Лис Улисс и клад саблезубых
Фред Адра

<< 1 2 3 4 5 6 7 8 ... 28 >>

– Да-да! – энергично продолжил Каррамб. – Доброе дело должно быть завершено! И мои друзья тоже так считают. Сейчас я тебя с ними познакомлю!

Этого еще не хватало! Евгений хотел отказаться, но не успел. Каррамб крикнул остальным двум хорькам:

– Сюда, друзья! Я познакомлю вас с благороднейшим из пингвинов!

«Друзья», словно ожидая этого приглашения, с готовностью переместились за столик пингвина. Оказавшись в обществе целых трех хорьков разбойничьего вида, Евгений окончательно сник.

– Это Хаврош Акасфер, – представил его Каррамб. – Я как раз рассказывал ему про битву за пингвина.

– Да… Ох и битва была, – подтвердил одноглазый хорек.

– Всем битвам битва! – вставил одноухий.

– Они как набросятся! – продолжил одноглазый.

– Кто? – спросил Евгений.

– Враги! – воскликнул одноглазый.

– Недруги! – добавил одноухий.

– Акулы, – уточнил Каррамб.

– Ну конечно, акулы! – обрадовался одноглазый.

– Но не тут-то было! – грозно заметил одноухий.

– Я еще объяснил Хаврошу, что мы собираем деньги… – вставил Каррамб.

– О да! – воскликнул одноглазый. – Лучше и не скажешь!

– Собираем деньги. Как это точно, – заметил одноухий.

– Собираем деньги на операцию! Для тюленя! – повысил голос Каррамб и грозно посмотрел на друзей. Те казались несколько сбитыми с толку.

– Для тюленя… Собираем… – выдавил из себя одноглазый и поморщился.

– На операцию… – хмыкнул одноухий. – А то помрет тюлень-то… Как пить дать помрет.

– Не помрет, а не сможет плавать! – с нажимом сказал Каррамб.

– Для тюленя не плавать – все равно что смерть, – глубокомысленно заметил одноглазый.

– Да. Для тюленя море – это жизнь. Без моря тюлени долго не живут, – добавил одноухий.

– Поэтому мы собираем деньги ему на операцию, – с некоторым облегчением сказал Каррамб.

– Да. Уже порядком собрали, – заметил одноглазый.

– Только все равно мало! – вставил одноухий и ударил одноглазого локтем.

– Дорогой Хаврош! – воскликнул Каррамб. – Я убежден, что ты не сможешь пройти мимо судьбы несчастного тюленя…

– Бргх… – сказал Евгений.

– …и пожертвуешь на операцию. О, как это символично! Тюлень спас пингвина, а теперь пингвин спасет тюленя!

– Обалдеть, – вымолвил одноглазый.

– Как в кино, – добавил одноухий.

– Об этом будут кричать все газеты.

– Пусть все знают!

– Итак, мой друг? – многозначительно произнес Каррамб, и все три хорька в упор уставились на Евгения.

Пингвин съежился. Он понимал, что его обманывают, но был так напуган, что достал кошелек. Может, удастся дешево отделаться…

Через полчаса Евгений вышел из кабака. Денег в его кошельке больше не было. Он прошел к набережной, уселся на пустую скамейку и грустно уставился в землю.

– Извините, пожалуйста… Мне кажется, что вы несчастны, – раздался рядом чей-то мягкий голос.

Евгений поднял голову и увидел перед собой лиса…

Константин

Кот Константин чувствовал себя несчастным. Он сидел на стуле, а за его спиной несли вахту два здоровых волка, и каждый держал в лапах дубину. Но самой большой проблемой были не волки, а тщедушный заяц, развалившийся в кресле напротив. Заяц курил сигару, пил мартини и носил дорогой костюм, темные очки и имя Кроликонне.

– Константин, – медленно, словно нехотя, проронил заяц, – скажи, ты любишь жизнь?

– Ну… Я к ней привязан, – угрюмо ответил кот. Вопрос ему не понравился.

– Очень не хотелось бы тебя от нее отвязывать.

– Так и не надо, – посоветовал Константин. – Не идите против своего желания.

– Я бы и рад, но что подумают звери… Они скажут, что Кроликонне уже не тот, если какой-то кот позволяет себе не вернуть ему долг и при этом остается живым. Понимаешь, Константин? Такая ситуация создает сложную дилемму. Либо не вернул долг, либо жив. Но никак не вместе. Этому правилу много веков, и кто мы такие, чтобы менять древние традиции?

– Это не очень хорошая традиция, – робко заметил Константин.

– Может, она и не вполне совершенна, – кивнул Кроликонне, – но в ней есть смысл.

– Я верну, – заверил Константин.

– Когда?

– Скоро…
<< 1 2 3 4 5 6 7 8 ... 28 >>