Герр Маннелинг
Иван Николаевич Неклютин
Старая история, рассказанная в средневековой европейской народной балладе Herr Manneling, повествующая о страсти девы из рода троллей к молодому рыцарю. Что таится за интересом богатой тролли к человеку? Что ответит молодой воин на предложение о союзе?
Иван Неклютин
Герр Маннелинг
День первый.
– Просыпаетесь, Герр… Ваша милость, пора вставать… Да просыпайтесь же! На утреннюю молитву опоздаете. – Крепкий молодой парень слегка потряс за плечо своего господина.
– Что? Ах да… Да, Джерт, я уже встаю. Можешь идти. И принеси воды", – рыцарь Хелгар Маннелинг сел на постели.
Высокий и статный юноша поднялся со своего ложа и практически сразу сел обратно на край постели. В неподвижности он находился до тех пор, пока Джерт не внёс в комнату таз с подогретой водой. Будучи немногим старше слуги по годам, выглядел герр Маннелинг зрелым мужем. Медленно поднявшись Хелгар принялся умываться. Джерт не понимал эту странную привычку господина, но каких только причуд не бывает у господ? Вон некоторые господа по утрам изволят бить своих слуг. Нравится герру Маннелингу плескаться? Что ж, Джерт подогреет ему воду, главное, чтобы церковники не прознали об этой варварской привычке господина.
Умывание по утрам привил молодому рыцарю его бывший командир, опытный воин Гуго фон Гайдин, всю свою жизнь проведший в военных стычках и походах. Уже много лет он отстаивал интересы графа Адольфа IIШауэнбургского[1]. Несколько раз Гуго попадал в плен к дикарям-венедам и прожил у них в общей сложности года три, из-за того, что не всегда родственники фон Гайдина могли быстро собрать выкуп. Случалось, ему в краткие периоды перемирия, посещать Аркону[2]– главный духовный центр славян. Именно от славян-венедов, старый рыцарь вынес науку, что в чистоте тела, заключается секрет здоровья. Фон Гайдин любил приговаривать: «Здоровый воин – это сильный воин, а сильный воин – это слава и деньги!». И внушал он это знание в своих подчинённых всеми доступными ему способами. А авторитет у рыцаря Гуго был непререкаемый да и кулаки у него были уж очень тяжёлыми! Вот и умывался каждое утро молодой рыцарь, а раз в седмицу мыл и все тело.
В свежесрубленной маленькой церкви пахло смолой и благовониями. Молодой святой отец Петро Аскони старательно пел гимны, зачитывал отрывки из священных писаний, произносил молитвы и проводил причастие. Несмотря на всё старание пастыря сердце рыцаря не наполнилось, как обычно, радостью и надежной. Герр Маннелинг первым покинул церковь, не оставшись на исповедь.
Завтракал рыцарь в одиночестве. Он находился в одном из сумрачных помещений своего дома и вспоминал раз за разом сегодняшний сон. С момента пробуждения прошло уже достаточно много времени, но небывалое сновидение никак не шло из головы. Удивительно реалистичные картины, для обычного сна: ласковое солнце, теплый ветерок, колыхавший листву деревьев и траву, жужжание насекомых, ароматы полевых цветов и ощущение прикосновения нежных и очень необычных рук.
Снилось молодому феодалу, что он отправился объезжать свои владения на своём верном и уже не молодом мерине. Скакал он через перелески от одной долины до другой, пересекая мелкие, но бурные речушки. Погода прекрасная, никаких забот и тревог. На одной из живописных лесных опушек он остановил скакуна и решил чуть-чуть отдохнуть. Ослабив подпруги, отпустил коня пастись, все равно далеко не уйдет. Облокотившись спиной на одинокую березу, с подранной медведем корой, усевшись прямо на траву и разглядывая редкие пушистые облака в лазурной выси Хелгар услышал пение. Пение доносилось издалека и, как будто, переплеталось с теплым ветром. Хелгару показалось, что это слова колышут высокие стебли и листья деревьев. Пение приближалось, но слов разобрать не получалось. "Какой красивый голос, должно быть он принадлежит прекрасивой девушке" – промелькнула мысль у молодого человека. Через нескорое время у противоположного края опушки на фоне вековых деревьев он разглядел фигуру. Сначала сердце Маннелинга от радости застучало быстрее – в его сторону шла длинноволосая женщина и двигалась она к нему. Но по мере того, как гостья из леса приближалась, радость и предвкушение приятной встречи сменилось насторожённостью, которая уступила место непониманию, и через некоторое время страх охватил Рыцаря. Он вскочил и схватился за рукояти меча и кинжала, но оружие не хотело покидать ножны; герр Маннелинг принялся искать глазами коня, но тот был далеко.
Когда Хелгар Маннелинг был маленьким ребенком, его всегда завораживали сказки про страшных и коварных троллей, приспешников самого Сатаны. Слушая истории, его воображение рисовало ужасающие портреты сказочных существ с перекошенными рожами, огромными носами и кривыми острыми зубами. В сказках всегда был отважный герой, побеждавший или обманывающий злобную тварь, который получал в награду сокровища тролля и вечную славу. Когда Хелгар только начал упражняться с оружием, его уже посещали мечты о том, как он победить в поединке тролля, а еще лучше дракона, заберёт у поверженного врага его неправедно нажитое и, разбогатев, женится на красивой графской дочке, а может быть даже на прекрасной юной герцогине. Хелгар Маннелинг был четвертым сыном, а батюшка его имел крошечный лен – всего-то две деревни, так что перспективы юноши заполучить знатную невесту были ничтожны. Повзрослев, он довольно быстро понял, что драконы и тролли бывают только в сказках и балладах.
И вот пред ним предстала женщина тролль. В том что она тролля не было никаких сомнений: очень высокая, на целую голову выше Хелгара, хотя сам он был заметно выше большинства мужчин, непропорционально длинные руки, серовато-зеленая кожа, и всего по четыре длинных пальца на руках. В том, что это женщина так же не было сомнений: лицо её было достаточно миловидным, каштановые волосы струились до пояса, платье зажиточной горожанки скрывало явно женскую фигуру. Пока тролль медленно приближалась Хелгар успел подумать, что в свой жизни он встречал женщин уродливых или покалеченных, которые походили на троллей больше нее. Обычно они вызывали у молодого Маннелинга чувство отвращения, реже жалости. Но это были люди. Они понятны и обыденны. Сейчас же резкое чувство чуждости, неправильности заполняло его. Он смотрел на троллю впав в странное оцепенение. Ноги как будто приросли к земле. Вспотевшие ладони сжимали рукояти оружия, никогда прежде не подводившего своего хозяина и вдруг ставшего бесполезным.
– Доброй Вам ночи, храбрый рыцарь. – с доброжелательной улыбкой и легки поклоном поприветствовала Маннелинга тролль. Хелгар заметил, что у нее слегка увеличенные нижние клыки и раздвоен самый кончик языка.
– Доброй ночи? Но сейчас же светло, сейчас день. – рыцаря окончательно сбило с толку поведение и приветствие "ужасного чудовища".
– Как сказать, – с загадочным видом проговорила тролля. И видя, что собеседник растерян, взяла инициативу в разговоре на себя. – Позвольте представиться: я Берта, из княжеского рода Крайм.
В голове мужчины вихрем проносились сотни мыслей. Он отчаянно искал выход из невероятной ситуации. Обуздав свои эмоции, он поклонился, так, как того требовал этикет по отношению к высокородной даме, и проговорил:
– Рыцарь Хелгар Маннелинг, хозяин окрестных земель по воле моего сюзерена графа Адольфа Шауэбургского и короля данов Магнуса", – с языка чуть не сорвалось привычное: "к Вашим услугам", но он сумел сдержать.
– Как все запутано в отношениях человеческих. – пожимая плечами сказала Берта, при этом добавив в голос интонации сомнения, – Германский дворянин и датский конунг распоряжаются землями свеев.
Мимолётная тень пробежала по её лицу, но вот она снова жизнерадостно улыбнулась, и герр Маннелинг в этот момент подумал, что у собеседницы совершенно удивительная улыбка, в ней столько искренности и обаяния, и даже хищная форма её зубов не портила впечатления.
Девушка тролль заговорила вновь:
– Все это не важно! Главное, что вы здесь. Как вам, герр Маннелинг, нравится наша земля? Молодого феодала резанула по ушам фраза "наша земля". Он уже привык говорить "моя земля", "мои владения", хотя принял феод всего около года назад. Старательно подбирая слова, он ответил:
– Земля эта хороша. Тут есть плодородные долины и обширные леса, богатые дичью, а в горах есть пригодный камень для строительства. Ежедневно благодарю Господа нашего за милость к верному рабу своему. Я счастлив обладать этой землёй, и докажу моему сюзерену, что достоен этой чести.
Берта лишь слегка хмыкнула на эту тираду. Молодой рыцарь только сейчас заметил, что они не стоят на месте, а куда-то идут уже некоторое время. А ещё Хелгар Маннелинг заметил, что тролля хоть и одета в платье и однозначно является женщиной, её манеры скорее походят на мужские. Она держится на равных, смотрит прямо в глаза, свободна в выражении своих чувств, и в помине нет приниженности, так свойственной человеческим женщинам. С большим удивлением Хелгар признался себе, что этот обстоятельство воспринимается им как само собой разумеющееся и даже импонирует ему. Возможно тут дело в силе, скрывавшийся за изящной фигурой. Такие вещи, будучи опытным воином, он чувствовал буквально кожей.
Они куда-то шли, Берта напевала ту самую мелодию, что он услышал при ее приближении.
– Взгляните, любезный герр, – остановившись, произнесла Берета, – это мой личный табун, гордость и отрада моего сердца.
Помолчав немного, она пропела:
"Двенадцать кобылиц отдам, что на моих лугах
Пасутся на рассвете.
Они не ведали узды, не знали седока
И быстры словно ветер."
Пропев куплет, она замолчала. Лошади сперва насторожились, но увидев хозяйку поспешили к ней, стремясь получить немного ласки. Берта ходила от одной кобылы к другой поглаживая их и нашёптывая что-то в уши. Лошади были прекрасны, любой герцог был бы счастлив приобрести такое животное для себя. Герр Маннелинг весьма примерно представлял цену на подобных скакунов, но точно знал, что самая крупная из его деревень со всеми сервами и всей рухлядью стоит дешевле любой из этих кобыл. Рыцарь любоваться грациозными животными до момента пробуждения.
***
И вот он сидит в одиночестве, а перед глазами стоят картины из сновидения и в ушах назойливо звучит мелодия песни. Выйти из состояния угнетенной задумчивости никак не получалось, даже промелькнула мысль: не сойти бы с ума. Но тут в столовую залу вошёл Джерт.
– Господин, к нам прибыл гонец от герра Клауса Маннелинга, прикажите пригласить?
– Конечно, немедленно проведи его сюда.
Хелгар Маннелинг любил и уважал своего дядю и мысли о родственнике освободили от наваждения. Удивительной и незаурядной личностью был младший брат отца Хелгара. Когда Клаусу исполнилось шестнадцать лет, он заявил, что отказывается от своей части наследства в пользу старшего брата, и все, что ему необходимо, это лошадь, меч и немного денег. Именно благодаря этому поступку Клауса братья сумели сохранить теплые отношения. Получив затребованное, юноша собрался и отправился в Кёльн, где достаточно быстро сумел устроиться на службу к архиепископу Гериберту фон Ротенбург, человеку с огромной властью и богатством, а уже через несколько лет выполнял поручения самого архиепископа. Гериберт фон Ротенбург был сильным политиком и занимал в разное время много влиятельных постов, как духовных, так и светских, и даже совмещал должности архиепископа Кёльна и канцлера Священной римской империи. Многому научился молодой Клаус Маннелинг, наблюдая за своим нанимателем. Сейчас Клаус Маннелинг был личным посланцем и доверенным лицом курфюрста кёльнского Арнольда фон Рандерата. Дядя Клаус постоянно путешествовал с поручениями князя епископа и побывал, наверное, во всех странах. Умел говорить на многих языках и мог растолковать всё что угодно.
Сильный и ловкий, он имел репутацию прекрасного бойца, но при этом старался избегать драки и никогда не принимал участия в больших походах, какой бы заманчивой ни была возможная добыча. Клаус являлся авторитетом для Хелгара, и молодой Маннелинг планировал наняться в порученцы к какому-нибудь епископу, а если повезёт – то даже к архиепископу. Но жизнь сложилась иначе. Приняв вассалитет графа Шауэбургского, пошел по другому пути, пути война.
С поклон в комнату вошёл посланец.
– Ваша милость, я прибыл по поручению герр Клауса Маннелинга. Мне велено сообщить о его прибытии.
– Превосходно, как скоро прибудет герр Клаус и по какой дороге он едет?
– Он движется с полночной стороны по направлению к побережью. А будет, в вашем поместье ещё до сумерек.
– Очень хорошо. Джерт, проводи гонца в людскую и скажи, чтобы его накормили и напоили как следует. А затем бегом на конюшню, седлай лошадей, поедем навстречу дядюшке.
Хелгар был очень рад, что сумел сбросить наваждение, но главное заключалось в другом: дядя – это бесценный источник информации, он поделится новостями, сможет объяснить истинные мотивы поступков влиятельных вельмож, оказывающих огромное влияние на его жизнь. И ещё один важный момент толкнул молодого феодала в путь – это разведка местности.
Прошло уже чуть больше года как Хелгар обосновался на этой земле, но за прошедшее время он ещё не успел хорошо познакомиться с окрестностями. Постоянные заботы по обустройству хозяйства не давали ему возможности хорошенько изучить все леса, болота и долины вокруг. Этот факт сильно тревожил его, так как он четко понимал, что знание местности – это важный элемент безопасности. Но, с другой стороны, молодой феодал уже успел понять, что небольших шаек разбойников ему и его людям боятся не стоит, а на случай набега свеев, норгов или венедов он пока не сможет дать достойный отпор. Много свободного времени уходила на рекрутирование окрестных сервов в дружину, а также на организацию тренировок с оружием для новобранцев. Но львиную долю внимания молодого феодала съедали чисто хозяйственные дела, о которых он раньше даже и не задумывался. Зато теперь перед ним в полный рост стояли проблемы с недостатком сельхозинвентаря, отсутствия амбаров и овинов, расчистки территорий под пастбища и поля, сборы податей и ещё тысяч других вопросов, требующих решения. Вот и получалось, что вдумчивая разведка окрестностей все время откладывалась на неопределенное время.
***
Два всадника удалялись от небольшой обжитой долины, ставшей их домом, и постепенно погружались вглубь, все еще чужой земли.
По узкой тропке, они друг за другом продвигались на северо-восток. Плодородные долины остались позади. Путники скакали среди холмов, поросших небольшими лиственными лесами. На горизонте появились далёкие горы. Главенствовали тут могучие кряжистые дубы и величественные буки, встречались и светлые берёзовые рощи, иногда перемежавшиеся яркими островками вереска. Все чаще тропе приходилось петлять, обходя исполинские валуны. Проезжая мимо небольшого озерца с удивительно голубой водой, путники спугнули пару красивых белых лебедей. Среди елей пробежала, не обращая внимания на людей, росомаха. На одинокой берёзе сидел ворон, и так пристально смотрел на людей, как будто специально следил.
Неспешной рысью всадники приближались к старой отдельно стоящей берёзе, с ветвей которой наблюдал за ними ворон. Тень узнавания проскользнула в сознании Хелгара: странно, это дерево он уже видел. Ещё чуть-чуть и они поравнялись со стволом, на котором Маннелинг увидел приметный след от когтей медведя. Целый ворох мыслей застучал в голове рыцаря: "Таких совпадений не бывает!", "Что-же, это был вещий сон?", "Это должно быть всего лишь совпадение", " А может тут есть чёрное колдовство?" Герр Маннелинг остановил мерина и как зачарованный рассматривал четыре глубоких борозды, уродовавших бело-черною кору дерева. Но уже через мгновение, сбросив наваждение, положил руку на оголовье меча и принялся осматривать опушку леса, на которую его вывела тропа. "Не может быть сомнений, эта та самая поляна, что привиделась мне этой ночью. А вон из-под тех деревьев вышла она".