В то же время обе женщины отмечали, что коренное местное население почти ежедневно употребляют спиртные напитки, мало у кого есть постоянная работа. В семьях много насилия, часты драки, избиения женщин и детей. Наличие в посёлке некоторой части бывших горожан не изменяет социальную обстановку в целом. В селе развито воровство. Дом нельзя оставить даже на сутки. Воруют местные мужчины. В этом исследователи убедились на второй день экспедиции, когда решили посетить «Сахрайский дом» рано утром вместе с очередной «вахтой» участников инициативы создания экопоселения. Там они застали двух пьяных «гостей» – местных мужчин, которые взломали дверь и, как потом выяснилось, поживились эзотерической литературой, которая имела «товарный» вид и могла быть продана, а также скромными запасами еды, оставшейся после предыдущей «вахты». Новая «вахта» удалила без рукоприкладства непрошеных «гостей», с помощью членов опергруппы по охране ООПТ, и выяснила имена взломщиков. Потом с помощью «сочувствующей» районной милиции хозяин «Сахрайского дома» передал воров суду. Этот инцидент позволил посетить посёлок Хаджох, где расположено районное отделение милиции, и провести беседу с ещё двумя переселенцами, в свое время участвовавшими в инициативе создания экопоселения в Сахрае, а в настоящее время являющимися частью более широкой социальной сети городских мигрантов в посёлках Северо-западного Кавказа.
Первый респондент, мужчина 45 лет, уехал из Санкт-Петербурга в 1991 году Его практики жизнеобеспечения также приближены к минимализму, и он считает свой образ жизни экологически дружественным. Он живёт в небольшом, очень бедном доме. В нём есть своеобразный электрический обогреватель, сделанный из листа шифера и проволоки. На приусадебном участке расположена мобильная пасека. Этот респондент хочет создать общественную организацию социально-культурной и экологической направленности. Второй респондент, мужчина 40 лет, зашёл к первому в гости вместе с годовалым сыном. Этот респондент озабочен культурно-экологическими проблемами. Он называл себя «маргиналом», возмущался по поводу того, что все значимые археологические находки из Хаджоха увезены в Москву и Санкт-Петербург. Оба респондента вместе с единомышленниками из местного населения и других городских мигрантов хотят помочь социально-экономическому развитию посёлка Хаджох и сохранению культурных и ландшафтных памятников с помощью создания музея под открытым небом, а также экотуристической программы.
Из беседы удалось узнать, что не только в Сахрае и Хаджохе, но и в других горных посёлках Северного Кавказа живут семьи городских мигрантов, каждую из которых можно рассматривать как протоэкопоселение, потому что их жизнь наполнена экологическими практиками, осуществляемыми на основе идей глубинной экологии и экологической этики. Они знакомы друг с другом, знают об успехах и неудачах каждого и составляют в совокупности социальную сеть протоэкопоселений, в рамках которой возникают и передаются идеи, составляются и реализуются совместные планы и проекты, идёт обсуждение результатов. По этой же сети идет обмен информацией и книгами, услугами, продуктами и предметами творчества, происходит взаимодействие с другими сетями протоэкопоселений, расположенных в Алтай-Саянском, Уральском и Дальневосточном регионах России.
Количество экопоселенцев в различных посёлках может быть самым разным. Далее остановимся на примере посёлка, где живёт несколько тысяч городских мигрантов.
«Век РА» в посёлке Мезмай
Посёлок Мезмай расположен в Апшеронском районе Краснодарского края на границе с Адыгеей, на высоте более километра над уровнем моря. В нём проживает около трёх тысяч жителей, примерно половина городские мигранты, большая часть которых живёт там постоянно. В посёлке имеется весь стандартный набор социальных учреждений и лесхоз. К посёлку через Гуамское ущелье проложена узкоколейка. Социально-экономическая ситуация типична для посёлков постперестроечного периода, ориентированных на лесохозяйственную деятельность.
Инициатива создания экопоселения в Мезмае исследовалась в 1998—2000 годы. В 1998 году в посёлке работала экспедиция, в ходе которой проходили беседы с участниками инициативы, лидером и его семьей, осуществлялось участвующее наблюдение, велись дневники полевого исследования. В течение 1999—2000 годы осуществлялась активная переписка с участниками инициативы создания экопоселения в посёлке Мезмай, изучались их материалы и web-страница.
История инициативы создания экопоселения и структура сообщества
Инициатива создания экопоселения в посёлке Мезмай возникла в середине 1980-х годов, когда её лидер переехал сюда на постоянное место жительства, образовав протоэкопоселение. Он ставил целью создание сообщества на основе ценностей Ведической культуры, особенностью которой является отношение к природе как к живому существу и практики ненанесения вреда всему живому – ахимса. С целью создания экопоселения по сетям знакомств для переезда приглашались люди. Через несколько лет на постоянное жительство в Мезмай переехало несколько десятков семей.
Однако новые поселенцы придерживались различных взглядов, поэтому создать сплоченный коллектив и устойчиво развивающееся альтернативное сообщество не получилось. Некоторые участники инициативы создания экопоселения вернулись в города, другие остались и развивают собственные инициативы создания экопоселения или просто ведут сельский образ жизни. Надо отметить, что вначале переселенцы были настороженно восприняты местным населением, но после успешной социальной адаптации многих мигрантов внутри посёлка отношение местных жителей изменилось. Приезжих перестали воспринимать как «чужих», и отношения между местными и приезжими строились уже на основе личных качеств.
Для успешного осуществления инициативы создания экопоселения в посёлке Мезмай десять лет назад было создано НПО «Общество экологии сознания» («Экологос») под руководством лидера. Общество имеет филиалы в Санкт-Петербурге, Москве, Перми, Нижнем Новгороде и ставит своей целью «духовно-экологическое» просвещение. За это время лидер написал и издал несколько книг, где изложил свое мировоззрение и понимание «ведической» культуры. В 2000 году была создана НПО «Век РА», которую возглавил тот же лидер. Целью «Века РА», согласно программе, является «восстановление исконно Русского вероисповедания Славянства как мировоззрения, основанного на многотысячелетнем опыте Ведической Культуры Российских Ариев». Последнее время инициатива создания экопоселения реализуется в большей степени в Краснодаре. Вместе с тем в Мезмае проводятся семинары и школы.
Одной из причин неудачи в создании альтернативного сообщества лидер считает «энергетические» особенности самого места, в котором «проявляются истинные черты человека» и в котором очень трудно создать коллектив единомышленников (м., около 40 лет). В результате усилий лидера возникла сеть персональных связей, как в посёлке, так и за его пределами. В посёлке в эту сеть вошли как приезжие, так и местные жители. Внутри неё существуют добрососедские отношения и небольшая взаимопомощь. Например, лидера выбрали местным атаманом казаков, он организовал дружину охраны правопорядка, помог коренному местному жителю организовать малое предприятие по выпечке хлеба. За пределами посёлка эта сеть объединяет единомышленников, проживающих в основном в Краснодаре, разделяющих взгляды лидера, изложенные в его книгах и программе «Век Ра».
Современное состояние инициативы создания экопоселения и репертуар коллективных действий
Современное состояние инициативы создания экопоселения в посёлке Мезмай можно охарактеризовать как устойчивое и жизнеспособное. Благодаря ней существенно изменилась социальная структура посёлка. То, что около половины населения являются бывшими горожанами, сказалось на развитии малого бизнеса и экотуризма, качестве преподавания в местной школе. Собственно социальная среда в посёлке уже не может быть рассмотрена как типично сельская, хотя все приезжие имеют сады, огороды, домашний скот и птицу и зачастую не отличаются по способу ведения хозяйства от местных жителей.
В посёлке появились новые инициативы, направленные на развитие экологического движения. Так, другой инициативной группой по созданию экопоселения было оборудовано место под названием «Завадова поляна», на которой регулярно проходят экологические семинары, тренинги, летние школы. В настоящее время в российском каталоге экопоселений именно «Завадова поляна» описывается как экопоселение в посёлке Мезмай (Румега 2002). Этот факт позволяет говорить о том, что на территории одного посёлка может существовать несколько инициатив создания экопоселения или несколько протоэкопоселений. Некоторые из протоэкопоселений успешно перерастают в экопоселения, другие остаются устойчивыми инициативами создания экопоселения.
Лидер инициативы создания экопоселения «Экологос» в настоящее время имеет территорию около 1 гектара, на которой расположены дом, сад, огород, хозяйственные постройки, двор для домашнего скота. Кроме того, часть территории выделена для размещения гостей в палатках и гостевом доме, где в летний период могут одновременно проживать около 100 человек. Основная деятельность лидера экологический туризм. Он водит группы в горы, соблюдая при этом все природоохранные нормы и правила и занимаясь экологическим просвещением туристов. Кроме того, на своей территории он устраивает семинары и летние школы, в том числе по программе общественной организации «Век РА». Можно утверждать, что эта территория продолжает оставаться устойчивым протоэкопоселением.
Алтайская экспедиция
В 2000 году была осуществлена экспедиция в Уймонскую долину и северные окрестности горы Белухи на Алтае. Целью исследования было выявить и описать местные инициативы по созданию экопоселений, а также региональную сеть движения экопоселений. Социологическое исследование проходило в населённых пунктах Усть-Коксинского района республики Горный Алтай (Усть-Кокса, Верхний Уймон, Нижний Уймон, Мульта, Замульта, Чендек, Тюнгур, Кучерла, турбаза «Высотник», туристическая тропа «река Катунь – озеро Аккем», пасека на реке Аккем, метеостанция и спасательная станция на озере Аккем возле горы Белуха), также в Алтайском крае (город Бийск-8, посёлок Акутиха Быстро-Истокского района).
Исследование проводилось методами биографического и полуструктурированного интервью, участвующего наблюдения и изучения документов, вёлся дневник наблюдений и бесед. Были изучены также фото и киноматериалы, книги «Агни Йога (Живая Этика)», «Письма» и другие произведения Е.И. и Н. К. Рерихов, «Тайная доктрина» и другие произведения Е. П. Блаватской, имеющие для участников инициатив создания экопоселений на Алтае большое значение. Было взято 8 и 14 полуструктурированных интервью, проведено 30 бесед, сделаны фотографии.
Усть-Коксинский район республики Алтай полностью сельский, на его территории нет городов. В отличие от многих других сельских территорий, в настоящее время рождаемость в нём превышает смертность. Основной отраслью экономики является сельское хозяйство (производство зерновых, овощеводство, садоводство, животноводство). Характерной чертой является то, что в магазинах Усть-Коксинского района нет в продаже овощей и фруктов. Эти продукты производятся самими жителями. Излишки дарятся, обмениваются или продаются внутри посёлков. Таким же образом идет перераспределение других пищевых продуктов, например, мясных, молочных, мёда. В некоторых семьях развито ремесло: изготовление мебели из кедра, изделий из шерсти, кожи, плетение из прутьев и ковыля.
Население занимается также охотой, рыболовством и собирательством. Эти занятия у коренных жителей регулируются традициями, например, считается большим проступком отстрел маток и молодняка, лов нерестящейся рыбы. Этот вид деятельности также регулируется федеральным и местным законодательством. На охоту, рыболовство и добычу таких лекарственных растений, как радиола розовая (золотой корень), выписываются лицензии. Одной из экологических проблем является браконьерство, которое хотя и наказывается, но всё же широко распространено. Местное население воспринимает природные ресурсы как свою родовую собственность. Поэтому «потихоньку» занимается нелицензионной охотой, рыболовством и собирательством. Также этим занимаются и туристы, обосновывая это жизненной необходимостью или тем, что «ландшафтный дух мне разрешил» (беседа с туристами и местным проводником группы).
В последние годы появился новый вид экономической деятельности – обеспечение охоты иностранных граждан. Развивается и туризм. Это создаёт рабочие места, как на турбазах, так и по обслуживанию неорганизованных туристов. В местный бюджет идут поступления от проезда и прохода туристов через мосты. В районе горы Белуха в 2000 году побывало свыше тысячи человек по туристическим путевкам и свыше трех тысяч «неорганизованных» туристов. За время однодневного перехода на дороге к горе Белуха исследователями было встречено 127 человек.
В связи с развитием туризма возникают определённые экологические проблемы. Некоторые туристы оставляет после себя мусор, рубят живые деревья, занимаются браконьерством. Например, во время нашей экспедиции были отмечены незаконная рубка пихты и разбивка новой стоянки семейной туристической группой на тропе «река Катунь – озеро Аккем» со значительной вырубкой кустарника и молодых деревьев. В целом же было отмечено хорошее экологическое и эстетическое состояние туристических троп и мест рекреации.
Намного хуже обстоят дела на перевалах, где много мусора, и, по словам респондентов, «его там невозможно сжечь или нести дальше» (беседа с туристами и их проводниками). Также очень много мусора в местах, доступных для отдыхающих автомобилистов. Экологическая ситуация на Алтае, со слов респондентов, особенно зависит от бережного отношения человека, поскольку горные экосистемы очень уязвимы: «Культура населения Горного Алтая пропитана экологическими познаниями о своей природе. Для местных жителей культ Природы-Матери священен. Народы приходили и уходили, а знания о хрупкости экосистемы передавались от одного к другому «Алтай священен, береги его» (ж., около 45 лет). На Алтае резко-континентальный климат, а среднегодовая температура 16 градусов по Цельсию. Поэтому «проблема одна отопительный сезон долгий, жгут дрова, уголь, где уж говорить об эффективном энергообеспечении дома, если рубят лес Алтая. Этого делать бы нельзя ни в коем случае. Лес и вода в горах особенно связаны. Вырубают лес в верховьях рек – мелеют реки, уходит вода. На реке Майме, где расположен Горно-Алтайск, в начале этого века стояла мини ГЭС, сплавляли лес. В 50-е годы вырубили лес, сейчас Майму можно перейти вброд, есть немного мест, где ребятишки купаются летом» (м., 54 года).
Другая основная экологическая проблема техногенное загрязнение земли и воды. Местные жители озабочены выпадающим на их землю гептилом[3 - Гептил – очень ядовитое вещество, которое используется как топливо в ракетах-носителях. Беспокойство жителей вызывают несгоревшие остатки гептила, падающие на землю после запусков ракет с космодрома Байконур.]. Наиболее информированные об экологических проблемах местные жители сообщают, что «скоро природа Алтая [может] сильно видоизмениться под влиянием сильного техногенного пресса: здесь собираются провести ряд природоразрушительных проектов, губительных для хрупкой горной экосистемы, зачастую не ставя в известность население Республики Алтай: разработка угля в кедровой Пыжинской тайге; строительство дороги и газопровода в Китай через культовое место Алтая, уникальный природно-культурный комплекс плато Укок; вырубка лиственницы в промышленных масштабах; захоронение радиоактивных отходов, Катунская ГЭС и тому подобное» (м., 54 года). Респонденты-экологи противопоставляли экологичность сознания и повседневных практик местных уроженцев современным переселенцам из городов: «Когда сюда пришли старообрядцы, они не стали хозяйствовать сразу, а полностью переняли хозяйственный календарь алтайцев, это позволило им продержаться вплоть до прихода сюда в конце XIX – начале XX века техногенной экспансии на Алтай, если выразиться грубо. Большинство из современных мигрантов Алтая, переезжающих сюда на более-менее постоянное местожительство, не усвоили этот опыт» (м., 24 года).
Парадокс заключается, по их мнению, в том, что в условиях резкого изменения природно-климатических условий алтайцы, одна из основных социально-культурных групп, наиболее приспособленная к жизни на Алтае, может оказаться наиболее уязвимой. «А ведь основа жизни алтайцев это не секрет это их культура. Настолько она экологична, что диву даёшься. Разрушение среды обитания этого народа, подрыв его основ фактически его уничтожит» (м., 21 год). Сами же алтайцы в своих посёлках чувствуют себя довольно уверенно в новых социально-экономических условиях, активно предлагают на продажу свои продукты и услуги, хранят традиции предков, справляют свадьбы, поют у реки Катунь и утверждают, что «изменение природных условий первым делом скажется на жизнеспособности городов и горожан» (м., около 25 лет).
Можно предположить, что экологическая ситуация в Усть-Коксинском районе неустойчива и во многом зависит от того, какой проект экономического развития республики будет реализован. Вместе с тем Алтайский регион, так же, как и Кавказский, находится под пристальным вниманием крупных международных экологических организаций, которые занимаются охраной «экорегионов». Понятие «экорегион» включает в себя совокупность природного и культурного наследия определенной крупной территории, в которую часто входят несколько субъектов Российской Федерации. В Республике Горный Алтай находится Катунский государственный заповедник, который входит в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. Можно надеяться, что деятельность в Алтайском регионе крупных международных экологических организаций приведет к экологизации действующих технологий и созданию рабочих мест в ходе инновационных проектов.
В Усть-Коксинском районе проживают алтайцы и русские: староверы, прочие местные уроженцы и переселенцы. Эти основные социально-культурные группы сформировались на протяжении последних трёх веков. В постсоветский период молодёжь стала воспроизводить некоторые образцы западной массовой культуры, что отразилось на повседневных практиках. Несмотря на это, алтайцы и староверы, в основном, сохранили свой уклад жизни и преемственность культурных и исторических ценностей. Наряду с основными социально-культурными группами населения, на Алтае проживает большое количество малых социально-культурных групп: этнических (например, казахи, армяне, евреи, объединенные на основе языка и родственных связей) или религиозных.
В 1920-х годах на Алтае с экспедицией были Николай Константинович и Елена Ивановна Рерих. Многие респонденты считают, что «они оживили знания древних Вед, дав на русском языке учение Живой Этики» (ж., около 40 лет). В этом учении территория Усть-Коксинского района, в которую входит Уймонская долина и горы, увенчанные горой Белуха, называется Беловодьем. По одной из версий, где-то в этих же местах находится легендарная Шамбала, где жизнь людей проходит в гармонии с природой и основана на высоких этических принципах. В конце 1980-х – начале 1990-х годов учение Живой Этики становится доступно в результате выхода в свет большого числа книг на эту тему. Во всех городах начинают возникать группы, члены которых приписывают посещению Уймонской долины и горы Белуха огромную ценность. По их представлениям, это посещение может иметь самые благотворные эффекты. Одни ожидают выздоровления или «подзарядки психической энергии», вторые ищут встречи с жителями Шамбалы и просветления, третьи странствуют «интуитивно или по зову сердца», четвертые осуществляют «важную миссию», проповедуя и просвещая тех, кого встречают на своем пути. Все эти ожидания подталкивают к переселению из городов в Уймонскую долину.
В ходе исследования были изучены конфликты и успехи в отношениях между местным населением и приезжими людьми, носителями идей Вед и учения Живой Этики. Основной конфликт возникал из-за того, что приезжие «интеллигенты» пытались распространить среди местного населения свои идейные убеждения, а их воспринимали как носителей новой, чужой веры. Второе, что вызывало сильное противодействие, это призывы приезжих «йогов» изменить образ жизни. Противодействие местных жителей усиливалось в силу неосторожного социального поведения приезжих, их неумения жить в сельской местности. Третье это то, что основная нагрузка общения с приезжими выпадала на долю местной интеллигенции, у которой приезжие находили жилье, питание, заботу и некоторый отклик на свои идеи и инициативы. В конечном итоге местная интеллигенция устала от общения с вновь прибывающими поселенцами, так как те зачастую слишком навязчиво пропагандировали свои идеи и мировоззрение.
Наконец, за последнее десятилетие из городов приезжало довольно много людей с психическими заболеваниями и неадекватным социальным поведением. Таких людей старались отправить обратно в города, к их семьям. Со слов респондентов, с ними общаться было особенно тяжело, так как они требовали внимания и постоянной заботы со стороны всех местных структур, включая спасательные службы, потому что «эти сумасшедшие постоянно лезут в горы без всякого снаряжения» (м., 35 лет). Такие люди, по словам респондентов, внесли основной вклад в дискредитацию идей учения Живой Этики среди местного населения.
Успехами в отношениях переселенцев с местным населением можно назвать случаи успешной карьеры мигрантов в государственных организациях, развитие ремесла, создание малого бизнеса и рабочих мест. Кроме того, местные жители начинали лучше относиться к человеку, если он умело вёл личное подсобное хозяйство. В таких случаях между «нормальными» переселенцами и коренными местными жителями складывались добрососедские отношения. Односельчане проявляли отзывчивость, помощь в случае нужды, веротерпимость и ненавязчивость. На деятельность участников протоэкопоселений и инициатив создания экопоселений коренные местные жители смотрели с интересом, иногда становились участниками проектов. А после нескольких лет просто привыкали к переселенцам и их неопасной чудаковатости. Таким случаем является общественное объединение «Община» в посёлке Нижний Уймон Усть-Коксинского района республики Алтай.
«Община» в посёлке Нижний Уймон
Посёлок Нижний Уймон насчитывает около сотни жителей, треть из которых переселенцы. Все дома выглядят крайне бедно, многие вовсе заброшены. Инфраструктура за последние годы полностью развалилась, колхоз и небольшой кирпичный завод не работают. В Нижнем Уймоне фактически нет рабочих мест, кроме «шабашки» временной неофициальной строительной работы в других посёлках или по ремонту домов, купленных переселенцами. Коренное население составляют, в основном, русские. Переселенцы обычно долго не задерживаются, проживают имеющиеся деньги и либо продают свои дома другим переселенцам, либо просто бросают их на произвол судьбы. Тогда эти дома незамедлительно становятся добычей местных воров.
В ходе подготовки экспедиции на Алтай у исследователей сложилось впечатление, что в посёлке Нижний Уймон существует сообщество под названием «Община», а также есть структура её жизнеобеспечения под названием «Хозяйство». Но на месте оказалось, что это сообщество постоянно создавалась и разваливалась, так как долго в нём никто не выдерживал. Люди либо возвращались туда, откуда приехали, либо покупали дома в других посёлках Усть-Коксинского района, где теперь и живут. Едва ли не большинство людей, приехавших в Уймонскую долину создавать альтернативное сообщество, прошли через эту «Общину». Некоторые говорили, что в ней пожило за последние десять лет около тысячи человек. За «Общиной» среди переселенцев даже закрепилось название «Ворота в Уймонскую долину» (м., 38 лет).
История инициативы создания экопоселения и структура сообщества
«Община» в посёлке Нижний Уймон является устойчивым протоэкопоселением. Это семья, состоящая из двух братьев и их матери. Они жили в нескольких посёлках Уймонской долины, покупая дома с участками и образовывая протоэкопоселения. Им удавалось всё это время с помощью личных знакомств и объявлений в «рериховских» изданиях привлекать людей для развития инициатив создания экопоселений на принципах Живой Этики и других учений, проповедующих гармоничные отношения с природой. Эта инициатива развивается с середины 1970-х годов. Поначалу их «пытались выгнать местные жители и администрация» (м., около 50 лет), но в результате они всё же остались, и к концу 1970-х годов местные жители и администрация не только привыкли к инициативам семьи, но и соглашались участвовать в её проектах.
У этой семьи есть земля, покосы, несколько домов и мастерские, которые построены своими руками с помощью добровольцев на деньги спонсоров из разных городов России и других стран. Эти деньги выделялись «на общину». Было также закуплено большое количество инструментов, пиломатериалов, два трактора, машина УАЗ. Эта материальная база потенциально даёт возможность развития протоэкопоселения в экопоселение, но этого не происходит. Со слов одного из респондентов, «Личные качества семьи, их способ организации общины не позволили им до сих пор создать жизнеспособное сообщество» (м., 24 года).
Современное состояние инициативы создания экопоселения и репертуар коллективных действий
Эта инициатива не прозрачна. Исследователям не были показаны документы, проекты. Один из братьев был в отъезде, а второй не дал интервью, не отказываясь прямо, но каждый раз ссылаясь на занятость, поскольку была пора сенокоса. Поэтому об этой инициативе создания экопоселения исследователи смогли узнать из бесед с бывшими «общинниками». Инициатива создания экопоселения «Община» реализуется на самом краю деревни Нижний Уймон у безымянной горки. На территории площадью около 1 га, частично огороженной, располагается несколько построек: один зимний жилой дом, два летних домика, один из которых называется «мастерская», сарай, баня, навес со стройматериалами.
В хозяйстве есть корова по имени Лакшми, телёнок, четыре большие собаки, три улья с пчёлами. Есть место, где можно поставить много палаток, кострище с лавочкой рядом, деревянный полуразрушенный туалет. В зарослях крапивы и конопли виднеется ржавый турник, брусья, кольца, штанга и какие-то другие спортивные снаряды. Видимо, эта стоянка для гостей несколькими годами ранее использовалась более интенсивно.
Когда исследователи пришли в это протоэкопоселение, в нём гостило три семьи из города Ново-Уральска: четверо взрослых и двое детей. Они приехали в «Школу Щетинина», которая должна была открыться 1 сентября 2000 года, согласно объявлению, данному братьями в газете «Знамя Мира». В эту школу люди и привезли своих детей и приехали сами устраиваться на работу. Они были удивлены и расстроены, узнав, что школы нет и в 2000 году не будет. Последний год инициативная группа активно прорабатывала возможность создания такой школы. Были определенные материальные и административные предпосылки для её создания.
Однако в мае ушёл с работы руководитель местной администрации, поддерживавший их начинания, а в Барнауле застрелили миллионера, который собирался выделить деньги. Так как у людей, приехавших в «Общину» из Ново-Уральска, были обратные билеты, то они остались погостить на десять дней. Три человека попросились ночевать в дом, так как не имели палаток. Им было предложено мести и мыть в доме пол, а также полоть грядки. Однако количество рабочих часов и объём работ не были оговорены конкретно.
Хозяйкой в доме считается мать. Ей около 80 лет. Она всю жизнь трудилась и трудится, не покладая рук, и оценивает окружающих людей в категориях «трудолюбивый человек» или «лентяй». Она любит и жалеет своих двух сыновей, считая их слишком добрыми по отношению к гостям. Она считает всё хозяйство собственностью своей семьи, поэтому гости-общинники должны отрабатывать своё пребывание на их территории и питание 8-часовым ежедневным трудом. А так как приезжие не были готовы к такому повороту событий, рассчитывая на интеллектуальный труд в «Школе Щетинина» или отдых, так как были в отпуске, то они работали меньше и медленней. Это вызывало возмущение и упрёки со стороны хозяйки. Перед отъездом она крайне низко оценила их работу, назвала «лодырями» и предсказала неудачную дорогу, так как «Бог их накажет за неполотый огород». Тут же у УАЗа, на котором сын собирался подбросить отъезжающих гостей до автобусной остановки, лопнула шина, а запасной не оказалось. И бывшие общинники, всё же поклонившись и поблагодарив хозяев «за гостеприимство и науку», побрели несколько километров до трассы, переживая впечатления. Эта небольшая иллюстрация, как после подтвердили другие респонденты, характерна для взаимодействия семьи организаторов этого протоэкопоселения с приезжими.
Переселенцы, начинавшие свою жизнь в Уймонской долине с «Общины», рассказывали, что они приезжали, останавливались у этой семьи и начинали с энтузиазмом «строить общину»: работать в «Хозяйстве» на заготовке сена, дров, на огороде. При этом у них «не оставалось времени на что-нибудь другое» (м., 25 лет). Их кормили, давали ночлег, но «денег не платили и другие нужды не обеспечивались» (ж., 23 года). Например, не выдавалась одежда, хотя, со слов респондентов, семье «приходило много посылок с одеждой, высылаемой из городов для общины» (ж., 27 лет). Чётких договоренностей о работе, перспективе и распределении произведенного общинного продукта также не было.
В результате таких взаимоотношений через какое-то время назревал конфликт, и новые члены уходили из «Общины». Некоторые благодарили хозяев за «школу жизни», некоторые расставались с ними недоброжелательно. Главное, что отмечали все респонденты, они понимали после этого, «как не надо строить общинные взаимоотношения» (м., 24 года). Большинство вообще разочаровывались в общинной форме жизни и решали вести исключительно индивидуальное хозяйство. Но некоторые переселенцы не оставили идей создания общины или альтернативных сообществ в форме экопоселения. Таким случаем является «Школа», созданная в этом же посёлке в виде протоэкопоселения.
«Школа» в посёлке Нижний Уймон
Этот случай интересен тем, что подтверждает сформулированное выше утверждение о том, что в одном посёлке могут существовать несколько протоэкопоселений. Некоторые могут успешно развиться в экопоселение, при этом вытесняя как коренных сельских жителей, так и участников других протоэкопоселений, покупая у них дома и земельные участки. Вытеснение объясняется тем, что сельская администрация не может давать земли сельскохозяйственного назначения в индивидуальное и семейное пользование. Земля в аренду выдается только трудовому коллективу, кооперативу или иному сообществу. Пример такого вытеснения хорошо иллюстрирует описанное в данном сборнике мегаэкопоселение «Тиберкуль», где экопоселенцы выкупили почти все дома и участки у местных жителей, затем стали брать в аренду и коллективно обрабатывать земли сельскохозяйственного назначения.
Экопоселение «Школа» прошло все начальные стадии развития от инициативы до собственно экопоселения. Лидеры этой инициативы в своё время также были членами «Общины». На момент исследования экопоселение «Школа» состояло из нескольких десятков человек. Шестеро жило в Нижнем Уймоне круглогодично в двух домах, а остальные периодически приезжали в Нижний Уймон, живя пока в городах и других посёлках. Объединяющим мировоззрением «Школы» является Живая Этика.
История инициативы создания экопоселения и структура сообщества