлогодний декабрьский прогноз врачей чуть было не подтвердился.

В конце марта Высоцкий, в отсутствие жены, вновь сорвался «в пике». В результате этого 26 марта был сорван спектакль «Галилей». Кажется, теперь всем в театре стало окончательно понятно, что Высоцкий как актер для них потерян. На этот раз никто из труппы уже не подумал защищать его, и в тот день, 26 марта, когда на доске объявлений появился очередной приказ о его увольнении, никто из артистов не усомнился в его правильности. Театр отныне жил своей жизнью, и места для актера Высоцкого в нем уже не осталось. Тот и сам это прекрасно понимал и потому не сделал никаких попыток к покаянию и примирению. В начале апреля он вновь ложится в больницу.

Между тем, как и в прошлых случаях, пребывание в больнице благотворно сказалось на душевном состоянии Высоцкого. Выписавшись из ее стен, он 29 апреля приходит к Любимову и вновь просит вернуть его в театр. И тот вновь идет ему навстречу и обещает свою полную поддержку на общем собрании труппы, которое должно состояться 5 мая. И свое слово режиссер сдержал. На том собрании он сказал: «Высоцкий – единственный из ведущих артистов, от которого я ни разу не услышал возражения на мои замечания. Он не всегда бывает в нужной форме, и, может быть, он и обидится где-то на меня, но никогда не покажет этого, на следующий день приходит и выполняет мои замечания. Я уважаю за это этого человека…»

В светлый праздник 9 Мая Высоцкий официально вернулся в стены родной «Таганки». В очередной раз. С этого дня его душевное состояние постепенно приходит в равновесие. Он даже подумывает, с подачи Марины Влади, о покупке дачи под Москвой для полноценного отдыха и творчества. Но такова уж была судьба этого человека, что в момент, когда, казалось, лихая напасть уже миновала, новая беда постучалась в его двери.

В начале июля в Москве проходил очередной Международный кинофестиваль. Из Парижа вновь приехала Марина Влади, совместив приглашение на фестиваль, дубляж фильма «Сюжет для небольшого рассказа» и свою туристическую поездку в единое целое.

Но в один из фестивальных дней сопровождавшего Влади Высоцкого ретивый контролер не пустил в автобус с артистами. Никакие уговоры Влади не помогли, и Высоцкий, униженный и оскорбленный, остался один на пустынном тротуаре. Домой он вернулся поздно ночью совершенно пьяным.

Вспоминая события того дня, М. Влади пишет: «Через некоторое время, проходя мимо ванной, я слышу стоны. Ты нагнулся над раковиной, тебя рвет. Я холодею от ужаса: у тебя идет кровь горлом, забрызгивая все вокруг. Спазм успокаивается, но ты едва держишься на ногах, и я тащу тебя к дивану».

Влади тут же вызывает врачей, но те, приехав и обследовав Высоцкого, наотрез отказываются увозить его с собой. «Слишком поздно, слишком большой риск», – говорят они. Им не нужен покойник в машине, ведь это повредит плану.

Но Влади в ответ проявляет непреклонную решимость и грозит врачам всеми небесными карами, включая и международный скандал. Осознав наконец, кто перед ними, врачи соглашаются.

Высоцкого привозят в Институт скорой помощи имени Склифосовского и тут же завозят в операционную. Влади осталась в коридоре, ей целых шестнадцать часов предстоит прождать в коридоре в ожидании хоть каких-то вестей.

Наконец появляется врач и успокаивает Влади: «Было очень трудно. Он потерял много крови. Если бы вы привезли его на несколько минут позже, он бы умер. Но теперь – все в порядке».

Как оказалось, в горле у Высоцкого прорвался сосуд, во время труднейшей операции у него наступила клиническая смерть, но благодаря профессионализму врачей жизнь артиста была спасена.

После выписки из больницы «лечение» Высоцкого продолжается в Белоруссии, куда его и Марину Влади пригласил кинорежиссер Виктор Туров.

Вернувшись в Москву, Высоцкий и Влади после долгих мытарств находят для себя отдельную комнату в двухкомнатной квартире милого старика с «Мосфильма», в районе станции метро «Аэропорт». Популярность его к этому времени выросла неимоверно, знакомства с ним ищут многие сильные мира сего. Б. Дидорова вспоминает:

«В 1969 году – я тогда жила на проспекте Вернадского – Володя вдруг привез ко мне Галину Брежневу. Помню, что с ней был какой-то заместитель министра…» (Дочь Брежнева – еще одна Змея в жизни Высоцкого – родилась 18 апреля 1929 года, Овен-Змея. – Ф. Р.).

На какое-то время Высоцкий приходит в душевное и физическое равновесие, старается писать. Правда, последнее дается ему с трудом. Если в предыдущие годы из-под его пера в год выходило до 50 произведений, то в 1969 году – около двадцати. За весь год он дал всего лишь несколько больших (не квартирных) концертов.

В том году Высоцкий снялся в трех фильмах. В двух он сыграл эпизоды («Белый взрыв» и «Эхо далеких снегов») и в одном («Опасные гастроли») – главную роль. Во время съемок одного из этих фильмов с Высоцким произошла весьма неприятная история, которая едва не стоила ему свободы.

В одном из районов Одессы была изнасилована несовершеннолетняя девочка. Совершив преступление, мерзавец скрылся, однако то, как он подходил к жертве на улице, как уводил ее, видели дети, игравшие неподалеку. Когда оперативники попросили их описать внешность насильника, все они в один голос стали утверждать, что он похож… на Владимира Высоцкого. Сыщики посчитали это нелепым совпадением, но вскоре им стало известно, что знаменитый актер в эти дни действительно находился в городе. И оперативники отправились к нему в гостиницу.

Узнав, в чем его подозревают, Высоцкий, естественно, возмутился. И выложил перед сыщиками свои алиби: в тот день он был за пределами города, на съемках, и это могут подтвердить как минимум человек тридцать из съемочной группы. Сыщики учли это признание артиста, но на всякий случай попросили Высоцкого сдать кровь на анализ. Каково же было их удивление, когда кровь артиста совпала с кровью преступника (сгустки ее нашли под ногтями жертвы). Тут дело принимало серьезный оборот.

По мнению людей, близко знавших тогда Высоцкого, он был в смятении. В те годы многие искали повод, чтобы поймать его за руку на чем-то незаконном. А тут такая история. Было от чего схватиться за голову. Между тем помощь к Высоцкому пришла с неожиданной стороны.

Утром следующего дня в его гостиничный номер пришел мужчина, который представился работником милиции и давним почитателем творчества Высоцкого. Он объяснил актеру, как следует себя вести в подобной ситуации. «Главное, – сказал он, – избежать очной ставки». Преступника видели всего лишь дети, и повлиять на их показания очень легко. Поэтому актеру следовало на время исчезнуть, а режиссеру фильма требовалось немедленно дать распоряжение отпечатать фотографии сцен с участием Высоцкого, которые снимались в тот день.

Обеспечив себе с помощью режиссера алиби, Высоцкий, как ему и советовал доброжелатель, тут же уехал в Москву и там в течение нескольких дней скрывался на квартире своего приятеля Юрия Гладкова. В конце концов вскоре выяснилось, что Высоцкий к этому происшествию никакого отношения не имеет, и он благополучно вышел «из подполья».

Однако вернемся к отношениям Высоцкого с кинематографом. В «Опасных гастролях» он играл популярного артиста варьете Бенгальского, активно помогающего большевикам. Режиссером фильма был Георгий Юнгвальд-Хилькевич, который зодиакально идеально подходил Высоцкому: родился в год Собаки (1934), которая, как мы помним, в одной астрологической команде с Тигром, да еще в месяц Весов (22 октября), которые с Водолеем из одной стихии Воздуха. Короче, в этом случае контакт Тигра-Высоцкого с Собакой-режисером получился куда более радостным, чем это было год назад – с Владимиром Назаровым на «Хозяине тайги». Судя по всему, свою роль сыграл и тип Собаки: Назаров родился в 1922 году (Водяная Собака), которая более легкомысленная, чем все остальные ее сородичи. Хилькевич был из Деревянных Собак, как и его коллега Кира Муратова, а также друг детства нашего героя Анатолий Утевский – люди, с которыми у Высоцкого также сложились прекрасные отношения.

Вообще на том проекте собралось много Тигров. Помимо Высоцкого это были: Лионелла Скирда (она играла возлюбленную Бенгальского, которая помогает ему в его революционной деятельности), Георгий Юматов (11 марта 1926 года, Рыбы-Тигр), Иван Переверзев (3 сентября 1914 года, Дева-Тигр; он исполнял роль генерал-губернатора Одессы), Борислав Брондуков (1 марта 1938 года, Рыбы-Тигр; исполнявший роль сторожа Антипа, который упускал Бенгальского из-под стражи).

Основу сюжета составяло противоборство начальника жандармов (его играл Ефим Копелян) с Бенгальским. С точки зрения астрологии все сходится. Копелян был Овен-Крыса (12 апреля 1912 года), а последняя, как мы помним, частенько не ладит с Тигром: Крыса меркантильная реалистка, а Тигр – бунтарь-романтик. Вот и в фильме это показано: Крыса служит в жандармерии, а Тигр бунтует против самодержавия. В итоге оба они погибают в финале картины.

Несмотря на то что фильм «Опасные гастроли» являл собой довольно среднее по своим художественным достоинствам произведение, он все-таки сумел стать (в основном благодаря присутствию в нем Владимира Высоцкого) фаворитом сезона – в прокате 1970 года картина заняла 9-е место, собрав 36,9 млн зрителей. Говорят, что 20 копий этого фильма, еще до его выхода на широкий экран, отобрали для личного просмотра члены советского правительства.

Между тем осенью 69-го Высоцкий готовился к съемкам очередного фильма – Геннадий Полока собирался пригласить его в картину «Один из нас». На этот раз Высоцкому предстояло воплотить на экране ни много ни мало бесстрашного советского разведчика. Но судьба распорядилась по-своему.

2 октября на худсовете «Мосфильма» секретарь Союза кинематографистов Всеволод Санаев гневно заявил: «Только через мой труп в этом фильме будет играть Высоцкий! Надо будет, мы и до ЦК дойдем!» Но в ЦК идти не пришлось, так как и там сторонников Высоцкого не нашлось. К тому же свое веское слово сказал и КГБ, курировавший съемки фильма подобной тематики. Допустить, чтобы советского разведчика играл алкоголик, человек, бросивший семью и заведший амурную связь с иностранкой, КГБ, естественно, не мог. Восходящая «звезда» 5-го Идеологического управления, в скором времени его бессменный руководитель, Филипп Бобков так и заявил в те дни: «Я головы поотрываю руководителям Госкино, если они утвердят кандидатуру Высоцкого!»

Возвращаясь к обоим недоброжелателям Высоцкого, отметим, что их нелюбовь к нему зижделась на следующих причинах. Так, Санаев, во-первых, не любил либералов (особенно еврейского происхождения), во-вторых – с Высоцким у них совершенно не совпадали гороскопы: Санаев родился в год Крысы (1912), под созвездием Рыбы (25 февраля). Плохая зодиакальная гармония с нашим героем была и у чекиста Бобкова – он родился в год векторного «хозяина» Тигра Быка (1 декабря 1925 года, Стрелец-Бык). А между Быком и Тигром всегда присутствует конкуренция – то явная, то скрытая.

Отметим, что потеряв роль в «Одном из нас», Высоцкий совершил благородный поступок, обычно не привычный в актерской среде. Он сам привел к Полоке человека, которого предложил взять на роль вместо себя. Это был его астрологический «родственник» – Тигр. Речь идет об упоминавшемся уже выше актере Георгии Юматове.

Юматова худсовет студии утвердил. А Высоцкий в начале ноября вновь ушел… в запой. В конце месяца он уже лежит в люблинской больнице у доктора Воздвиженской. Три месяца назад, едва не отдав Богу душу, он зарекался держать себя в руках, надеялся сам и обнадеживал других. И вот – новый запой, страшнее предыдущего. Вывести из этого состояния Высоцкого не смогла даже Марина Влади, которая вскоре прилетела в Москву. В конце января 1970 года, в канун своего дня рождения, Высоцкий устроил в квартире на 2-й Фрунзенской настоящий погром. После него он виновато каялся В. Золотухину: «У меня такая трагедия… Я Марину вчера чуть не задушил. У меня в доме побиты окна, сорвана дверь… Что она мне устроила… Как живая осталась…»


Вы ознакомились с фрагментом книги.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
<< 1 ... 15 16 17 18 19