– Из клочка ковра? – переспросил Фредерик в ужасе. – Вы хотите сказать, что нас разлучили с остальными?
– Да, – ответил Кэл.
– Так где же они? – спросила Апполин. – Отведите нас туда.
– Мы не знаем, где они теперь, – признался Кэл. – Шедуэлл унес ковер.
– Будь прокляты эти чокнутые! – взорвалась дама. – Нельзя верить никому из них. Вечные уловки и надувательство!
– Он действует не один, – сказала Сюзанна. – Он вместе с одной из вас.
– Сомневаюсь, – покачал головой Фредерик.
– Но это правда. С Иммаколатой.
При звуке этого имени Фредерик и Джерико вскрикнули от ужаса. Апполин, хоть и замужняя дама, просто плюнула на пол.
– Разве сучку еще не вздернули? – поинтересовалась она.
– Дважды, я знаю совершенно точно, – ответил Джерико.
– Она воспринимает это как комплимент, – заметила Лилия.
Кэл передернул плечами. Он замерз и устал, он хотел видеть сны о залитых солнцем холмах и блестящих реках, а не траурные лица, искаженные злостью и подозрением. Не обращая внимания на их взгляды, он отбросил в сторону подушку, подошел к куче одежды на полу и стал натягивать рубашку и джинсы.
– А где же тогда хранители? – спросил Фредерик, обращаясь ко всем собравшимся. – Кто-нибудь знает?
– Моя бабушка… – начала Сюзанна. – Мими…
– Да? – нетерпеливо произнес Фредерик. – Где же она?
– Боюсь, она умерла.
– Но есть и другие хранители, – сказала Лилия, заразившись нетерпеливостью Фредерика. – Где они?
– Этого я не знаю.
– Ты права, – произнес Джерико с видом почти трагическим. – Произошло что-то ужасное.
Лилия вернулась к окну и распахнула его.
– Ты сможешь их почуять? – спросил ее Фредерик. – Они где-то рядом?
Лилия отрицательно покачала головой.
– Воздух воняет, – сказала она. – Это не прежнее Королевство. Здесь холодно. Холодно и грязно.
Кэл, уже успевший одеться, протолкнулся между Фредериком и Апполин и взял бутылку виски.
– Хочешь глотнуть? – спросил он Сюзанну.
Она покачала головой. Он налил себе щедрую порцию и выпил.
– Мы должны разыскать этого вашего Шедуэлла, – заявил Сюзанне Джерико, – и забрать у него Сотканный мир.
– К чему такая спешка? – воскликнула Апполин с какой-то нездоровой беззаботностью. Она придвинулась к Кэлу. – Ничего, если я присоединюсь?
Он с неохотой протянул ей бутылку.
– Что ты хочешь сказать? «К чему такая спешка!» – возмутился Фредерик. – Мы проснулись не пойми где, совершенно одни…
– Мы не одни, – возразила Апполин, отхлебывая виски. – Мы нашли друзей, – она одарила Кэла кривоватой улыбкой. – Как тебя зовут, милый?
– Кэлхоун.
– А ее?
– Сюзанна.
– Я Апполин. Это Фредерик.
Каммелл отвесил официальный поклон.
– Там стоит Лилия Пеллиция, а этот младенец ее брат, Нимрод…
– А я Джерико.
– Итак, – провозгласила Апполин, – мы теперь друзья, верно? Нам вовсе не нужны все остальные. Пусть себе гниют.
– Они наши соотечественники, – напомнил ей Джерико. – Они нуждаются в помощи.
– И поэтому они оставили нас в Кайме? – невесело съехидничала она, снова поднося к губам бутылку с виски. – Нет уж. Они оставили нас там, где мы могли погибнуть, и не пытайтесь найти в этом какой-то высший смысл. Мы для них грязь. Разбойники, негодяи и бог знает кто еще! – она посмотрела на Кэла. – Да, да. Ты попал в воровскую шайку. Мы – их позор. Каждый из нас, – затем Апполин обратилась к своим товарищам: – Это даже лучше, что мы разделились. Сможем хорошо повеселиться.
Кэлу показалось, что он заметил всполохи разноцветных красок, промелькнувшие в складках ее вдовьего одеяния, пока она говорила.
– Перед нами целый мир, – продолжала она. – Он наш, будем им наслаждаться.
– Все равно, потерялись так потерялись, – настаивал Джерико.
Апполин в ответ лишь яростно засопела.
– Он прав, – сказал Фредерик. – Без Сотканного мира мы изгнанники. Ты же знаешь, как сильно ненавидят нас чокнутые. Всегда ненавидели. Всегда будут ненавидеть.
– Проклятые дураки, – отозвалась Апполин и вернулась к окну, прихватив с собой виски.
– Мы тут несколько отстали от жизни, – Фредерик повернулся к Кэлу. – Может, вы скажете нам, какой теперь год? Девятьсот десятый? Одиннадцатый?
Кэл засмеялся.