<< 1 ... 12 13 14 15 16 17 >>

Игорь Яковлевич Рабинер
Наша футбольная Russia

Спустя 45 минут Гершкович стремительно вышел через запасную дверь зала коллегии ОКР и пулей пронесся мимо журналистов, отказавшись от комментариев. Как потом стало известно, по ходу заседания он заявил, что против него настроены пресса и общественность, и поэтому принял решение снять свою кандидатуру. В итоге Бышовца избирали на безальтернативной основе.

Жизнь сборной 90-х потекла по второму кругу.

Версия Гершковича была полуправдой. О том, что творилось вокруг назначения главного тренера, подробно рассказал в своей книге «В игре и вне игры» Вячеслав Колосков.

«Когда в ходе подготовки к чемпионату мира во Франции стало ясно, что Б. Игнатьев не справился с поставленной задачей (здесь верная историческая хронология экс-президентом РФС наконец-то воссоздана. – Прим. И. Р.), и надо искать другого тренера сборной, мы планировали рекомендовать на эту должность М. Гершковича. Я находился на игре на стадионе «Динамо», когда зазвонил сотовый:

– Вячеслав Иванович, Сысуев звонит. Приезжайте, я Вас жду.

Еду. В его кабинете – министр экономики Я. Уринсон, председатель Государственного таможенного комитета В. Драганов и председатель издательского дома «Московские новости» А. Вайнштейн. Сысуев сказал: «Мы тут посоветовались и рекомендуем вам поставить на пост главного тренера Анатолия Бышовца». Я возразил: «Он же в течение пяти лет ничем себя не зарекомендовал, немного поработал в Корее, но без особого успеха». Мне в ответ: «У него есть прошлые заслуги. И потом, именно под Бышовца мы обеспечим сборную новым транспортом, окажем информационную поддержку, откроем дополнительные льготы».

Хорошо, будем выбирать главного тренера сборной на альтернативной основе. Пусть Анатолий Федорович готовит свою программу. Готовился к выборам и Михаил Данилович Гершкович. Еще за день до исполкома, на котором должен был решаться этот кадровый вопрос, я спросил Гершковича, не передумал ли он участвовать в выборах? «Естественно, нет!» – услышал в ответ.

А на следующий день после игры в футбол с правительством Москвы Гершкович заявляет: "Меня попросили… В общем, я снимаю свою кандидатуру».

Рассказ Колоскова бесценен. Потому что глава РФС, прямой участник событий, впервые открыто описал, как в России вершатся дела, вроде бы не имеющие никакого отношения к политике. И если бы это был единственный случай!

Впрочем, если фактическая сторона истории, которую поведал Колосков, не вызывает у меня сомнений, то в оценке фигур потенциальных тренеров сборной бывший президент РФС явно слукавил.

Михаил Гершкович не работал ни с одним клубом и, возглавляя молодежную сборную России, больших успехов не добился. Замечательный в прошлом футболист и общительный человек, он позже станет помощником Романцева в национальной команде.

Но в 98-м появление Гершковича в роли кандидата от РФС на должность главного тренера первой сборной страны никакими разумными доводами объяснить было невозможно. За что такая честь? И вновь мы возвращаемся к старой теме: это стало возможным благодаря порочной системе, существовавшей в Российском футбольном союзе. Где все определялось не деловыми качествами, а личными отношениями.

С Бышовцем эти отношения, как известно, у Колоскова не сложились. Это был первый случай в новейшей истории, когда президенту РФС кандидатуру тренера откровенно навязали.

Когда Колосков говорит об отсутствии успехов у Бышовца перед возвращением в сборную, он передергивает факты. Достаточно сказать, что национальную команду Анатолий Федорович возглавил, будучи тренером клуба, занимавшего первое место в чемпионате России-98. И это было полнейшей сенсацией!

В «Зенит» из Санкт-Петербурга Бышовец пришел в начале 97-го вместо… Садырина. Да-да, суровая история взаимоотношений двух тренеров получила продолжение и на клубном уровне.

Садырину, в 1984 году впервые сделавшему «Зенит» чемпионом СССР, выпала непростая задача: вернуть обнищавшую, никому не нужную команду из первой лиги в высшую после трехлетнего в ней отсутствия. С целью этой он справился, а потом его уволили, назначив Бышовца. Сам же Павел Федорович возглавил ЦСКА, и в 97-м после матча армейцев с «Зенитом» на пресс-конференции журналистам довелось наблюдать драматичную картину: Садырин и Бышовец сидели за одним столом, отвернувшись друг от друга и обмениваясь колкостями.

Звезд в «Зените» Бышовца не было – он создал крепкую команду, игравшую строго от обороны, в которой каждый знал свой маневр. Некоторые в ней потом пошли на повышение. Хавбека Романа Максимюка, например, пригласили в киевское «Динамо» к злейшему врагу Бышовца – Валерию Лобановскому.

Полузащитник об этой вражде не знал. И когда Лобановский как бы невзначай спросил Максимюка, что тот думает о Бышовце, игрок отозвался о нем тепло. После чего потерял шансы попасть в состав киевлян.

Бышовец сказал в интервью «СЭ» о Лобановском, не называя фамилии:

– Не хочу реагировать на колкости со стороны чемпиона мира по договорным матчам. Не буду отвечать на слова человека, система подготовки которого безжизненна без фармакологии. Мои победы – чистые. Бышовец – немой укор этим людям, этой системе.

Из одних только этих слов можно себе представить, как Анатолий Федорович умел наживать себе врагов, причем весьма влиятельных. Но точно так же он обладал невероятным умением заводить себе полезные знакомства на высоком политическом уровне. Так он в 98-м году и вернулся в сборную, как Наполеон на императорский трон. И точно так же ненадолго…

Сенсационное лидерство «Зенита» в чемпионате России уже делало хотя бы отчасти обоснованными претензии Бышовца на место во главе сборной. Занятно, правда, было то, как всего за пару месяцев до назначения Анатолий Федорович отреагировал на вопрос о вероятности подобной перспективы. Об этом вспомнил в своей книге «Моя география» Канчельскис:

«Бышовца сразу назвали в числе вероятных кандидатов, но сам он в одном из интервью сказал, что возглавить команду в такой ситуации может только безумец или авантюрист. Потом, видимо, его природное честолюбие взяло верх».

Вернемся, однако, к Гершковичу. Когда Бышовец проиграл два первых отборочных матча Euro-2000 Украине и Франции, в «Спорт-Экспрессе» было опубликовано интервью с Колосковым. Вот отрывок из него.

– Повод говорить о вашей отставке вы дали сами, заявив как-то, что оставите пост, если сборная проиграет два стартовых матча отборочного турнира.

– Когда из контекста вынимают часть фразы, она зачастую приобретает иной смысл. Прекрасно помню все свои выступления, в том числе и это. Вопрос был таким: «При каких обстоятельствах вы оставите занимаемый ныне пост?» Я ответил: «Прежде всего, если мне объявит недоверие конференция. Но на это может повлиять и результат выступления национальной команды». В то время исполняющим обязанности главного тренера был Михаил Гершкович. В том контексте я выражал солидарность с кандидатом от бюро исполкома.

– Теперь, получается, ответственность за результат вы несете в меньшей степени?

– Конечно, нет. Это чисто эмоционально. Я активно участвовал как сторонник назначения Гершковича, а значит, и нес больше личной ответственности.

– Почему в тот момент вы предпочитали видеть тренером Гершковича?

– Его программа импонировала мне больше – в первую очередь своей решительностью. Человек был уверен, что его команда обязательно попадет в финальные игры.

Поразительный с профессиональной точки зрения аргумент Вячеслава Ивановича! По его логике, человеку достаточно выразить уверенность в светлом будущем – и место главного тренера национальной сборной по футболу у него уже, можно сказать, в кармане. Оставалось только объявить в стране конкурс – кто решительнее всех сможет объяснить президенту РФС, что «его команда обязательно попадет в финальные игры».

Театр абсурда какой-то, право слово…

* * *

Естественно, вас интересует, как в случае с Бышовцем разрешился вопрос с совмещением постов.

Как-то странно. Расплывчато.

На пресс-конференции сразу же после назначения Анатолия Федоровича спросили:

– Уходите ли вы из «Зенита»?

Ответ был таким:

– До конца года остаюсь в команде, и только потом будет принято решение.

Две недели спустя, после первого сбора, Бышовец в разговоре со мной высказался на эту тему более подробно и, как мне показалось, слегка нервно. Видимо, к этому времени в клубе и РФС уже начались какие-то процессы, нарушавшие изначальные планы тренера.

На тему совмещения, кстати, мы вышли спонтанно.

– С легионерами держите связь? – таким был предыдущий вопрос.

– Этим занимается Сальков. У меня хватает дел в клубе.

– Не станут ли они помехой для Бышовца – тренера сборной?

– Напротив, поддерживать себя в тонусе на протяжении всего года позволяет именно клубная деятельность.

– А как же зарубежный опыт, не знающий подобных примеров?

– В этом вопросе все сугубо индивидуально. Одному целесообразно сосредоточиться на чем-то одном, другому необходима постоянная практика. К тому же все знают зарплату тренера нашей сборной – пресловутые 500 долларов. Но тренер сборной, будь то Бышовец или кто-то еще, должен одеваться не на лужниковской барахолке, а в солидном магазине. Тренер сборной, как и вся она, представляет в первую очередь страну. Когда я работал в Корее, то летал только «бизнес-классом», жил в номерах «люкс» и так далее. Иного руководители корейского футбола допустить не могли. Тренер сборной – это персона категории VIP.

В Киеве, накануне сентябрьского отборочного матча Украина – Россия, я спросил Колоскова:

– Подписал ли Бышовец контракт со сборной?

– Нет. Он же пока тренер клуба. Контракт с ним будет подписан только тогда, когда перестанет действовать его клубный контракт. Сейчас у нас джентльменское соглашение: Бышовец работает на тех условиях, которые изложены в контракте сборной и РФС. Плюс есть решение исполкома о том, что он будет работать до 2002 года.

<< 1 ... 12 13 14 15 16 17 >>