<< 1 ... 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 >>

Ева. Гибкий график катастроф
Инна Александровна Георгиева

– То есть выбираешь Юлиана? – коварно ухмыльнулась готесса.

– Нет! – воскликнула я. – Алекса! Конечно, Алекса!

– Да ладно! – улыбнулась Поля, слегка отодвигая ветку, чтобы «Финист» оказался в поле нашего зрения. – Почему ты так категорична? Посмотри на него! Какая попа, какие ноги, какие бицепсы! А волосы? Да сам принц Чарминг позавидовал бы таким волосам!

– Поля! – рыкнула я. – Хватит меня соблазнять!

– То есть у меня все-таки есть шанс тебя соблазнить? – с предвкушением сузила она глаза.

Я фыркнула и непреклонно сложила руки на груди:

– Да скорее ад замерзнет, чем ты убедишь меня променять Шурика на этого парня.

– Ой не зарекайся, подружка, – опять оскалилась готесса. – Ты же его совсем не знаешь. Может, он классный?

– Я тебя сейчас ударю!

– Хорошо-хорошо! – с видом поверженного противника подняла она ладони вверх. – Мне все понятно: любовь, верность и прочие святые ценности… Юлик – просто друг, Алекс – мужчина твоей жизни. Так и запишем. Обнимашки, правда, в эту теорию не вписываются…

– Я поговорю с Юлианом, и он больше не будет!

– Вот и отлично, – улыбнулась Полина, кивая на уже начавшего подмерзать парня. Он-то из дому выбежал без пальто, в одной рубашке. Не самый удачный выбор для начала февраля.

Черт, если бы я только знала тогда, что с Юлианом разобраться будет сложнее, чем воспроизвести тригонометрическую формулу комплексного числа! А спрятать его от Алекса, когда рядом постоянно находилась такая болтливая Поля, еще сложнее. Ну я же и представить не могла, что ее гениальный план по развитию наших отношений включал не только мою абсолютную верность, но еще и периодические вспышки ревности у заклинателя?! Ведь нет же в хозяйстве никого полезнее, чем виноватый парень? А он был виноватым, раз я не променяла его даже на красавца-«Финиста», а он все равно бесится! В общем, у Полины была своеобразная логика, непонятная простым смертным, и поразительно длинный язык, успешно действовавший на нервы моему заклинателю. Я долго не понимала, зачем она это делала, и склонялась к мысли, что подруга просто развлекается. Алекс же, как мантру, повторял фразу о том, что девушек не бьют, и всеми силами старался держать себя в руках.

Но это все было потом.

А сейчас на пороге моего дома стоял Юлик, с которым нужно было что-то решать. И я даже не знаю, что бы придумала, если бы в этот момент по ступеням крыльца не сбежала мама. Она внимательно осмотрела двор, демонстративно поежилась (ну еще бы ей было не холодно в шелковом халатике в минус восемь!) и пропела:

– Евочка, солнышко, ну разве можно держать гостя на морозе? Заходите в дом!

Юлиан сориентировался первым и, кивнув маме, скрылся в недрах особняка. Ядвига с улыбкой покосилась ему вслед и деловито уточнила, когда мы с Полей подошли на достаточное расстояние:

– Где Алекс?

– Уехал куда-то, – пожала плечами я. – Сказал, что по делам. Когда вернется – не знаю.

– Вот черт! – скривилась ведьма. – Такое шоу обломилось…

– Мама! – возмутилась я, но Ядвига только в недоумении хлопнула ресничками:

– А что такого?! Я же не говорю, что стала бы их подзуживать!

– А ты бы не стала? – недоверчиво насупилась я.

Мама посмотрела на меня с видом оскорбленного достоинства:

– Разумеется нет! Потому что, зная твоего Александра, в этом не было бы необходимости.

Я только прорычала что-то нечленораздельное в ответ и быстрым шагом ускакала в гостиную. Мама с Полей обменялись довольными улыбками и поспешили следом.

Я обежала комнату глазами: там сейчас собралась почти вся семья Соколовых, любопытная Полина, мама и Юлиан. Поскольку он и был причиной нашего сбора, неудивительно, что именно к нему были прикованы все взгляды. Причем такие взгляды, что мне на месте Юлика захотелось бы поменять дислокацию. Например, на джунгли Амазонки – там, говорят, можно хорошенько спрятаться. Или на Сибирь, как вариант. Хотя, судя по лицам некоторых, даже вечные льды Арктики вряд ли бы стали достаточно надежным убежищем…

Егор уставился на «Финиста», как бык на плащ тореадора. Казалось, он вот-вот выпустит струю пара из ноздрей, взревет и начнет бодаться. Причина такой вражды была очевидна: Шакуров при более близком рассмотрении оказался симпатичнее Соколова. Нет, они оба были вполне себе ничего: каждый на свой манер. Но Егор, похоже, впервые столкнулся с таким могучим конкурентом, а потому просто не знал, что с ним делать. Юлиан же, наоборот, к подобной реакции со стороны мужчин давно привык и на злобные взгляды моего брата не реагировал. Чем, конечно, злил того еще сильнее.

Богдан в этом плане был попроще. Он гарем растерять не боялся, а Полина ему сразу, одним подзатыльником, дала понять, что в «Финисте» не заинтересована. Правда, у нашего дизайнера тут же возник закономерный вопрос о том, что о Юлике думает Алекс. Но задать его вслух он не решался, поскольку в комнате присутствовали еще и Егор с Георгием. Потому он тоже ничего умнее не придумал, кроме как сидеть и напряженно буравить гостя взглядом.

Кстати, о самом старшем Соколове. Похоже, он пока не был готов к тому, что давнишний ухажер дочери, о которой Георгий всю жизнь мечтал и только недавно обрел и по отношению к которой еще не успел в полной мере выразить свою отцовскую любовь, заявится к нему домой. Да еще так поздно. Да еще с намеками на влюбленность. Нахал! Подлец! Ну и немного мазохист, учитывая габариты отчима.

В общем, по моим скромным подсчетам, ни один из Соколовых к Юлику симпатией не проникся. А ведь это еще Алекс домой не вернулся…

К сожалению, и мама с Полиной не добавляли Юлиану оптимизма. Они сидели рядышком, на диване: Ядвига с мартини и готесса с пивом в высоком бокале, которое ей преподнес Богдан. Сидели и ждали представления. Как дети в цирке, честное слово: глаза горят, улыбки на лице веселые-веселые! Ну как же! Мальчик вот-вот покажет смертельный номер, сунув голову в пасть крокодилу!

Наверное, именно по этой причине хуже всех приходилось мне. Ведь я-то в отличие от Юлиана понимала, чего будет стоить факиру этот фокус. А если главный крокодил успеет вовремя и застанет гостя «на месте преступления», шансы последнего на выживание вообще скатятся к нулю.

Потому я сидела на краешке кресла, кусала губы и отчаянно придумывала повод отослать друга детства из особняка до того, как во двор въедет синяя «мазда». Кажется, мои мучения были очень заметны, потому что Юлик вдруг перехватил мой взгляд и мягко улыбнулся. Боже, он меня еще и успокаивал! Наверное, я и правда выглядела как нежить со своим перекошенным лицом, раз даже Юлиан, примеривший на себя роль бандерлога перед разъяренным трехглавым Каа, решил меня пожалеть.

И тут внезапно, прежде чем я успела хоть что-то сказать, зазвонил телефон.

Мама поморщилась, глядя как кирпич-«нокия» подпрыгивает у меня в руках:

– Ты все еще пользуешься этим несуразным устройством времен гражданской войны?

Я хмыкнула, заглядывая в небольшой экран и пропуская возмущение мимо ушей. Ну и фигли, что телефон был большим и некрасивым? Зато он не давал шанса пропустить звонок и вообще был просто незаменим в целом ряде вопросов. Например, им запросто можно было отбиться от маньяка в темном переулке – главное было прицельно стукнуть.

– Кто там? – нетерпеливо заерзала на диване Полина. – Алекс?

– Нет, – в недоумении покачала я головой. – Номер не определен.

И дала отбой. Нет, правда: если я действительно была кому-то нужна – мне перезвонят. Вот тогда, быть может, и отвечу. Сейчас у меня не было ни времени, ни желания общаться с таинственным незнакомцем.

– Юлиан, – откладывая мобильник на кресло рядом с собой, я подняла глаза на «Финиста», – расскажи, что привело тебя в наш город после стольких лет?

Улыбка парня стала еще шире, и он ничтоже сумняшеся ответил:

– Ты.

– Ха-ха! – вырвалось у меня. Как по команде пять пар глаз вперились в мое посеревшее лицо.

– Так вот, оказывается, какие открытки ты посылала ему на праздники… – задумчиво проворковала мама.

Я встрепенулась.

– Не говори глупостей! – выпалила на одном дыхании. – И ты, Юлиан, тоже! Разве не твоей мечтой было поступить на факультет менеджмента в Париже? Я бы ни за что не стала тебя отговаривать.

– И я поступил, Ева, – склонил на бок голову Шакуров. – И вот уже второй год учусь на кафедре менеджмента туристической индустрии в университете «Париж Валь-де-Марн».

Мама нахмурилась:

<< 1 ... 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 >>